Каспийская карта США и НАТО против России и Ирана



Политика США в бассейне Каспийского моря направлена на доминирование в регионе, обострение противоречий и создание антииранского и антироссийского военно-стратегического плацдарма.


Немаловажен и тот факт, что три из пяти Каспийских государств – Азербайджан, Казахстан, Туркмения – являются самой сложной северной границей Большого Ближнего Востока (ББВ), в рамках реализуемой в течение 30 лет «великой» стратегии (grand strategy) нового макрорегиона ББВ от Северной Африки до Казахстана и Индии включительно, совпадающего с Центкомом – Центральным Командованием Вооруженных сил США.

Хотя Россия и Иран преследуют собственные национальные интересы и приоритеты в зоне Каспия, взаимное координирование действий пошло бы исключительно на пользу обеим странам. Контроль над значительной частью мировых энергоресурсов и выгодное стратегическое положение позволяют Ирану активно соперничать с Россией: Иран – единственный из пяти государств Каспийского бассейна (остальные – Азербайджан, Казахстан, Россия и Туркменистан) имеет прямой выход к Индийскому океану, что дает ему преимущества перед Турцией и Россией при транспортировке энергоресурсов из Каспия. Иран обладает самой протяженной береговой линией в Персидском и Оманском заливах, и через его территорию пролегает наиболее практичный маршрут к открытым морям и единственная сухопутная дорога к арабскому миру. Иран имеет легкий доступ в Китай и на Дальний Восток через Центральную Азию, что позволяет восстановить исторический «шелковый путь» с подключением к нему южно-кавказских и центрально-азиатских государств. Экономическое соперничество в Каспийском регионе разворачивается в основном из-за контроля над его нефтеносными районами и транспортными коридорами. Иран, как и Россия, заинтересован в экономической и политической стабильности в Каспийском регионе постсоветского пространства.

В целом, подходы Ирана к проблеме безопасности в Каспийском регионе определяются целями его долгосрочной стратегии в регионе: стремлением противодействовать националистическим настроениям по обе стороны ирано-азербайджанской границы дабы избежать угрозы сепаратизма в иранских северо-западных провинциях, населенных азербайджанцами; поиском новых рынков сбыта иранских товаров и приложения капиталов в обход проводимой США политики международной изоляции Ирана; использованием своего выгодного географического положения для того, чтобы коммуникации, нефтегазовые и транспортные потоки проходили через его территорию.

Приход на Каспий иностранных компаний (английские и американские владеют здесь напрямую или опосредованно 27% нефтяных и 40% газовых запасов) и внерегиональных игроков (США – в первую очередь) только подхлестнул давно начавшуюся здесь гонку вооружений. Пока по наличию военной техники и флотилии Россия остается на Каспии лидером. Ее Каспийская военная флотилия общей численностью в 15 тысяч человек включает бригаду надводных кораблей, бригаду кораблей охраны, бригаду судов обеспечения, управление поисковых и аварийно-спасательных работ, дивизион гидрографических судов, авиагруппу экранопланов и гвардейскую бригаду морской пехоты. Россия планирует усовершенствовать воздушное прикрытие каспийского военно-морского театра за счет оснащения его, в дополнении к имеющимся средствам, новыми зенитными комплексами С-300. Иран также взял курс на резкое увеличение своего военного присутствия (в 1,5 раза) на Каспии, перебрасывая туда свои ВМС из Персидского залива. В 2003 году была принята новая программа развития Иранской национальной танкерной компании: она предусматривает строительство серии танкеров на местных судостроительных заводах и создании в перспективе иранского танкерного флота на Каспии.

Позиция России, как и Ирана, в отношении проблемы милитаризации Каспия остается неизменной. Оба государства исходят из посылки: поскольку Каспий является внутренним морем прибрежных стран, то охрана морских границ является прерогативой самих этих государств, которые в услугах третьих стран не нуждаются.

В целом процесс милитаризации прилегающего к Каспийскому морю региона развивается на очень нехорошем фоне. Во-первых, прикаспийским государствам до сих пор не удается договориться о правовом статусе моря, что не дает возможности установить здесь единые правила игры. Во-вторых, между некоторыми из них не снята напряженность в двусторонних отношениях. В-третьих, ситуацию обостряют внерегиональные державы и ТНК: контролируя основные нефтяные проекты в Азербайджане и Казахстане, они претендуют на особую роль в этом регионе.

Безопасность – достаточно сложный феномен, не сводящийся только к военной сфере. Он включает в себя политические, экономические, информационно-идеологические составляющие, имеет человеческое измерение. Поэтому существует целый ряд возможных сфер взаимодействия Ирана и России, которые могут быть направлены на достижение стабильности в регионе: защита окружающей среды, совместные проекты по очистке Каспия от промышленного загрязнения и др. Москва убеждена, что исключение Ирана из региональных процессов было бы контрпродуктивно – как с точки зрения перспектив политической стабилизации, в которой заинтересована Россия, так и ввиду развития интеграционных процессов в этом новом стратегическом пространстве. Россия и Иран, несмотря на некоторое сходство подходов к безопасному развитию в зоне Каспия, преследуют собственные национальные интересы и приоритеты, которые не обязательно будут совпадать по всем параметрам. Именно поэтому координирование действий Ирана с Россией, остающейся, несмотря на нынешнее ослабление, влиятельной военно-политической силой в регионе, пошло бы на пользу обеим сторонам.

Исла́мская Респу́блика Ира́н остаётся непокорной державой в формирующемся Большом Ближнем Востоке. Соответственно, действия США по отношению к Ирану на территории ББВ определяются известным принципом «анаконды»: тотального окружения Ирана с последующим его удушением. Задача создания каспийской буферной зоны между Ираном и Россией – постоянно их разделять, вбивать, образно говоря, клин между ними через стратегически важное и чрезвычайно чувствительное морское пространство Каспия.

Очевидно: разрыв самой связки Россия – Иран имеет фундаментальное значение для обеспечения внерегиональным державам доминирующей позиции на Каспии.



Для разрыва этой связки во многом предназначены и два других американских проекта искусственного конструирования новых макрорегионов: Большая Центральная Азия и Каспийско-Черноморский регион, которые отсекают Россию и Иран друг от друга в поперечном направлении одновременно справа и слева.

Опубликованный доклад Госдепа США для Конгресса по бюджетному финансированию военных операций за рубежом в 2012 году, вызвал очередной всплеск интереса к проблеме милитаризации Каспия и стал свидетельством системности действий США по организации здесь морского форпоста против Ирана. Согласно докладу, Вашингтон, ввиду «растущей важности безопасности Каспийского моря в этом богатом нефтью и газом регионе», намерен сдерживать Иран и Российскую Федерацию, вооружая их соседей (Азербайджан, Казахстан, Туркмения) по Каспийскому морю. Очевидно, что речь уже идёт не просто о плоской милитаризации региона, но и о сколачивании в перспективе Каспийского военного блока во главе с США.


Так, относительно Азербайджана, наиболее продвинутого в военно-морских делах отмечается, что «США будут продолжать работать с азербайджанскими ВМС с целью повышения безопасности Каспия, развития профессионального военного образования, расширения возможностей участия в совместных миротворческих операциях и содействия продвижению к оперативной совместимости с НАТО…» В перспективе Вашингтон считает, что Азербайджан будет вовлечён в блок НАТО. Уже сейчас с помощью США Азербайджан создал подразделение военно-морских сил специального назначения. Ожидается, что вооружение этой части вскоре пополнился специальными средствами производства стран НАТО. Во всяком случае, в этом центре работают инструкторы диверсионно-разведывательных подразделений SEAL ВМС США. В составе Береговой охраны Азербайджана (которая, пожалуй, является более развитой структурой, чем флот) находятся патрульный катер S-201 (бывший катер Береговой охраны США типа Point), два малых американских патрульных катера S-11 и S-12 типа Silver Ship. Азербайджан также располагает катерами RIB-36 производства США для переброски спецназа.

Казахстану США намерены помочь в модернизации морской авиации, в частности, уже имеющихся на его вооружении вертолетов (Huey II) производства США, что должно «повысить возможности казахстанских военных по охране важных объектов энергетической инфраструктуры и реагированию на угрозы Казахстану и на Каспийское море». Ранее в 2010 году США передало Казахстану четыре десантных катера на безвозмездной основе по программе пятилетнего плана сотрудничества между министерствами обороны РК и Соединенных Штатов. Ещё раньше, в 2005 году, в Актау состоялась официальная передача трех американских 42-футовых катеров типа Defender постройки компании Safe Boat International. Кроме того, в 2006 году Южная Корея передала Военно-морским силам Казахстана три сторожевых корабля (патрульные катера типа Sea Dolphin) водоизмещением 150 т. По сути, именно с 2006 года началась история современных ВМС РК.

Возможно, что США также косвенно участвуют в модернизации ВМС Казахстана через совместные казахстанско-азербайджанские программы. Так, в 2008 году военным руководством Казахстана была достигнута договорённость о подготовке личного состава морского спецназа Казахстана на базе разведывательно-диверсионного центра ВМС Азербайджана.

В Туркмении, только начинающей превращаться в государство с ВМФ, Вашингтон планирует заняться организацией подготовки местных военных моряков на английском языке в рамках программы IMET (International Military Education and Training). Кроме того, «американская помощь будет направлена на содействие укреплению зарождающегося туркменского военно-морского потенциала, который будет способствовать безопасности на Каспийском море». В целом, за счет средств Программы зарубежного военного финансирования (Foreign Military Financing – FMF) и проведения подготовки внутри страны на английском языке США рассчитывают на дальнейшее расширение сотрудничества.

ИРИ, как и Россия, в своей политике в отношении государств региона учитывает степень их включенности в недружественные ему блоки, партнерские отношения и союзы. Россия и Иран заинтересованы в создании противовеса Турции, претендующей на увеличении своей региональной роли; оба государства обеспокоены также и попытками США утвердиться на Каспии в качестве единственной сверхдержавы. Иран усматривает угрозу своей безопасности в возможности вовлечения Вашингтоном государств региона в кампанию по ограничению возможностей Ирана повышать свою обороноспособность, а Россию не может не тревожить угроза проникновения НАТО в южные государства СНГ, которые она считает сферой своих приоритетных интересов.

Использованы материалы:
http://ruleaks.net/2430
http://bs-kavkaz.org/2012/07/kaspijskiy-vektor-irano-rossijskogo-vzaimodejstvia/
http://analitika.az/articles.php?item_id=20120704083522326&sec_id=9
http://bs-kavkaz.org/2012/07/kaspijskaja-karta-usa-i-nato-protiv-rossii-i-irana/
http://ruleaks.net/706
Автор:
Kamran Gasanly
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

114 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти