Фактор современного джихадизма в Буркина-Фасо

На нашем сайте буквально на днях была опубликована новость о повреждениях, которые перенёс бронеавтомобиль турецкого производства, наехавший на мину в далёкой африканской стране Буркина-Фасо.

Обсуждение полученных повреждений шло достаточно живо (и, поскольку они были весьма серьёзные, многих вообще удивил сам факт наличия выживших членов экипажа), но при этом некоторые посетители сайта выразили весьма странную, на наш взгляд, реакцию одобрения террористическим действиям «народа Буркина-Фасо, сражающегося за свою свободу». По всей видимости, это связано с крайне слабой информированностью посетителей сайта вообще об этой стране как таковой, а не только о процессах, идущих в том регионе в последние годы.


И когда пришла подробная информация о нападении «свободолюбивых партизан» (а на самом деле боевиков-джихадистов) на силы безопасности в этой зажатой между Мали и Нигером и не имеющей выхода к морю, к тому же крайне бедной африканской стране, то было принято решение написать более подробный обзор происходящего там.

Долгое время эта территория оставалась одним из множества «медвежьих углов» африканского континента. Даже сбросив колониальное иго, бывшее население Верхней Вольты едва ли стало жить лучше. Последний всплеск общественной конфронтации в Буркина-Фасо пришёлся на период 2011-2015 гг., причём связано это было не столько с таким политическим явлением, как «арабская весна», сколько с глобальной засухой (которая, собственно, нанесла серьёзный вред аграрным экономикам многих тропических и субтропических стран, и обусловила радикализацию населения в них).


Буркина-Фасо на карте Африки.


Параллельно действующим и весьма немаловажным дестабилизирующим фактором стало свержение режима М. Каддафи в Ливии, благодаря чему образовалась зона нестабильности во всей Западной Африки. На этой почве, словно грибы после дождя, в регионе Западной Сахары появляются или возрождается с новой силой множество радикальных исламистских группировок (среди которых можно назвать «Боко-Харам», «Ансар аль Шарийя», «Ансар ад Дин», «Аль-Мурабитун», «Исламский эмират Западной Сахары», и «Аль-Каиду в странах Исламского Магриба», большая часть из которых признана террористическими и запрещена в РФ).

На фоне всё нараставшей засухи, вызвавшей экономический кризис (это в развитых финансово-индустриальных государствах он прошёл волной 2008-2010 гг., а в слаборазвитых экономиках он как начался из-за мировой депрессии конца 2000х, так по сути и не прекратился до сих пор) усилилось воздействие людей на землю. А это, в свою очередь, ещё больше увеличило скорость процесса опустынивания (в том числе по причине того, что была вырыта масса новых колодцев и скважин, которые полностью нарушили баланс подземных вод).

Как общий результат – если не начало «войны всех против всех», то крайне резкое обострение межэтнических и межрелигиозных столкновений в регионе Западная Сахара. В частности, с новой силой вспыхнуло глобальное противостояние между темнокожими народами, занятыми преимущественно земледелием и исповедующими различные версии христианства или анимистические верования, и между относительно светлокожими народами, занятыми преимущественно кочевым скотоводством и придерживающихся весьма радикальных течений в исламе.

Именно по последним в большей степени ударил кризис опустынивания, что спровоцировало рост интенсивности их вторжений в районы аграрного производства, а это, в свою очередь, легко спровоцировало рост идей джихадизма, и без того имеющие глубокие корни в Западной Африке.

В соседних с Буркина-Фасо странах — Мали и Нигере, а также в северных районах Нигерии, Бенина, Того и Ганы произошёл кризис власти; была нарушена система устоявшихся межэтнических и межплеменных границ, что в ещё большей степени усилило кризис в экономике. Не избежала такой участи и Буркина-Фасо, где обездоленные люди составляли большинство общества даже в относительно благополучные годы.

К своему несчастью, даже эта относительно небольшая страна включает в себя три совершенно разных по происхождению, ментальности и образу жизни этнических группы. Большая половина населения этого государства относится к народностям группы «гур», меньшая представлена этническими компонентами группы «манде», а третью, численно достаточно небольшую, составляют народности «сонгаи» и «туарегов». Именно последние из-за притока соплеменников из соседних стран стали одним из главных дестабилизирующих факторов внутриобщественного противостояния в этом государстве.

По религиозному составу в постколониальный период, до кризиса последних лет, народы Буркина-Фасо подразделялись следующим образом: примерно до 20% составляли сторонники местных анимистических верований, приблизительно до 30% исповедовали различные христианские конфессии, а около половины были мусульманами (причём весьма умеренных взглядов). Однако за последние годы из-за невероятно возросшего уровня агрессивного распространения ислама межконфессиональный баланс сильно изменился: теперь примерно 65% населения страны уже являются мусульманами (многие из которых стали приверженцами наиболее радикальных течений), а число христиан и анимистов сократилось соответственно до 23% и до 12%.

В добавление к воздействию таких факторов, как засуха и опустынивание, масла в огонь конфликтов в регионе подливают богатые нефтеэкспортирующие страны региона Персидского залива, которые традиционно особое внимание уделяют «поддержке и распространению ислама в мире».



Отряд национальной жандармерии выдвигается в назначенный район в ходе очередной антитеррористической операции. Источник фото: gazetakrakowska.pl


При этом можно отметить достаточно сложно воспринимаемую секуляризованным менталитетом современных россиян или западных европейцев вещь: факт того, что какие-то страны могут активно внедряться во внутреннюю политику довольно удалённых от их границ государств, не имея в них серьёзных экономических интересов, а руководствуясь при этом в первую очередь религиозными соображениями.

И именно так обстоит дело в западноафриканском регионе, где арабские государства-нефтеэкспортёры весьма активно финансируют не только мирную религиозную пропаганду ислама, но и оказывают финансовую поддержку боевикам (не стоит забывать, что во многих из этих стран вполне официально имеются «министерства джихада», которые оказывают поливариантную поддержку различным путям распространения ислама в странах Африки, включая Букрина-Фасо).

Кроме того, относительно активную роль в регионе продолжают играть европейские и североамериканские страны, которые, правда, руководствуются при этом своими сугубо прагматическими экономическими интересами. Но, отметим, что, если роль арабских стран здесь явно дестабилизирующая, то роль «старых колониальных хищников» всё же в целом более стабилизирующая (по самой простой причине: для нормальной эксплуатации богатств региона им необходима политическая и социальная стабильность), в связи с чем именно Франция и её союзники возглавили силы, противостоящие джихадизму и радикальному исламу там.

К кругу этих государств, преимущественно с христианским населением, примыкает даже Турция, которой важно хорошее отношение членов НАТО, участником которого она сама является, а также по причине противодействия интересам одного из своих главных геополитических противников на Ближнем Востоке – Саудовской Аравии.

Кроме двух вышеописанных внешних сил, в последние годы в Западную Африку всё больше внедряется третья – Китай. Да, как это ни удивительно многим из нас, но испытывающая некоторую стагнацию китайская экономика ищет всё новые рынки сбыта, в том числе через усиление своего присутствия в регионе. Кроме того, Китай продолжает испытывать страшный кризис перенаселённости и одновременно дефицит доступных природных ресурсов, в связи с чем направляет миграционный поток даже в страны Западной Африки, а также всячески пытается выдавить из местных стран западные корпорации.

Причём стоит отметить, что китайские товарищи вполне чётко осознают бесперспективность пропаганды идей коммунизма среди местных этносов (на чём во многом была построена и потому «прогорела» внешняя политика СССР). Соответственно, для вытеснения из региона корпораций стран «атлантического альянса» они используют все доступные средства, включая помощь (в основном поставками вооружений) местным джихадистам (и это при том, что внутри Китая с радикальным исламом борются крайне жёстко).

Фактор современного джихадизма в Буркина-Фасо

Место нападения джихадистов на военную колонну в Буркина-Фасо


И вот, на таком весьма сложном фоне в минувший четверг в Буркина-Фасо происходит очередной вооружённый инцидент. Его прологом стал захват (в ночь с 25 на 26 дек. 2018 г.) и сожжение вооружёнными исламистами светской общеобразовательной школы в посёлке Лорони, недалеко от границы с Мали.

Выехавший на место патруль зафиксировал присутствие в поселении небольшого отряда джихадистов, которые явно не собирались уходить, а отбирали у населения светские книги и публично сжигали их в огромных кострах, и запросил помощи. В ответ на это ранним утром 27 декабря из Дедугу на помощь патрулю выдвинулся отряд национальной жандармерии.

Здесь необходимо вкратце рассказать об этой структуре, на которой в Буркина-Фасо лежит основная тяжесть борьбы с терроризмом. Эта военизированная организация была создана по французскому образцу и подчинена министру обороны страны. Именно подразделения национальной военной жандармерии, являясь одними из наиболее подготовленных сил, несут службу в сельских районах этого государства и на приграничных территориях, т.е. в наиболее угрожающих местах (тогда как обеспечение правопорядка в городах находится в руках национальной полиции).

Однако, двигаясь без надлежащей разведки, полностью доверяя информации о присутствии только группы боевиков в селении Лорони (которая на самом деле оказалась всего лишь специально оставленной приманкой), отряд военных жандармов попал в засаду. На дороге в районе Тоени головной автомобиль колонны был подорван управляемым фугасом, а по остальным машинам был открыт огонь из автоматического оружия.

Фактически только малочисленность напавших боевиков и то, что джихадисты быстро отступили, спасло попавших под обстрел силовиков. В ходе атаки было убито 10 военнослужащих правительственных подразделений, а также не менее трёх человек из их состава было ранено, в то же время боевики, более чем вероятно, отступили без серьёзных потерь.

После случившегося отряд военной жандармерии также не решился продолжить движение и отступил на свою базу (важную роль несомненно при этом сыграл факт того, что в подорванном головном бронеавтомобиле ехали как раз старшие офицеры подразделения).

Отметим, что после периода политической нестабильности и роста напряжённости в 2011-2015 гг. в Буркина-Фасо была сделана попытка стабилизации, но она продлилась недолго, и во многом не без помощи внешних сил в последние 3 года в стране вновь активизировались группировки джихадистов.

В настоящее время наибольшую активность боевики проявляют не только в северных, традиционно самых неспокойных районах страны, но и на восточных, и на западных границах Буркина-Фасо. Большую часть нападений совершают в последние годы две экстремистские исламистские группы, ставшие крупнейшими по численности.


Переоборудованный пикап — главенствующее средство перемещения контингентов национальной жандармерии в Буркина-Фасо. Источник фото: TVFrance24


Первая из них — это «Ансар уль-Ислам» («Воины ислама», появившиеся в декабре 2016 года в приграничной зоне Мали, и являющиеся фактически филиалом группировки «Ансар аль-Дин» в Буркина-Фасо). Вторая – «Джамаат Наср аль-ислам валь Муслимин» («Группа поддерживающих ислам и мусульман»), сформировавшаяся весной 2017 года путём слияния «Ансар аль-Дин», «Аль-Мурабитун» и иных групп радикальных исламистов, давших присягу на верность руководителям «Аль-Каиды в странах Исламского Магриба» (часть из вышеуказанных организаций признана террористическими и запрещена в РФ) и признавших главу международных джихадистов Аймана аз-Завахири своим верховным лидером.

И, к сожалению, пока нет тенденции к снижению и без того очень высокой активности джихадистов в Буркина-Фасо. Фактически нападения боевиков на правительственные силы совершаются там чуть ли не еженедельно в различных регионах страны (например, в минувшую среду, 26 декабря 2018 года, в результате нападения исламистов был убит полицейский в городе Солан на севере страны). Так, за период 2016-2018 годов ими были убиты 255 человек, в том числе три нападения были совершены боевиками на столицу страны Уагадугу (в результате чего только погибло 60 человек, не считая десятков раненых).

Таким образом, говорить о скорейшем разрешении продолжающей оставаться уже минимум 7 лет крайне сложной ситуации в Буркина-Фасо не приходится. Пока остаётся только уповать на то, что правительственные силы этой страны при помощи миротворческого контингента ООН и иных антитеррористических объединений смогут успешно противостоять агрессии джихадистов.
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

4 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти