Интифада социальных сетей: новый этап кровавого конфликта?

Три года назад, в 2015 году, в Израиле на фоне так и не решённого окончательно палестино-израильского противостояния начался новый виток эскалации конфликта, унесший множество жизней. В большинстве случаев палестинские радикалы нападали на евреев по обе стороны «зелёной черты» (т.н. граница Израиля до 5 июня 1967 года, когда началась Шестидневная война). Многие СМИ в те дни окрестили этот всплеск насилия по отношению к евреям «Интифадой ножей» или «Интифадой Иерусалима», поскольку, во-первых, большая часть этих атак была совершена именно в этом священном как для палестинцев, так и для израильтян городе, а, во-вторых, эти нападения связаны, по мнению части палестинского общества, с заявлениями на палестинских страницах в социальных сетях о непрекращающемся желании израильтян захватить Храмовую гору и мечеть Аль-Акса, подогреваемом выступлениями формального лидера ПНА Махмуда Аббаса, на которых он заявлял, что «благословляет каждую каплю крови, пролитую за Иерусалим, поскольку она пролита за Аллаха, тем самым являясь чистой и светлой».

Интифада социальных сетей: новый этап кровавого конфликта?



Для того чтобы эти нападения стали не просто локальной, единовременной акцией устрашения и неповиновения «действиям израильского режима апартеида» (как это называют палестинцы), необходимо создать мощный информационный фронт с целью их поддержки. Для этого существуют всем привычные СМИ: теле- и радиокомпании, печатные издательства. Однако тут есть несколько «но»: во-первых, по радио и через печатные издания нельзя передать всю полноту изображений; во-вторых, ни на телевидении, ни на радио, ни в печатных СМИ нет «обратной связи»; в-третьих, традиционные СМИ, пусть даже те, которые являются интегрированными в социальные сети, кому-то принадлежат, следовательно имеют свой редакторский отдел, а значит, являются политически ангажированными, что не позволяет использовать их как площадку для публикации подобных материалов. Таким образом, публикации в традиционных СМИ проходят определённую цензуру, служат политическим интересам какой-то властной группы и публикуются с их санкции. В-четвёртых, в данном контексте будет являться, пожалуй, наиболее важным тезисом, все вышеперечисленные традиционные СМИ являются устаревшими и недоступными инструментами продвижения идей и информации для молодёжи. Молодёжь в ПНА — значительная группа населения; наиболее политически активная часть общества, являющаяся свидетелем не мирных переговоров, начала 1990-х годов, но современником неудачи того процесса мирного урегулирования — наиболее радикальной частью палестинского общества, не доверяющей проводимой внутренней и внешней политики формальных лидеров ФАТХ и в целом всего руководства ПНА. Зачастую социальные сети — это единственное место, где молодые палестинцы «имеют свой голос». Следовательно, социальные сети являются наиболее простым и удобным средством для призывов к борьбе с Израилем для координации этой деятельности. К тому же в последнее время многие социальные сети и мессенджеры стали использовать технологии сквозного шифрования, т.е. технологии блокчейна или попросту «сот» (та же структура связи между участниками, что и в сетевом терроризме). Таким образом, если даже подстрекателя смогут вычислить, то поймают его, остальные же участники останутся в безопасности и смогут продолжить общее дело. Стоит отметить, что росту популярности социальных сетей среди палестинской молодёжи добавила и та успешная роль социальных медиа, которую они сыграли в мобилизации молодёжи, трансляции новостей и публикации мнений в ходе народных восстаний так называемой «арабской весны». Следовательно, подавляющее большинство палестинцев верят в силу социальных сетей и используют их как альтернативный дискурс по отношению к основным, традиционным СМИ.

Интифада социальных сетей — явление, по сути, никем не контролируемое со стороны палестинских лидеров из ФАТХ (в западной печати можно встретить такие термины, как «leaderless» / «leaderless Palestinian youth»). Конечно, нельзя отрицать и роль радикальных исламистских движений, и роль ХАМАС в подстрекательствах и призывах убивать евреев, публикуемых в социальных сетях, однако они лишь являются катализатором. В отличие от Второй интифады, когда бомбовые теракты планировались и осуществлялись лицами, состоявшими в определённых радикальных боевых ячейках той или иной палестинской организации (ответственность за террористические акты брала на себя та или иная группировка), «Интифада ножей» показала, что атаки осуществлялись спонтанно, зачастую нападавшие не принадлежали ни к одному из формальных политических движений. Следовательно, так как атаки являются индивидуальными, то и подстрекательство к ним осуществляется с помощью социальных сетей. Об этом говорят доклады Института по исследованию средств массовой информации Ближнего Востока (MEMRI). Причем подстрекателями являются кто угодно из числа пользователей социальных сетей, а наиболее действенный способ — публикация изображений или видеороликов самих ножевых атак, а также того, что происходит после, например, нейтрализация нападавшего.

Изображения были всегда одним из центральных элементов интифады. Начиная с первой интифады палестинские СМИ публиковали изображения солдат, избивающих детей, танков против демонстрантов, бросающих камни — это были инструменты эффективного воздействия палестинских властей на мировую общественность и собственное население. Однако раньше монополия на такие изображения была по большей части у Армии обороны Израиля (АОИ), а теперь у АОИ такой монополии больше нет. Каждый записывает их, публикует и делится ими. Сегодня подобные изображения повсюду, поскольку информационная и техническая революции в области записи и обработки видео сделали для населения доступным видеосъёмку. Палестинцы снимают нападения на мобильные устройства, камеры Go-Pro, через приложения Periscope, Instagram, с помощью технологий livestream, используют онлайн-трансляции уличных камер видео-наблюдений. Таким образом, благодаря мобильным технологиям записи палестинские и израильские лидеры потеряли контроль над происходящим.

Публикации условно можно разделить на несколько типов: во-первых, это картинки-карикатуры; во-вторых, это видео, демонстрирующие непосредственные атаки, или смерть нападавших палестинцев, в результате их нейтрализации силами безопасности Израиля; в-третьих, видео, на которых звучат призывы к убийствам евреев, и объясняется, как это можно сделать наиболее «эффективно». Однако есть и другой тип изображений, общей темой которого является фотоколлаж жизни «до и после» [террористической атаки] шахида («мученика»): одна картинка изображает их счастливыми и здоровыми, вторая — мёртвыми. Все публикации сопровождается хештэгами на арабском и английском. Наиболее популярными являются: «The Intifada Has Started», «The Third Intifada», «The Jerusalem Intifada», «Poison Your Knife Before You Stab», «Slaughtering the Jews» и др. В своей работе «Подстрекательство в социальных сетях как основа палестинских насильственных действий» (Incitement on Social Media: The Fuel and Detonator of Palestinian Violence), опубликованной на сайте израильского научно-исследовательского института «Иерусалимский центр по связям с общественностью» (Jerusalem Center For Public Affairs), Гилад Гамлиэли в примечаниях указывает на минимум 50 публикаций в палестинских группах и на страницах в социальных сетях, которые призывают к нападению на евреев или содержат изображения осуществленных ножевых атак в отношении израильтян и фотографии убитых "мучеников".

Одним из популярных образов и мощнейшим инструментом, использующимся в СМИ и социальных сетях для подстрекательства, является изображение погибших детей. Так, к примеру, в Палестине до сих пор помнят видео с 12-летним Мухамеддом аль-Дура, который погиб в результате перестрелки между палестинцами и израильтянами в 2000 году. Изображения кричащего от ужаса и умирающего на руках отца 12-летнего мальчика — это, бесспорно, чрезвычайно мощный инструмент давления. Современные публикации во многом похожи на то, что связано с аль-Дура: видео с 3-летней девочкой Рахаф Хассан, умершей на руках её отца после авиаударов Израиля по позициям ХАМАС в Газе, или же демонстрация детей в горящем доме семьи Давабшеш, который был подожжён еврейскими экстремистами в рамках так называемой акции «Необратимости воздействия», и многие другие.

Палестинцы зачастую публикуют видео, которые, по их мнению, опровергают официальные заявления властей Израиля по поводу ножевых атак. Так, в пример палестинцы приводят историю Фади Аллуна, который был застрелен израильскими службами безопасности. Власти Израиля заявили, что у него был нож и он пытался совершить нападение и в результате был нейтрализован. В палестинских группах в социальных сетях опровергали наличие у Аллуна ножа и в доказательство опубликовали фрагмент видео, на котором у него в руках нет ножа, пытаясь призвать палестинское сообщество отреагировать и отомстить за Фади Аллуна. Однако на палестинских страницах в социальных сетях появляются и явно провокационные посты, направленные на подстрекательство палестинской молодёжи к совершению большего количества ножевых атак. История Ахмада Мансары яркий тому пример. По сообщению палестинского информационного агентства Maan, 12 октября 2015 года в иерусалимском районе Писгат Зеэв братья Ахмад и Мухаммад Мансара (13 и 17 лет соответственно) совершили несколько ножевых атак, ранив в том числе 12-летнего мальчика. При попытке скрыться по Ахмаду был открыт огонь. В тот же день фотографии раненного Ахмада Мансары опубликовали многие палестинские группы и страницы в Фейсбук и Твиттер, сравнивая его с уже вышеупомянутым Мухаммедом аль-Дура, запустив хештэг (на арабском) «the new al-Dura». На следующий день Махмуд Аббас выступая в прямом эфире на палестинском телевидении заявил, что «Израиль убивает невинных палестинских детей». Только наследующий день израильские СМИ опубликовали фотографию Ахмада, на которой он жив и проходит реабилитацию в израильской больнице.

Государство Израиль пытается бороться с провокациями и старается предупреждать нападения, анализируя посты и хештэги. Во многом этой работой занимается «Подразделение 8200», которое является важнейшим компонентом израильской радиоэлектронной разведки. Так, в ходе «Интифады ножей» израильские службы безопасности занимались мониторингом социальных сетей. По информации, предоставленной израильской газетой Гаарец (Haaretz), с начала 2015 года было задержано свыше 800 человек, которых израильские службы безопасности подозревали в подстрекательстве в социальных сетях. Американский канал Vice News в своём документальном фильме «Цифровая интифада» (Digilal Intifada), указывает, что подозреваемых задерживали на несколько месяцев (иногда до полугода), не предъявляя никаких официальных обвинений и отказывая им в праве на юридическую помощь. Суд также не проводился ввиду того, что данные, которые содержались в их делах являлись засекреченными. Однако явного результата действия израильской стороны не дали, поскольку чисто физически нельзя отследить, арестовать и посадить всех тех, кто занимается подстрекательством в социальных сетях и призывает участвовать в «Интифаде ножей». Также невозможно удалить весь контент, содержащий призывы убивать евреев, поскольку он будет появляться вновь и вновь, вызванный в том числе и действиями израильских служб безопасности.

Рассматривая интифаду социальных сетей, которая началась в конце 2014 – в начале 2015 годов и продолжается по сей день, необходимо отметить, что сегодня палестинская молодёжь использует социальные сети как основной ресурс для подстрекательства продолжающегося насилия по отношению к евреям в Израиле и как наиболее простую форму противостояния государству Израиль. Такие хештэги, как «Poison the knife Before You Stab» и другие (в основном на арабском) используются для распространения пропаганды, восхваляя и поощряя новые атаки и нападения. В Инстаграме, Фейсбуке и Твиттере публикуется множество фотографий и коротких видеороликов, объясняющих, как совершить нападение, чтобы оно было как можно более смертоносным. Для этого публикуются анатомические карты, на которых отмечены наиболее уязвимые и смертельные места для ударов ножом. Интифада социальных сетей — движение, у которого нет формального лидера из официальных руководителей ПНА (как с Западного берега, так и из Сектора Газа), но движущей силой которого является палестинская молодёжь, та, что является современником крайне неудачных попыток мирного урегулирования в рамках процесса, заложенного Соглашениями Осло 1993 и 1995 годов и насильственных актов как со стороны палестинских радикальных боевых формирований, так и израильских военных и еврейских экстремистов, проживающих в поселениях на Западном берегу; молодёжь, не верящая палестинским лидерам, которые подписывали мирные соглашения (но в тоже время подпадающая под идеологическое влияние радикалов): высокий уровень безработицы среди молодёжи, низкое качество образования и отсутствие досуга — не то, что они ждали от мира с Израилем. И это крайне опасная ситуация, поскольку сегодняшние молодёжные лидеры в социальных сетях в Палестине, публикующие фотографии и видеоролики нападений, призывающие к насилию по отношению к евреям, завтра (или однажды) станут уже официальными лидерами палестинского народа, которым придётся сесть за стол переговоров. Однако сядут ли?..
Автор:
Матвей Царёв
Использованы фотографии:
twitter.com
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

10 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти