Азиатский фронт. Часть 2

Азиатский фронт. Часть 2

Как уже отмечалось, элиты азиатских стран понимают, что регион ждёт серия конфликтов, которые могут вылиться в большую войну. Эта война затронет практически все страны Южной Азии и Азиатско-Тихоокеанского региона. Исходя из особенностей будущего театра военных действий, государства АТР вышли на лидирующие места по наращиванию военно-морских вооружений, уступая только США. Кроме того, огромное внимание уделяется развитию Военно-воздушных сил. Лидерами по развитию своих ВМС и ВВС являются Китай и Индия, за ними идут Япония, Южная Корея, Австралия, Тайвань, Индонезия, Вьетнам, Малайзия и другие государства. Азиатские страны в течение долгого времени переживали период уверенного экономического роста, их меньше всего затронули кризисные явления последних лет, что дает им возможность безболезненно для экономики модернизировать свои вооруженные силы, наращивая их мощь. Кроме того, азиатские элиты почувствовали , что старый мир - система договорённостей, которые были заключены в ходе и после Второй мировой войны, рушится. Близится эпоха нового мирового порядка.

В АТР сместился не только экономический полюс, но и полюс гонки морских и иных вооружений. Вашингтон этот факт отметил изменением своей глобальной военной стратегии: в 2011 году было принято решение сократить военное присутствие во всех регионах мира, кроме одного, «критически важного», - Азиатско-Тихоокеанского. Кроме того, с 2007 года, впервые за 60 лет, американский Тихоокеанский флот стал превышать Атлантический. И это не случайность, а вполне выверенная стратегия. В АТР сосредоточены многие важные для глобальной экономической системы торговые пути, проливы, порты, а также промышленные, минеральные и биологические ресурсы. Необходимо отметить и тот факт, что Австралия является одной их резервных баз для т. н. «мирового правительства».


Китай

Ключевой державой Восточной Азии, которой некоторые аналитики пророчат роль новой сверхдержавы планетарного уровня и нового главного противника Соединенных Штатов, является Китайская Народная Республика. Почти три десятилетия беспрецедентного экономического роста позволяют Пекину проводить все более активную внешнюю политику. Для Поднебесной, с её более чем миллиардным населением и целым рядом серьёзных внутренних проблем и противоречий, экономический рост и внешняя экспансия (пока финансово-экономическая и демографическая) является вопросом выживания. В свою очередь, быстрый рост экономики требует беспрепятственного доступа к природным ресурсам и стратегическим торговым путям. Это является ключевой причиной все более возрастающего внимания китайского военно-политического руководства к сфере обороны. Необходимо отметить и фактор уязвимости КНР. Почти по всем направлениям - потенциальные враги, морские пути и приморские города-гиганты уязвимы.

В АТР сконцентрировано значительное число неурегулированных споров о морских границах и правах экономического освоения ресурсов. Так, в Восточно-Китайском море у Поднебесной есть ряд разногласий с Японией и Южной Кореей. Наиболее значимым является спор вокруг принадлежности контролируемых японцами островов Сенкаку, где уже происходили конфликты между китайскими рыболовными судами и кораблями ВМС Японии. Также в Южно-Китайском море китайцы имеют территориальные противоречия по поводу разграничения исключительной экономической зоны с Вьетнамом, Тайванем, Малайзией, Филиппинами и Брунеем. Из-за вопроса принадлежности островов Спратли и Парасельских островов уже происходило несколько вооружённых конфликтов.

Кроме того, китайские интересы, связанные с доступом к природным ресурсам и морским путям, простираются гораздо дальше восточной части Тихого океана. КНР стремится закрепиться в ключевых для него регионах Южной Азии, Африки, Латинской Америки, Карибского бассейна. Китайцы делают шаги по закреплению в западной и южной части Тихого океана. Пока ключевыми для Поднебесной являются экономические интересы, но военно-политические соображения также играют важную роль в наращивании мощи армии и флота. Наиболее чувствительными для Пекина являются проблемы Тайваня и американского военного присутствия в Восточной Азии. В первую линию обороны США входит Япония, южные и северные островные архипелаги, Южная Корея, Тайвань и Филиппины. Эта линия является инструментом американского сдерживания и ограничивает свободу стратегического маневра.

В 2011 году китайский военный бюджет Китая составлял около 120 млрд. долларов США. По данным группы американских исследований IHS, военный бюджет Китая к 2015 году удвоится и составит примерно 238 млрд. долларов. В результате в 2015 году китайские оборонные расходы будут больше, чем совокупный аналогичный бюджет 12 государств Азии и Тихого океана, и 4 раза больше, чем у Японии, которая занимает второе место в регионе по военным расходам. Согласно данным Пентагона, государственные расходы Китая на оборонные нужды в 2012 году составят 120 – 180 млрд. долларов, хотя китайские власти объявили только о 106 млрд.

В последние два десятилетия Китай уделял огромное внимание космической сфере, развитию ВВС и ВМС. Из последних достижений: авиастроительное предприятие Chengdu собрало 4 прототипа перспективного истребителя J-20 (истребителя пятого поколения); идут ходовые испытания первого авианосца «Ши Лан»; первая женщина-астронавт Лю Ян полетела в космос и т. д. Китай становится морской державой с реальной авианосной и амфибийно-десантной составляющими. КНР планирует после ввода в строй «ШИ Лана», самостоятельно построить два новых неатомных авианосца водоизмещением 50-60 тыс. тонн до 2020 года, а затем начать строительство атомных авианосцев. В 2007 и 2011 году были введены в строй два универсальных десантных корабля проект 071. В 2011 году спущен на воду третий корабль. На корабле могут одновременно располагаться до 1 тыс. морских пехотинцев и авиационная группа (4 вертолета). Всего планируется построить шесть аналогичных кораблей. Кроме того, посадочными площадками и ангарами оборудованы 35 фрегатов и эсминцев, большое госпитальное судно проекта 920 водоизмещением около 14 тыс. тонн. В дополнение к УДК проекта 071 китайские военные планируют разработать ДВКД проекта 081, они будут аналогичны по размеру и возможностям французскому «Мистралю».



Для «Ши Лана» и будущих авианосцев в Китае на основе советско-российского Су-33 создали собственную версию палубного истребителя – J-15. Идёт активная разработка самолета ДРЛО, во многом схожего с американским E-2 Hawkeye, и вертолета дальнего радиолокационного обнаружения типа Z-8, который является копией российского Ка-31. Китай продолжает совершенствовать надводные и береговые ракетные силы, подводный флот. Всего в составе Военно-морских сил НОАК находится около 200 боевых кораблей основных типов, включая 54 НАПЛ, 25 эсминцев, около 50 фрегатов. К 2015 году КНР должна стать крупнейшей судостроительной державой мира, окончательно обогнав Южную Корею. В ближайшие 20 лет в стране планируют построить 113 боевых кораблей. Так, в июне 2012 г. состоялся спуск на воду строящегося для китайских ВМС второго корвета нового проекта 056 (головной корвет проекта 056 был спущен 22 мая 2012 года). Всего на верфях в Шанхае и Гуанчжоу в различных стадиях готовности находятся ещё четыре корабля этого типа.


Китайский корвет Type 056.

Япония

Япония, которая в экономическом плане уступила своё место Китаю, все ещё является одним из лидеров региона. Изменение политической, экономической и военной ситуации в мире и АТР, ведет к определенному смещению стратегических ориентиров японской дипломатии в направлении национальной безопасности. Стратегия японской безопасности раньше опиралась на союзнические отношения с США (практически вассальные), но теперь может быть скорректировано в сторону более равного партнёрства, возможна даже полная смена стратегического курса. Надо сказать, что японцы не забыли поражения от США и СССР, и при возможности могут попытаться взять исторический реванш. Главный вопрос стратегической перспективы Японии состоит в том, чтобы стать подлинно великой державой, при этом на первом этапе сохранив поддержку США в сфере национальной безопасности. Необходимо учесть и тот факт, что азиатские народы недолюбливают японцев, помня о их зверствах в годы Второй мировой войны. Правда, в последние годы «китайская угроза» стала более приоритетной, чем враждебное отношение к Японии.


Судя по всему, Япония долгое время не могла выработать долгосрочного стратегического курса своей политики в отношении соседних стран. Она колеблется, склоняясь то к США, то к Китаю. В таком состоянии Японская цивилизация может дестабилизировать АТР, но не может создать жизненную глобальную альтернативу, которая создаст равновесие с Западом, Россией, Японией и Китаем. Однако последние события говорят о том, что Япония решила сохранить верность США (по крайней мере, пока).

Наступают великие перемены, и АТР, как один из наиболее динамично развивающихся регионов мира, несет отпечаток этих глобальных тенденций. Среди этих перемен – падение управляемости, которое приводит к возрастанию силовой компоненты в решении проблем. Глобализация ведёт к расширению конфликтного пространства с угрозой втягивания в него большого числа участников. Так, конфликт между Севером и Югом Кореи автоматически задевает интересы Японии, России, Китая и США. «Мятежвойна» в Сирии охватывает стратегические интересы Израиля, США, ЕС, Турции, Ирана, арабского мира и России. Силовые акции международных коалиционных сил Запада запугивают весь остальной мир и одновременно приводят к их милитаризации и поиску альтернативной стратегии.

Токио, вслед за Вашингтоном, формулирует новую оборонную стратегию государства, отраженную в документе «Основные направления программы национальной обороны (2011)», утверждённом в декабре 2010 года. Во внешнеполитической стратегии Японии и Соединенных Штатов прослеживаются общие моменты. На вашингтонской встрече министра иностранных дел японского Сэйдзи Маэхара с американским госсекретарем Хиллари Клинтон 6 января 2011 года обе стороны подтвердили значимость общих стратегических задач на основе сходных позиций в оценке ситуации региональной безопасности. Следование общему стратегическому курсу в АТР, и сохранение прежних японо-американских соглашений подтвердил новый министр иностранных дел Такэаки Мацумото во время визита Х. Клинтон в Японию 17 апреля 2011 года. Основной потенциальный враг Японии теперь – Китай, хотя не забыта и угроза со стороны КНДР и России. Главным аспектом стратегии в новой японской Программе национальной обороны является динамичная военная политика. По словам японского министра обороны Тосими Китадзава, в новой военной доктрине Япония в концептуальном плане вышла за границы идеи политики сдерживания путем «простых сил обороны» и огласила новую концепцию безопасности посредством создания «динамических сил обороны». Стратегия предусматривает переход страны от «базовой оборонной системы», которая способна отразить ограниченную агрессию незначительного масштаба, к «динамичной оборонной системе», способной к активным боевым действиям для защиты от крупномасштабного вторжения. ВС начинают передислокацию на новые позиции в направлении трех основных угроз – юго-западное (Китай), северное (КНДР) и северо-восточное (Россия). Они должны быть готовы пресечь угрозу, как в традиционном исполнении - наземном, водном, воздушном пространствах, так и в космическом, и кибер-пространствах.

В соответствии с данной Программой, японское правительство утвердило новый план ВС, в котором говориться о наращивании собственного военного потенциала. Особое внимание направлено на повышение боевых возможностей ВВС и ВМС, а также на ПРО и использование космической сферы в оборонных целях. В Программе наращивания ВС Японии на 2011-2015 гг. предусматривается модернизация японских Военно-морских сил с увеличением количества НАПЛ до 22 единиц и роста числа эсминцев оснащённых БИУС «Иджис». Предполагается расширение сферы деятельности японских ВМС.

По сути, новая военная доктрина Японии подготавливает процесс возможной трансформации страны в подлинно великую державу, что невозможно без серьёзной военной мощи. Архитекторы новой «Великой Японии» пытаются расширить политическую роль страны в мире до того уровня, который она играет в мировой экономике. Кроме того, Новая Программа национальной обороны на 2011-2015 гг. создает условия для формирования новой японской военной элиты. Этот процесс связан с планом создания японского Совета национальной безопасности по аналогии с СНБ Соединенных Штатов. Надо полагать, что новая военная элита страны, по мере роста военной мощи Японии, постепенно будет подталкивать своё правительство к освобождению от военной зависимости от США.

Страна уже сделала несколько серьёзных шагов в сторону повышения своего военного потенциала. Так, в декабре 2011 года японское правительство частично отменило действовавшие более четырёх десятилетий добровольные ограничения на экспорт вооружений (ограничение было принято в 1967 году). Это позволит национальным производителям участвовать в совместных предприятиях в военной сфере и поставлять военное оборудование для миротворческих миссий. В марте 2012 года Япония начала сборку технологического демонстратора истребителя пятого поколения; ожидается, что прототип совершит первый полет в 2014 году. В начале мая 2012 года японское Министерство обороны заказало в США поставку четырех F-35A, сопутствующего оборудования и услуг; в заказ также включен опцион на поставку еще 38 боевых самолетов (стоимость контракта оценивается в 10 млрд. долларов). Токио рассчитывает получить первые самолёты не позднее 2016 года.


Эскадренный миноносец-вертолётоносец типа «Хюга».

Японские ВМС на сегодняшний день являются одними из наиболее сильных и технологически оснащённых в мире. В составе Морских сил самообороны около 120 кораблей, в том числе 18 субмарин и почти полсотни эсминцев. Наиболее мощными являются 6 эскадренных миноносцев типов ««Атаго» и «Конго», они оснащены американской БИУС «Иджис». До 2015 г. японские ВМС должны получить ещё 4 новых ПЛ типа «Сорю» с воздухонезависимыми энергетическими установками и 4 эсминца нового поколения типа «Акидзуки» (первый уже в строю). Помимо сильного флота эсминцев и подлодок Япония имеет 2 противолодочных вертолетоносца типа «Хюга» и 3 ДВКД типа «Осуми». Кроме того, японские судостроители начали реализовывать планы строительства еще более крупных вертолётоносцев проекта 22DDH, полное водоизмещение которых около 20 тыс. тонн (фактически это небольшие авианосцы). Эти корабли существенно повысят противолодочные и десантные возможности японских ВМС. Также существует вероятность того, что на этих кораблях будут базироваться купленные у США истребители F-35B. В январе 2012 года был заложен головной корабль этого проекта, ожидается, что первый корабль войдет в состав японских ВМС в марте 2015 года.

Необходимо также отметить, что Япония имеет «средство усиления» в лице 7-го флота ВМС США, который большей частью базируется на базах в Йокосуке и Сасэбо. Седьмой флот имеет в своем составе 50-60 кораблей, 250-350 летательных аппаратов и 40-60 тыс. человек личного состава. Около 20 кораблей флота, в том числе атомный авианосец George Washington, несколько крейсеров и эсминцев УРО, десантных кораблей и тральщиков постоянно базируются в Японии.


Эскадренный миноносец типа «Атаго».

Южная Корея

Южная Корея в последние годы явно взяла курс на наращивание военной мощи, что также связано с кризисными явлениями на планете и возросшими экономическими возможностями страны. Необходимо учесть то, что Вашингтон проявил нежелание нести в одиночку бремя обеспечения военной безопасности в АТР, А так же рост антиамериканских настроений среди южнокорейского населения. Основное внимание Сеул уделяет ВВС и ВМС, хотя и сухопутные силы не забывает, учитывая угрозу со стороны КНДР.

В начале 2012 года Министерство обороны Южной Кореи купило 20 легких истребителей FA-50 (сумма сделки 600 млн. долларов). Самолёты ожидают получить уже в 2013-2014 гг. По оценке компании KAI, которая выпускает FA-50, в общей сложности оборонное ведомство может приобрести 60-150 таких самолетов, они должны будут заменить устаревшие истребители F-5 Tiger II. В марте 2012 года индонезийская компания PT Dirgantara Indonesia (PTDI) поставила Южной Корее последний из 4-х морских патрульных самолетов CASA CN-235. Первые три самолёта были переданы в 2011 году. В мае Сеул заказал у США 8 многоцелевых вертолётов MH-60R Seahawk (сумма сделки оценивается в 1 млрд. долларов). В мае же южнокорейцы получили третий самолет дальнего радиолокационного обнаружения и управления (ДРЛОиУ) Peace Eye 737 (4-й будут передан в конце года). Самолет Boeing 737 AEW&C создан на базе коммерческого самолета Boeing 737-700 и предназначен для воздушного боевого управления: машина оснащена передовым многоцелевым радаром с электронным сканированием и современными операционными консолями, которые могут одновременно отслеживать морские и воздушные цели.

В мае также объявили о том, что страна купит самолётов и вертолетов (60 истребителей и 36 вертолетов) на 8,3 млрд. долларов. Заявка на поставку 60 самолётов была объявлена в конце января 2012 года. В тендере принимают участие американские корпорации Boeing и Lockheed Martin и европейский консорциум Eurofighter. В январе же был объявлен конкурс на поставку 36 ударных вертолетов. В этом тендере участвует американская корпорация Boeing, европейский консорциум Eurocopter и турецкая компания TAI.

Одновременно появилось сообщение, что Сеул решил резко нарастить свой ракетный потенциал. На вооружении страны стоят крылатые ракеты Hyunmu-3A и Hyunmu-3B с дальностью соответственно 500 и 1000 км, представлена новая ракета Hyunmu-3C с дальностью полета 1500 км. Наряду с этими крылатыми ракетами вооруженные силы Республики Кореи разместили на границе с КНДР новые тактические баллистические ракеты с дальностью полета в 300 км. Кроме того, министерство обороны страны попросило у правительства на ближайшие пять лет 2,1 млрд. долларов для укрепления ракетного арсенала.

В июне появилась новость, что принято решение о воссоздании авиационной составляющей в морской пехоте. До 2017 года морпехи Южной Кореи должны получить 32 вертолёта, а затем ещё 8 машин. Большие изменения идут в области морских вооружений. Надо сказать, что Южная Корея является лидером на мировом судостроительном рынке и готовится стать великой военно-морской державой. По оценкам аналитиков, после 2020 года южнокорейские Военно-морские силы войдут в семерку крупнейших военных флотов планеты. В 2008 году южнокорейские ВМС имели в своём составе 170 кораблей и 67 тыс. человек личного состава.

Еще в 2001 году южнокорейский президент Ким Дэ Чжун заявил, что Сеул планирует создать океанский флот, который будет способен не только сдерживать Северную Корею, но и защищать национальные интересы в Мировом океане и участвовать в поддержании мировой стабильности. Мощнейшая судостроительная отрасль позволяет РК самостоятельно строить океанский флот. Наиболее значительной программой является строительство универсальных десантных кораблей. Первый УДК класса «Токто» вошел в строй в 2007 году, всего в серии 3 корабля. Эти 18,8 тыс. тонные корабли являются первым шагом на пути создания Южной Кореей полноценного океанского флота. К 2020-2025 гг. корейцы планируют построить еще 2 вертолётоносца водоизмещением до 30 тыс. тонн, в авиагруппу которых могут входить самолёты 5-го поколения F-35. В 2012 году должно завершиться строительство третьего и последнего эсминца класса KD-III King Sejong the Great (11 тыс. тонн). Эсминцы этого класса являются одними из самых сильных надводных боевых кораблей в мире. Кроме того, корейские судостроители планируют запустить строительство серии из 6 меньших по размеру эсминцев K-IIA (5,6 тыс. тонн). Корабли этих проектов будут оснащены БИУС «Иджис», что должно обеспечить надежную противоздушную оборону не только соединений ВМС, но и прибрежных районов РК. Также планируется строительство до 24 фрегатов ПЛО FFX (3,2 тыс. тонн), 6 подлодок KSS-II (1,8 тыс. тонн, немецкий проект 214) и 9 субмарин собственной разработки KSS-III (3 тыс. тонн). Есть мнение, что Южная Корея разрабатывает и свой проект АПЛ, которую начнут строить после 2020 года.

Продолжение следует…
Автор:
Самсонов Александр
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

23 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти