Победы и поражения Ливонской войны

История Ливонской войны (1558—1583), несмотря на большое внимание к этой войне, остаётся в числе важнейших проблем отечественной истории. Во-многом это связано с вниманием к фигуре Ивана Грозного. Учитывая тот факт, что ряд исследователей относится к личности государя Ивана Васильевича резко отрицательно, это отношение переносится и на его внешнюю политику. Ливонскую войну называют авантюрой, ненужной Русскому государству, которая только подорвала силы Руси и стала одной из предпосылок Смутного времени в начале 17 столетия.

Некоторые исследователи вполне справедливо считают, что наиболее перспективным направлением экспансии Русского государства в этом период было южное. Так, ещё Н. И. Костомаров отмечал, что «Время показало всё неблагоразумие поведения царя Ивана Васильевича по отношению к Крыму». Москва не воспользовалась моментом крайнего ослабления Бахчисарая, дав ему оправиться и не раздавив противника, после покорения Казани и Астрахани. Г. В. Вернадский подчеркивал, что война с крымскими татарами была «подлинно национальной задачей» и, несмотря на сложность покорения Крыма, по сравнению с Казанским и Астраханским ханствами, она была вполне выполнимой. Помешала реализации этой задачи Ливонская война, кампания, которая в начале считалась легкой задачей, с целью разгрома потерявшего свою военную мощь Ливонского ордена. «Реальная дилемма, с которой столкнулся царь Иван IV, - писал Георгий Вернадский, - состояла не в выборе между войной только с Крымом и походом на Ливонию, а выборе между войной только с Крымом и войной на два фронта как с Крымом, так и с Ливонией. Иван IV избрал последнее. Результаты оказались ужасающими». Историк высказал предположение, что первоначально направленная в Ливонию русская армия предназначалась для борьбы с Крымским ханством. Именно поэтому, во главе неё стояли служилые татарские «царевичи» - Шах-Али, Кайбула и Тохтамыш (московский претендент на крымский престол), войска были укомплектованы в значительной мере из касимовских и казанских татар. Лишь в последний момент армию повернули на северо-запад.

Вполне возможно, что московское правительство было уверено в кратковременности кампании против Ливонии. Добившись больших внешнеполитических успехов – покорив Казань и Астрахань, русское правительство решило подчинить себе Ливонский орден и твердо встать на берегах Балтийского моря. Ливонский орден будучи союзником Свидригайло Ольгердовича 1 сентября 1435 года потерпел страшное поражение в битве при Вилькомире (магистр Керскорф, ландмаршал и большинство ливонских рыцарей погибли), после этого было подписано соглашение о создании Ливонской конфедерации. 4 декабря 1435 года в Конфедерацию вошли архиепископ рижский, епископы курляндский, дерптский, эзель-викский и ревельский, а также Ливонский орден, его вассалы и города Рига, Ревель и Дерпт. Это рыхлое государственное образование оказалось под сильным влиянием соседей, в том числе Русского государства.


Момент, выбранный для начала военных действий против Ливонии, казался вполне удачным. Последовательные и старые враги Руси, которые противились усилению её позиций на берегах Балтики, не могли оказать Ливонской конфедерации экстренную военную помощь. Шведское королевство, потерпело поражение в войне с Русским государством - русско-шведская война 1554—1557 гг. Эта война выявила несомненное превосходство русской армии, хоть и не привела к большим результатам. Король Густав I, после неудачной попытки захватить крепость Орешек, поражения у Кивинебба и осады русскими войсками Выборга, поспешил заключить перемирие. 25 марта 1557 года было подписано Второе Новгородское перемирие сроком на сорок лет, подтвердившее территориальный статус-кво и традицию дипломатических сношений через новгородского наместника. Швеция нуждалась в мирной передышке.

Правительства Литвы и Польши рассчитывали на то, что ливонские рыцари сами смогут дать отпор русским. Кроме того, процесс слияния Литвы и Польши в единое государство, ещё не был завершен, что ослабляло их. Вмешательство в войну Ливонии и России, давало все выгоды Швеции, сопернику Польши в регионе. Бахчисарай, устрашенный предыдущими победами Москвы, не собирался начинать крупномасштабную войну, занял выжидательную позицию, ограничиваясь обычными небольшими набегами.

Однако, решительный успех русских войск в войне с Ливонией, вызвал сплочение врагов Москвы. На смену дрогнувшим войскам Ордена двинулись войска Швеции и Литвы, а затем и Польши. Война вышла на новый уровень, когда русскому государству стала противостоять мощная коалиция. В то же время надо помнить, что полной информацией обладаем только мы. Московское правительство, начиная войну, думало, что всё завершится в короткий срок, ливонцы устрашённые мощью русской армии, пойдут на переговоры. Об этом говорили и все прежние конфликты с Ливонией. Считалось, что повода для войны с коалицией сильных европейских государств нет. Схожие локальные конфликты, пограничного значения, шли в Европе десятками.

Повод к войне

Поводом к войне с Ливонией стал факт неуплаты ливонцами старинной «юрьевской дани» - денежной компенсации осевших в Прибалтике немцев за право селиться на землях, расположенных вдоль реки Западная Двина и принадлежавших полоцким князьям. Позднее эти выплаты превратились в весьма значительную дань за захваченный немецкими рыцарями русский город Юрьев (Дерпт). Ливония признала справедливость этой компенсации в соглашениях 1474, 1509 и 1550 гг.

В 1554 году на переговорах в Москве представители Ордена – Иоганн Бокгорст, Отто фон Гротхузен, и епископа Дерпта – Вальдемар Врангель, Дидерик Ковер, согласились с доводами русской стороны. Россию представляли Алексей Адашев и Иван Висковатый. Ливония обязалась платить русскому государю дань с недоимками за три года по три марки «с каждой головы». Однако собрать столько значительную сумму – 60 тыс. марок ливонцы не успели (вернее особо и не спешили). Невыполненными оказались и другие требования русского правительства – восстановления в Риге, Ревеле и Дерпте русских кварталов («концов») и православных церквей в них, обеспечение свободной торговли для русских «гостей» и отказ от союзнических отношений со Швецией и Литвой. Ливонцы прямо нарушили один из пунктов соглашения с Москвой, заключив в сентябре 1554 года союз с Великим княжеством Литовским, который был направлен против Руси. Узнав об этом, русское правительство направило магистру Иоганну Вильгельму фон Фюрстенбергу грамоту с объявлением войны. В 1557 году в городе Посволь было заключено соглашение между Ливонской конфедерацией и Польским королевство, установившее вассальную зависимость Ордена от Польши.

Однако сразу полномасштабные боевые действия не начались. Иван Васильевич ещё надеялся добиться своих целей дипломатическим путём. Вплоть до июня 1558 года в Москве велись переговоры. Тем не менее, нарушения со стороны ливонцев договорённостей 1554 года, дали русскому правительству повод для усиления давления на Орден. Было решено провести военную акцию, с целью устрашения ливонцев, чтобы сделать их более сговорчивыми. Главной целью первого похода русской армии, который состоялся зимой 1558 года, было стремление добиться добровольного отказа ливонцами от Нарвы (Ругодива). Для этого на границы с Ливонской конфедерацией была переброшена уже отмобилизованная, готовая к войне с Крымским ханством, конная армия.

Начало войны. Война с Ливонской конфедерацией

Первый поход. Зимняя кампания 1558 года. В январе 1558 года московские конные полки во главе с касимовским «царем» Шах-Али и князем Михаилом Глинским вторглись в Ливонию и довольно легко прошли восточные области. Во время зимней кампании 40-тыс. русско-татарская армия дошла до побережья Балтийского моря, разорив окрестности многих ливонских городов и замков. Задача по овладению ливонскими укреплениями не ставилась. Этот рейд был откровенной демонстрацией мощи Русского государства, призванной оказать психологическое воздействие на орденские власти. Русские полководцы во время этого похода дважды, по указанию государя Ивана Васильевича, присылали ливонскому магистру грамоты о присылке послов для возобновления переговорного процесса. Москва не хотела вести серьёзной войны на северо-западе, ей было достаточно выполнения уже достигнутых договоренностей.

Ливонские власти, устрашенные вторжением, ускорили сбор дани, договорились о временном приостановлении военных действий. В Москву были направлены дипломаты и в ходе тяжелых переговоров, была достигнута договоренность о передаче России Нарвы.

Победы и поражения Ливонской войны


Второй поход. Но установленное перемирие продолжалось недолго. Ливонские сторонники войны с Россией нарушили мир. В марте 1558 года нарвский фогт Эрнст фон Шнелленберг приказал обстрелять русскую крепость Ивангород, это спровоцировало новое вторжение русских войск в Ливонию. На этот раз удар был более мощным и русские войска захватывали крепости и замки. Русская армия была усилена силами воевод Алексея Басманова и Данила Адашева, артиллерией, в том числе тяжёлой, для разрушения укреплений.

За весну - лето 1558 года русские полки захватили 20 крепостей, включая добровольно капитулировавшие и вошедшие в подданство русского царя. В апреле 1558 года была осаждена Нарва. Довольно долго боевые действия у города ограничивались только артиллерийской перестрелкой. Всё изменилось 11 мая, в Нарве вспыхнул сильный пожар (возможно, вызванный огнём русской артиллерии), значительная часть ливонского гарнизона была направлена для борьбы с пожаром, в это время русские воины сломали ворота и захватили нижний город, много немцев было перебито. Ливонские орудия были направлены на верхний замок, начался артиллерийский обстрел. Осажденные, поняв, что их положение безнадежно, капитулировали на условии свободного выхода из города. Трофеями русской армии стали 230 больших и малых пушек и множество пищалей. Оставшиеся жители города принесли присягу на верность русскому государю.

Нарва стала первой крупной ливонской крепостью, которую русские войска взяли в Ливонской войне. Овладев крепостью, Москва получила удобный морской порт, через которую стали возможными прямые торговые отношения со странами Западной Европы. Кроме того, в Нарве начались работы и по созданию русского флота — была построена верфь, в которой трудились мастера из Холмогор и Вологды. В гавани Нарвы впоследствии базировалась эскадра из 17 судов под командой немца, датского подданного Карстена Роде, принятого на русскую службу. Это был талантливый капитан с весьма интересной судьбой, подробнее в статье ВО: Первый Русский флот - пираты Грозного царя. Иван Васильевич прислал в город новгородского епископа с задачей освятить Нарву и начать сооружение православных храмов. Нарва оставалась русской до 1581 года (её захватила шведская армия).

Несколько недель держала оборону небольшая, но сильная крепость Нейгаузен. Несколько сот воинов и крестьян во главе с рыцарем фон Паденормом отражали натиск войска под началом воеводы Петра Шуйского. 30 июня 1558 года русская артиллерия завершила разрушение внешних укреплений, и немцы отступили в верхний замок. После этого люди отказались продолжать бессмысленное сопротивление и капитулировали. Шуйский, в знак их мужества, позволил уйти им с честью.

После захвата Нейгаузена, Шуйский осадил Дерпт. Его защищал 2 тыс. гарнизон из немецких наемников («заморских немцев») и местные жители под началом епископа Германа Вейланда. Для обстрела города русские войска соорудили высокий вал, подняв его до уровня стен, что позволило обстреливать весь Дерпт. Несколько дней шла сильная бомбардировка города, было разрушено несколько укреплений, многие дома. 15 июля царский воевода Шуйский предложил Вейланду капитулировать. Пока тот размышлял, бомбардировка продолжалась. В осаде Дерпта русские артиллеристы впервые применили зажигательные снаряды – «огнистые кули». Потеряв всякую надежду на помощь извне, горожане решили начать переговоры с русскими. Пётр Шуйский обещал не разрушать Дерпт до основания и сохранить горожанам прежнее управление. 18 июля 1558 г. город капитулировал.

В Дерпте, в одном из тайников русские ратники обнаружили 80 тыс. талеров, что превышало весь долг Ливонии перед Россией. В результате, жители Дерпта, из-за жадности некоторых горожан, потеряли больше, чем требовал у них русский государь. Найденных денег хватило бы не только на Юрьевскую дань, но и на наём войск для защиты Ливонии. Кроме того, победителями было захвачено 552 больших и малых пушек.

Победы и поражения Ливонской войны

Взятие Нарвы Иваном Грозным. Б. А. Чориков, 1836.

Попытка ливонского контрнаступления. В ходе летнего похода 1558 года русские передовые отряды достигали Ревеля и Риги, разорив их окрестности. После столь успешной кампании русские войска ушли из Ливонии, оставив в захваченных городах и замках небольшие гарнизоны. Этим решил воспользоваться новый энергичный ливонский заместитель магистра, бывший комтур Феллина Готхард (Готтард) Кетлер. Заместитель магистра собрал 19-тыс. войско: 2 тыс. конницы, 7 тыс. кнехтов, 10 тыс. ополченцев.

Кетлер хотел отбить утраченные восточные земли, прежде всего в Дерптском епископстве. Ливонские войска подступили к крепости Ринген (Рынгола), которую защищал гарнизон всего из 40 «сынов боярских» и 50 стрельцов под руководством воеводы Русина-Игнатьева. Русские воины оказали героическое сопротивление, отбивая натиск вражеской армии в течение 5 недель (по другим данным – 6 недель). Они отразили два общих штурма.

Гарнизон Рингена попытался выручить посланный на помощь 2-тыс. отряд под началом воеводы Михаила Репнина. Русские воины смогли разбить передовую заставу ливонцев, было взято в плен 230 человек вместе с их командиром Иоганном Кетлером (брат командующего). Однако затем отряд Репнина был атакован основными силами ливонской армии и разбит. Эта неудача не поколебала мужества защитников крепости, они продолжали обороняться.

Немцы смогли захватить Рынголу только в ходе третьего штурма, который продолжался три дня, после того, как у защитников закончился порох. Тех воинов, которые не пали в ожесточенном бою, ливонцы добили. Кетрел потерял под Рингеном пятую часть войска - около 2 тыс. человек и потратил на осаду полтора месяца. После этого наступательный порыв ливонского войска угас. Ливонцы в конце октября 1558 года смогли только организовать набег на порубежные места Пскова. Ливонские отряды разорили Святоникольский монастырь под Себежем и посады городка Красного. Затем ливонское войско отступило к Риге и Вендену.

Зимняя кампания 1558-1559 гг. Ливонское наступление и разорение псковских мест вызвало большой гнев у русского государя. Были предприняты меры для ответного удара. Уже через два месяца войска под началом Семена Микулинского и Петра Морозова вошли в Ливонию. Они в течение месяца опустошали южную Ливонию.

17 января 1559 года произошло решающее сражение при городе Тирзене. Большой ливонский отряд под началом Фридриха Фелькерзама (Фелькензам) столкнулся с Передовым полком во главе с воеводой Василием Серебряным. В упорной схватке ливонцы были разбиты. Фелькерзам и 400 его воинов погибли, остальные попали в плен или бежали. Эта победа отдала в руки русской армии огромные территории. Русские войска беспрепятственно совершили рейд по землям Ливонской конфедерации, пройдя «по обе стороны Двины», захватив 11 городов и замков. Русские дошли до Риги, простояли здесь три дня. Затем вышли к границе с Пруссией и только в феврале с большой добычей и значительным полоном вернулись в русские пределы. Кроме того, на Дюнамюнском рейде был сожжен рижский флот.

Перемирие 1559 года

После столь успешного похода, русское правительство предоставило Ливонской конфедерации перемирие (третье по счёту) с марта по ноябрь 1559 года. Москва была уверена в том, что положение в новозавоеванных городах прочное и при посредничестве датчан пошло на перемирие. Кроме того, на Москву оказали сильное дипломатическое давление, обеспокоенные русскими успехами, Литва, Польша, Швеция и Дания. Так, литовские послы настоятельно требовали от царя Ивана IV прекратить войну в Ливонии, грозя, в противном случае, выступить на стороне Ливонской конфедерации. Вскоре с просьбу прекратить войну передали шведские и датские посланники. Русские успехи нарушали баланс сил в Европе, на Балтике, затрагивали политические и экономические интересы ряда держав. Польский король Сигизмунд II Август даже жаловался на русских английской королеве Елизавете I: «Московский государь ежедневно увеличивает своё могущество приобретением товаров, которые привозятся в Нарву, ибо сюда помимо прочего, привозится оружие, до сих пор ему не известное… приезжают военные специалисты, посредством которых, он приобретает средства побеждать всех…». Были сторонники перемирия и в Москве. Окольничий Алексей Адашев выражал интересы партии, которая настаивала на продолжение борьбы на юге, против Крым.

Победы и поражения Ливонской войны



Продолжение следует…
Автор: Самсонов Александр


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 10
  1. Taratut 24 октября 2012 08:37
    Учитывая тот факт, что ряд исследователей относится к личности государя Ивана Васильевича резко отрицательно, это отношение переносится и на его внешнюю политику.
    А что, кто-то относится к этой личности положительно?
    Начал он правление очень прилично. Если бы быстро помер, остался бы в истории не русским Калигулой, а завоевателем Казани.
    Taratut
    1. alebor 24 октября 2012 11:26
      Цитата: Taratut
      А что, кто-то относится к этой личности положительно?

      Есть такие. В околоцерковных кругах существует большая группа людей, выступающих за канонизацию Ивана Грозного. Все истории о его жестокостях они называют сильно преувеличенными, соответствующими нравам того времени или даже лживыми.
    2. xan 24 октября 2012 16:51
      Бред пишешь, темы не знаешь. Объяснять лень
      "Блажен муж, не идущий на совет нечистивых, ибо они как пыль, вздымаемая с лица земли"
      xan
    3. Нагайбак 24 октября 2012 21:03
      Таратуту- По сравнению со средневековой европой в смысле жестокости правления- Иван Грозный маленький мальчик. Одна Варфоломеевская ночь чего стоит. Ряд исследователей- кого Вы имели ввиду? Себя? Или близких Вам по духу западных исследователей?
  2. Construktor 24 октября 2012 09:10
    Некоторые исследователи вполне справедливо считают, что наиболее перспективным направлением экспансии Русского государства в этом период было южное. Так, ещё Н. И. Костомаров отмечал, что «Время показало всё неблагоразумие поведения царя Ивана Васильевича по отношению к Крыму». Москва не воспользовалась моментом крайнего ослабления Бахчисарая, дав ему оправиться и не раздавив противника, после покорения Казани и Астрахани. Г. В. Вернадский подчеркивал, что война с крымскими татарами была «подлинно национальной задачей» и, несмотря на сложность покорения Крыма, по сравнению с Казанским и Астраханским ханствами, она была вполне выполнимой. Помешала реализации этой задачи Ливонская война
    А то что крымчаков "крышевали" османы, в то время на пике своего могущества, захвату Крыма не мешало? Все эти кабинетные историки только и годны, что разбираться в "ошибках" Великих Царей. Чтож они Петру первому "не советуют" сперва Крым брать а уж потом воевать со Швецией?
    На тот исторический момент (Итальянские войны) захват Ливонии и выход к Балтике был самым верным ходом. К сожалению Грозный затеял свой "37-й год" (Опричнину) уже в ходе войны а не до неё. И потому поиграл!
    Construktor
    1. alebor 24 октября 2012 11:19
      Да, Грозный в какой-то степени предвосхитил Петра, стараясь закрепить Россию на Балтике, но, к сожалению, по сравнению с Петром, он оказался худшим дипломатом, самонадеянно войдя в конфликт со слишком большим числом заинтересованных стран и не обзаведясь сильными союзниками.
      1. Construktor 24 октября 2012 12:09
        Повторю: момент нападения на Ливонию был крайне удачным - вся Западная Европа с увлечением билась за Италию, а Восточная подверглась Османскому нашествию, что опять же отвлекало силы Запада. В Швеции смута. Сами ливонцы воевать отказывались напрочь.
        Выход к Балтике ещё в 16в. сорвала русская олигархия тесно связанная тогда с польско-литовской верхушкой, каковая как раз оч. страдала от турок. Провокации Адашева и Вишневецкого (а там может и ещё кто подвизался) перенаселили турок на Россию, что и вылилось в набегах крымчаков, сражение при Молодях и т.д. А там и замирение на Западе вышло. Можно было заниматься Россией. Вспомнирте фамилию "шведского" военачальника - де ля Гарди, очень по-шведски.
        Construktor
      2. мамба 24 октября 2012 16:40
        Цитата: alebor
        он оказался худшим дипломатом, самонадеянно войдя в конфликт со слишком большим числом заинтересованных стран и не обзаведясь сильными союзниками.

        Скорее он упустил время. Надо было действовать решительно и с первого похода аннексировать земли ордена, а не оставлять там слабые гарнизоны. Местную элиту приводить к присяге, а несогласных высылать. Закрепляться экономически и демографически. Тогда было бы больше шансов сохранить Прибалтику за Россией.
        мамба
  3. 77bor1973 24 октября 2012 14:16
    Замечу что великодушие русских не имело границ , наверное поэтому с русскими и любили воевать!
    77bor1973
  4. Setrac 24 октября 2012 16:01
    Уважаемый Taratut, надо уточнять, что к Ивану Грозному относятся отрицательно ряд западных исследователей, для русских он ВЕЛИКИЙ собиратель земель. Что плохого он сделал неясно, смахивает на откровенную ложь, усилия всей Европы еле хватило чтоб сохранить статус-кво.
  5. xan 24 октября 2012 16:55
    Серьезное столкновение с Крымом означало серьезное столкновение с Турцией с неясным результатом. Выход к морю был важней. У руля русской дипломатии были грамотные люди со стратегическим взглядом. "Важны не сроки, а цели"
    xan

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня