Южное направление. Наступление армии Чичагова

Южное направление. Наступление армии Чичагова

В начале осени на Южном направлении ситуация была следующей: в Бобруйске стоял русский гарнизон под командованием Г. А. Игнатьева, он сдерживал дивизию Домбровского; корпус Эртеля (около 15 тыс. человек) располагался под Мозырем, против него стояла дивизия генерала Моро. Армия Тормасова, после сражения у Городечно 31 июля 1812 г. (Южное направление: победы под Кобрином и Городечно), отошла за реку Стырь, ожидая подхода Дунайской армии из Бессарабии. Русские войска не вели активных боевых действий, также поступили и их противники. Саксонский и австрийский корпуса Ренье и Шварценберга не тревожили 3-ю Западную армию Тормасова и дали ей возможность спокойно соединиться с армией Чичагова. Корпус Ренье был малочисленным для активных действий, а австрийцы предпочитали не предпринимать наступательных действий, так как Вена имела устные договорённости с Петербургом и предпочитала выжидать, дожидаясь решительной победы Франции или России.

6 (18) сентября 38-тыс. Дунайская армия адмирала Чичагова подошла к южному фронту возле Луцка. Соединённые силы адмирала Чичагова и генерала Тормасова насчитывали более 60 тыс. человек. Шварценберг и Ренье вместе имели около 43 тыс. солдат. Русские войска получили на южном фланге определённый перевес в силах. Согласно указаниям главнокомандующего Михаила Кутузова силы Чичагова и Тормасова начали активные действия против вражеских войск, чтобы вытеснить корпус Шварценберга из Волыни. Кутузов требовал от Тормасова начать наступление на правый фланг «Великой армии», Чичагов должен был поддержать его действия. 10 (22) сентября русские войска переправились через Стырь, это вынудило противника начать отступление. 12 (24) сентября Тормасов получил приказ главнокомандующего оставить Волынь и идти на соединение с Главной армией. Однако Тормасов и Чичагов подчинялись не напрямую Кутузову, имея определённые инструкции и от императора Александра I. На военном совещании было решено продолжить боевые действия в Волыни и Подолии. Через несколько дней был получен приказ уже армии Чичагова двигаться на соединение с Главной армией, а войскам Тормасова оставаться на месте. Однако и это указание не было выполнено. В течение сентября войска Тормасова и Чичагова оттеснили противника за реку Буг, в Варшавское герцогство. За время отступления войска Ренье и Шварценберга потеряли 2,5 тыс. погибшими, ранеными и пленными.

Перед русскими войсками открылась возможность совершить удар по отдельному отряду Домбровского или наступать на Минск. 17 (29) сентября Чичагов в Любомле получил план государя Александра, согласно которому главная цель южной группы войск состояла в том, чтобы сконцентрировать как можно больше сил и расположить их вдоль течения реки Березины. 22 сентября (4 октября), после отъезда Тормасова (ему поручили внутренне устройство и организацию войсковых соединений), Чичагов принял командование над двумя армиями, и направил войска к Бресту. Первоначально его хотели штурмовать, но неприятель, воспользовавшись туманом, переправились через Буг и очистил город.


В Бресте армия Чичагова бездействовала две недели. Адмирал собирал продовольствие для войск и сведения о противнике. Кроме того, из Бреста в тыл противнику было направлено в тыл врагу два отряда под началом Чаплица в Литву и Чернышева – в Варшавское герцогство. Чичагов при составлении плана дальнейших действий рассмотрел несколько вариантов действий. В результате он отказался от идеи начать наступление на Варшаву, или соединиться с Главной армией. Адмирал решил выполнять инструкции Александра I.

Чичагов разделил объединенную армию на две части. Для действий против австрийско-саксонских войск была оставлена 27-тыс. армия при 92 орудиях под началом Фабиана Остен-Сакена. В её состав вошли корпуса М. Л. Булатова, И. А. Ливена и казачьи полки. Сакен получил задачу защищать Подольскую и Волынскую губернии. У Владимира-Волынского был оставлен отдельный отряд, усиленный казачьей дивизией И. О. Витта. Главные силы в составе авангарда Ламберта, корпусов Воинова, Сабанеева должны были идти через Пружаны на Минск и далее к Березине. У Слонима к войскам Чичагова должен был присоединиться отряд Чаплица. Кроме того, ожидалось, что главная ударная группировка будет усилена отрядом Лидерса из Бессарабии и корпусом Эртеля. Таким образом, в ударной группировке должно было быть около 45-50 тыс. человек при 180 – 200 пушках. Однако когда армия Чичагова начал движение на Пружаны выявилось намерение противника напасть на войска Сакена, поэтому адмирал отдал приказ Эртелю соединиться с Сакеном.

Появление армии Чичагова на основной коммуникации «Великой армии» Наполеона создавало серьёзную угрозу противнику. 18 (30 октября) армия Чичагова выступила двумя колоннами в направлении Пружаны – Слоним. 25 октября (6 ноября) прибыли в Слоним и сделали остановку. 27 октября армия Чичагова двинулась к Минску и Березине.

Движение сил противника. Бой у Волковыска 2 – 4 (14 – 16) ноября 1812 г.

Шварценберг, получив известия о начале движения армии Чичагова, предположил сначала, что все русские войска оставили район Бреста. Поэтому он двинул войска вслед армии Чичагова, планируя ударить по ней. Его силы возросли за счёт дивизии Дюрютта. Шварценберг оставил для прикрытия своего фланга корпус Ренье в районе Бельска и двинулся к Волковыску, чтобы упредить Чичагова в Слониме.

Но как только Сакен получил сведения о переправе войск врага через Буг у Дрогичина, он немедленно начал решительное наступление всеми силами. В Бресте был оставлен небольшой гарнизон – один пехотный и два украинских казачьих полка. 22 октября (3 ноября) два казачьих полка, которые были в составе авангарда Мелиссино, в четырех верстах от Высоко-Литовска разбили два эскадрона австрийских гусар, 75 человек было взято в плен. Затем авангард Мелиссино 27 октября (8 ноября) настиг неприятельский арьергард за Наревом близ Рудни и захватил в плен около сотни человек, отбив часть обозов. Одновременно было получено сообщение об отступлении сил корпуса Ренье на Порозов, а затем на Волковыск.

Появление войск Сакена в тылу Шварценберга заставило австрийцев действовать более осторожно. Войска Шварценберга оказались под угрозой двойного удара. Правда, вслед войскам Сакена передвинулся и саксонский корпус Ренье, который занял Волковыск. Войска были расположены на высотах за городом, а штаб корпуса в самом городе. Установив это, Сакен решил атаковать 2 (14) ноября саксонцев и разгромить их. Сакен планировал захватить всех вражеских генералов, используя выгодный момент. Для этого три отряда по три батальона в каждом должны были поздно вечером без шума и стрельбы захватить город. Полковник Белокопытов с одним из батальонов получил задание захватить генерала Ренье. За ними двигались остальные войска. Русские выступили в 10 часов вечера. Метель помогла русским силам подойти к городу незаметно. Сам генерал Жан-Луи-Эбенезер Ренье был вынужден спасаться через окно, и ему удалось убежать в расположение войск. Дивизионный генерал Дюрютт был ранен. Русские солдаты захватили вражескую канцелярию. Один из саксонских полков, который бросился на выручку штаба, был отброшен солдатами Вятского пехотного полка и потерял знамя. Беспорядок в стане противника был усилен начавшимся в городе пожаром, который из-за сильного ветра получил большое распространение.

Русские войска успешно заняли Волковыск, но из-за непогоды они не смогли продолжить бой. Перестрелка продолжалась всю ночь. 3 ноября ситуация была стабильной. Попытки саксонцев отбить город были отражены. Сакен сначала направил Мелиссино атаковать вражеские позиции, но затем отвел войска, т. к. получил сообщение о движении корпуса Шварценберга к Волковыску на помощь саксонцам. Только вечером казаки сообщили, что войска Шварценберга снова повернули к Слониму (на самом деле австрийцы ожидали сигнала Ренье, чтобы ударить по русскому корпусу). Поэтому, Сакен, убежденный в превосходстве своих сил, приказал 4 ноября атаковать врага. Ренье, в свою очередь, зная о приближении войск Шварценберга, также не сомневался в успехе.

Бой 4 (16) ноября начался с артиллерийской перестрелки. Сакен направил в обход левого фланга противника генерал-майора Булатова с тремя полками, чтобы они перешли речку Рось выше города. Однако это замысел не спели реализовать. Около часа дня было получено сообщение, что в тылу захвачен Изабелин (там располагались больные и обозы). Серпуховский драгунский полк опрокинул несколько австрийских эскадронов и спас часть обозов, но отбить Изабелин не смог, т. к. он был занят сильным авангардом корпуса Шварценберга. В это время русские войска обнаружили, что единственная переправа через Рось не занята противником. Ренье вёл себя пассивно, оставаясь на высотах за Волковыском, это позволило Сакену довольно спокойно увести войска к Гнезно, дать там войскам отдых. Затем Сакен отошел к Свилочи. Попытка Ренье и Шварценберга разбить войска Сакена провалилась. Точных данных о потерях в этом сражении нет. Русские источники сообщают только о 500 пленных врагов и 100 убитых русских. Иностранные источники сообщают о потерях русской армии в 2 – 10 тыс. человек, что явно сильное преувеличение. Если бы войска Сакена потерпели столь серьёзное поражение, Шварценбергу было бы достаточно оставить корпус Ренье и продолжить преследование Чичагова. Однако Шварценберг и Ренье продолжали действовать совместно, пытаясь нагнать и разгромить группировку Сакена.

Южное направление. Наступление армии Чичагова

Район боя в 1812 г в окрестностях Волковыска. Источник: Военная энциклопедия. Том VII.

Войска Сакена решили главную задачу – Шварценберг прекратил преследование армии Чичагова. В результате войска Чичагова прошли в тылы Наполеона. 6 (18) ноября войска Сакена оставили Рудню, отразили нападение передовых отрядов Шварценберга и отступили в Беловежскую пущу, уничтожив за собой мосты. Через несколько дней войска Сакена расположились южнее Брест-Литовска. Сакен проявил способности самостоятельного полководца, умело лавируя, он сумел уклониться от решительного сражения с превосходящими силами врага, не теряя его из виду, сохранил войска, отвлек неприятеля от основного театра военных действий.

Движение армии Чичагова. Разгром противника под Минском (1-3 ноября) и бой у Борисова (9 ноября)

25 октября (6 ноября) адмирал Чичагов получил известие об оставлении Наполеоном Москвы и отступлении «Великой армии». Это вынуждало его ускорить движение армии. Граф Ламберт с авангардом был направлен к Несвижу, за ним двинулись остальные войска. Надо сказать, что русский генерал французского происхождения Карл Осипович де Ламберт был одним из опытнейших полководцев русской армии: воевал в Польше, Персии, Швейцарии, в антифранцузских кампаниях 1805-1807 гг. Проявлял в бою храбрость, был примером неустрашимости, стал отличным командиром, отличившись во многих сражениях.

Одной из целей армии был Минск. Он располагался на важных коммуникациях противника и был одной из баз снабжения вражеской армии. Гарнизон города был слабым – около 2 тыс. ветеранов и 3,6 тыс. новобранцев, которые проходили обучение. Правда, генерал Домбровский получил приказ прибыть в Минск. Однако его силы были незначительны и не могли противостоять армии Чичагова.

Командир гарнизона Брониковский выслал большую часть своих сил – около 3,5 тыс. человек под началом Косецкого, к Ново-Свержень, чтобы защитить переправу через р. Неман, а при необходимости разрушить её. Однако Косецкий совершил грубую ошибку. Он вместо того, чтобы разрушить переправу и расположиться на левом берегу реки, переправился через неё. 1 (13) ноября авангард Ламберта внезапным ударом разбил противника и захватил город и переправу. Вражеский батальон, который стоял в городе успел сделать только один залп, и был вынужден сложить оружие. Победа было полной: противник потерял убитыми до 500 человек, а пленными – около 800 человек. Потери русских войск – 7 убитых, 37 раненых.

2 (14) ноября казаки авангарда при поддержке драгун Арзамасского полка, полностью уничтожили вражеский отряд число в две сотни пехоты и одну сотню кавалерии. 3 (15) ноября отряд Косецкого был окончательно уничтожен. Сначала была опрокинута вражеская кавалерия и окружены два французских батальона. Косецкий смог сбежать с сотней улан в Минск. Французы, окруженные со всех сторон, мужественно отбивались и отразили несколько атак. Однако когда подвезли четыре орудия и стали их расстреливать картечью, французы понесли большой урон и капитулировали. Затем были окружены и без боя сдались два литовских батальона. Фактически отряд Косецкого перестал существовать: неприятель за три дня потерял только пленными до 3 тыс. человек, было захвачено два орудия. Потери русских войск были незначительны.

Домбровский успел прибыть с частью своей дивизии к Минску, но ознакомившись с ситуацией, понял, что положение безнадежно. Он начал отводить свои силы в Борисову, за ним последовал и Брониковский. Минск оставили без боя. 4 (14) ноября Ламберт занял Минск, захватив в плен около 2 тыс. солдат врага, большей частью больных и раненых, большие склады с провиантом и фуражом, было освобождено 110 русских пленных. 5 ноября к городу прибыли основные силы армии Чичагова. Одновременно казаки и драгуны на виленской дороге захватили ещё около 2 тыс. пленных и множество обозов. Армия Чичагова была усилена двумя полками из отряда генерала Лидерса, который прибыл с Балкан. Адмирал ожидал более мощного подкрепления – прибытия 15-тыс. корпуса Эртеля. С этим корпусом силы Чичагова возрастали до 45 тыс. человек, что позволяло ему самостоятельно вступить в бой отступающими остатками армии Наполеона. Однако Эртель не смог выполнить несколько раз повторенный приказ. Он находил различные поводы, чтобы отказаться от выполнения приказа на соединение с армией Чичагова, проявляя излишнюю осторожность. Его снимут с командования корпусом, но это уже не исправит ситуации, драгоценное время было утрачено.

7 (19) ноября усиленный авангард Ламберта (всего до 4,5 тыс. солдат) был выдвинут к Борисову, чтобы наладить сообщение с армией Витгенштейна. За ним двинулись и остальные войска, в Минске был оставлен гарнизон. Генерал Ламберт выслал к Березине разведку, которая привела пленных и добыла важные сведения. Выяснилось, что вражеский гарнизон в борисовском предмостном укреплении ожидает прибытия отряда Домбровского и корпуса Виктора. Ламберт решил немедленно атаковать вражескую позицию, не дожидаясь, когда подойдут французские подкрепления. Войска Ламберта сделали большой переход, преодолев за день 35 верст по плохим дорогам. После небольшого отдыха, марш был продолжен ночью, и войска за сутки проделали до 50 верст. Ранним утром 9 ноября Ламберт отдал приказ готовиться к бою, пока противник не заметил русские войска.

Ещё 6 ноября к Борисову прибыл с остатками минского гарнизона Брониковский. Он был уверен в удаленности русских войск и бездействовал 7-8 (19-20) ноября. Брониковский даже ослабил гарнизон предмостового укрепления, отправив все силы, кроме двух батальонов, на отдых. 8 ноября вечером прибыл сильно уставший отряд Домбровского (около 5 тыс. человек), Брониковский убедил того, что всё подходы к мосту прикрыты передовыми постами и разъездами. Домбровский, надеясь на распорядительность своего соратника, расположил часть войск за рекой.

Русские солдаты сняли передовые посты Брониковского без единого выстрела и около 6 утра были на расстоянии выстрела от укреплений. Под громовое – «Ура!», егеря захватили фланговые редуты. В стане противника началась паника. Только один полк (1-й линейный) под началом ветерана Итальянской кампании полковника Малаховского не поддался панике и опрокинул егерей 38-го полка, которые захватили левый редут. Ламберт перебросил на это направление 7-й егерский полк под началом генерал-майора Энгельгардта, который наступал в центре. Русские егеря, в голове которых был Энгельгардт (он пал в этом сражении), ударили во фланг вражеской колонне, опрокинули её и вторично заняли редут.

Поляки от деревни Дымки двинули два батальона под началом полковника Серавского, чтобы отбить правый редут. Но егеря 14-го полка опрокинули противника и загнали его в лес. Около 10 часов утра против русского правого фланга выступили остальные войска Домбровского, их поддержали солдаты Серавского. Положение Ламберта было критическим, его обходили превосходящие силы противника. Однако он не думал об отступлении. Он выдвинул против поляков 12-ю конную артиллерийскую роту с одним батальоном Витебского полка и Александрийскими гусарами. Поляков остановили огнем артиллерии, а затем опрокинули атакой пехоты и гусар. Разбитые войска противника отступили по льду Березины к силам Домбровского у Борисова. Одновременно ещё один батальон Витебского полка и Арзамасские драгуны снова загнали в лес поляков, которые хотели ударить в тыл нашим войскам (они переправятся через реку выше Борисова).

После этого Ламберт решил завершить штурм тет-де-пона. После артиллерийского обстрела, егеря пошли в атаку, но были отражены. Ламберт поддерживал атакующих своим присутствием, но был тяжело ранен в ногу (лечение потребует полтора года). Раненый генерал отказался покинуть поле боя: «Я остаюсь с вами и здесь, — сказал он егерям, снимавшим его с лошади, — или умру, или дождусь, пока вы для меня отведете в Борисове квартиру». Артиллерийский обстрел был возобновлен и привел противника в совершенное расстройство. Попытки Домбровского переправиться в укрепление были пресечены русским огнем, провалилась и попытка поддержать гарнизон артиллерией с левого берега. В три часа дня русские егеря сломили упорное сопротивление врага и выбили его из тет-де-пона. Противник бросил 6 орудий и побежал через мост. Егеря, преследуя поляков, перешли на левую сторону Березины. За ними последовали драгуны, гусары и артиллерия. Поляки, выбитые из города, побежали в сторону Орши, преследуемые русской кавалерией. 10 (22) ноября к Борисову подошли главные силы Чичагова.

Южное направление. Наступление армии Чичагова

План дела при Борисове. Источник: Богданович. История Отечественной войны 1812 года. Том III.

Авангард Ламберта одержал ещё одну блестящую победу в жестоком и кровопролитном бою. Враг потерял убитыми 1,5-2 тыс. человек, пленными – 2-2,5 тыс. человек. Наши потери были тяжёлыми: 1,5-2 тыс. человек убитыми и ранеными (почти половина состава авангарда, который вышел к Борисову). Надо сказать, что тяжёлое ранение Ламберта отрицательным образом скажется на дальнейших действиях армии Чичагова. Когда раненого Ламберта везли из Борисова вдоль р. Березины на лечение, он предугадает переправу остатков армии Наполеона у Студянки, о чём и послал передать Чичагову. К сожалению, этого блестящего генерала не будет в решающий момент сражения на Березине, что облегчит французам прорыв через реку.

Южное направление. Наступление армии Чичагова

Карл Осипович де Ламберт.
Автор: Самсонов Александр


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 2
  1. Милафон 13 ноября 2012 15:48
    Происхождение слова Шаромыжник

    Это слово в русском языке появилось после Наполеоновского нашествия в 1812 году. Первоначально так называли пленных наполеоновских солдат, а впоследствии стали называть им ободранных нищих людей, бродяг и попрошаек.
    Действительные события того времени во многом отличались от современной их версии. Прежде всего, французы не были слабыми непрофессиональными солдатами. Наоборот, во многих сражениях они проявили чудеса храбрости и умения воевать. Кто внимательно изучал историю, тот в курсе, что в Бородинском сражении французы, наступая, потеряли не намного больше солдат, чем русские обороняясь. Три тысячи французских гвардейцев более суток сдерживали всю русскую армию у реки Березины и тем самым спасли остатки армии от полного разгрома. Таких примеров много, и все они широко известны, но не афишируются. Мало кто знает, что вслед за поражением Наполеона, многие из французских офицеров были приглашены в Россию, для обучения командного состава Русской армии искусству воевать. Наиболее известен из них генерал Жомини,уже в 1813 году сменивший наполеоновский мундир на русский, но он был далеко не один. А вот у храбрых французских солдат, перенёсших все тяготы войны, и попавших в плен, судьба сложилась намного трагичнее…
    Долгие годы их не пускали во Францию, и держали в России в тяжелейших условиях. Одежда на них обтрепалась, они жили в плохо отапливаемых казармах и гибли от холода и голода. Это было настолько ужасно, что даже у их тюремщиков дрогнуло сердце и бедняг стали выпускать в окрестные населённые пункты просить милостыню! И вот стареющие, оборванные ветераны, ходили и просили хлебушка! Русские их не любили и не понимали их язык. Иногда из жалости подавали, но больше гнали прочь, и звали шаромыжниками. Почему так звали? Из бормотания несчастных чаще всего можно было слышать фразу: «Cher ami» -(шер ами) - в переводе – ДРУГ МОЙ!!! Вот так на Руси и появились шаромыжники.
    Милафон
  2. Ross 13 ноября 2012 19:26
    Да, Ламберт настоящий полководец. Спасибо Александр за обзор.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня