Ядерная дубинка американского флота (часть 2)

Палубные бомбардировщики не были единственными носителями ядерного оружия в американском флоте. В первые послевоенные годы, исходя из опыта боевого применения немецких самолётов-снарядов (крылатых ракет) Fi-103 (V-1), американские военные теоретики сочли, что беспилотные «летающие бомбы» могут стать эффективным оружием. В случае применения против крупных площадных целей низкая точность должна была компенсироваться большой мощностью ядерного заряда. Крылатые ракеты с ядерными боеголовками, размещенные на базах вокруг СССР, рассматривались как дополнение к пилотируемым бомбардировщикам-носителям атомных бомб. Первой американской крылатой ракетой, развёрнутой в ФРГ в 1954 году, стала MGM-1 Matador с дальностью пуска около 1000 км, оснащённая ядерной боевой частью W5, мощностью 55 кт.

Американские адмиралы также заинтересовались крылатыми ракетами, которые могли быть использованы как на надводных кораблях, так и на подводных лодках. В целях экономии средств ВМС США было предложено использовать в своих целях практически готовый «Матадор», создаваемый для ВВС. Однако флотские эксперты сумели обосновать необходимость проектирования специальной ракеты, удовлетворяющей специфическим морским требованиям. Основным аргументом адмиралов в споре с правительственными чиновниками являлась длительная подготовка «Матадора» к запуску. Так в ходе предстартовой подготовки к MGM-1 было необходимо пристыковывать стартовые твердотопливные ускорители, кроме того, для наведения «Матадора» на цель требовалась сеть радиомаяков или, как минимум, две наземных станции, оснащённые радиолокаторами и передатчиками команд.


Надо сказать, что в послевоенное время разработка крылатых ракет началась не на пустом месте. Ещё в конце 1943 года американское военное ведомство подписало контракт с Chance Vought Aircraft Company на разработку реактивного самолёта-снаряда с дальностью пуска 480 км. Однако ввиду отсутствия подходящих реактивных двигателей, сложности создания системы наведения и перегруженности военными заказами работы по крылатой ракете были заморожены. Однако после того, как в 1947 году в интересах ВВС началось создание MGM-1 Matador, адмиралы спохватились и сформулировали требования для крылатой ракеты, пригодной для размещения на подводных лодках и крупных надводных кораблях. Ракета при стартовом весе не более 7 тонн должна была нести боеголовку массой 1400 кг, максимальная дальность стрельбы — не менее 900 км, скорость полёта — до 1 М, круговое вероятное отклонение — не более 0,5 % от дальности полёта. Таким образом, при пуске на максимальную дальность ракета должна попадать в круг диаметром 5 км. Такая точность позволяла поражать крупные площадные цели – главным образом большие города.

Авиастроительная компания Chance Vought создавала крылатую ракету SSM-N-8A Regulus, предназначенную для ВМС, параллельно с работами, проводимыми фирмой Martin Aircraft по крылатой ракете наземного базирования MGM-1 Matador. Ракеты имели сходный внешний вид и одинаковый турбореактивный двигатель. Их характеристики также почти не отличались. Но в отличие от «Матадора», флотский «Регулус» быстрее готовился к старту и мог наводиться на цель с помощью одной станции. Кроме того, компания «Воут» создала тестовую многоразовую ракету, что существенно удешевило испытательный процесс. Первый испытательный пуск состоялся в марте 1951 года.


Пуск крылатой ракеты SSM-N-8A Regulus с подводной лодки Tunny (SSG-282), 1958 год


Первыми кораблями, вооруженными крылатыми ракетами «Регулус», стали дизель-электрические подводные лодки Tunny (SSG-282) и Barbero (SSG-317) типа «Балао», построенные в годы Второй мировой войны и модернизированные в послевоенное время.

Ядерная дубинка американского флота (часть 2)

Дизельная подводная лодка Barbero (SSG-317) после переоборудования в носитель крылатых ракет SSM-N-8A Regulus

За рубкой субмарины был установлен ангар на две крылатые ракеты. Для старта ракета переводились на пусковую установку в кормовой части лодки, после чего крыло раскладывалось и производился запуск турбореактивного двигателя. Старт ракет осуществлялся в надводном положении лодки, что существенно уменьшало шансы на выживание и выполнение боевой задачи. Несмотря на это «Танни» и «Барберо» стали первыми подводными лодками ВМС США, вышедшими на боевое дежурство с ракетами, оснащёнными ядерными боеголовками. Так как переоборудованные из торпедных лодок водоизмещением 2460 т первые ракетные субмарины имели скромную автономность, а громоздкий ангар с ракетами ухудшал и без того не слишком высокие ходовые качества, в 1958 году к ним присоединились лодки специальной постройки: USS Grayback (SSG-574) и USS Growler (SSG-577). В январе 1960 года в боевой состав флота вошла АПЛ USS Halibut (SSGN-587) с пятью ракетами на борту.

В период с октября 1959 года по июль 1964 года эти пять лодок 40 раз выходили на боевое патрулирование в Тихом океане. Основными целями для крылатых ракет являлись советские военно-морские базы на Камчатке и в Приморье. Во второй половине 1964 года лодки, вооруженные «Регулусами», были выведены с боевого дежурства и заменены ПЛАРБ типа George Washington, с 16 БРПЛ UGM-27 Polaris.

Помимо подводных лодок носителями КР SSM-N-8A Regulus являлись четыре тяжелых крейсера типа «Балтимор», а также 10 авианосцев. Крейсера и некоторые авианосцы также выходили на боевое патрулирование с крылатыми ракетами на борту.


Пуск ракеты SSM-N-8A Regulus с тяжёлого крейсера USS Los Angeles (CA-135)


Серийное производство крылатых ракет «Регулус» прекратили в январе 1959 года. Всего было построено 514 экземпляров. Хотя первый испытательный пуск с подводной лодки состоялся в 1953 году, а официальное принятие на вооружение в 1955 году, уже в 1964 году ракету сняли с вооружения. Это было связано с тем, что подводные атомоходы с баллистическими «Поларис А1», способные отстреляться в подводном положении, обладали многократно большей ударной мощью. К тому же, к началу 60-х имеющиеся в распоряжении флота крылатые ракеты безнадёжно устарели. Их скорость и высота полёта не гарантировали прорыва советской системы ПВО, а использованию в тактических целях препятствовала низкая точность. Впоследствии часть крылатых ракет переделали в радиоуправляемые мишени.



Крылатая ракета SSM-N-8A Regulus на лодке-музее USS Growler (SSG-577) на «вечной стоянке» у пирса 86 в Нью-Йорке

При стартовой массе 6207 кг ракета имела длину – 9,8 м и диаметр – 1,4 м. Размах крыла – 6,4 м. Турбореактивный двигатель Allison J33-A-18 с тягой 20 кН обеспечивал крейсерскую скорость полёта 960 км/ч. Для запуска использовались два отделяемых твердотопливных ускорителя с суммарной тягой 150 кН. Бортовой запас авиационного керосина 1140 литров обеспечивал предельную дальность пуска – 930 км. Ракета первоначально несла ядерную боевую часть W5 мощностью 55 кт. С 1959 года на «Регулус» стали устанавливать термоядерную боеголовку W27 мощностью 2 Мт.

Основными недостатками ракеты SSM-N-8A Regulus являлись: относительно небольшая дальность стрельбы, дозвуковая скорость полёта на большой высоте, радиокомандное управление, которое требовало постоянного сопровождения по радиоканалу с корабля-носителя. Для успешного выполнения боевой задачи корабль-носитель должен был подойти к берегу достаточно близко и управлять полётом крылатой ракеты до самого момента, когда она попадёт в цель, оставаясь уязвимым для средств противодействия противника. Значительное КВО препятствовало эффективному применению против точечных высокозащищенных целей.

С целью устранения всех этих недостатков компания Chance Vought к 1956 году создала новую модель крылатой ракеты: SSM-N-9 Regulus II, которая должна была заменить более ранние «Регулусы». Первый пуск опытного образца состоялся 29 мая 1956 года на авиабазе Эдвардс. Всего было выполнено 48 испытательных запусков SSM-N-9 Regulus II, в том числе 30 успешных и 14 частично успешных.


Испытательный пуск крылатой ракеты SSM-N-9 Regulus II


По сравнению с ранней моделью аэродинамика ракеты была серьёзно улучшена, что совместно с использованием двигателя General Electric J79-GE-3 с тягой 69 кН позволило существенно повысить лётные данные. Максимальная скорость полёта достигала 2400 км/ч. При этом ракета могла лететь на высоте до 18000 м. Дальность пуска - 1850 км. Таким образом, максимальную скорость полёта и дальность удалось увеличить более чем в два раза. Но и стартовый вес ракеты SSM-N-9 Regulus II по сравнению с SSM-N-8A Regulus стал больше почти в два раза.

Благодаря инерциальной системе управления «Регулус II» не был зависим от корабля-носителя после пуска. В ходе испытаний было предложено оснастить ракету перспективной системой наведения TERCOM, которая работала на основе заранее загруженной радиолокационной карты местности. В этом случае отклонение от точки прицеливания не должно было превышать нескольких сотен метров, что в сочетании с термоядерной боеголовкой мегатонного класса обеспечивало поражение точечных укреплённых целей, в том числе и шахт баллистических ракет.


Подготовка к испытательному пуску КР SSM-N-9 Regulus II с борта подводной лодки USS Grayback (SSG-574)

По итогам испытаний в январе 1958 года военно-морской флот оформил заказ на серийное производство ракет. Предусматривалось, что ракетами «Регулус II» будут перевооружены корабли, уже оснащённые крылатыми ракетами, и начнётся массовое строительство подводных лодок-носителей крылатых ракет. Согласно первоначальным планам командование флота собиралось вооружить крылатыми ракетами SSM-N-9 Regulus II двадцать пять дизель-электрических и атомных субмарин и четыре тяжелых крейсера. Однако, несмотря на резко возросшие лётные и боевые характеристики, в ноябре 1958 года программу производства ракет свернули. Флот отказался от обновлённых «Регулусов» в связи с успешной реализацией программы «Полярис». Баллистические ракеты с большей дальностью полёта, неуязвимые к существующим на тот момент системам ПВО и запускаемые с лодки, находящейся в подводном положении, выглядели куда более предпочтительней, чем крылатые ракеты, стартующие в надводном положении. К тому же, боезапас КР даже на атомоходе «Халибат» был в три раза меньше, чем число БРПЛ на ПЛАРБ типа «Джордж Вашингтон». Теоретически сверхзвуковыми крылатыми ракетами «Регулус II» можно было усилить вооружение тяжелых крейсеров, построенных в годы Второй мировой, и таким образом продлить жизнь этих кораблей. Но этому препятствовала высокая стоимость ракет. Американские адмиралы посчитали, что цена за одну крылатую ракету более $1 млн. является чрезмерной. На момент принятия решения об отказе от «Регулус II» было построено 20 ракет и ещё 27 находились в процессе сборки. В итоге эти ракеты переделали в сверхзвуковые беспилотные мишени MQM-15A и GQM-15A, которые использовались американскими военными в ходе контрольно-учебных пусков комплекса дальнего беспилотного перехвата CIM-10 Bomarc.

После отказа от «Регулусов» американские адмиралы надолго потеряли интерес к крылатым ракетам. В результате к началу 70-х годов в вооружении американских надводных кораблей и подводных лодок появился существенный пробел. Стратегические задачи ядерного сдерживания выполнялись весьма дорогостоящими атомными подводными лодками с баллистическими ракетами, а нанесение ударов тактическими атомными бомбами было возложено на самолёты палубной авиации. Конечно, на надводных кораблях и подводных лодках имелись ядерные глубинные бомбы и торпеды, но против сухопутных объектов в глубине территории противника это оружие было бесполезно. Таким образом, значительная часть многочисленного американского военно-морского флота, потенциально способная решать стратегические и тактические ядерные задачи, оказалась «вне игры».

По оценкам американских экспертов, сделанным в конце 60-х, прогресс, достигнутый в области миниатюризации ядерных зарядов, твердотельной электроники и компактных турбореактивных двигателей, в перспективе позволял создать крылатые ракеты большой дальности, пригодные для запуска из стандартных 533-мм торпедных аппаратов. В 1971 году командование ВМС США инициировало работы по изучению возможности создания стратегической крылатой ракеты подводного старта, а в июне 1972 года была дана отмашка практическим работам по КР SLCM (англ. Submarine-Launched Cruise Missile — крылатая ракета подводных лодок). После изучения проектной документации к участию в конкурсе допустили компании General Dynamics и Chance Vought с прототипами крылатых ракет ZBGM-109A и ZBGM-110A. Испытания обоих прототипов начались в первой половине 1976 года. С учетом того, что образец, предложенный General Dynamics, продемонстрировал лучшие результаты и имел более доработанную конструкцию, в марте 1976 года победителем была объявлена КР ZBGM-109A, которой во флоте присвоили наименование Tomahawk (англ. Томагавк). Одновременно с этим адмиралы решили, что «Томагавк» должен войти в состав вооружения надводных кораблей, поэтому обозначение было изменено на Sea-Launched Cruise Missile — крылатая ракета морского базирования. Таким образом, акроним SLCM стал отражать более универсальный характер размещения перспективной крылатой ракеты.

Для точного наведения КР BGM-109A на стационарную цель с заранее известными координатами было решено использовать радиолокационную рельефометрическую систему коррекции TERCOM (англ. Terrain Contour Matching – Отслеживание рельефа местности), аппаратура которой изначально создавалась для навигации и возможности полёта пилотируемых боевых самолётов на предельно малых высотах в автоматическом режиме.

Принцип функционирования системы TERCOM состоит в том, что по фотоснимкам и результатам радиолокационного сканирования, выполненным с помощью разведывательных космических аппаратов и самолетов-разведчиков, оснащённых РЛС бокового обзора, составляются электронные карты местности. Впоследствии эти карты могут быть использованы при составлении маршрута полёта крылатых ракет. Информация о выбранном маршруте закачивается в накопитель информации бортовой вычислительной машины, имеющейся на борту крылатой ракеты. После пуска, на первом этапе, управление ракетой осуществляется инерциальной навигационной системой. Инерциальная платформа обеспечивает определение места с точностью 0,8 км за 1 час полета. В районах коррекции данные, имеющиеся в бортовом накопителе, сравниваются с реальным рельефом местности, и на основании этого происходит корректировка курса полёта. Основными компонентами аппаратуры AN/DPW-23 TERCOM являются: радиолокационный высотомер, работающий на частоте 4-8ГГц с углом обзора 12-15 °, набор эталонных карт районов по маршруту полета и бортовая ЭВМ. Допустимая погрешность измерения высоты рельефа местности при надежной работе системы TERCOM должна составлять 1 м.

Согласно информации, опубликованной в американских СМИ, идеальным вариантом в случае применения крылатых ракет «Tомагавк» по наземным целям считается, чтобы пуск ракет производился на дальности не более 700 км от береговой черты, а район первой коррекции имел ширину в пределах 45-50 км. Ширина второго района коррекции должна быть уменьшена до 9 км, а вблизи цели - до 2 км. Для снятия ограничений по районам коррекции предусматривалось, что крылатые ракеты получат приёмники спутниковой навигационной системы NAVSTAR.

Система управления обеспечивает крылатой ракете возможность полета на малых высотах, следуя рельефу местности. Это позволяет повысить скрытность полёта и существенно затрудняет обнаружение КР радиолокационными средствами контроля воздушного пространства. Выбор в пользу достаточно дорогостоящей системы TERCOM, требующей к тому же использования разведывательных ИСЗ и самолётов радиолокационной разведки местности, был сделан на основании опыта, полученного в ходе крупных региональных вооруженных конфликтов на Ближнем Востоке и в Юго-Восточной Азии. Во второй половине 60-х начале 70-х средства ПВО советского производства наглядно продемонстрировали, что большая высота и скорость полёта боевых самолётов больше не являются залогом неуязвимости. Понеся существенные потери, американские и израильские боевые самолёты были вынуждены в зонах действия ЗРК перейти к полётам на предельно малых высотах – прячась в складках местности, ниже рабочих высот обзорных радиолокаторов и станций наведения зенитных ракет.

Таким образом, благодаря возможности полёта на предельно малых высотах, достаточно компактные крылатые ракеты с относительно небольшой ЭПР, в случае массового применения, имели неплохие шансы перенасытить советскую систему ПВО. Носителями КР большой дальности могли быть многоцелевые атомные подводные лодки, многочисленные крейсера и эсминцы. В случае оснащения крылатых ракет термоядерными зарядами их можно было использовать для обезоруживающего удара по штабам, ракетным шахтам, военно-морским базам и пунктам управления ПВО. Согласно сведениям, опубликованным в открытых источниках, американские эксперты, занимавшиеся ядерным планированием, с учетом соотношения точности попадания и мощности боевой части оценивали вероятность поражения «твёрдой» цели, выдерживающей избыточное давление 70 кг/см²: КР AGM-109А – 0,85, а БРПЛ UGM-73 Poseidon C-3 – 0,1. При этом баллистическая ракета «Посейдон» имела примерно вдвое большую дальность пуска и была практически неуязвима к средствам ПВО. Существенным недостатком «Томагавка» являлась дозвуковая скорость полёта ракеты, но с этим пришлось смириться, так как переход на сверхзвук снижал дальность полёта и резко увеличивал стоимость самого изделия.


Подготовка к испытаниям прототипа крылатой ракеты воздушного базирования AGM-109А


На каком-то этапе «Томагавк» в рамках программы JCMP (англ. Joint Cruise Missile Project — Проект единой крылатой ракеты) также рассматривался как крылатая ракета воздушного базирования – для вооружения стратегических бомбардировщиков. Результатом программы проектирования «единой» крылатой ракеты стало то, что на авиационной КР AGM-86 ALCM, созданной корпорацией Boeing, и «морской» крылатой ракете BGM-109A использовались одинаковый двигатель и система наведения TERCOM.


Лётные испытания крылатой ракеты «Томагавк»


Первый запуск «Томагавка» с корабля состоялся в марте 1980 года, ракета стартовала с борта эсминца USS Merrill (DD-976). В июне того же года крылатую ракету запустили с атомной подводной лодки USS Guitarro (SSN-665). До 1983 года в рамках проведения лётных и контрольно-эксплуатационных испытаний было осуществлено более 100 пусков. В марте 1983 года представители ВМС США подписали акт о достижении ракетой эксплуатационной готовности и рекомендовали принять «Томагавк» на вооружение. Первой серийной модификацией «Томагавка» стала BGM-109A TLAM-N (англ. Tomahawk Land-Attack Missile — Nuclear – «Томагавк» против наземных целей - ядерная). Эта модель, известная так же, как Tomahawk Block I, комплектовалась термоядерной боевой частью W80 со ступенчатой регулировкой мощности взрыва в пределах от 5 до 150 кт.


Термоядерная боеголовка W80


Термоядерная боевая часть W80 Моdеl 0, устанавливаемая на КР, весила 130 кг, при длине 80 см и диаметре 30 см. В отличие от боеголовки W80 Моdеl 1, предназначенной для установки на КР воздушного базирования AGM-86 ALCM, модель, предназначенная для ВМС, имела меньшую радиоактивность. Это было обусловлено тем, что на подводной лодке экипаж чаще и длительней контактировал с крылатыми ракетами, чем персонал военно-воздушных сил.

Первоначально модификации крылатых ракет, предназначенные для запуска с надводных кораблей и подводных лодок, различались цифровым суффиксом. Так, маркировку BGM-109A-1/109B-1 имели ракеты надводного старта, а BGM-109A-2/109B-2 — подводного. Однако это вызывало путаницу в документах и в 1986 году вместо цифрового суффикса для обозначения среды запуска в качестве первой литеры индекса стали использоваться буквы «R» для ракет, запускаемых с надводных кораблей, и «U» - для стартующих с подводных лодок.

Первый серийный вариант ракеты BGM-109A Tomahawk с термоядерной боеголовкой имел длину 5,56 м (6,25 со стартовым ускорителем), диаметр 531 мм и стартовую массу 1180 кг (1450 кг со стартовым ускорителем). Складное крыло после перехода в рабочее положение достигало размаха 2,62 м. Экономичный малогабаритный турбореактивный двухконтурный двигатель Williams International F107-WR-402 с номинальной тягой 3,1 кН обеспечивал крейсерскую скорость полёта 880 км/ч. Для ускорения и набора высоты в ходе старта использовался твердотопливный бустер Atlantic Research MK 106, обеспечивающий тягу 37 кН в течение 6-7 секунд. Длина твердотопливного ускорителя – 0,8 м, масса – 297 кг. Запаса керосина на борту ракеты хватает для того, чтобы поразить цель на дальности до 2500 км. При создании «Томагавка» специалистам компании «Дженирал Дэйнамикс» удалось достичь высокого весового совершенства, что в сочетании с очень лёгким двигателем Williams F107, с «сухим» весом 66,2 кг и весьма компактной и лёгкой для своей мощности термоядерной боеголовки позволило добиться рекордной дальности полёта.

При размещении на надводных кораблях для запуска «Томагавков» первоначально использовались бронированные наклонные пусковые установки Мк143. В последнее время крылатые ракеты на эсминцах и крейсерах размещаются в универсальных вертикальных пусковых установках Мк41.


Пуск крылатой ракеты «Томагавк» из пусковой установки Мк143


Для наклонного или вертикального старта ракеты используется твердотопливный реактивный ускоритель. Сразу после старта складное крыло переводится в рабочее положение. Примерно через 7 с после старта происходит отделение реактивного бустера и запускается основной двигатель. В процессе старта ракета набирает высоту 300-400 м, после чего на нисходящей ветви стартового участка длиной около 4 км и продолжительностью около 60 с переходит на заданную траекторию полета и снижается до 15-60 м.

При загрузке на подводную лодку «Томагавк» находится в стальной герметичной капсуле, заполненной инертным газом, что позволяет поддерживать ракету в боеготовом состоянии в течение 30 месяцев. Капсула с ракетой загружается в 533-мм торпедный аппарат или в универсальную пусковую установку Мк45, как обычная торпеда. Запуск производится с глубины 30-60 м. Из торпедного аппарата капсула выбрасывается при помощи гидравлического толкателя, а из УВП – газогенератором. Через 5 с прохождения подводного участка, происходит запуск стартового двигателя, и ракета выходит из-под воды на поверхность под углом 50°.


Подводный старт «Томагавка»


После принятия морского «Томагавка» на вооружение эти ракеты были развёрнуты на многоцелевых атомных подводных лодках, крейсерах, эсминцах и даже на линкорах типа «Айова».



О примерном количестве крылатых ракет BGM-109A Tomahawk, поставленных в ВМС США, можно судить по количеству собранных термоядерных частей, использовавшихся только на ракетах данного типа. В общей сложности для оснащения ядерных крылатых ракет BGM-109A Tomahawk было изготовлено примерно 350 боеголовок W80 Моdеl 0. Последние «Топоры» в ядерном исполнении утилизировали в 2010 году, но вывод их с боевого дежурства состоялся в 90-е годы.

Помимо «Томагавков» с термоядерными боеголовками, предназначенных для поражения стационарных целей, американские боевые корабли оснащались крылатыми ракетами с конвенционными боевыми частями, которые также могли решать стратегические задачи. Первой неядерной модификацией стала BGM-109C, переименованная позже в RGM/UGM-109C TLAM-C (англ. Tomahawk Land-Attack Missile — Conventional - Ракета «Томагавк» с конвенционной боеголовкой для атаки наземных целей). Эта ракета несёт прочную бронебойно-фугасную боеголовку WDU-25/B массой 450 кг. В связи с многократным увеличением веса боевой части дальность пуска снизилась до 1250 км.

Так как радиолокационная аппаратура AN/DPW-23 TERCOM обеспечивала точность попадания не выше 80 метров, этого было недостаточно для ракеты с конвенционной боевой частью. В связи с этим ракета BGM-109C была оснащена системой оптико-электронного распознавания целей AN/DXQ-1 DSMAC (Digital Scene Matching Area Correlation - Корреляция области соответствия цифровым изображениям). Система позволяет ракете распознавать наземные объекты, сопоставляя их изображение с «портретом», имеющимся в памяти бортового вычислителя, и выполнять наведение на цель с точностью до 10 метров.


Траектория полёта ракеты «Томагавк» при использовании различных систем наведения


1. участок траектории полёта после старта
2. район первой коррекции с использованием аппаратуры TERCOM
3. участок с коррекцией TERCOM и использованием спутниковой системы NAVSTAR
4. конечный участок траектории с коррекцией по аппаратуре DSMAC

Систему наведения, аналогичную установленной на BGM-109C, имеет модификация BGM-109D. Данная ракета несёт кассетную боевую часть с 166 суббоеприпасами BLU-97/B и предназначена для поражения площадных целей: скоплений войск противника, аэродромов, железнодорожных станций и т.д. Ввиду большой массы кассетной боевой части эта модификация «Томагавка» имела дальность пуска не более 870 км.


Крылатая ракета с BGM-109D Tomahawk с кассетной боевой частью


Также на вооружении американского флота числилась противокорабельная модификация RGM/UGM-109B TASM (англ. Tomahawk Anti-Ship Missile – Противокорабельная ракета «Томагавк») с системой наведения, сходной с ПКР RGM-84A Harpoon. Ракета предназначалась для поражения надводных целей на дальности до 450 км и несла бронебойно-фугасную боевую часть массой 450 кг. Однако на практике реализовать такую дальность пуска представлялось малореальным. Ввиду относительно низкой скорости противокорабельного «Томагавка» время полёта на максимальную дальность занимало примерно полчаса. За это время цель могла легко покинуть район, по которому производилась стрельба. Для увеличения вероятности захвата радиолокационной головкой самонаведения, при переходе в режим поиска цели ракета должна была двигаться «змейкой», если это не помогало, то выполнялся манёвр «восьмёрка». Это конечно отчасти помогало обнаружить цель, но и повышался риск непреднамеренной атаки нейтральных или дружественных кораблей. Помимо конвенционной боеголовок, на этапе проектирования предусматривалось, что часть ПКР для поражения групповых целей будет оснащена ядерной БЧ. Но ввиду слишком большого риска нанесения несанкционированного ядерного удара от этого отказались.

Впервые в боевых условиях крылатые ракеты «Томагавк», оснащённые конвенционными боевыми частями, были применены в 1991 году в ходе антииракской компании. На основании выводов, сделанных из результатов боевого применения, руководство американскими вооруженными силами пришло к выводу, что крылатые ракеты способны решать более широкий круг задач, чем это предусматривалось изначально. Достижения в области композитных материалов, двигателестроении и электроники позволили создать универсальную крылатую ракету морского базирования, пригодную для решения широкого круга тактических задач, в том числе и в непосредственной близости от своих войск.

В ходе реализации программы Tactical Tomahawk были приняты меры по снижению радиолокационной заметности и стоимости ракеты в сравнении с предшествующими образцами. Этого удалось добиться за счёт использования лёгких композитных материалов и относительно недорого двигателя Williams F415-WR-400/402. Наличие на борту ракеты системы спутниковой связи с широкополосным каналом передачи данных даёт возможность перенацелить ракету в полёте на другие мишени, заранее внесённые в память бортового компьютера. При приближении ракеты к объекту атаки, при помощи установленной на борту телевизионной камеры высокого разрешения происходит оценка состояния объекта, что позволяет принимать решение о продолжении атаки или перенацеливании ракеты на другую цель.


RGM/UGM-109E Tactical Tomahawk


Ввиду использования композитных материалов ракета стала более нежной и не пригодна для запуска из торпедных аппаратов. Тем не менее, подводные лодки, оснащённые вертикальными пусковыми установками Mk41, по-прежнему могут применять Tactical Tomahawk. В настоящее время данная модификация «Томагавка» является основной в ВМС США. Начиная с 2004 года заказчику передано более 3000 КР RGM/UGM-109E Tactical Tomahawk. При этом стоимость одной ракеты составляет около $1,8 млн.

Согласно информации, опубликованной в американских СМИ в 2016 году, командование ВМС США высказало заинтересованность в приобретении новых крылатых ракет, оснащённых ядерными боеголовками. Компания Raytheon, которая в данный момент является производителем «Тактического Томагавка», предложила создать вариант с боеголовкой, по своим возможностям сходной с термоядерной бомбой В61-11. В новой ракете должны были использоваться все достижения, реализованные в модификации RGM/UGM-109E Tactical Tomahawk, и проникающая термоядерная боевая часть переменной мощности. Эта ракета при атаке высокозащищённых целей, укрытых под землёй, должна была пикировать после выполнения горки и заглубляться в грунт на несколько метров. При энерговыделении более 300 кт в грунте образуется мощная сейсмическая волна, гарантирующая разрушение железобетонных перекрытий в радиусе более 500 м. В случае применения против целей на поверхности, ядерный взрыв происходит на высоте около 300 м. Для снижения попутного ущерба может быть установлена минимальная мощность взрыва 0,3 кт.

Впрочем, проанализировав все варианты, американские адмиралы решили воздержаться от создания новой ядерной ракеты на основе «Томагавка». Судя по всему, руководство флота не устроила дозвуковая скорость полёта. Кроме того, модернизационный потенциал ракеты, проектирование которой началось более 45 лет, назад практически исчерпан.

Продолжение следует…

По материалам:
http://otvaga2004.ru/fotoreportazhi/voyennye-muzei/regulus-growler/
http://www.designation-systems.net/dusrm/m-15.html
http://www.designation-systems.net/dusrm/m-6.html
http://militaryarticle.ru/tekhnika-i-vooruzhenie/2005/11593-kompleks-polaris-a-2-dalshe-vyshe-bolshe
http://rbase.new-factoria.ru/missile/wobb/bgm109c_d/bgm109c_d.shtml
https://www.forecastinternational.com/archive/disp_pdf.cfm?DACH_RECNO=282
http://www.dogswar.ru/artilleriia/raketnoe-oryjie/1210-raketnyi-kompleks-mo.html
https://soldats.club/oruzhie/301-krylataya-raketa-tomagavk
http://www.designation-systems.net/dusrm/m-109.html
Автор:
Линник Сергей
Статьи из этой серии:
Ядерная дубинка американского флота (часть 1)
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

22 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти