Дедолларизация: рубль за евро, евро за доллар. Тянут-потянут…

При всей привязке российской экономики к мировой ослаблять зависимость от доллара надо – тут с президентом не поспоришь. Однако, ввязываясь в драку, неплохо бы понимать, какие шишки и синяки в ней набьёшь. Впрочем, оказавшись под санкциями, можно вроде бы и вовсе ни на что внимания не обращать. Между тем не только бизнесу, но и простым людям дедолларизация может обойтись слишком дорого.

Дедолларизация: рубль за евро, евро за доллар. Тянут-потянут…



Понятно, что разными запретами и ограничениями всегда готовы воспользоваться разного рода спекулянты и нечистоплотные чиновники. Все проблемы с национальной валютой, вообще-то, во многом надуманные, поскольку рубль давно превратился в некий суррогат доллара, к тому же суррогат, жёстко привязанный к нефти. Точнее, проблемы у рубля не надуманные, а искусственно создаваемые финансовыми регуляторами якобы в целях поддержания финансовой стабильности.

Тут, можно сказать, в одной строке, и формирование пресловутого социального бюджета, и борьба с инфляцией, и создание государственных резервов на чёрный день. А так как чёрный день для большинства россиян наступил, и уже давно, можно с рублём делать практически что угодно. Но только до тех пор, пока это не отзывается голосами «против» на выборах. Сентябрьских голосов, как видно, Центробанку и Минфину показалось мало, и нашими финансовыми гуру, среди прочего, похоже, разыгрывается очередная «патриотическая карта» противостояния доллару.

И хотя никогда не было даже речи о полном отказе от доллара, угроза долларовым накоплениям уже подтолкнула многих обывателей к выводу денег с валютных счетов. Дошло до того, что банки существенно – где-то в полтора, а то и в два раза повысили ставки по депозитам в долларах и евро. Лишь бы клиенты не разбегались. Впрочем, и это не ставки, а слёзы. Полтора процента вместо 0,75 в Райффайзен-Банке и 3,1 процента в ВТБ, но только для богатых со вкладами больше 3000 долларов. О другой угрозе, прикрыть прямой обмен в банках, скажем и вовсе коротко: ведь тем, кому посчастливиться выехать за границу, опять же, придётся за это платить втридорога.

Есть большие сомнения и в том, что от перехода на рубли в торговле сырьём много выиграет бизнес. Принципиально мы можем вынудить кого-то покупать рубли ради покупки наших нефти, газа, продукции чёрной металлургии и даже алюминия и военной техники. Но не совсем понятно, что мы-то за эти рубли сможем потом приобрести для себя. Технологии, комплектующие, продовольствие и качественные товары народного потребления? И тут за обратный обмен тоже придётся переплатить, и переплатить, скорее всего, очень много.

Один из самых авторитетных и по-прежнему очень популярных в журналистской среде экспертов Олег Вьюгин, занимавший самые разнообразные посты, связанные с валютным оборотом, а ныне преподающий в ВШЭ, напомнил, что доллар – не только мировая резервная, но и базовая расчётная валюта. По нему все ключевые цены фиксируются. И ещё неизвестно, какие транзакционные потери несут те, кто отказывается от доллара по всем фронтам.

Эксперт отметил, что, когда весь мир торгует и рассчитывается в долларах, вряд ли можно без большого ущерба перейти в одиночку на расчёты в другой валюте. На наш взгляд, в этой оценке ключевое слово – «в одиночку». Евро потому и стал конкурентом доллару, что был сработан не в одиночку, а сразу всем мощным в индустриальном плане Старым светом. Неслучайно Евросоюз и единый евро начинались когда-то с континентального соглашения по стали. Юань же сейчас изо всех сил ищет поддержку, кстати, в том же БРИКС, так стоит ли нам с рублём ему в ней отказывать?

Здесь стоит обратить внимание, что конкурентные позиции евро по отношению к доллару и сегодня, после почти двух десятилетий его обращения, прямо скажем, не самые сильные. Рассчитываются между собой в евро уже очень и очень многие, по оценкам Европейского ЦБ, в международных расчётах обороты в евро вплотную приблизились к долларовым. Олег Вьюгин напомнил, что до сих пор многим в той же Европе непонятно, почему Россия, продавая больше половины своих энергоресурсов в зону евро, получает за них именно доллары.

Однако евро, хотя и стал фактически второй мировой валютой, по-прежнему заметно уступает доллару по многим параметрам. К примеру, по долям в резервах большинства стран. На долю доллара приходится 62 процента мирового долга, и вряд ли кто-то будет пересчитывать такие долги в другие валюты. Больше половины, точнее, 56 процентов кредитов в мире выдаётся именно в долларах, в то время как в евро – только 20 процентов. Почти половина, 44 процента оборотов валютного рынка, – тоже долларовые, и только 16 процентов номинированы в евро. Но при всём этом одно можно сказать точно: на старом континенте в быту вполне можно обходиться без доллара, чего о России не скажешь.



Впрочем, всё это, согласитесь, рассуждения на уровне той самой ленинской кухарки, а глава государства озвучил вообще-то здравую идею. Зачем оперировать долларами там, где их присутствие вовсе не обязательно? И тут, делая ставку, причём долгосрочную ставку, на рубль, совсем неплохо было бы взять на вооружение опыт внедрения в оборот как раз евро. Многолетний, с тщательнейшей подготовкой и опорой на растущие экономки Германии, Франции и Италии, хотя из их валют только дойчмарка была когда-то способна устоять под напором долларов.

Рублю в этом отношении по сравнению и с маркой, и с евро, куда тяжелее. Никто на него впрямую переходить в расчётах не спешит, хотя Китай расплачиваться рублями за российские нефть и газ вроде бы не против. Но что там Китай, мы с партнёрами по ЕАЭС никак разобраться не можем, что и в чём считать будем. Как на днях справедливо отметил председатель Евразийский экономической комиссии ЕЭК Тигран Саркисян, разговоры про алтын так разговорами и остались, а от российского рубля даже союзная Белоруссия открещивается, не говоря уже о Казахстане и прочих.

Однако будем всё же объективны – именно в рамках ЕАЭС прогресс в отказе от мировых валют налицо. По оценкам той же ЕЭК, быть может, слегка приукрашенным, в национальных валютах осуществляется уже больше половины евразийских сделок. Единое таможенное пространство неплохо помогает, хотя, как известно, рост взаимной торговли пяти стран-членов ЕАЭС после первоначального скачка давно всерьёз застопорился.


Но куда менее серьёзные позиции у рубля в БРИКС, на общих тусовках которой тоже много говорилось об отказе от доллара. Вот только в чью пользу отказываться? Можно, казалось бы, замахнуться на некий валютный БРИКС-проект по образу и подобию того же евро. Но тут, во-первых, нужно ничуть не менее братское, чем европейское, единство, и столь же продолжительная и основательная, как в Европе, подготовка. А с этим у наших партнёров дело обстоит туго. В сравнении с рублём однозначно выигрывает только юань, зато про индийскую рупию, бразильский реал и южноафриканский рэнд такого никак не скажешь.

Хотя и в БРИКС, начиная где-то с середины 2016 года, уже пошли контракты и сделки, номинированные в национальных валютах. Исключительно двухсторонние, понятное дело. Индия, похоже, вообще только ради отвязки от американского засилья в IT-сфере готова чуть ли не в объятия к Китаю броситься. При всех глобальных противоречиях этих двух стран в экономическом сотрудничестве они заинтересованы. И тут, кстати, очень важна посредническая роль России, в абсолютной лояльности которой не сомневаются ни в Дели, ни в Пекине.

Рублю можно с полным на то правом претендовать на лидерство в ЕАЭС, но в БРИКС ему придётся знать своё место как маргинальной, то есть редко используемой валюте. Нет, опираясь на юань, всё-таки можно хотя бы планировать создание какого-то единого средства расчётов. Делать это придётся, и лучше раньше, чем позже. Хотя бы ради того, чтобы вместе с Индией, ЮАР и Бразилией не превращать свои центральные банки в филиалы Народного банка Китая. Кстати, не совсем приспособленного к реальной рыночной работе – в условиях отсутствия контроля со стороны ЦК КПК.

Похоже, рублю просто некуда деться, кроме как пристроиться в арьергард к евро, помогая именно ему стать ещё более серьёзным оппонентом доллару. Но вообще, какие-либо претензии рубля на участие в формировании нового мирового финансового порядка могут стать реальными, увы, только после отмены санкций. И прежде всего, как справедливо отметили эксперты KPMG, секторальных, которые касаются доступа к финансовым ресурсам Запада. Доступ к высоким технологиям тут вообще-то вторичен.

В KPMG обратили внимание, что отмена именно финансовых санкций более реальна просто в силу того, что на них и так мало кто обращает внимание. Даже американские банки, традиционно предельно осторожные и законопослушные, продолжают покупать российские ОФЗ. Как они это делают – не наша проблема, но более четверти российских суверенных облигаций по-прежнему держат финансовые инвестиционные структуры США и Европы. А ведь новые санкции, которые когда-то инициировал ныне покойный сенатор Маккейн вместе с коллегами, как раз это и запрещали.
Автор:
Алексей Подымов
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

79 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти