Память. Секреты «сталинградского» командарма

Память. Секреты «сталинградского» командарма

70 лет назад, 19 ноября 1942 года, с мощной артиллерийской подготовки в районе Сталинграда началось контрнаступление советских войск. На пятый день, 23 ноября, части 4-го механизированного корпуса Сталинградского фронта соединились с 26-м танковым корпусом Юго-Западного фронта у населённого пункта Советский (восточнее Калача). Наши войска замкнули кольцо окружения вокруг немецкой группировки, штурмовавшей Сталинград.

В «котёл» попали 22 дивизии и более 160 отдельных частей 6-й полевой и 4-й танковой немецких армий – всего более 300 тыс. человек. Такой масштабной операции на окружение советское командование ещё никогда до этого не проводило.


Сталинград выстоял! Разрушенный до основания, почти полностью сожжённый – но выстоял. В это мало кто верил и в стане противников, и даже среди наших союзников. Не случайно в августе 1942 года в Москву прилетел У. Черчилль, чтобы лично убедиться в способности Красной Армии сопротивляться.

Маршал Советского Союза Василий Чуйков. 1975 год.

Как, в самом деле, удалось отстоять город на Волге, ставший ключевым звеном в противоборстве с вермахтом в 1942 году, мог бы многое рассказать командующий легендарной 62-й армией генерал (впоследствии маршал Советского Союза) В. И. Чуйков. Но то, что не узнал Черчилль, знаем теперь мы.

Чуйков возглавил армию 12 сентября. К этому дню под давлением превосходящих сил врага её войска отошли на рубеж, проходивший не более чем в 10 километрах от городских окраин. Оборонявшая северную и центральную части Сталинграда 62-я к тому же оказалась отрезанной от остальных сил фронта. Отстоять Сталинград любой ценой – этой мыслью жил командующий, жили его подчинённые от солдата до генерала.

«Я, как бывший командующий 62-й армией… – читаем в книге воспоминаний маршала, – со всей ответственностью заявляю, что Сталинград мог быть взят противником лишь при одном условии: если бы все до одного солдата были бы убиты. Ни один из защитников Сталинграда не перешёл бы с правого берега на левый. Мы дали клятву партии и народу: "Стоять насмерть!" От этой клятвы нас могла освободить только смерть. Сие убеждение было продиктовано не только осознанием стратегической обстановки и необходимостью удержать город. Это было веление сердца. Оно отражало тот перелом в сознании советского солдата, который произошёл в нашей армии у стен Сталинграда: отступать хватит!».

Начальником штаба армии к этому времени уже был назначен генерал Н. И. Крылов (тоже будущий маршал). Быстро сложился работоспособный, эффективно действующий дуэт двух талантливых военачальников, ставших к тому же фронтовыми друзьями.

Командование 62-й армии (справа налево): командующий армией генерал-лейтенант В. И. Чуйков, член Военного Совета генерал-майор К. А. Гуров и начальник штаба генерал-майор Н. И. Крылов.

Маршал Советского Союза Крылов отзывался о Чуйкове как о человеке с горячим сердцем и железной волей. Тот быстро проявил свою натуру военачальника, «мыслящего широко и смело, чуждого в своих решениях и действиях каких-либо шаблонов, неустанно стремящегося понять, как вернее одолеть врага в данных конкретных условиях. Надо ли объяснять, – резюмировал Крылов, – сколь важны были такие качества командующего в Сталинграде?».

Командарм отлично понимал, что при подавляющем преимуществе врага в живой силе и технике устоять можно лишь в том случае, если нащупать его слабые стороны. И Чуйкову при поддержке Крылова, других офицеров и генералов управления армии это удалось. Изучая немцев в боевой обстановке, он пришёл к выводу, что основа всех тактических и оперативных замыслов противника – это глубокие клинья, сходящиеся в глубине в одну точку. Имея превосходство в авиации, а также в танках, захватчики сравнительно легко прорывали нашу оборону, вбивали клинья, создавали видимость окружения и тем самым заставляли наши части отходить. Но достаточно было упорной обороной или контратаками остановить или разбить один из клиньев, как второй уже повисал, ища опоры.

В тактике противник сохранял шаблон. Пехота бодро шла в наступление лишь тогда, когда танки находились уже на объекте атаки. А танкисты обычно шли в наступление лишь тогда, когда над головой советских войск висела немецкая авиация. Достаточно было нарушить этот порядок, как наступление гитлеровцев тормозилось. Они не терпели ближнего боя, при наших контратаках залегали и даже отходили назад.

Затяжные уличные бои в условиях сплошных разрушений позволяли резко снизить, а то и вовсе свести на нет многие преимущества противника. И Чуйков смело идёт на применение новых тактических приёмов. Чтобы уменьшить воздействие вражеской авиации, он приказал максимально сократить ширину нейтральных полос, буквально на бросок гранаты сближать передний край обороны с вражеским. Противник, боясь поразить свои войска, действительно стал слабее использовать удары с воздуха.

В городских боях незаменимую роль играли особенно зоркие стрелки. Василий Иванович огромное внимание уделил развитию в армии снайперского движения. Такие мастера меткого огня, как Василий Зайцев, Виктор Медведев, Анатолий Чехов, уничтожили многие сотни захватчиков.


Сбитый в центре разрушенного Сталинграда немецкий истребитель Ме-109. 1942 год.

Чуйков потребовал сделать оборону максимально активной, постоянно беспокоить врага контратаками. Опыт боёв показал, что с этими задачами успешнее справляются мелкие подразделения, проникающие в глубину обороны противника в промежутки между опорными пунктами. По приказу командарма были сформированы штурмовые группы численностью до 50 бойцов, им придавались два–три орудия, по возможности танки. Личный состав вооружался автоматами, ручными гранатами. В состав таких групп включались истребители танков, разведчики, снайперы. Чтобы обеспечить неожиданность, атаки нередко проводились без предварительного огневого налёта. Такая активная оборона позволила не только отстоять занятые позиции, но и держать многие ключевые объекты под своим контролем, нанося немцам большие потери. Если раньше под словами «активная оборона» подразумевались контратаки батальонов, полков, то теперь в контратаку шли одиночки или мелкие группы. Они держали в напряжении целые полки, неожиданными ударами с флангов и тыла изматывали врагу нервы, вышибали с выгодных позиций то в одном, то в другом месте.

Яркий пример таких действий – оборона знаменитого «дома Павлова». Ещё в сентябре группа во главе с сержантом Я. Ф. Павловым захватила в центре города дом и героически удерживала его до самого конца боёв. Были дни, когда на него наступало до двух пехотных батальонов при поддержке танков. Немцы считали дом замаскированной крепостью с многочисленным гарнизоном, а у Павлова было всего 10–12 бойцов. Если днём гитлеровцам удавалось прорваться в подвал дома, ночью сюда летели гранаты, а подход свежих сил отрезался огнём пулеметчиков, оставшихся в засаде. За 59 дней захватчики потеряли в боях за дом Павлова столько, сколько не потеряли при взятии Парижа.

Артиллерийская подготовка контрнаступления под Сталинградом 19 ноября 1942 года.

И в использовании артиллерии Чуйков смело отошёл от шаблона. Учитывая, что глубина обороны подчас не превышала нескольких километров, он настоял на том, чтобы артиллерийские части, прибывающие со своими дивизиями на усиление 62-й армии, не переправлялись бы вместе с войсками в город, а оставались на левом берегу Волги. Отсюда тяжёлая дивизионная и армейская артиллерия могла вести эффективный огонь, не подвергаясь опасности быть быстро уничтоженной. Имея в боевых порядках наблюдателей и корректировщиков, каждый командир дивизии, бригады, полка всегда имел возможность вызвать огонь своей артиллерии. А командующий артиллерией армии генерал Н. М. Пожарский, со своей стороны, в нужный момент мог сосредоточить огонь заволжских батарей всей артиллерии армии по указанному квадрату.
Из таких вот нешаблонных решений, подкреплённых мужеством и стойкостью бойцов и командиров, и складывалась основа для успешного решения главной задачи – отстоять Сталинград. Командующий 6-й немецкой армией Ф. Паулюс бросал в сражение тысячи солдат, авиацией и артиллерией до основания разрушил город, но сломить защитников города так и не удалось.
Наступило утро 19 ноября 1942 года. Военный совет 62-й армии уже знал о начале решительного контрнаступления Красной Армии на флангах вражеской группировки, но атаки немцев в городе продолжались, будто ничего не произошло. Единственное отличие состояло в том, что над городом не появилось ни одного вражеского самолёта. Но уже в ночь на 21 ноября стало заметным начало передислокации танковых частей врага. Это было явным признаком, что фашистам теперь уже не до противоборства с защитниками города. Нанеся удар, 24 ноября войска 62-й армии, поддержанные 66-й армией А. С. Жадова, воссоединились с Большой землёй.
«Чуйков мог быть и резок, и вспыльчив, но друг ведь не тот, с кем всегда спокойно. С нашей первой встречи на Мамаевом кургане я считал, что мне посчастливилось быть в Сталинграде начальником штаба у такого командарма», – подытоживал своё мнение о Чуйкове Н. И. Крылов.
Автор:
Юрий Рубцов
Первоисточник:
http://file-rf.ru
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

32 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти