По красному кресту — огонь!

Международные соглашения конца 19 – начала 20 веков закрепили незыблемый факт: красный крест гарантирует безопасность его носителям, т. е. лицам, учреждениям и транспортным средствам, реализующим гуманитарную функцию. Даже в пекле тяжелых боев.

По красному кресту — огонь!



Но что значил красный крест для австро-германской военщины?

Санитарные транспорты под ударом


14. 08. 1914 г. нагруженные ранеными русскими бойцами санитарные линейки двигались в г. Сольдау (Восточная Пруссия). Транспорт прибыл в город – а затем германская артиллерия аккуратно отработала не только по линейкам, но и по дому, в котором были размещены раненые. Удар был нанесен несмотря на флаги и знаки Красного Креста – имевшиеся как на транспортных средствах, так и на помещении. В итоге, многие раненые были убиты или тяжело ранены.

Это было самое начало войны.

Быть может это была ошибка, хоть документ и сообщает об «усиленном» артогне?

29. 08. 1914 г. в мест. Тремпень (Восточная Пруссия) находились перевязочные пункты 40-й артбригады и 159-го пехотного полка. На больших шестах стояли флаги Красного Креста. И германский аэроплан сбросил бомбу – которая разорвалась от данных пунктов примерно шагах в 50. Очевидец сообщал, что аэроплан долго кружился над этими пунктами – и нанес удар по ним вполне осознанно. Каких-либо воинских частей или обозов поблизости не было.

Также в конце августа и также в Восточной Пруссии (рядом с Эйдкуненом) нападению подвергся шедший к русской границе санитарный поезд с ранеными. Немцы ручными гранатами повредили железнодорожное полотно, а затем открыли по поезду винтовочный огонь – в упор. Очевидец (старший унтер-офицер 228-го пехотного полка) вспоминал, что на всех вагонах имелись флаги и знаки Красного Креста – не видеть которые германцы не могли. В итоге, из 300 раненых спаслось не более 30 человек – германцы расстреливали раненых, которые покидали поезд, пытаясь укрыться в лесу.

А 08. 10. 1914 г. неприятельский аэроплан сбросил 3 бомбы в расположенный около ст. «Самбор» (Галиция) перевязочно-питательный пункт Красного креста № 2 и в отходивший от станции заполненный многочисленными ранеными санитарный поезд. От осколков бомб погиб санитар Малыгин, были ранены санитар Цукерман, доктор Нейкирх и 2 сестры милосердия – Сокольская и Еремина. Воинских частей поблизости не было, на вагонах и зданиях развевались флаги Красного Креста. Причем аэроплан шел на незначительной высоте и перед сбросом бомб долго кружился над станцией.


Автомобиль передового перевязочного пункта. Отчетливо видна эмблематика Красного Креста.


3-го декабря того же года под Лодзью (Мальчев) вновь попал под удар перевязочный пункт 40-й артбригады – несмотря эмблематику (флаги и знаки) Красного Креста. Огонь вела легкая и тяжелая артиллерия противника – причем поблизости русских воинских частей также не было. Преднамеренность обстрела противником именно санитарного учреждения выяснилась во время отхода перевязочного пункта. Санитарные линейки двигались по пересеченной местности – и когда они скрывались из поля зрения вражеских наблюдателей, артогонь по ним временно прекращался, с тем, чтобы возобновиться вновь как только первый транспорт, несший флаг Красного Креста, появлялся на возвышенности.

11. 03. 1915 г. в г. Остроленка подверглись удару вражеских аэропланов 526-й полевой подвижной госпиталь, питательно-перевязочный пункт Красного Креста и два санитарных поезда. Всего немцы сбросили около 100 бомб – от взрыва которых 12 человек из состава персонала госпиталей погибло и около 20 было ранено. И вплоть до 2-го апреля германские аэропланы ежедневно терроризировали русские санитарные учреждения в данном районе. Особенно систематично бомбились находившиеся в мест. Войцеховыщи используемые под госпиталь казармы 32-го пехотного полка, 513-й, 526-й и 527-й полевые подвижные госпитали, Владивостокский и Гродненский подвижные лазареты.

Как отмечали очевидцы, аэропланы летали на такой высоте, что летчики, сбрасывавшие бомбы, не могли не видеть эмблематику Красного Креста — причем некоторые из флагов специально были очень большого размера, а на крыше 527-го подвижного госпиталя был выложен почти 18-метровый флаг Красного Креста. Но… бывали дни, когда германские аэропланы сбрасывали до 80 бомб.


Примерно аналогичный эпизод произошел в августе 1916 г., когда находившийся в Луцке 230-й санитарный поезд подвергся бомбардировке аэропланов – в итоге 1 санитар погиб и 2 были ранены.

Военнослужащих противника знаки Красного Креста не смущали и при непосредственном контакте с их носителями. Так, 14. 08. 1914 г. в Восточной Пруссии в районе Мазурских озер, раненые русские воины, в количестве около 100 человек, были погружены на 8 санитарных линеек — причем транспорт направился в тыл, к русско-германской границе. Когда транспорт, имевший установленные отличительные знаки и флаги Красного Креста, находился в нескольких километрах от границы, он был внезапно атакован германским кавалерийским отрядом. 3 германских эскадрона, подскакав к транспорту на расстояние не более 200 шагов, открыли по нему огонь — хотя не могли не видеть ограждавшие транспорт флаги Красного Креста. После завершения обстрела все оставшиеся в живых раненые, а также сопровождавшие транспорт санитарные чины были захвачены в плен и отправлены в Германию, тогда как многие раненые во время обстрела были убиты.

Доброволец 3-го Сибирского стрелкового полка рядовой Т. Н. Иванчихин вспоминал: "с 23 сентября прошлого года по 5 ноября находился на германском фронте. Могу удостоверить, что один раз, в последних числах октября месяца, я в качестве разведчика попал в район местечка Скерневиц, в полковой перевязочный пункт, куда начался усиленный подвоз раненых; германцы же, видя это, начали обстреливать этот пункт шрапнелью. Когда же старший врач приказал повыше поднять флаг Красного Креста, то германцы буквально засыпали это место шрапнелью, зажгли постройки, перебили раненых и санитаров, а все остальные, кто мог двигаться, бежали".

Об аналогичном факте сообщал старший унтер-офицер К. Г. Кобрин. По его словам, 27 сентября 1914 года за Ново-Александрией (Люблинская губерния) после боя германцы обстреляли в одной деревне дом, где помещался полевой лазарет – в итоге лазарет загорелся и в огне погибли все раненые.

Донесение командира 26-го Сибирского стрелкового полка начальнику 7-й Сибирской стрелковой дивизии от 11-го ноября 1914 г. содержало следующую информацию: "Вчера и сегодня установлено, что немцы обстреливают санитаров, несущих раненых. Так, когда вчера выносили раненого командира 15 роты штабс-капитана Доброгорского немцы открыли огонь, убили одного санитара, другого ранили. Тяжело раненный в область сердца офицер упал. Сегодня повторилась та же история. Ни одного раненого не удалось вынести из окопов, так как при первой попытке вынести одного тяжело раненого опять убит один санитар и двое ранены, несмотря на то, что все санитары имеют повязки Красного Креста".

В начале февраля 1915 г., следующий из-под Кракова и состоявший из 60 нагруженных ранеными санитарных повозок транспорт передового перевязочного пункта подвергся обстрелу австро-германской артиллерией. Транспорт двигался из ущелья на гору, причем санитарные повозки составляли отдельные группы, следовавшие по дороге с значительными промежутками между группами. На всех повозках были укреплены на шестах флаги Красного Креста. Но, как отмечал один из очевидцев, Петр Копылов, неприятель выжидал появления на горе отдельной группы повозок — и усиленно их обстреливал. Всего, таким образом, было последовательно уничтожено все 60 повозок с находившимися на них ранеными и персоналом.



Рядовой М. Ю. Зарембо сообщал: «В апреле месяце, числа не помню, в Карпатах на реке Сане, на пути к Самбору, я был свидетелем, как германцы обстреляли снарядами тяжелой артиллерии перевязочный пункт нашего полка и убили многих из больных и раненых. Над перевязочным пунктом был ясно видимый неприятелю флаг со знаком Красного Креста».

Аналогичными были и показания санитара И. Г. Борейко: «28 апреля 1915 года, верстах в 8 от Перемышля, наш транспорт шел по шоссе, везя раненых. На всех повозках были укреплены длинные шесты с флагами Красного Креста. Германо-австрийцы вдруг начали обстреливать нас; они не могли не видеть флага, раз увидели самый транспорт, и цель их была ясная — причинить вред именно санитарному транспорту. Стреляли тяжелыми снарядами «чемоданами». Одним из снарядов был ранен я — мне оторвало правую руку и левую ногу. Другой «чемодан» одного санитара убил, другого ранил. Из раненых не пострадал никто, обстрел быстро прекратился».

12 — 13 мая 1915 г. расположенные в 12 км от г. Стрый перевязочный пункт и околоток 12-го Финляндского стрелкового полка, несмотря на ограждавшие их флаги Красного Креста, подверглись неоднократному обстрелу неприятельской тяжелой артиллерией. Каких-либо русских воинских частей или обозов, могущих служить противнику мишенью, в данном районе не было. Когда же русскими был взят в плен неприятельский артиллерист, то последний на допросе признал, что с наблюдательного пункта, на котором он находился и с которого давались указания артиллерии, хорошо были видны ограждавшие пункт и околоток флаги Красного Креста.


Перевязочный пункт 293-го пехотного Ижорского полка


В конце июня 1915 г. расположенный в дер. Торск лазарет Красного Креста подвергся обстрелу тяжелой артиллерией. Лазарет был расположен на окраине деревни, на возвышенном месте, и огражден флагами Красного Креста. Обстрел производился в течение 3 часов — и сразу же прекратился, как только флаги Красного Креста были сняты с шестов, и лазарет снялся с места.

Начальник головного эвакуационного пункта № 105 вспоминал, что "Обстрел тяжелой германской артиллерией станции Калкуны и расположенных в ее районе учреждений вверенного мне 105 Головного эвакуационного пункта начался 16 февраля 1916 года. Ежедневно или через день выпускалось от 5 до 80 снарядов (6-ти и 8-ми-дюймового калибра, с расстояния, по-видимому, свыше 12 верст). Наиболее сильные обстрелы были 17 февраля и 15 марта, когда при ясной погоде обстрел корректировался при помощи неприятельских аэропланов, летавших над Калкунами. 15 марта выпущено около 40 тяжелых снарядов, причем были совершенно разрушены пунктовые: перевязочная, операционная, сортировочная и комната дежурного врача, помещавшиеся в здании станции Калкуны Северо-Западной железной дороги, сильно повреждено хирургическое и внутреннее отделение приданного пункту 447 полевого подвижного госпиталя, помещавшиеся в зданиях железнодорожного ведомства возле станции, равным образом сильно повреждено помещение ночлежно-питательного отделения пункта — в паровозном депо станции. Во время обстрела 75 раненых и больных, находившиеся на пункте и в госпитале, были под огнем снарядов переведены в теплушки пунктовой летучки и вывезены ею из сферы огня; при этом из персонала пункта был убит один санитар, тяжело ранено двое санитаров и контужены двое санитаров. О том, что в зданиях станции и других железнодорожных зданиях размещены лечебные учреждения, неприятелю не могло быть неизвестно, так как неприятельские летчики, точно корректировавшие с аэропланов стрельбу своей артиллерии, не могли не видеть громадных белых флагов с Красными Крестами, развевавшихся над помещениями пункта".

Нетрудная мишень


А подпоручик А. Л. Шевчуков, в свою очередь, заявил: "26 февраля 1915 года, будучи привезен с позиции в Жирардово для дальнейшей эвакуации в город Варшаву, — в тот момент, когда наши санитары выносили меня и других раненых из госпиталя в санитарный поезд, я видел, как неприятельский аэроплан все время кружился над поездом и госпиталем Красного Креста, и с него сброшено было несколько бомб и большое количество металлических стрел вроде длинного гвоздя с винтообразным выемом сверху. На моих глазах, шагах в 15 впереди меня, были ранены два санитара и добит лежавший на носилках нижний чин; кроме того, от метания тех же бомб пострадало несколько человек мирного населения. На поезде, а равно на здании госпиталя были отчетливо видны знаки Красного Креста, аэроплан же парил довольно низко и поэтому ему видно было, куда именно он бросает бомбы".

Объекты под Красным Крестом, как мы видим, были излюбленной целью вражеских летчиков. Так, 19 марта 1915 г. над городом Яслов появились самолеты противника и стали сбрасывать на город бомбы. Один же аэроплан, отделившись от группы, начал описывать круги над расположившимся за городом полевым лазаретом и сбросил в него четыре бомбы — при этом некоторые из раненых были убиты, а некоторые получили новые повреждения. Лазарет был огражден укрепленными на шестах флагами Красного Креста, которые при солнечной погоде спустившийся на сравнительно незначительную высоту аэроплан не мог не видеть.

Рядовой И. И. Таций также сообщал, что «24 апреля 1915 года на станции Яслов, часов в 8 утра, меня, раненного осколком шрапнели, санитары перенесли на носилках в санитарный поезд. Вдруг над поездом появились два неприятельских аэроплана белого цвета с черными полосами на крыльях. Оба аэроплана бросили в санитарный поезд по одной бомбе, причем одна из них повредила второй от меня вагон поезда, в котором в то время находились три раненых и один санитар. Взрывом бомбы убило санитара и двух раненых, а третьего ранее раненого — ранило. Остальных раненых не успели еще, к счастью, внести в вагон. Взрывы бомб вызвали переполох среди раненых, и они стали выскакивать из вагонов».

17 мая 1915 г. неприятельским аэропланом были сброшены две бомбы в нагружавшийся ранеными близ станции «Стрый» санитарный поезд, огражденный знаками Красного Креста — причем погибло 4 и было ранено 15 человек.

На следующий день аналогичный случай произошел в 20 км от «Стрыя» — на линии Старый Болехов. Здесь также находился перевязочный пункт, на котором развевался флаг Красного Креста. День был ясный и солнечный. Вдруг появился австрийский аэроплан, который спустился довольно низко над перевязочным пунктом, и начал бросать в последний бомбы. Было ранено 4 и убито 10 человек.

24-го мая 1915 г. неприятельский аэроплан атаковал полевой госпиталь в окрестностях Перемышля (огражденный флагами Красного Креста значительных размеров), а 17 июля 1915 г. аэроплан нанес бомбовый удар по расположившемуся на станции «Соболево» перевязочному пункту 41-й пехотной дивизии и 5-му Сибирскому отряду Всероссийского Союза Городов. Место расположения санитарных учреждений также было ограждено укрепленными на шестах флагами Красного Креста. На станции в это время находился лишь принимавший раненых санитарный поезд.

Телеграмма начальника Штаба армий Северо-Западного фронта генерал-лейтенанта Гулевича генерал-квартирмейстеру Ставки от 27 июля 1915 г. гласила: «Начальник Штаба первой армии телеграфирует, что 24 июля 1915 года на станции Малкин пятью немецкими аэропланами в санитарный поезд № 227 во время нагрузки раненых брошено много бомб и стрел, которыми нанесены потери в людях».

А старший унтер-офицер Н. Д. Манжелий вспоминал: "31 июля 1915 года я находился на вокзале станции Брест-Литовск для следования после контузии в лазарет в город Мелитополь. В то время на вокзале были десятки тысяч беженцев, много публики, а также стоял санитарный поезд, на котором имелись знаки Красного Креста. В час дня над вокзалом появились четыре германских аэроплана и сбросили в пределах вокзала четыре бомбы, взрывами которых было убито и ранено несколько человек беженцев, а одна из бомб была летчиком брошена в названный санитарный поезд и взрывом ее была разбита крыша вагона, а в последнем убиты четыре сестры милосердия и два доктора".

Все эти факты свидетельствуют о том, что противник не брезговал наносить удары по раненым, больным и медицинскому персоналу, то есть по людям, безопасный статус которых был гарантирован не только международными нормами, но и общечеловеческими принципами и соображениями гуманности и морали. И мы видим, что Красный Крест стал для презревших все мыслимые и немыслимые нормы ведения войны австро-германцев лишь мишенью, находиться под которым стало попросту небезопасно.
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

51 комментарий
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти