Самое страшное оружие современных джихадистов

Ряд произошедших недавно событий, последним из которых явилась атака в минувшую субботу президентского дворца в Сомали, сподвиг на написание этого краткого очерка, в котором сделана попытка проанализировать одно из наиболее эффективных для джихадистов средств нападения, известных как «шахид-мобили».

Сразу отметим, что в подавляющем большинстве горячих точек вооружённое противостояние исламских радикалов происходит с местными правительственными силами, которые часто поддерживает какая-либо сверхдержава или коалиция нескольких ключевых государств. Как известно, антитеррористические силы имеют в большинстве случаев количественное и качественное превосходство над джихадистами, особенно ярко выражающееся в таких родах войск, как авиация, артиллерия и танковые войска.


И даже если то или иное подпавшее под контроль джихадистов государство располагает подобием армии, то обычно эти силы достаточно быстро уничтожаются (как это было, например в Чечне или в Афганистане). Соответственно, боевики из числа исламских радикалов, переходя в стадию вооружённого подполья и партизанской борьбы, предпочитают действовать тайно, украдкой, атакуя иностранные антитеррористические силы и контингенты местных органов безопасности из засад, с заранее подготовленных позиций, используя фактор неожиданности.

И поэтому, как показывает опыт, главнейшее значение для боевиков приобретает разведка, основанная на лояльности (добровольной или вынужденной) местного населения, благодаря которой происходит сбор данных о силах, принимающих участие в антитеррористических операциях.

Данная тактика, основанная на вполне разбойничьем принципе «ударил – и убегай», разумеется, не нова, однако довольно эффективна и позволяет джихадистам долгое время противостоять проправительственным силам. Именно этот метод позволяет им наносить ущерб намного более сильным соединениям противника. При этом отметим, что даже в случае успешного боя джихадисты нередко не пытаются занять какие-то позиции и обороняться на них в дальнейшем, но предпочитают сразу же после атаки отступить с места боестолкновения.


"Шахид-мобиль", защищённый бронёй, и его водитель — исламский вариант камикадзе. Источник фото: hathalyoum.net


Конечно, такую тактику можно считать трусливой или подлой, однако вряд ли это в полном смысле так, тем более что на войне все средства хороши. Дело в том, что при господстве в огневой мощи и в техническом оснащении на стороне антитеррористических сил тактика «кусай и беги» является практически единственно возможной для джихадистов (так как при ином виде боя их просто бы сразу уничтожили).

Также на выбор боевиками подобной тактики воздействуют и иные факторы, в том числе относительная малочисленность участников вооружённого исламистского подполья, зачастую отсутствие у них достаточных запасов вооружения и боеприпасов, а также проблемы с эвакуацией раненых и с возможностью оказания им качественной помощи.

Очень важным моментом считается, что в значительной доле примеров боевиками-джихадистами становятся бывшие гражданские лица, без боевого опыта или с минимальным, которые при этом вынуждены противостоять преимущественно военным профессионалам. Поэтому они вынуждены использовать такие методы боевых действий, которые позволяют им относительно эффективно действовать при минимизации собственных потерь.

И одной из наиболее ярких проявлений подобной тактики, построенной на сохранении фактора неожиданности, религиозного фанатизма и принципа причинения максимального ущерба при минимальных потерях со стороны джихадистов, являются «шахид-мобили». Эти машины со взрывчаткой, управляемые камикадзе-смертником из числа исламских фанатиков, нередко бронированные, не стоит путать с «джихад-мобилями» — разнообразными «тачанками 21 века», где в кузове пикапа или грузовика устанавливается какое-либо орудие.

Именно этот вид, скажем так, «боевой техники» джихадистов оказался одним из наиболее эффективных и внушающим страх не только подразделениям локальных сил безопасности, но даже частям их состава международных контингентов ведущих держав.

Говоря о «шахид-мобилях», стоит первым делом сказать, что они появились в современных «горячих точках» именно благодаря нескольким вышеуказанным факторам. В том числе из-за дефицита оружия и боеприпасов у джихадистов, а также при наличии в их среде большого числа необученных военному делу, но крайне фанатично настроенных гражданских лиц (т.е. ситуация в странах наподобие Ирака, Сирии или Сомали действительно напоминает Японию в 1944-45 гг.).

И изначально джихадисты практически ничего, кроме нападений из засады на небольшие отряды и патрули, «предложить» не могли. Но вооружённым исламистским группировкам хотелось атаковать и крупные базы, и центры концентрации правительственных сил, а сделать это без потерь как в живой силе, так и в дефицитных боеприпасах было невозможно, да и в большинстве случаев это не приводило боевиков к успеху.

Соответственно, кем-то из джихадистов, сходивших с ума от ненависти к обычным людям, был придуман так называемый «муфахахат», или «шахид-мобиль». В большинстве случаев это обычный автомобиль (от легковушки до грузовика) с большим грузом самодельной взрывчатки внутри, обычно детонирующей при сильном ударе автомобиля о препятствие.


Самое страшное оружие современных джихадистов

Джихадист готовит заряды для "шахид-мобиля". Источник фото: italianosveglia.com


Часто этот автомобиль в кустарных мастерских превращали в бронеавтомобиль, ставя бронезащиту (иногда достаточно незаметную, в том случае, когда планировалась тайная атака в городе, а не на линии фронта). Такой автомобиль мог неожиданного подъехать даже к укреплённой базе и взорвать её часть, просто тем самым даже проделав проход в защищённом периметре, через который боевиками предпринималась атака наземными силами (как, например, недавно было с базой британской ЧВК в Кабуле).

Оставалась главная проблема: как доставить данный автомобиль к нужному месту? Конечно, в некоторых случаях джихадисты просто оставляют заминированный автомобиль где-то и потом его дистанционного подрывают, но это несколько иной случай и не очень эффективно (например, припарковаться в зоне важных учреждений часто нельзя, а к оставленной машине рано или поздно, но будет проявлено внимание).

Ещё более редки случаи использования дистанционного управления на «автомобилях-бомбах» по причине технологической сложности данного процесса.

И решение проблемы было найдено: водителем «муфахахата» стали смертники-добровольцы, исламский вариант камикадзе. Сразу скажем, что руководители джихадистских объединений получают «истишхади» («добровольных смертников на пути джихада меча») не каким-то силовым принуждением (хотя иногда используется шантаж через родственников), не через воздействие гипнозом или наркотиками, а путём мощнейшей религиозной пропаганды (тем более что история раннего ислама содержит массу оснований этого и соответствующих назидательных примеров, которые ловко используют пропагандисты джихада при обработке фанатиков).

Да, точно так же, как и в случае со средневековыми асассинами, чтобы хоть как-то объяснить людям из неисламских сообществ феномен исламских фанатиков джихада, получивших в последнее время наименование «истишхади» (от арабск. «амалийят истишхадийя» — «операция самоподрыва»), приходится что-то придумывать, вводить какие-то необычные факторы.

Однако реальность намного более прозаична и ужасна: в глубинах вполне ортодоксальной, даже не сектантской, исламской теологии предостаточно оснований для религиозной обработки со стороны умелых «делателей шахидов».

Больше того, как это не парадоксально выглядит с точки зрения нормальных людей, но в ряде стран наподобие Ирака, Сирии, Сомали среди исламских фанатиков лиц, желающих совершить «истишхадийю», на порядки больше, чем требуется местным лидерам джихада.

Основания этого давно известны и они весьма банальны: желание якобы очиститься от грехов (это через убийство-то в теракте множества лиц, включая невиновных, и через самоубийство!) и «получить особо огромную награду от Аллаха», т.е., согласно некоторым воззрениям, в загробном мире получить огромный дворец с фонтанами из вина и с кучами опия, плотно заселённый двумя гаремами – из гурий женского пола и из гурий-мальчиков. Напомним, что гурии – это не души и не джинны, это некие особые существа загробного мира, которые крайне напоминают две категории бесов, давно известных в христианской теологии, как «суккубы» и «инкубы».


Один из наиболее известных проповедников джихада и "делатель шахидов" Абу Хамза аль Масри. Источник фото: bbc.com


Касательно же использования водителями «шахид-мобилей» наркотиков и алкоголя скажем лишь то, что применение одурманивающих веществ противоречит исламским канонам, а поскольку в этой среде всё замешано на фанатичной вере, то вряд ли они идут на подобное. Кроме того, известно, что человека под воздействием наркотиков невозможно использовать для ведения боевых действий по причине утраты самоконтроля.

Больше того, известно, что находясь целиком в плену своего религиозного фанатизма, современные «истишхади» в ожидании боевой операции писали письма родственникам, общались с товарищами, устраивали торжественные обеды и т.п., абсолютно точь-в-точь как японские камикадзе в 1944-45 гг. Словом, сходство между истишхади и камикадзе едва ли не абсолютное, вплоть до деталей (скажем, та же налобная повязка смертника), что невольно наводит на мысль о зацикленности тех, кто возродил это страшное явление в наши дни, не только на исламском фанатизме, но и на японской истории.

К сожалению, следует констатировать, что (как показывают последние события в том же Сомали) атаки «шахид-мобилей» остаются по прежнему крайне эффективным и очень экономичным средством ведения войны для джихадистского подполья, и антитеррористическим соединениям необходимо далее совершенствовать методы борьбы с этой угрозой.
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

33 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти