Американский подарок Кубе. «Червяки» в заливе Свиней

1 января 1959 года пришел конец власти очередного «сукина сына» США. На этот раз революция случилась на Кубе. Оказавшегося там ненужным диктатора звали Фульхенсио Батиста.


Фульхенсио Батиста



«Банановый» президент и диктатор Фульхенсио Батиста


В 1933 году Батиста и сам сыграл немалую роль в свержении «антильского Муссолини» Херардо Мачадо (который на Кубе получил ещё и прозвище «президент 1000 убийств) – так называемый «сержантский мятеж». Оказавшись во главе кубинской армии, Батиста уже 5 января 1934 года «уговорил» президента Рамона Грау подать в отставку. Далее пошла типичная для Латинской Америки правительственная чехарда: до 1940 года, когда Батиста решил, что уже может обходиться без марионеток, пост президента занимали Карлос Мандиетта, Хосе Барнет, Мигель Мариано Гомес, Фредерико Ларедо Бру. Именно в это время на Кубу пришли деньги американской мафии. Активными «инвесторами» выступили Лаки Лучано, Мейер Лански, Фрэнк Кастелло, Вито Дженовезе, Санто Траффиканте Младший, Мо Далитц. Первопроходцами выступили Мейер Лански, по прозвищу «бухгалтер мафии» и Лаки Лучано, которые в 1933 г., после встречи с Батистой получили патент на открытие игорных домов на Кубе. А в 1937 г. Лански добился принятия закона, согласно которому азартные игры на территории Кубы не облагались налогом.


Мейер Лански (Суховляньский), «бухгалтер мафии», один из «отцов-основателей» игорного бизнеса в Лас-Вегасе. Родился в Гродно в 1902 г., в 1909 г. его семья эмигрировала в США.


Именно тогда Куба стала большим борделем, а также игорным домом США. Батиста даже стал второстепенным героем фильма «Крестный отец 2» и одноименной компьютерной игры, т.к. игорные дома Кубы попали в сферу интересов киношной мафиозной семьи Корлеоне.

Официальный Вашингтон к деятельности Батисты относился весьма благожелательно, на расстрелы либо непонятные исчезновения противников Батисты в Белом доме внимания не обращали. Тем более, что американские бизнесмены чувствовали себя в Гаване, как дома, торговые обороты росли, в декабре 1941 года Куба даже объявила войну Германии, Италии и Японии. В 1942 г. были установлены дипломатические отношения с СССР – союзником США. Участие в войне заключалось, в основном, в поиске немецких подводных лодок, одну из которых кубинскому кораблю удалось потопить. В «охоте» на немецкие подлодки на своей яхте «Пилар» принял участие даже Э.Хэмингуэй, который ухитрился выбить под это дело финансирование от руководства военно-морского флота США.


Яхта «Пилар»


Впрочем, по мнению многих биографов писателя, эта «охота» (которая получила гордое название «Френдлесс» – по имени одной из кошек Хэмингуэя) очень уж сильно напоминала русскую рыбалку из анекдотов – потому что после употребления хорошей порции доброго кубинского рома немецкие подлодки встречаются гораздо чаще, а разглядеть их в море – намного легче. В апреле 1943 года новый директор ФБР Д.Э.Гувер, не любивший Хэмингуэя, добился прекращения финансирования этих круизов.

В 1944 году Батиста неожиданно для себя проиграл выборы, и на 4 года переехал во Флориду. В 1948 году он вернулся на Кубу, где стал членом Сената. В 1952 г., накануне очередных президентских выборов, он решил не связывать себя условностями, и организовал военный переворот, отстранив от власти Карлоса Прио. Советское правительство после этого разорвало дипломатические отношения с Кубой, а вот президент США Гарри Трумэн признал правительство Батисты, который, в ответ, широко распахнул двери для американского бизнеса. Особой пользы американские инвестиции Кубе не приносили, так как значительная часть доходов выводилась инвесторами за пределы острова, оставшиеся средства «прилипали» к рукам Батисты, его окружения и провинциальных чиновников, до рядовых граждан доходили буквально крохи. А реальная экономика находилась на последнем издыхании. В крупных латифундиях не обрабатывалось до 90% земли, в результате из США в огромных количествах завозились не только промышленные товары, но и продовольствие. При этом уровень безработицы в 1958 году достиг 40%. Не удивительно, что после неудачной попытки свержения Батисты 26 апреля 1953 г. (штурм казарм Монкада под руководством Ф.Кастро), государственный переворот попытался организовать командующий армией Рамон Баркин (6 апреля 1956 г.). С декабря 1956 года на Кубе шла уже настоящая гражданская война под руководством Фиделя Кастро и Эрнесто че Гевары.

Американский подарок Кубе. «Червяки» в заливе Свиней

Фидель Кастро и Эрнесто Че Гевара


В начале 1959 года Батиста решил не испытывать судьбу, и бежал в Доминикану, прихватив с собой большую часть средств из госбанка. Умер он в Мадриде в 1973 г.

Революционные романтики во главе Кубы



Кубинских революционеров нельзя было назвать убежденными коммунистами: они были патриотами-идеалистами, выступающими под лозунгами социального государства и большей экономической и политической самостоятельности Кубы. О социалистическом выборе Ф.Кастро заговорил лишь в мае 1961 года – после неудачной попытки организованного США военного переворота, о которой пойдет речь в этой статье. Поэтому невозможно говорить о том, что враждебные действия США против правительства Ф.Кастро были вызваны противодействием СССР, который, якобы, уже в то время задумал превратить Кубу в большую военную базу, направленную против США. На самом деле, главная причина неприятия нового правительства Кубы американцами была, как обычно, чисто экономической.

Январь-март 1959 г. даже многие американские историки называют «медовым месяцем» в отношениях Кубы и США. Батиста давно дискредитировал себя, причем не только на Кубе, и потому американские политики готовы были признать очередных «банановых» революционеров – при условии соблюдения ими «правил игры». Однако новые руководители Кубы посмели принять закон о контроле над полезными ископаемыми (иностранные компании теперь должны были платить государству 25% от стоимости вывозимых ресурсов). А потом еще усугубили своё положение законом о национализации предприятий и имущества американских граждан. А главными американскими инвесторами Кубы в те времена были могущественные мафиозные кланы, которые контролировали основной источник финансовых поступлений – «сферу развлечений» (на любой вкус): бордели (более 8500 публичных домов только в Гаване), игорные дома, торговлю алкоголем и наркотиками, им же принадлежали самые фешенебельные отели. Ситуацию подогревали многочисленные кубинские эмигранты, имевшие тесные связи с американскими бизнесменами и политиками. В июне 1959 г. уже начались разговоры, о том, что для «эффективного сотрудничества» с Кубой необходимо устранение Фиделя Кастро, 31 октября первый проект программы такого устранения был представлен президенту США Д.Эйзенхауэру. В начале января 1960 года директор ЦРУ А.Даллес предложил Эйзенхауэру план организации саботажа на сахарных заводах Кубы, однако президент приказал ему задуматься о более радикальной программе в отношении лидера Кубинской революции.


Дуайт Эйзенхауэр


От «Плутона» к «Запате»: подготовка вторжения на Кубу


17 марта 1960 года президент США Д. Эйзенхауэр отдал приказ о подготовке и осуществлении операции, имеющей цель свержения революционного правительства Кубы. Помимо военной составляющей, план предполагал работу по созданию единого центра кубинской оппозиции (в эмигрантской среде к этому времени насчитывалось уже 184 различных контрреволюционных групп). На Кубе противников революции (и местных, и эмигрантов) презрительно называли «гусанос» (gusanos) – «червяками». Предусматривалось также развертывание радиостанций для пропагандистского вещания. Ответственным за эту акцию был назначен заместитель директора ЦРУ по планированию тайных операций генерал Ричард Биссел. Непосредственной разработкой операции вторжения на остров подготовленных в США военных соединений кубинских эмигрантов занимался представитель Пентагона – полковник Элкотт, который имел опыт такого рода акций еще со времен II Мировой войны. Планируемую операцию решено было назвать «Плутон», что явно намекало события лета 1944 г. (высадка союзников в Нормандии – операция «Нептун»). Позже это название было заменено на «Тринидад» (кубинский город), потом – на «Запата». Последнее название было выбрано с юмором, причем чёрным, потому что, с одной стороны, Запата – это название кубинского полуострова, но с другой – испанский обычай делать подарок, положив вещь в ботинок или туфлю.

Уже во второй половине марта 1960 г. в Майами были собраны сотрудники ЦРУ, которые ранее работали на Кубе. Вначале таковых нашлось всего 10 человек, но их количество постоянно увеличивалось, составив в итоге более 40. Рекрутируемые для операции кубинцы были размещены в семи военных лагерях, созданных в Гватемале, а также на базе острова Вьекес (Пуэрто-Рико). В дальнейшем была организована перевалочная база в Пуэрто-Кабесас (Никарагуа), здесь же на одном из аэродромов была организована авиабаза. Проходившие военную подготовку эмигранты получали зарплату: 165 долларов в месяц, к которым полагались доплаты на жену (50 долларов) и других иждивенцев (по 25 долларов). Таким образом, на содержание семьи из трех человек американское правительство тратило 240 долларов. Прямо скажем, предательство родины оплачивалось не слишком щедро – средняя зарплата в США в тот год составляла 333 доллара. Была сформирована так называемая «Бригада 2506», названная так для солидности: нумерация её членов начиналась с числа 2000 – чтобы создать впечатление крупного военного соединения. Первоначально же предполагалось, что в ее состав войдут от 800 до 1000 прошедших военную подготовку кубинцев.



Позаботились и об идеологическом обосновании будущей агрессии против Кубы: 1 августа 1960 г. Межамериканскому комитету мира был предоставлен меморандум об «ответственности кубинского правительства за увеличение международной напряжённости в Западном полушарии».

18 августа 1960 года Эйзенхауэр распорядился выделить на непосредственную подготовку к вторжению 13 миллионов долларов (весьма серьезная сумма по тем временам) и разрешил использование для этих целей имущества и персонала министерства обороны США – операция против правительства суверенной Кубы стала приобретать реальные очертания. Осенью того же года в ЦРУ признали, что надежды на восстание населения Кубы против Кастро не оправдались и единственной возможностью для устранения неугодного лидера является военная операция. Теперь силовая акция становилась практически неизбежной.

Накануне вторжения


3 января 1961 г., накануне вступления в должность новоизбранного президента Джона Кеннеди (20 января), США разорвали дипломатические отношения с Кубой – вероятно, для того, чтобы ему было «легче принимать правильные решения» по отношениям с этой страной. Опасались в ЦРУ и Пентагоне напрасно. Кеннеди не только не желал нормализации отношений с Кубой, но даже упрекал Эйзенхауэра в мягкотелости и нерешительности, результатом которых стало создание «красного» государства в 90 милях от США. Немного позже именно Кеннеди разрешит участие американских военных летчиков в бомбардировках Вьетнама, использование тяжелых боевых вертолетов в борьбе с партизанами Вьетконга и применение химических дефолиантов.


Джон Кеннеди, «ястреб», который несправедливо многими считается «голубем»


Незамеченными эти приготовления не прошли: 31 декабря 1960 г. на заседании сессии Генеральной Ассамблеи ООН и 4 января 1961 г. на заседании Совета Безопасности ООН министр иностранных дел Кубы Рауль Кастро Роа сделал заявление о подготовке США вооружённого вторжения на Кубу, но изменить планы американского правительства это уже не могло.

26 января 1961 г. Кеннеди утвердил план военного вторжения на Кубу, увеличив при этом численность «Бригады 2506» до 1443 человек и разрешив передать ей бульдозеры (для подготовки на месте полевого аэродрома) и дополнительное оружие. Теперь в этой бригаде были 4 пехотных, 1 моторизованный и 1 парашютно-десантный батальоны, батальон тяжелых орудий и танковая рота. Командовать бригадой был назначен Хосе Роберто Перес Сан-Роман – бывший капитан кубинской армии. Бригаде были приданы пять кораблей бывшей кубинской судоходной компании «Гарсия Лайн Корпорейшн» и два американских пехотно-десантных корабля времен Второй мировой войны, восемь военно-транспортных самолетов С-46 и шесть С-54. Последним штрихом подготовки к вторжению стало создание в марте 1961 г. нового «правительства Кубы», которое пока оставалось в Майами. 4 апреля окончательный план вторжения на Кубу («Запата») был утвержден.

Разработанный аналитиками ЦРУ и Пентагона план был достаточно простым: на первой фазе операции «гусанос» должны были захватить плацдарм и удерживать его при поддержке с воздуха, ожидая контрреволюционного восстания. В случае если мятеж не начнется, либо будет быстро подавлен, на этом плацдарме высадится заранее сформированное «временное правительство», которое обратится за военной помощью к Организации американских государств (ОАГ). После этого на Кубу с острова Ки-Уэст будут переправлены войска общей численностью в 15 000 человек.

Основной целью первой атаки был порт Тринидад, но, поскольку президент Кеннеди, желая скрыть американское участие в этой авантюре, потребовал высадить десант ночью и в удаленном от населенных пунктов месте, выбор пал на залив Кочинос (Свиней) – в 100 милях к западу. Здесь имелись удобные песчаные пляжи Плайя-Хирон и Плайя-Ларга и ровная площадка, подходящая для обустройства аэродрома.


Залив Кочинос на карте Кубы



Залив Кочинос, современное фото


Вообще-то, название Bahía de Cochinos следует переводить с испанского, как «залив королевских спинорогов» – морских тропических рыб, которые во множестве водятся в окрестных водах.


Королевский спинорог


Однако название этих рыб (Cochino) оказалось созвучным слову «свинья». И теперь про спинорогов даже и не вспоминают.

Накануне основной операции, отряд из 168 человек должен был провести «военную демонстрацию» в районе Пинар-дель-Рио (провинция Орьенте) – на западе острова.


Регион Пинар-дель-Рио на карте Кубы. Место основной высадки – залив немного западнее города Трнинидад


Высадка основных десантов планировалась на трёх пляжах залива Кочинос: Плайя-Хирон (три батальона), Плайя-Ларга (один батальон), Сан-Блас (парашютный батальон).


Пляж Плайя-Хирон, современное фото



Пляж Плайя-Ларга, современное фото


Однако американские стратеги не учли, что на побережье залива Свиней имеются болота, ограничивающие свободу маневров. В результате десантные соединения кубинских эмигрантов оказались на небольшом пятачке, ограниченном, с одной стороны, морем, с другой – болотами, что облегчило правительственным войскам задачу их уничтожения.

Большие надежды и эмигранты, и их американские кураторы возлагали на действия «Пятой колонны». Однако 18 марта 1961 года кубинская контрразведка нанесла упреждающий удар, арестовав в пригороде Гаваны 20 руководителей антиправительственных ячеек. 20 марта удалось уничтожить диверсионную группу, заранее направленную на побережье Пинар-дель-Рио. Единственной удачной, но абсолютно бессмысленной акцией местных «гусанос» стал поджог самого большого универмага Кубы – «Энканто» (Гавана, 13 апреля 1961 г.). Этот пожар, в котором погиб один совершенно случайный человек и несколько получили ранения, симпатий кубинцев к «червякам» не прибавил.

Операция «Запата»



Операция началась вечером 14 апреля, когда под либерийским флагом в море вышли корабли gusanos: два десантных (LCI «Blagar» и LCI «Barbara J») и пять грузовых («Хьюстон», «Рио Эскондидо», «Карибе», «Атлантико» и «Лейк Чарльз»). На этих судах, помимо членов «Бригады 2506» находились 5 танков М41 «Шерман», 10 бронетранспортеров, 18 противотанковых орудий, 30 минометов, 70 противотанковых ружей «базука», около 2,5 тысяч тонн боеприпасов. Пока они двигались к южному побережью Кубы, у северного побережья острова постоянно маневрировали американские корабли, которые порой заходили в территориальные воды.

15 апреля 8 бомбардировщиков B-26 без опознавательных знаков, взлетев с аэродрома базы Пуэрто-Кабесас (Никарагуа), отправились к Кубе с целью уничтожения военных аэродромов, складов горючего и трансформаторных станций. В дальнейшем их пилоты должны были отправиться на аэродромы Флориды, чтобы объявить себя военнослужащими кубинской армии – патриотами и противниками режима Кастро. От своих агентов среди эмигрантов, кубинцы вовремя узнали о планах бомбардировки и удачно замаскировали самолеты, заменив их макетами. В результате эта атака не имела серьезных последствий. При этом кубинские зенитчики сумели сбить один бомбардировщик и повредить другой. В международном аэропорту Майами приземлился всего один из этих самолетов, его пилот сделал заявление о том, что является дезертиром ВВС Кубы и попросил убежища для себя и своего экипажа, но быстро запутался в ответах журналистам, так что пресс-конференцию пришлось своих срочно прекратить.

Между тем, в ночь с 15 на 16 апреля американское судно «Плайя» доставило к побережью Пинар дель Рио вспомогательный отряд, который должен был демонстрацией высадки отвлечь внимание от основных частей. Две попытки десантирования на берег были отражены патрулями береговой охраны, но ввести кубинское командование в заблуждение всё же удалось: в этот район были срочно направлены 12 пехотных батальонов.

Во второй половине дня 16 апреля, на расстоянии примерно 65 км от побережья Кубы основная флотилия эмигрантов встретилась с американской эскадрой под командованием адмирала Бэрка. В состав американской боевой группы входили авианосец «Эссекс», десантный вертолётоносец «Боксер» (на борту которого разместился батальон морской пехоты США) и два эсминца. Поблизости, готовый придти на помощь, находился авианосец «Шангри-Ла» с несколькими кораблями сопровождения.

В ночь на 17 апреля корабли эмигрантов вошли в залив Кочинос. Разведывательные группы на резиновых лодках добрались до берега и зажгли ориентирные огни.

А «серые» американские радиостанции в это время начали передавать дезинформационные сообщения о том, что «повстанческие силы начали вторжение на Кубу, и сотни человек уже высадились в провинции Орьенте».

В три часа ночи 17 апреля эмигранты начали высадку первого эшелона десантников.



Ближайшие военные части Кубы находились в 120 км от залива Кочинос, высадке десанта попытались помешать лишь патруль 339-го батальона (5 человек) и отряд «народной милиции» (около 100 чел.). Затем в бой вступили пехотный батальон и отряды ополчения окрестных городов. В стране были объявлены военное положение и всеобщая мобилизация. Утром очень успешный удар по кораблям gusanos нанесла авиация правительственных войск: были потоплены оба десантных корабля и два транспортных судна. В это же время транспортные самолеты эмигрантов выбросили десант в районе пляжа Сан-Блас. В середине дня их наступление было остановлено (при этом кубинцами был потерян один танк Т-34-85). 18 апреля десантные силы противника на Плайя-Ларга были окружены, но сумели прорваться к другим соединениям. К исходу дня gusanos были блокированы в треугольнике Плайя-Хирон — Кайо-Рамона — Сан-Блас.



Кубинцы к этому времени успели подтянуть к месту боевых действий основные силы, в том числе 10 танков T-34, 10 танков ИС-2М, 10 самоходных артиллерийских установок СУ-100, а также гаубицы М-30 и МЛ-20. Фидель Кастро возглавил одну из танковых групп (его машиной был легендарный «Т-34-85»).


Фидель Кастро на танке, апрель 1961 г.


В ночь на 19 апреля на Плайя-Хирон удалось сесть самолету C-46, который доставил оружие, боеприпасы и забрал раненых.

Дела у эмигрантов шли явно не так, как надеялись их американские кураторы, поэтому 19 апреля было принято решение о поддержке десанта ударами с воздуха. От помощи шести никарагуанских истребителей, предложенных тамошним диктатором Самосой, американцы отказались. Пять бомбардировщиков с американскими пилотами (лётчики мятежников от выполнения задания уклонились) поднялись в воздух, но разминулись с истребителями прикрытия. В результате 2 самолета были сбиты силами кубинских ВВС. В общей сложности силами вторжения были потеряны 12 самолетов разных типов: 5 сбиты зенитчиками, 7 – кубинскими истребителями, которые не понесли потерь.

Силы gusanos на берегу продолжали нести потери, помимо живой силы противника, кубинцами в этот день были уничтожены 2 танка. Всем было понятно, что операция провалилась, и во второй половине дня два эсминца США (USS Eaton и USS Murray) попытались подойти к берегу для эвакуации десанта, но были отогнаны кубинскими танками (!), которые обстреляли их с берега.


Кубинский танк на Плайя-Хирон


В 17 часов 30 минут 19 апреля, потеряв в общей сложности убитыми 114 человек, gusanos прекратили сопротивление, 1202 бойца бригады 2506 сдались властям.


Кубинцы конвоируют пленных gusanos


10 своих сотрудников в ходе этой операции потеряло ЦРУ. Помимо стрелкового оружия, артиллерийских орудий и минометов, трофеями кубинцев стали 5 танков М-41 («Уокер Бульдог») и 10 бронетранспортеров. Кубинцы при отражении десанта потеряли 156 человек убитыми, 800 было ранено.

Кубинские войска прочесывали окрестную местность ещё в течение 5 дней, после этого операция по отражению десанта эмигрантов была прекращена.


В июле 1961 г. был учрежден орден «Плайя-Хирон» – одна из высших наград современной Кубы.



Орден Плайя-Хирон


Свое участие в агрессии против Кубы американцы признали только в 1986 году. Тем не менее, 40 государств-членов ООН осудили США. Международный авторитет революционной Кубы поднялся на невиданную высоту. Одним из главных и далеко идущих последствий этой операции США, стало сближение Кубы с СССР.

В апреле 1962 г. состоялся суд над попавшими в плен членами «бригады 2506», а в декабре того же года состоялся их обмен на медикаменты и продовольствие на общую сумму 53 миллионов долларов. Заплатило за них правительство США, но внесены они были от имени благотворительного фонда «Tractors for Freedom Committee». 29 декабря 1962 г. президент Кеннеди приветствовал прибывших в США gusanos на торжественной церемонии в Майами. А в 2001 г. (год 50-летнего юбилея неудачного вторжения на Кубу) оставшиеся в живых члены бригады 2506 были приглашены для чествования в Конгресс США: американцы своих «сукиных детей» (и «червяков») не забывают и не стесняются их.
Автор:
Рыжов В.А.
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

36 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти