Сражения под Дорогобужем 26 октября (7 ноября), под Ляхово и на реке Вопь 28 октября (9 ноября)

Сражения под Дорогобужем 26 октября (7 ноября), под Ляхово и на реке Вопь 28 октября (9 ноября)

Главные силы Наполеона вышли к Смоленску 28 октября 1812 года. К этому моменту русские войска нанесли противнику ряд частных поражений. Так, 26 октября (7 ноября) авангард Милорадовича атаковал корпус Нея у Дорогобужа. 28 октября соединённые силы армейских партизанских отрядов Д. В. Давыдова, А. Н. Сеславина, А. С. Фигнера и кавалерийского отряда В. В. Орлова-Денисова разгромили французскую бригаду генерала П. Ф. Ожеро под Ляхово (Ельнинский уезд Смоленской губернии). В этот же день казаки Платова атаковали корпус итальянского вице-короля Евгения Богарне у реки Вопь, а затем преследовали противника вплоть до Смоленска.

После сражения по Вязьмой 22 октября (3 ноября), главные силы русской армии двигались в направлении Ельни. Некоторые русские генералы, в том числе Толь, считали, что Наполеон будет стараться сойти со Смоленской дороги и отходить по другой дороге, там где местность не разорена войной. Так, он мог идти через Дорогобуж, Ельню и Мстиславль к Могилеву. Поэтому, армия Михаила Кутузова должна была иметь возможность отбросить неприятеля на опустошённую большую Смоленскую дорогу. Авангард Милорадовича, казаки Платова и летучие партизанские отряды преследовали неприятеля с тылу и флангов.

Кутузов, чтобы закрыть французам путь на юг, приказал тульскому губернатору с ополченцами перейти к Рославлю. Калужскому ополчению усиленному двумя донскими полками и частью регулярной кавалерии, было приказано идти к Ельне, соединиться там со смоленским ополчением и идти к Мстиславлю. Графу Гудовичу, с черниговским и полтавским ополчениями, было дано указание приблизиться к Белоруссии. Отряд Эртеля получил приказ перейти от Мозыря к Бобруйску. Адмирал Чичагов должен был со всей поспешностью двигаться на Минск к Борисову.


Французская армия подойдя к Смоленску уже в значительной мере превратилась в плохо организованную массу. Войскам было приказано остановиться, не доходя до города и ждать поставок провианта из магазинов. Наполеон боялся, что склады просто разгромят. После Вязьмы, уровень дисциплины упал в большинстве частей до критического. Страх нападения русских, в том числе крестьян (они пленных не брали), отсутствие нормального снабжения, начавшаяся зима – температура упала до минус 12, деморализовали европейцев. Гололедица привела к потери значительной части оставшихся лошадей, повозок, орудий. Павших и раненых лошадей тут же разделывали. При выступлении с ночлегов, места стоянок армии теперь обозначались трупами, как места боев. Всё большая масса европейцев отставала от армии, одни были ранеными, другие больные, третьи просто отказывались воевать. Русские части даже часто не брали их плен, нужды не было. Многие были убиты крестьянами, других убил голод и холод, часть стала «шаромыжниками» (с франц. cher ami «любезный друг», обращение солдат отступающей армии Наполеона о помощи, пощаде и т. д.).

Смоленск казался французам местом обетованным, где они смогут нормально поесть и отдохнуть поле тяжелого перехода. Наполеон сам хотел уверить в этом остальных, чтобы поддержать угасающий дух армии. Однако приказы уже не могли остановить толпу. Вскоре Смоленск был наполнен толпами голодных, оборванных, утративших человеческий образ мародёров. К тому же раздача провианта была весьма несправедливой. Наполеон хотел в первую очередь сохранить гвардию – ей приказали выдать провианта на две недели, а другим войскам – на шесть дней. Пока продовольствие получала Гвардия, другие части были вынуждены ждать. Начались беспорядки. Толпы обезумевших, голодных оборванцев осаждали магазины, нападали на тех, кому выдали хлеб, на интендантов. Охрана их отгоняла от магазинов, жестоко избивала. Ещё одним поводом для беспорядков стала раздача вина войскам.

Недостаток в упряжных лошадях заставил французов бросить часть артиллерии в Смоленске, сжечь лафеты, часть зарядных фур, экипажи и множество предметов роскоши. Многие бросали награбленное добро, главной заботой было добыть продовольствие. Легкораненых вывезли из города, а всех прочих раненых и больных оставили – около 5 тыс. человек, так как все медики и чиновники ушли с армией.

Сражение под Дорогобужем 26 октября (7 ноября)

После сражения под Вязьмой, Платов сразу двинулся за противником, захватил много пленных. Авангард Милорадовича следовал за Платовым до Семлева, там казаки свернули вправо к Дорогобужу. 26 октября (7 ноября) Милорадович нагнав противника у р. Осьмы, атаковал его передовым отрядом генерал-майора Юрковского (1-й и 4-й егерские, Елисаветградский гусарский полки). Французы были опрокинуты.

Маршал Мишель Ней, корпус которого был в арьергарде отступавшей армии, решил дать время основным силам переправиться через Днепр у Соловьева, и удерживать позиции у Дорогобужа. 11-я дивизия барона Жана Разу должна была оборонять город. Два орудия с прикрытием от 4-го линейного полка защищали вход в город; на левом фланге у моста через Днепр стояла рота 18-го полка; на правом фланге, на возвышении у церкви – части 4-го полка; Разу с основными силами – на высоте, которую укрепили палисадами. 10-я пехотная дивизия Франсуа Ледрю располагалась позади города, в резерве.

Милорадович подойдя к городу, бросил в бой 30-й и 48-й егерские полки. Но французы защищались упорно, и Милорадович направил 4-ю дивизию Вюртембергского влево, для обхода противника. Французы были вынуждены очистить город. При преследовании противника было захвачено 6 орудий. Уходя из города, французы его пытались сжечь, но сильный снег и действия русских солдат, помешали этому.

Сильная метель заставила Милорадовича остановить войска в городе. Преследование было поручено отрядам генерала Юрковского и полковника Васильчикова 2-го, из казаков с частью регулярной кавалерии. После освобождения Дорогобужа было получено известие об отступлении корпуса итальянского вице-короля по дороге на Духовщину. Для его преследования был направлен Платов с шестью казачьими полками, 20-м егерским полком и донской конной артиллерией. К Смоленску был направлен отряд Грекова с пятью казачьими полками.

Милорадович получил указание Кутузова сблизиться с главными силами армии. С тыла неприятеля продолжил преследовать легкий отряд, к Соловьевой переправе был направлен отряд Юрковского.

Бой у деревни Ляхово 28 октября (9 ноября)

Летучий отряд А. П. Ожаровского, двигавшийся впереди армии, 27 октября перешёл на рославльскую дорогу. Отряды Орлова-Денисова, Давыдова, Сеславина и Фигнера находились между Алексеевым и ельненской дорогой.

За несколько дней до подхода русской армии к Ельне, там располагался князь Яшвиль с часть ополчения Калужской губернии. Узнав о наступлении на город бригады Жана-Пьера Ожеро, он оставил город. Отходя к Калуге, Наполеон отдал приказ Виктору выдвинуть к Ельне дивизию Бараге де Иллье, который получил задание открыть сообщение между Смоленском и Калугой, обеспечить оборону с юга. Командир дивизии не получил нового приказа об отходе, в связи с изменение обстановки. Не зная, что войска Наполеона поспешно уходят из Смоленска и русские войска уже поблизости, он спокойно расположил свои силы в Долгомостье, Ляхове и Язвине.

Силы Яшвиля были настигнуты и были вынуждены принять бой. Отряд Яшвиля выручил Орлов-Денисов. Ожеро был вынужден отступить, и расположился у деревни Ляхово. Плохое состояние французской конницы не позволяло организовать разведку и правильное охранение, сосредоточение партизанских отрядов не было замечено противником.

В ночь с 26 на 27 октября разъезды высланные Давыдовым сообщили о расположении сильного французского отряда в Ляхове. Эти сведения подтвердил и захваченный пленный, он сообщил, что у Ожеро 2 тыс. пехоты и незначительное число кавалерии. На основании этих данных, Давыдов, Сеславин и Фигнер приняли решение атаковать противника. Однако под их началом было всего около 1200 человек при 4 орудиях, поэтому на помощь позвали располагающийся вблизи отряд Орлова-Денисова (под его началом было 6 казачьих полков и Нежинские драгуны, всего около 2 тыс. человек). 27 октября Орлов-Денисов известил их о том, что идёт на помощь.

28 октября партизаны скрытно вышли к Ляхову, перехватив несколько десятков вражеских фуражиров. Вскоре прибыли полки Орлова-Денисова. Чтобы отрезать противника от других французских войск наши войска заняли ельненскую дорогу. В авангарде шел отряд Давыдова, он начал бой с противником. Сеславин занял дорогу на Язвино, где также располагались французы, выдвинул орудия и открыл огонь по селению. Орлов-Денисов расположился правее Сеславина, заняв путь на Долгомостье, где стояли основные силы дивизии Бараге де Иллье (две пехотные бригады и кавалерия). Фигнер остался в резерве.

Французы, несмотря на артиллерийский огонь, контратаковали полки Орлова-Денисова, пытаясь прорваться в сторону Долгомостья. Сеславин в это время опрокинул французскую конницу, очистил лес от французских стрелков и подвинул орудия ближе к деревне. Воины Давыдова сожгли в отдельно стоящих от селения сараях около сотни французских стрелков.

В это время на помощь бригаде Ожеро из Долгомостья выступило около 2 тыс. французских кирасир. Орлов-Денисов узнав о выступление противника из Долгомостья, выставил заслон под началом полковника Быхалова с двумя казачьими полками. Однако казаки перед превосходящими силами противника были вынуждены отступить. Тогда Орлов-Денисов повел против французских кавалеристов весь свой отряд. Кирасиры были атакованы Нежинским драгунским и двумя казачьими полками, поддержанными огнем 6 орудий. Неприятель не выдержал натиска и отступил. Около семи сотен врагов было убито. Быхалову с казаками было поручено преследование противника. Орлов-Денисов с драгунами вернулся под Ляхово.

Ожеро во время боя войск Орлова-Денисова с кирасирами мог прорваться, воспользовавшись малочисленностью противостоящих ему отрядов. Однако он предпочел бездействовать. Он отклонил первое требование о капитуляции, но принял второе. В результате в плен сдалось более 1600 человек.

Бой на реке Вопь 28 октября (9 ноября). Преследование итальянского корпуса казаками Платова

В этот же день, когда партизанами была разгромлена бригада Ожеро, состоялось сражение на реке Вопь. На ней был сильно потрепан корпус Богарне.

Корпус вице-короля был направлен Наполеоном в Витебск, чтобы укрепить тамошний гарнизон. 26 октября корпус Евгения Богарне перешёл у Дорогобужа на правую сторону Днепра. Шедший в разведке отряд генерала Сансона был перехвачен силами генерал-адъютанта Голенищева-Кутузова (он двигался севернее Смоленской дороги). 27 октября казаки Платова настигли противника: они действовали на флангах, захватывая партии фуражиров, несколько орудий било по отступающим колоннам. Противнику пришлось несколько раз останавливать батареи для того, чтобы отразить казачьи налёты. Вице-король послал в Смоленск несколько курьеров, сообщая о своих затруднениях, но они были перехвачены.

28 октября противник вышел к реке Вопь, куда заранее были высланы саперы для наведения моста. Однако внезапно поднявшаяся вода разорвала мост. Донские казаки, увидев затруднение противника, открыли по нему артиллерийский огонь и усилили давление на тылы. Одновременно часть казаков переправилось через реку, и показалась на противоположной стороне реки. Богарне опасаясь, что дальнее ожидание приведёт к его полному окружению, решил немедленно форсировать реку в брод. 14-я дивизия Жан-Батиста Бруссье должна была сдерживать натиск казаков. Первой переправилась Итальянская гвардия, затем Богарне со штабом и обозы. Первые повозки и орудия были переправлены благополучно, но затем на дне образовались выбоины, где засела оставшаяся артиллерия. Единственный доступный брод оказался загроможден. В это время казаки всё сильнее теснили арьергард. Большую часть обоза пришлось бросить. В этой ситуации часть солдат потеряла управление, мародеры стали грабить своих, отыскивая в обозах провиант и водку. К вечеру переправа была завершена, только арьергард продолжал сдерживать русских.

Утром 29 октября реку форсировал Бруссье. Корпус потерял более трети личного состава (под ружьем осталось не более 6 тыс. человек), 64 орудия, почти все обозы. Многие солдаты переходя реку по горло в ледяной воде, истощив силы, бросили оружие. Казаки переправились вслед за противником и отбили ещё 23 пушки. Дивизия Бруссье продолжала оставаться в арьергарде. Корпус двигался к Духовщине. У Духовщины дорогу преградили казачьи полки генерал-майора Иловайского (авангард отряда Голенищева-Кутузова). В корпусе началась паника, но вице-король смог восстановить порядок и бросил на прорыв Итальянскую гвардию и баварскую конницу. За ними шли толпы уже совсем расстроенных частей. Казаки были вынуждены очистить дорогу, но захватили до 500 пленных.

Французы и итальянцы остановились в Духовщине. Город хоть и был оставлен жителями, но в целости, что дало некоторые запасы провианта и возможность отдыха в тепле. Одновременно он направил своего адъютанта Баталя с 15-й дивизией к Смоленску, чтобы известить Наполеона о потерях. В это время Богарне получил сообщение о захвате Витебска русскими и принял решение отходить к Смоленску. Вскоре он получил и приказ Наполеона на соединение с главными силами.

Выступление было назначено на ночь с 30 на 31 октября (11-12 ноября). Однако около 10 часов вечера 30 октября у города появились казаки Платова и начали обстрел позиций противника. Тогда вице-король приказал уходить немедленно. Ночью противник поджег город и оставил его. В продолжение всего перехода к Смоленску, казаки преследовали противника, перехватывая мелкие партии французов. В нескольких километрах от Смоленска состоялся ещё один бой, в ходе которого русские захватили много пленных и 2 орудия.

Фактически итальянский корпус был разбит, потеряв только пленными более 3 тыс. человек, почти всю артиллерию и обозы. Михаил Кутузов высоко оценил действия казаков Платова, сообщая государю Александру: «Казаки делают чудеса, бьют на артиллерию и пехотные колонны».

Огромное разочарование ждало солдат 4-го корпуса в Смоленске. Они ждали там продовольствие и длительный спокойный отдых. Прибыв же в город, они узнали, что продовольственные запасы уже кончились, и придётся продолжать марш дальше на запад.

Сражения под Дорогобужем 26 октября (7 ноября), под Ляхово и на реке Вопь 28 октября (9 ноября)
Автор: Самсонов Александр


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 7
  1. max73 27 октября 2012 13:25
    спасибо, Александр! закрыли очередной пробел в моих познаниях истории Родины.
  2. derk365 27 октября 2012 14:22
    Просто спасибо за хорошую статью
    derk365
  3. AKuzenka 28 октября 2012 16:53
    В очередной раз Россия показала "союзникам", что нас, даже в самых паршивах условия лучше не трогать. На юге, в это время, мы вовсю рубились с турками. Соотношения сил там было 1:15, не в нашу пользу и тем не менее Россия и там победила. Велик гений Михаила Илларионовича Кутузова! СЛАВА РУССКОМУ СОЛДАТУ-ПОБЕДИТЕЛЮ!!!!!
    1. predator.2 28 октября 2012 19:24
      какие турки в октябре 1812 г. ? когда еще в мае был подписан мирный договор в Бухаресте.
      predator.2
  4. mootriskoff 29 октября 2012 16:01
    Конечно. Легче добивать армию, подвергшуюся ядерной атаке. ;)
            «В прошлом году московский чиновник приобрёл запущенное поместье на юге Франции, в окре-стностях Тулона. После вступления в права владе-ния он затеял ремонт старинного особняка и, готовя мебель к реставрации, в одном из потайных ящичков письменного стола обнаружил дневник некоего Шарля Артуа, лейтенанта наполеоновской армии. В дневнике описывались московские события и подробности возвращения армии из России. Сейчас рукопись проходит ряд экспертиз, но с отрывками из неё, благодаря любезности владельца, удалось ознакомиться.
    "Я стоял во дворе большого русского дома. Невысокое солнце заливало Москву золотистым светом. Внезапно загорелось второе солнце, яркое, белое, ослепительное. Оно располагалось на двадцать градусов выше первого, истинного, и светило не более пяти секунд, однако успело опалить лицо Поля Берже, отдыхавшего на балконе. Стены и кровля дома начали дымиться. Я приказал солдатам вылить на кровлю несколько десятков вёдер воды, и лишь благодаря этим мерам удалось спасти усадьбу. В других усадьбах, расположенных ближе к новоявленному светилу, начались пожары. Имен-но эта загадочная небесная вспышка и послужила причиной страшного пожара, уничтожившего Москву..."

    http://blogs.mail.ru/mail/mootriskoff/3DDB8F502C486CF1.html
    mootriskoff
    1. Алекс 19 декабря 2013 11:06
      mootriskoff
      Надеюсь, это просто шутка...
  5. Алекс 19 декабря 2013 11:05
    Большое спасибо автору, благодаря ему сейчас воссоздаю всю картину изгнания французов из России. Заслуженный "+", с благодарностью good .

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня