Почему в НАТО должны бояться российского ЗРК «Тор»

На вооружении российской армии состоят зенитные ракетные комплексы разных классов и типов. Независимо от своих характеристик и предназначения, все они привлекают внимание зарубежных специалистов и журналистов. Так, несколько дней назад свое видение российского ЗРК «Тор-М2У» и всего семейства «Тор» опубликовало американское издание The National Interest. Его автор рассмотрел новейший комплекс линейки «Тор», а также попытался сравнить этот образец с другой современной российской разработкой.

9 декабря в рубрике The Buzz появилась новая статья под названием «Why NATO (Or Anyone) Should Fear Russia's TOR Air Defense System» – «Почему в НАТО (и не только) должны бояться российской зенитной системы «Тор». Подзаголовок отмечал: новейшая история наводит на подобные мысли. Автором статьи стал Чарли Гао.




Новая статья в The National Interest начинается с напоминания о событиях недавнего прошлого. Не так давно российский военный эксперт Виктор Мураховский попал в неприятную ситуацию, связанную с публикацией некоторых данных. Он писал, что зенитные ракетно-пушечные комплексы «Панцирь-С1», работающие в составе системы ПВО авиабазы Хмеймим в Сирии, столкнулись с определенными проблемами. Потому при отражении вражеских атак они показали себя не лучшим образом.

По данным В. Мураховского, ЗРПК «Панцирь-С1» показали эффективность на уровне 19%. Аналогичный параметр ракетных комплексов «Тор-М2У» был в разы выше – 80 %.

Ч. Гао отмечает, что, согласно одной лишь статистике последнего времени, ЗРК «Тор-М2У» на голову превосходит «Панцирь-С1». Однако он не делает скорых выводов и предлагает рассмотреть ситуацию шире. Следует найти ответы на ряд вопросов. Для чего изначально делался «Тор»? Что он может, и почему ему удалось превзойти конкурента в Сирии?

Ссылаясь на известную русскоязычную Информационно-новостную систему «Ракетная техника», автор напоминает, что разработка первого комплекса семейства «Тор» началась в 1975 году. Этот образец создавался в качестве замены для существующих ЗРК «Оса» и предназначался для работы на дивизионном уровне. К этому времени самолеты тактической авиации освоили низковысотный полет с огибанием рельефа местности, что предъявляло новые требования к зенитным комплексам. Прежде всего, нужно было сократить время реакции.

Еще одной перспективной угрозой являлись высокоточные управляемые авиационные средства поражения – такие как корректируемые бомбы AGM-62 Walleye или крылатые ракеты воздушного базирования. Перспективный ЗРК должен был бороться и с такими целями.

Для противодействия актуальным угрозам был создан зенитный ракетный комплекс «Тор». Он поступил на вооружение Советской армии в 1985 году. Комплекс «Тор», пришедший на смену «Осе», имел схожую архитектуру и тоже был выполнен автономным. Радиолокаторы обнаружения цели, станция наведения и пусковая установка для ракет смонтированы на общем шасси.

Для сокращения времени реакции и более быстрой атаки цели в проекте «Тор» использовались те же решения, что и в ЗРК С-300. Был применен вертикальный старт ракет. Восемь управляемых боеприпасов располагались в транспортно-пусковых контейнерах в вертикальном положении. Во время старта ракета выбрасывается из контейнера при помощи порохового аккумулятора давления. После этого изделие раскладывает плоскости и может лететь к цели.

Когда ракета достигает высоты 20 м над пусковой установкой, происходит включение специальных газовых рулей на головной и хвостовой части ее корпуса. С помощью этих устройств ракета наклоняется в направлении цели. По достижении требуемого наклона ракета включает маршевый двигатель и отправляется к своей цели.

Подобные особенности ракет резко сокращают время, необходимое для выполнения атаки и поражения цели. Во время движения для подготовки и запуска ракеты требуется 10 секунд. При размещении комплекса на стационарной позиции это время сокращается до 8 с.

На боевой машине ЗРК «Тор» имелась радиолокационная станция наведения с пассивной фазированной антенной решеткой. За счет такой аппаратуры комплекс имел преимущества перед «Осой» по скорости и точности управления лучом. Однако в самой первой версии проекта «Тор» предусматривался только один целевой канал. Как следствие, боевая машина могла одновременно управлять только одной ракетой.

Этот недостаток был исправлен в следующем проекте «Тор-М1». Комплекс этой модели был принят на вооружение в 1991 году. Модернизированный ЗРК имел уже два целевых канала. Кроме того, были приняты меры, направленные на повышение эффективности при работе по специфическим целям, таким как управляемые бомбы. Также при модернизации были использованы новые вычислительные машины с повышенными характеристиками, что привело к некоторому сокращению времени реакции.


На основе наработок по «Тору-М1» и новых решений был создан очередной проект обновления ЗРК – «Тор-М2». Ч. Гао указывает, что данные по этому комплексу разнятся. Так, согласно сайту Militaryarms.ru, «Тор-М2» способен одновременно обстреливать 4 цели. В то же время, англоязычный портал Army-technology.com пишет о наличии 10 целевых каналов. Кроме того, как напоминает автор, в некоторых источниках указывается ограниченный противоракетный потенциал зенитной системы. Якобы «Тор-М2» способен сбивать неуправляемые ракеты, что делает его аналогом израильской системы «Железный купол».

Зенитные ракетные комплексы семейства «Тор» широко распространены в российской армии. При этом такие системы строятся на разных шасси. В дополнение к стандартному варианту на гусеничном шасси были созданы арктическая модификация на базе сочлененного вездехода «Тор-М2ДТ», а также версия «Тор-М2К» на колесном автомобиле, предназначенная для экспортных поставок. Наконец, были проведены успешные испытания, в ходе которых целый комплекс «Тор» разместили на палубе боевого корабля.

Вспомнив об истории развития семейства ЗРК «Тор», Ч. Гао возвращается к вопросу сравнения этих систем с ракетно-пушечным комплексом «Панцирь-С1». Он предлагает определить, почему же «Тор» намного лучше «Панциря». Прежде всего, автор напоминает о предназначении этих комплексов. Так, изделия «Тор» предназначены для работы в составе зенитно-ракетных дивизионов, тогда как «Панцирь-С1» должен отвечать за противовоздушную оборону ближней зоны. Вследствие этого «Торы» имеют более мощные радиолокационные станции, при помощи которых могут обнаружить приближающуюся цель раньше «Панциря».

Автор The National Interest полагает, что ракеты комплексов «Тор» более маневренны и эффективны, чем вооружение «Панциря». Кроме того, серьезным преимуществом является вертикальный старт со склонением ракеты перед началом полета. Это позволяет повысить эффективность при обстреле целей, подлетающих с разных направлений, поскольку пусковая установка ракет не должна вращаться для предварительного наведения. Впрочем, после запуска – для обеспечения наведения ракеты – пусковая установка все же должна вращаться вместе со своими локаторами.

Также есть предпосылки к появлению превосходства «Тора» иного характера, связанные с целями. ЗРК семейства «Тор» способны атаковать и уничтожать менее сложные воздушные цели, чем система «Панцирь-С1».

Ч. Гао высказывает предположение относительно событий на базе Хмеймим, связанное с эффективностью работы зенитных средств. ЗРПК «Панцирь-С1» разрабатывались для работы в объектовой противовоздушной обороне. Вполне возможно, что именно этим комплексам поручили задачу борьбы с малоразмерными беспилотными летательными аппаратами за пределами зоны действия «Торов». Перехват подобных целей является крайне сложной задачей, и это могло оказать негативное влияние на численные показатели эффективности вооружения.

***

Поводом для появления новой публикации в The National Interest, очевидно, послужили события месячной давности вокруг любопытной информации о работе российских систем противовоздушной обороны на авиабазе Хмеймим. Очередная публикация известного военного эксперта стала поводом для настоящего скандала. Масла в огонь обсуждений подлил тот факт, что публикация оставалась в свободном доступе не слишком долго – вскоре она была удалена.

В начале ноября известный специалист в области вооружений и обороны В. Мураховский опубликовал заметку о состоянии ПВО на базе Хмеймим и результатах ее работы. Были приведены некоторые количественные показатели, ставшие поводом для резкой критики в сторону ЗРПК «Панцирь-С1», а также процессов и лиц, имевших отношение к его созданию и принятию на вооружение. Главный вывод статьи заключался в том, что комплексы «Панцирь-С1» не оправдали себя в условиях реального вооруженного конфликта.

В. Мураховский писал, что системы «Панцирь-С1» имеют проблемы с обнаружением малоскоростных и малоразмерных целей в виде беспилотных летательных аппаратов, но при этом нередко засекают ложные цели – крупных птиц. Именно из-за низкой эффективности таких ЗРПК весной этого года было принято решение об отправке в Сирию комплексов «Тор-М2У». Эта техника, как утверждается, быстро показала свои возможности. В первую неделю июля «Торы» поразили 7 БПЛА противника с расходом 9 ракет. С апреля по октябрь эти ЗРК уничтожили 80 воздушных объектов и показали эффективность на уровне 80%. Для «Панцирей» этот показатель составил лишь 19%.

Заметка о противовоздушной обороне Хмеймима оставалась доступной не слишком долго. Вскоре после публикации она была удалена. Тем не менее, удаление не помешало старту активнейших обсуждений. Более того, пропажа статьи с интересной информации подлила масла в огонь и привела к появлению известных подозрений.

Следует отметить, что сообщения о низкой эффективности ЗРПК «Панцирь-С1» противоречит сообщениям недавнего прошлого. Ранее неоднократно сообщалось, что такие комплексы обеспечивали защиту базы Хмеймим от различных нападений, в том числе с использованием беспилотников и неуправляемых ракет. Кроме того, «Панцири» принимали участие в отражении известного ракетного удара 14 апреля 2018 года и, по всей видимости, смогли поразить некоторое количество крылатых ракет. Впрочем, не обошлось без потерь. В начале мая израильским военным удалось уничтожить один «Панцирь-С1», на тот момент находившийся не в состоянии боевой готовности.

Согласно сообщениям последних месяцев, ЗРК «Тор-М2У» несут постоянное дежурство на базе Хмеймим и уже успели отразить несколько попыток нападения. При этом точные сведения о работе таких комплексов все еще официально не публиковались, но доступные данные показывают высокую эффективность боевой работы. Так или иначе, «Тор-М2У» дополняет ранее развернутые «Панцири-С1» и обеспечивает противовоздушную оборону базы.

По какой причине информация из официальных и неофициальных источников не совпадает или даже противоречит друг другу – неизвестно. Можно высказывать самые разные версии, затрагивающие вопросы техники, эксплуатации, организации и т.д. Свой вариант объяснения сложившейся ситуации предложило издание The National Interest. По мнению его автора, получению результатов, опубликованных В. Мураховским, могли поспособствовать определенные факторы технического характера.

Ч. Гао предложил сразу три объяснения полученным результатам. Первое предположение касается технических особенностей комплекса, влияющих на время реакции; второе указывает на сложность разных целей; а третье связано с целями и задачами комплексов, а также с организацией ПВО. Какая из них наиболее соответствует действительности – неизвестно.

Ситуация вокруг российских зенитных средств на авиабазе Хмеймим по-прежнему вызывает определенные вопросы, пока остающиеся без достойных ответов. Официальные лица из министерства обороны никак не комментировали последние сообщения и предпочитают хвалить отечественные системы ПВО. Сложившаяся ситуация вызывает серьезные вопросы, а кроме того, привлекает внимание зарубежной прессы – например, издания The National Interest.

Статья «Why NATO (Or Anyone) Should Fear Russia's TOR Air Defense System »:
https://nationalinterest.org/blog/buzz/why-nato-or-anyone-should-fear-russias-tor-air-defense-system-38207
Автор:
Рябов Кирилл
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

18 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти