Изолирующие противогазы XIX – начала XX веков. Часть 2

Предваряя рассказ о проектах военных изолирующих противогазов, стоит упомянуть о необычной идее профессора Казанского университета, будущего начальника Императорской военно-медицинской академии Виктора Васильевича Пашутина (1845-1901). Основное поле деятельности ученого было связано с патологической физиологией, но немало времени и сил он уделял борьбе с чумой. В 1887 году Пашутин предложил модель герметичного противочумного костюма, оснащенного системой фильтрации и вентиляции.

Изолирующие противогазы XIX – начала XX веков. Часть 2

Проект костюма В. В. Пашутина для защиты врачей и эпидемиологов от "черной смерти". Источник: supotnitskiy.ru. А – резервуар чистого воздуха; В – помпа; С – фильтр для очистки поступающего воздуха; е – трубки с ватой; п – трубки с пемзой, пропитанной серной кислотой; о – трубки с пемзой, пропитанной едким калием; q – клапаны и увлажнитель воздуха; e-h – трубки для вентиляции костюма; k – выходной кран; j – загубник; s – выдыхательная трубка; t – вдыхательная трубка с клапанами; i – вдыхательный клапан. (Пашутин В.В., 1878)



Материалом изолирующего костюма была выбрана белая гуттаперчевая ткань, отличающаяся непроницаемостью для чумной палочки. Пашутин основывался на результатах исследований доктора Пoтехина, показавшего, что имеющиеся в продаже в России гуттаперчевые материи не пропускают пары аммиака. Плюсом была и небольшой удельный вес материала — квадратный аршин исследованных им образцов весил не более 200–300 г.


Пашутин Виктор Васильевич (1845-1901). Источник: wikipedia.org


Пашутин, возможно, первый придумал систему вентиляции пространства между костюмом и телом человека, что значительно улучшало условия нелегко труда в таком снаряжении. Фильтрующее приспособление было ориентировано на уничтожение бактерий во входящем воздухе и включало в себя вату, гидроксид калия (КОН) и серную кислоту (H2SO4). Конечно, использовать такой изолирующий костюм для работы в условиях химического заражения было нельзя – это было типичное снаряжения эпидемиолога. Циркуляция воздуха в дыхательной и вентиляционных системах обеспечивались за счет мускульной силы пользователя, для этого приспособили резиновую помпу, сжимаемую рукой или ногой. Сам автор так описывал свое замечательное изобретение: «Костюм должен быть сделан достаточно широк, чтобы его можно было надевать и в холодное время года поверх платья, конечно, приспособленного к костюму. Костюм позволяет полную свободу движений; для того же, чтобы субъект мог пользоваться своей рукою внутри костюма, например, для вытирания внутренней поверхности стекол, через которые проникает свет в глаза, один или оба рукава делаются достаточно широкими у своего основания, при этом условии вынимание руки из перчатки с рукавом может быть выполнено без особенных затруднений. Костюм прободается в соответственных местах гуттаперчевыми трубками, герметическими вклеенными; трубки эти составляют, принадлежность второй части всего приспособления». Расчетная стоимость костюма Пашутина составлял порядка 40-50 рублей. По методике использования, после работы в зараженном чумой объекте, необходимо было на 5-10 минут зайти в камеру с хлором, дыхание в это случае производилось из резервуара.

Практически одновременно с Пашутиным, профессор О. И. Догель в 1879 году придумал респиратор для защиты врачей от предполагаемых органических возбудителей «чёрной смерти» — в те времена о бактериальной природе чумы еще не знали. В соответствии с конструкцией, органический контагий (так называли возбудитель) во вдыхаемом воздухе должен был погибнуть в раскаленной трубке, либо разрушиться в составах, деструктурирующих белок – серная кислота, хромовый ангидрид и едкий кали. Охлаждался и аккумулировался очищенный таким образом воздух в спецрезервуаре за спиной. О производстве и реальном применении изобретений Догеля и Пашутина ничего не известно, но, скорее всего, они так и остались на бумаге и в единичных экземплярах.


Защитный респиратор Догеля.Источник: supotnitskiy.ru. ФI: С.— герметически закрывающая лицо маска с клапанами (один отворяется при вдыхании воздуха из резервуара, а другой — при выдыхании); В.— резервуар из непроницаемой материи, для воздуха, очищенного пропусканием через накаленную трубку (ff). Кран для наполнения и для проведения в прибор для дыхания воздуха (С); ФII: А.— воронка стеклянная, или из твердой гуттаперчи. Клапаны из серебра или платины (аа). Пробка (b); ФIII: а.— трубка для введения воздуха, который проходит через жидкость (серную кислоту) в склянке (b), через хромовый ангидрид (с) и едкий калий (d), от которой идет стеклянная трубка для соединения с прибором для клапанов; ФIV.— стеклянный или металлический ящик с трубкой для введения воздуха (а), где помещены дезинфицирующие вещества (с). Трубка для соединения с трубкой от клапанов; ФV. — схема стеклянного клапана, сделанная профессором Глинским (из статьи Догеля О.И., 1878)


К началу XX века уровень развития изолирующих приспособлений тесно коррелировал с мощностью химической промышленности. Германия была первой в Европе, а значит и в мире, по уровню развития химической индустрии. В условиях нехватки ресурсов из колоний стране пришлось вложить немало средств в собственную науку и промышленность. К 1897 году, по официальным данным, общая стоимость произведенной «химии» различного назначения приближалась к 1 млрд. марок. Фридрих Румянцев в 1969 году в книге «Концерн смерти», посвященной печально известной ИГ «Фарбениндустри», писал: «В 1904 г. из шести крупных компаний, господствовавших на немецком химическом рынке, был образован первый картель "Драйбунд-04", куда вошли фирмы "Байер", "БАСФ" и "Агфа". Два года спустя возник второй картель "Драйбунд-06" в составе фирм "Хехст", "Каселла" и "Калле". Образовалось два "тройственных союза" с капиталом 40–50 млн марок каждый. Именно в это время вошёл в употребление термин "ИГ" – "интерессенгемайншафт" ("общность интересов"). Разумеется, в Германии были и другие крупные картели, но термин "ИГ" стал обозначать картель красителей. Производство красителей в дальнейшем стало главным источником прибылей концерна "ИГ". Концерн занял ведущее положение и в производстве синтетических материалов и фармацевтических продуктов. Сотни исследователей-химиков трудились в лабораториях "Байер", "Хехст" и "БАСФ" над получением новых химических препаратов. Уже за десять лет до начала первой мировой войны на заводах "ИГ" велись эксперименты по созданию синтетических веществ – заменителей каучука, нефти, селитры. В период войны производство этих заменителей было налажено полностью. Картелизация химической промышленности в Германии нанесла сокрушительный удар по её зарубежным конкурентам. Искусственно понижая экспортные цены, навязывая противникам невыгодные для них соглашения вроде соглашения об "оптовом сбыте продукции", "ИГ" сумел вытеснить зарубежных конкурентов даже с их собственных рынков, что, естественно, вело и к подрыву производства в потерпевших фирмах… Западногерманский журнал "Шпигель", описывая успехи немецкой химии, восторгался ими: "За пятнадцать лет этого столетия, – подытоживал журнал, – десять германских химиков и учёных получили Нобелевскую премию».

Таким образом, именно производство красок позволило немцам в относительно короткие сроки наладить производство химического оружия в промышленных масштабах. В России ситуация была диаметрально противоположной. «В Министерстве торговли промышленности не было органа, планирующего развитие отдельных отраслей промышленности, важных для обороны и экономики страны. Многие продукты химической промышленности, ввозимые из-за границы, можно было производить в России…. После первых успехов и поражений на фронтах уже к началу 1915 г. стал ощущаться недостаток в боеприпасах, обусловленный отсутствием сырья для производства взрывчатых веществ. В связи с острой нехваткой бензола и толуола и невозможностью получить их от союзников военный министр В. А. Сухомлинов направил в Донецкий бассейн группу специалистов во главе с выдающимся русским химиком, профессором Михайловской артиллерийской академии, генерал-лейтенантом, действительным членом Санкт-Петербургской академии наук В.Н. Ипатьевым. В течение месяца комиссия детально обследовала коксовые заводы Донецкого бассейна. По "единогласному решению" комиссия пришла к выводу, что уже через 2-3 месяца может быть начата поставка отечественного толуола и бензола, а через 7-8 месяцев возможно значительное увеличение добычи ароматических углеводородов. После того, как профессор В.Н. Ипатьев доложил о выводах комиссии, генерал Вернандер спросил его: "Чем Вы, генерал, можете гарантировать осуществление этой постройки в течение такого краткого времени? На это В.Н. Ипатьев ответил: "Я не капиталист, Ваше Превосходительство, и гарантировать его денежной неустойкой не могу. Единственное, что я могу предложить в залог, это — мою голову". (Из книги Ипатьева В. Н. «Жизнь одного химика. Воспоминания», изданной в 1945 году в Нью-Йорке.)

Несмотря на это, интеллектуальный потенциал российской науки позволил создать образцы защитного снаряжения, ставшего необходимым перед реальной угрозой химической войны. Малоизвестным являются работы сотрудников Томского университета под руководством профессора Александра Петровича Поспелова, которые организовали профильную Комиссию по вопросу изыскания способов применения удушливых газов и борьбе с ними.


Профессор Поспелов Александр Петрович (1875-1949). Источник: wiki.tsu.ru


На одном из её заседаний 18 августа 1915 года А. П. Поспелов предложил защиту от удушливых газов в виде изолирующей маски. Была предусмотрена кислородная сумка, а насыщенный углекислым газом выдыхаемый воздух проходил через поглотительный патрон с известью. А уже осенью этого же года профессор с прототипом своего аппарата прибывает Главное артиллерийское управление в Петрограде, где демонстрирует его работу на заседании комиссии по удушливым газам. К слову, в Томске также шли работы по организации производства безводной синильной кислоты, а также изучению её боевых свойств. Материалы по этому направлению Поспелов также привез в столицу. Повторно автор изолирующего противогаза был вызван в Петроград (в срочно порядке) в середине декабря 1915 года, где он уже на себе испытывал работу изолирующей системы. Получилось это не совсем благополучно – профессор получил отравление хлором и вынужден был пройти курс лечения.



Конструкция и порядок надевания кислородного прибора А. П. Поспелова. Как видно, в аппарате использовалась маска Кумманта. Источник: hups.mil.gov.ua


Однако после длительного периода доработок кислородный прибор Поспелова в августе 1917 года был принят на вооружение по рекомендации Химического комитета и заказан для армии в количестве 5 тысяч экземпляров. Использовали его только спецчасти русской армии, такие, как саперы-химики, а после войны кислородный прибор перешел в арсенал Красной Армии.

В Европе военные химики и санитары применяли кислородные аппараты Дрегера упрощенной и облегченной конструкции. Причем пользовались ими и французы и немцы. Баллон для O2 был уменьшен по сравнению сгорноспасательной моделью до 0,4 литра и был рассчитан на давление в 150 атмосфер. В итоге сапер-химик или санитар имел в распоряжении около 60 литров кислорода на 45 минут активной деятельности. Минусом был разогрев воздуха из регенеративного патрона с едким кали, что заставляло бойцов дышать теплым воздухом. Использовали и большие кислородные аппараты Дрегера, которые почти без переделок перекочевали из довоенных времен. В Германии малых аппаратов предписывалось иметь 6 экземпляров на роту, а больших — 3 на батальон.
Автор:
Евгений Федоров
Статьи из этой серии:
Изолирующие противогазы XIX – начала XX веков. Часть 1
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

3 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти