Роковая ошибка Гитлера: битва за Англию как начало конца рейха

В середине августа 1940 года тысячи немецких самолётов совершили первый массированный налёт на Великобританию. По плану нацистского вождя, бомбардировки непокорного острова, который после поражения Франции остался единственным противником рейха, должны были уничтожить его ВВС и сломить волю к борьбе. В случае если бы второй пункт этого плана не осуществился, Британию ждало бы вторжение немецких войск. Операция под названием «Морской лев» уже готовилась в немецком Генштабе.

Впрочем, ещё за месяц до этого рейхсканцлер сохранял надежду на то, что ему удастся договориться с британцами. После июньского триумфа немецкие войска вышли к берегам Ла-Манша и ждали новых приказов. Однако их не последовало. Фюрер не желал войны с Англией. Он был уверен, что как только она лишится своего самого надёжного союзника на континенте — Франции, непременно будет просить мира.



Наблюдение за немецкими самолетами на крыше в Лондоне

Тем не менее этого не произошло, занявший пост премьер-министра Великобритании Уинстон Черчилль, несмотря на возражения сторонников заключения мира с Германией, оставался непреклонен. Войну решено было продолжить. Как писал позже в своих мемуарах глава британского Кабинета министров, он был уверен, что его стране недолго придётся быть в одиночестве. На Востоке вермахт и Красная армия уже почти год стояли лицом к лицу. Вопрос о начале между Берлином и Москвой полномасштабной войны был лишь делом времени. Кроме того, сильно надеялся Черчилль и на помощь Штатов.

Впрочем, сам Гитлер также не особо стремился к завоеванию Британии. Для него важно было заключить мир, а не воевать. Ведь пади Лондон, правительство укрылось бы в Канаде. Война всё равно бы продолжилась.

При этом ещё ранее, во время отбывания наказания в Ландсбергской тюрьме за организацию «Пивного путча», он писал о том, что у Германии, окружённой враждебными Польшей и Францией, может быть в Европе только один союзник — Британская империя, для достижения дружбы с которой следует идти на любые жертвы. Однако, придя в 1933 году к власти, немецкий вождь сделал всё возможное для того, чтобы вместо друга Британия превратилась в его самого непримиримого врага.

После падения Франции фюрер решил подождать. В течение месяца он был убеждён, что Лондон сломается. Этого, однако, так и не произошло. В связи с этим, выступая 19 июля в рейхстаге, рейхсканцлер пообещал Англии всевозможные «страдания» и распорядился подготовить план ведения кампании против «упрямых» британцев, которого у вермахта просто не было, хотя война шла уже почти год.

В конце июля Гитлер провёл совещание с представителями трёх видов вооружённых сил. На нём было принято решение о вторжении в Великобританию. Дата высадки была намечена на 15 сентября. Впрочем, для того чтобы она была реально осуществимой, необходимо было разбить её военно-воздушные силы и ослабить флот, который мог серьёзно помешать десанту. Решение этой задачи было возложено на плечи командующего люфтваффе Германа Геринга. Сам же немецкий вождь был поглощён планами похода в Россию, после захвата которой Британия, по его убеждению, должна была бы капитулировать. Поэтому вторжение на остров стало для него второстепенной операцией, в разработке которой он даже не стал принимать участия.

В итоге из-за разногласий между командующими родами войск никакой внятной стратегии, которая гарантированно привела бы к победе, выработано так и не было. Впрочем, рейх прислушался к планам Геринга, который был убеждён, что массовые авианалёты сумеют поставить «владычицу морей» на колени. Командование люфтваффе разработало операцию «Орёл», цель которой заключалась в масштабном авианаступлении на Британию. Немецкие стратеги рассчитывали, что бомбардировки сломят её волю к борьбе, которую не поколебала даже катастрофа под Дюнкерком, случившаяся двумя месяцами ранее.

Для воздушного наступления у немцев было готово несколько тысяч самолётов, которые своей численностью превышали британские ВВС чуть ли не в два раза. Тем не менее это преимущество было кажущимся. Истребителей, необходимых для сопровождения бомбардировщиков, у противников было примерно поровну. К тому же британская промышленность ежемесячно увеличивала производство самолётов, а военные лётчики из стран, оккупированных рейхом, находившиеся в Англии в изгнании, пополнили ряды защитников империи.

Наиболее же значимый вклад в борьбу с противником, по признанию самих участников битвы, внесли радарные установки, только что появившиеся у британцев. Благодаря им англичане каждый раз знали, куда направляется их противник и что он собирается предпринять. Немцы же действовали вслепую.

13 августа операции «Орёл» был дан зелёный свет. Однако из-за нелётной погоды её перенесли на два дня. Первый налёт на Англию обошёлся люфтваффе довольно дорого. Их потери составили 75 самолётов против 34 английских. Никаких особых разрушений на земле бомбардировки не оставили. Конкретных целей у них не было. Вскоре немцы решили сменить тактику и сосредоточились на атаках против баз ВВС. Во время них произошла и бомбардировка Лондона, в ответ за которую королевские ВВС совершили налёт на Берлин. Гитлер был в бешенстве. Геринг клялся ему, что ни одна бомба не упадёт на Берлин. Однако своего обещания он не выполнил.

Впрочем, атака столицы рейха развязала руки командующему немецкой авиации. В сентябре начались активные налёты на британские города. Со дня на день англичане ожидали вторжения, однако его так и не произошло. Потери немцев в самолётах неуклонно росли. Лишь за один день они потеряли 60 машин против 26 английских. Достичь господства в воздухе никак не удавалось. Первый этап операции по вторжению терпел крах.

17 сентября Гитлер распорядился отложить операцию «Морской лев» на неопределённое время. 12 октября он перенёс её на зиму. Весной же 1941 года началась балканская компания вермахта, а летом, так и не сумев склонить Лондон к миру, немцы, несмотря ни на что, вторглись в Россию. Окончательно от «Морского льва» было решено отказаться весной 1942 года. Тем не менее всё это время британцы были готовы к отражению десанта.

Немцы так и не смогли заставить британцев пойти на заключение мира. Несмотря на гибель под бомбами 30 тыс. жителей и разрушение более миллиона домов, остров, с которого в конце войны началось англо-американо-канадское вторжение на континент, отчаянно защищался.

Почти год Британия сражалась в одиночестве. Одна выиграть войну она не могла ни при каких условиях. Более того, в случае потери Египта, через который проходил Суэцкий канал, страна лишилась бы стратегически важной территории. Более того, уйди англичане из Египта — вся Африка стала бы германо-итальянской, и тогда бы уже ничто не удержало от вступления в войну на стороне стран «Оси» Испанию и Турцию, через территорию которой вермахт легко проник бы к нефтяным месторождениям Баку и Грозного. Для этого ему не понадобилось бы совершать марш через пол-России и затем терять армию под Сталинградом.

Гитлер, мнивший себя великим стратегом, учесть этого не смог. Он не заметил наиболее уязвимую точку империи и попытался пойти напролом. Этим шагом он совершил свою самую серьёзную ошибку. Внимание на Египет он обратил только тогда, когда вермахт был уже втянут в войну с Советской Россией. Для того чтобы покончить с Британией, было уже слишком поздно. Бывший ефрейтор кайзеровской армии так и не сумел стать великим завоевателем. В мировую историю он вошёл как жестокий тиран и убийца.
Автор:
Михаил Вовк
Первоисточник:
http://www.chaskor.ru/
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

17 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти