Изучайте еврейские погромы!

Начинающего журналиста коллеги учат: заголовок должен быть такой, чтобы читателя шибало, чтобы он сразу же бросал все дела и читал статью. Для интернет-изданий это непреложное правило. Когда-то и меня так же учили, а потом, написав несколько тысяч статей на разные темы, я не только убедился в верности этого правила, но и оценил другую возможность: краткий и броский заголовок позволяет сформулировать главную мысль, которая развивается в статье.

Итак, изучайте еврейские погромы. Здесь нет ни капли антисемитизма. Речь идет о совершенно конкретной странице истории российских евреев — волне погромов, которые прокатились по еврейским местечкам Украины, Белоруссии и юга России в 1918-1921 годах. Эта тема, не так чтобы широко известная, имеет на мой взгляд, большой интерес применительно к «выживальщикам», то есть людям, которые готовятся выживать в условиях большой войны и хаоса.


На мой взгляд, история еврейских погромов в Гражданскую войну наиболее близка по условиям и характеру к тому, о чем говорят выживальщики. Местечки — это небольшие города, в которых обычно проживало от 4-5 до 10-15 тысяч человек, окруженные сельской округой, и которые были для нее торговым и промышленным центром. Евреи в местечках по образу жизни были ближе к горожанам, чем к крестьянам. Жило-было местечковое еврейство, занятое мелкой торговлей и ремеслом, и вдруг оказалось в условиях хаоса, безвластия, в окружении больших и малых банд, перед самой серьезной опасностью для жизни.

Изучайте еврейские погромы!

Улочка типичного еврейского местечка (или штейтла на идише)

Пару лет назад я написал книгу "Сталин и евреи", в которой рассматривалось, как советская власть решала еврейский вопрос и как из нищих торговцев и "людей воздуха" (перевод термина "люфтменш", бытовавшего в идише, — человек без определенных занятий) делала трудящихся: крестьян, рабочих, инженеров. Советская власть в этом преуспела и сделала евреев в подавляющем большинстве трудящимися. В этой книге еврейские погромы времен Гражданской войны затрагивались кратко. Сейчас я готовлю новую версию этой книги, значительно расширенную и дополненную Я обнаружил целый ряд редких изданий, в которых эти еврейские погромы описывались тщательно, самими очевидцами или со слов очевидцев. В этих рассказах излагались детали, которые позволяют оценить, насколько методы, предлагаемые выживальщиками, реалистичны и эффективны.

Что говорят выживальщики?

В феврале 2018 года на Ленте.ру вышла статья "Мы не боимся ядерных бомб": как россияне готовятся к войне и апокалипсису" Екатерины Климушкиной, которая опросила нескольких наиболее известных выживальщиков, ведущих каналов или форумов.

Один из опрошенных ею, ведущий сообщества "Гнездо параноика" Сергей Малик, обозначил, что среди российских выживальщиков доминируют три основные стратегии. Первая состоит в том, чтобы в случае чрезвычайной ситуации покинуть большой город, обосноваться где-нибудь в сельской местности и вести автономную жизнь в расчете на то, чтобы пересидеть время хаоса и нестабильности. Малик назвал это стратегией "домик в деревне". Это примерно половина выживальщиков. Вторая состоит в том, чтобы оставаться в городе, превратить квартиру в укрытие и вместе с соседями охранять подъезд от мародеров и грабителей. Третья состоит в том, чтобы примкнуть к спонтанно возникшему отряду выживальщиков, которая создаст свою общину и будет совместно отбиваться от бандитов. На каждую из этих двух стратегий приходится примерно по четверти выживальщиков.

Сергей Малик в своей публикации в своем сообществе также отметил, что выживальщики появились как клон американской культуры, исходя из понимания, что их жизнь находится в их руках, и кроме них самих им никто не поможет.

Это их основные позиции, которые позволяют судить об их методах выживания. В детали мы вдаваться особо не будем, поскольку они прекрасно выводимы из этих методов.

Хаос и погромы

Теперь же посмотрим, как это было на самом деле на примере еврейских погромов. Я взял два примера, один с самообороной — местечко Хабно примерно в 100 км к северу от Киева, но при этом глухое, в стороне от дорог, а второй без самообороны — местечко Кривое Озеро в 160 км к северу от Одессы. История Хабно была описана со слов очевидцев и участников самообороны, а история Кривого Озера была описана самим очевидцем, русским учителем А.Ф. Малеевым, который видел погром сам от начала до конца и описал его примерно через четыре месяца в отдельной брошюре, вышедшей в Одессе в мае 1920 года.

Исходный пункт всех историй — это возникновение хаоса и вакуума власти, когда царская власть пала, на Украине установилась в начале 1918 года власть Центральной Рады, а потом, уже во время немецкой оккупации, возникла Украинская держава гетмана Павла Скоропадского. К концу 1918 года власть гетмана была свергнута Директорией (ее армия обычно именовалась петлюровцами по имени командующего Симона Петлюры), а в начале 1919 года на Украине появились большевики, занявшие значительную ее часть. Перемена нескольких правительств основательно расшатала местную власть, но весь 1918 год местечки провели относительно спокойно. Появились бандиты, промышлявшие мелким грабежом, с минимальным насилием и без убийств.

То есть эрозия власти и привычки кому-то подчиняться происходила довольно медленно, почти целый год. Это, кстати, противоречит обычным уверениям выживальщиков, что хаос настанет быстро и сразу станет всеобъемлющим.


Но вот когда и на Украине началась гражданская война, появились крупные вооруженные отряды, вот тогда у местечек появились серьезные проблемы. Они были связаны с и с бытовавшим антисемитизмом (до революции по Украине прокатилась серия погромов), и с тем, что противники большевиков считали евреев сторонниками красных. В армии генерала А.И. Деникина это слилось вместе, у белогвардейцев антисемитизм стал эрзац-идеологией. Ленин же, напротив, выступил против антисемитизма и посулил самые суровые кары за участие в погромах.

Местечко Хабно стало ареной погрома в декабре 1918 года, когда туда пришла хорошо вооруженная банда атамана Ильи Струка (этот авантюрист командовал крупным отрядом, около 2 тысяч человек, и воевал на стороне Директории; его власть распространялась на Чернобыльский уезд Киевской губернии, это были его родные места, он родился и вырос в селе недалеко от крупного еврейского местечка). Отряд кавалеристов из 30 человек под командованием капитана Лазнюка принялся занимать квартиры под постой, а потом начал грабеж. Отряд три раза покидал и снова приходил в местечко, пока Лазнюка в апреле 1919 года не ранили в какой-то ссоре в отряде (вскоре он умер от раны). Жители местечка позвали отряд красноармейцев из Овруча. Но тут явился сам Струк, в феврале 1919 года перешедший на сторону красных, и отряд красноармейцев ушел.


Атаман Струк (отмечен крестиком), который несколько лет терроризировал Чернобыльский уезд и его еврейские местечки.

Струк перешел на сторону красных сугубо формально. Он сразу же стал набирать себе войско и принялся грабить еврейские местечки по всему Чернобыльскому уезду. Это было в начале апреля 1919 года, поскольку уже 10 апреля войско Струка ушло на Киев, где несколько отрядов "зеленых" попытались отбить его у большевиков. Вместо себя атаман оставил с местечке капитана Клименко, которого описывают настоящим бандитом. Он устроил повальный грабеж, добро сваливалось горами, а потом вывозилось в деревню, где его меняли на продовольствие. В Киеве Струк потерпел поражение, снова бежал в Чернобыльский уезд, прошел через Хабно, устроив грабеж с резней. Вскоре пришли большевики и заняли местечко без сопротивления. После этого в местечке было решено организовать отряд самообороны. Отряд этот просуществовал до конца 1922 года, и больше крупных погромов в Хабно не было.


Отряд еврейской самообороны. Не из Хабно, но и тот отряд выглядел примерно так же.

Местечко Кривое Озеро также подверглось погрому в мае 1919 года, когда большая банда Козакова всего за три часа расстреляла около 300 жителей. Бандитов прогнали большевики, и в местечке также возник крупный отряд самообороны, у которого были даже пулеметы. Отряд отбил нападение казаковцев, потом нападение петлюровцев. Но в августе 1919 года петлюровцы, подступив большими силами, заставили отряд сдать пулеметы и большую часть винтовок.

До декабря 1919 года в местечке было спокойно, в конце августа 1919 года, после взятия белыми Одессы, власть перешла к деникинцам. Была образована Новороссийская область ВСЮР, появилась местная власть, в частности, в Кривом Озере были деникинский пристав и отряд государственной стражи. Но потом белые потерпели сокрушительное поражение и стали отступать к Одессе под натиском большевиков. Пристав исчез 22 декабря 1919 года, предварительно собрав с евреев 15 тысяч рублей, тут же разбежалась и стража.

Тем временем на местечко шел Волчанский отряд из дивизии генерала А.Г. Шкуро, один из самых свирепых белых отрядов. Жители местечка попытались организовать отряд самообороны, но не успели. В местечке после разоружения осталось около 40 винтовок, а к местечку шел отряд в 500 человек с пушками и пулеметами. Волчанский отряд отступал от Фастова (под Киевом) и по дороге не пощадил ни одного еврейского местечка. Кривое Озеро было богатым местечком: крупные торговые склады, несколько паровых мельниц, 15 паровых маслобоен, в нем было много богатых жителей. Они попытались откупиться, вручив командиру отряда Деконскому (вероятно, псевдоним) 200 тысяч рублей.

Его бойцы, почти все носившие поверх шинелей хорошие шубы, сразу же принялись за организованный грабеж. Сначала они хватали людей на улицах, пытками вынуждали показывать квартиры богатых жителей. Одна часть бойцов грабила квартиры, пытая и убивая их владельцев целыми семьями, а другая часть грабила магазины и склады. Награбленное вывозилось в окрестные деревни и сбывалось крестьянам. Потом и крестьяне втянулись в грабеж, обчищая уже разгромленные квартиры и магазины.

Правда, стоит отметить, что, поживившись еврейским имуществом, крестьяне, как правило, выступали против убийств и насилия. Многие из них помогали евреям бежать, укрывали их и давали ночлег. Но и убитых было множество. Улицы и квартиры были местами завалены трупами, которые пожирали голодные собаки. Погром и убийства были такими жестокими, что жившие в местечке русские (интеллигенция и местные чиновники; Малеев их всех характеризовал как безусловных антисемитов) даже решились на депутацию к Деконскому с просьбой прекратить убийства. Депутация успеха не имела. Местная помещица Широченко, мужа которой расстреляли большевики, спрятала в своем поместье несколько сотен евреев.

Тотальный грабеж и убийства продолжались до 24 января 1920 года. За это время Волчанский отряд то уходил из местечка, то снова возвращался, всякий раз с грабежом и убийствами. Наконец, волчанцы окончательно сбежали, бросившись в Одессу, и 25 января в местечко вступили красноармейцы. Малеев поучаствовал в похоронах жертв погрома, а потом пешком ушел вслед за Красной Армией в Одессу. Судя по тону его брошюры, этот погром сделал из него убежденного большевика.

Итак, из этих историй видно несколько важных моментов. Во-первых, от начала нестабильности и перемены власти до начала тотального грабежа и убийств проходило довольно много времени, год или даже полтора. Во-вторых, крупномасштабный грабеж проводили войска, терпящие поражение и отступавшие, а потом в наибольшей степени подвергшиеся разложению. Белые в конце 1919 года прекрасно понимали, что им конец, и грабили наиболее интенсивно, чтобы иметь возможность сбежать за границу с ценностями на руках. В-третьих, единственным эффективным средством против нападения и погрома был только достаточно крупный отряд самообороны.

Из опыта организации самообороны

Самооборона в Хабно стала знаменитой и весьма влиятельной силой. Ее инициатором выступил местный житель Давид по прозвищу Клещ. Крепко сбитый, он участвовал в Первой мировой, потом попал в австрийский плен и вернулся в 1918 году. Первый отряд был очень слабым, у него была одна винтовка и палки. Клещ связался с красным батальоном в Коростене, который помог отразить одно из нападений местных бандитов. Командир отряда Береговой оставил Клещу 11 винтовок и 1500 патронов. Потом в Чернобыле и Коростене с большими трудами добыли еще 100 винтовок и 3000 патронов.

Клещ провел мобилизацию молодежи и разделил отряд на две части. Одна часть, резервная, около 150 человек, поделенная на четыре отряда, охраняла само местечко и патрулировала въезды в него. Другая часть, действительная, составленная из 50 наиболее крепких бойцов, была поделена на два взвода и рейдировала по окрестным селам в поисках бандитов. Сам Клещ был фельдфебелем; в штабе, кроме двух взводных и четырех отдельных командиров, были еще оружейный инструктор и кассир. Самооборона подчинялась Чернобыльскому уездному комитету.

Кассир был нужен потому, что Клещ для содержания действительного отряда ввел особый налог на вывозимый из местечка товар. Торговцы могли что-то вывезти только после уплаты налога и предъявляли на постах штабную налоговую квитанцию. Собранные таким образом деньги позволяли бойцам действительного отряда заниматься только службой. Другим источником средств было изъятое у бандитов награбленное у евреев имущество. Часть его возвращалась владельцам, а то, что не находило владельцев, продавалось. Вырученные деньги шли на содержание отряда.

В конечном счете самооборона переловила в окрестных селах бандитов и обезопасила местечко от нападений и погромов. Даже атаман Струк, сильно поредевший отряд которого бандитствовал в Чернобыльском уезде до октября 1922 года, уже не рисковал нападать на Хабно.

Правильные принципы

Что у выживальщиков неправильно с точки зрения этого исторического опыта? Это можно показать сравнением с правильным образом действий.

Во-первых, небольшая группа, поселившаяся где-нибудь в сельской местности, представляет собой удобный объект для грабежа для любой местной банды. Местные своих грабить не будут, а вот пришлых чужаков или вообще всех, кто воспринимается не своими, — всегда пожалуйста.

Во-вторых, минимально отряд самообороны, который может дать некоторую гарантию от нападений, должен включать около 100 активных штыков, а с резервом — около 200 или 300 человек. Чем крупнее отряд, тем безопаснее. Такой отряд можно организовать лишь в довольно крупном населенном пункте, с численностью населения примерно 4-5 тысяч человек, на основе мобилизации.

В-третьих, отряд не может возникнуть самопроизвольно, он должен быть организован, у него должно быть командование, структура, а также должна поддерживаться дисциплина. Это все необходимо потому, что достаточно оружия и боеприпасов раздобыть очень трудно, у отряда должно быть снабжение продовольствием, одеждой, обувью, транспортом, а также наличными деньгами. Недисциплинированный отряд небоеспособен и станет легкой добычей бандитов.

В-четвертых, ядро отряда, или по крайней мере, его командование должно быть составлено людьми с военным и желательно боевым опытом, а также должно быть организовано обучение тех, кто опыта не имеет. И вообще, владение азами пехотной тактики абсолютно необходимо. У бандитов или более крупных отрядов грабителей может быть численный перевес, который компенсируется только лучшей тактикой и выгодными позициями для обороны. Также нужно знать азы гарнизонной службы, патрулирования и охранения, с выставлением постов и часовых.

В-пятых, опыт самообороны Хабно говорит за то, что безопасность достигается активными действиями: разведкой и рейдами против бандитов, с целью разгрома и ликвидации всех банд в пределах досягаемости. Разгром банд покажет местному населению и пришлым людям, что здесь грабить и убивать никому не позволено. Контролируемый район должен составлять примерно от 50 до 100 км в радиусе от места базирования отряда, смотря по условиям и наличию транспорта.

В-шестых, если власти нет совсем, то отряду придется взять на себя административные и судебные функции, хотя бы на время. Отряд в Хабно этим занимался, и местные крестьяне часто ходили за справедливостью в "хабенскую чеку", признавая самооборону легитимным органом власти. Но и в этом случае нужно держать ухо востро и при первой же возможности установить связи с более крупной военно-административной силой, причем такой, которая категорически против грабежей и погромов. Это потребует разведки и даже своего рода дипломатии, во всяком случае, нужно всегда ориентироваться в ситуации и следить за ее изменениями.

В-седьмых, пока опасность бандитизма и хаоса не миновала совершенно, оружия нельзя сдавать, даже под самым благовидным предлогом. Лучше всем отрядом подчиниться более крупной военно-административной силе и исполнять ее приказы (здравомыслящая власть в условиях хаоса обычно не против такого пополнения своих сил). При попытке силового разоружения лучше дать бой, чем сдавать оружие. Отряд может быть уничтожен, но ведь безоружных людей ограбят и вырежут и того вернее.

Если выживальщики не будут следовать этим принципам, они будут разоружены, ограблены до нитки, а потом убиты. Безоружных и неорганизованных людей грабят и убивают в условиях хаоса и безвластия кто во что горазд. Что и показывает история погромов в еврейских местечках в годы Гражданской войны.
Автор:
Дмитрий Верхотуров
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

70 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти