Войны и ордена Владимира Кожухова

Войны и ордена Владимира КожуховаЕсли бы в школьные годы кто-нибудь сказал Володьке Кожухову — мальчишке из подмосковного села Шарапово, что доведется ему пройти через три войны и стать кавалером трех боевых орденов, парень ни за что не поверил бы тому прорицателю.

Какие ордена?! Какие войны?! На дворе — вторая половина семидесятых, больше тридцати лет прошло после Победы. Деды о той войне лишь по праздникам вспоминают, отцы оружие только в армии видели. Страна готовится к Московской Олимпиаде, а он, Вовка, — к очередным соревнованиям по лыжным гонкам. И не лезьте к нему со всякими сказками!

До ввода советских войск в Афганистан тогда оставалось два-три года…


На войну — в качестве поощрения

Норматив кандидата в мастера спорта по лыжным гонкам он выполнил еще в старших классах. После окончания школы успел поработать на авиационном заводе. Правда, его работа сводилась к интенсивным тренировкам и частым выступлениям за родное предприятие на всевозможных лыжных и легкоатлетических соревнованиях, с которых Владимир редко возвращался без кубков и грамот. Да еще были занятия в секции каратэ, что действовала при заводе под эгидой спортобщества «Трудовые резервы», и занятия в секции парашютистов, куда ему выписало направление ДОСААФ.

Ничего необычного: парень, как и многие его сверстники, всерьез готовился к предстоящей службе в армии. А поработать… «Вот служба закончится — тогда и поработаем», — думал Владимир, еще не предполагая, что два армейских года круто и навсегда изменят его судьбу.

Служить его призвали в воздушно-десантные войска. Полгода провел в учебной части в Прибалтике. От курсантов не скрывали, что местом их дальнейшей службы будет Афганистан. А потому готовили очень серьезно. Занятия по спецтактике ВДВ, рукопашному бою, связи и топографии, огневой и медицинской подготовке, дневные и ночные прыжки с Ан-2 и Ил-76 — все слилось в единый процесс.
Владимир Кожухов:

— Было очень тяжело, но необычайно интересно. Сейчас, с высоты прожитых лет, я могу сравнить и оценить, насколько основательно нас готовили. Кроме физической и специальной, присутствовала и огромная морально-волевая подготовка. Без всякой рисовки могу сказать, что каждый из нас, молодых парней, был патриотом своей страны, а в учебке стал еще и патриотом воздушно-десантных войск, готовым выполнить боевую задачу даже ценой собственной жизни. И это не просто красивые слова — нас так воспитывали в семье, в школе, в спортивных секциях. Командирам и инструкторам в учебке оставалось лишь отшлифовать и закалить тот внутренний стержень, что был в каждом бойце.

Когда было сказано, что «за речку» отправятся только добровольцы, все в нашей роте написали рапорта с просьбой направить в Афганистан. Поэтому выбирали лучших из лучших. Направление на войну было своеобразным видом поощрения и оценкой уровня подготовленности: выбрали — значит, сможешь, значит, готов…

«Что ни день — снова поиск, снова бой…»

В Афганистане он попал в разведроту 350-го полка ВДВ, с которой прошел практически пол-страны. Разведчикам приходилось выполнять всевозможные задачи — от сопровождения колонн и устройства засад на караваны с оружием до участия в крупномасштабных армейских операциях.
После одной из таких, проведенной в Черикарской долине, что на выходе из Панджшерского ушелья, разведчик Кожухов был удостоен ордена Красной Звезды.

Войны и ордена Владимира КожуховаВладимир Кожухов:
— Это случилось в восемьдесят четвертом. Панджшерское ущелье всегда было одним из самых гиблых мест, основательно укрепленным и практически полностью контролируемым душманами районом. Любой разведвыход в тех местах или проводка колонн непременно заканчивались боестолкновением. Контролировал там ситуацию Ахмат-шах Масуд, воевавший грамотно и жестоко. Серьезный противник. Одно слово — выпускник Рязанского училища ВДВ. У всех разведчиков, включая рядовых бойцов, всегда имелись его фотографии, чтобы даже при случайном обнаружении опознать, захватить или уничтожить…

В тот раз в Панджшерском районе проводилась армейская операция, в которой была задействована и разведрота десантного полка. Разведчикам повезло: они добыли данные о расположении крупного склада оружия и боеприпасов. Первыми вышли к этому арсеналу, спрятанному в горах, и захватили его.

— Сказать, что оружия там было много — значит ничего не сказать. Его вывозили КамАЗами. А потом командование устроило на плацу выставку трофеев. Чего там только не было! Итальянские мины, автоматы и крупнокалиберные пулеметы китайского производства, американские штурмовые винтовки, гранаты, реактивные снаряды, снайперские винтовки…

В общем, дело получилось резонансным. И скорее всего поэтому высшее начальство дало распоряжение не скупиться на поощрения. Как правило, солдатскими наградами были медали «За отвагу» или «За боевые заслуги». Ордена давали или посмертно, или получившим ранение. Но тут раздобрились: «Красную Звезду» в нашей роте получили я, наш старшина Володя Морозов и еще несколько ребят.

Хотя, знаете, я и тогда, и сейчас не считаю, что мы совершили что-то из ряда вон выходящее. Обычная работа войсковых разведчиков: получили задачу — пошли и выполнили. По-другому в разведке и быть не должно…

Из Афганистана он возвращался в конце 1984-го. Уже не юношей — мужчиной, закаленным и опытным бойцом, со старшинскими погонами на плечах и боевым орденом на груди. Вернулся он уже совсем в другую страну, в которой назревали большие перемены.

Дан приказ — на Кавказ

Две недели законного отдыха после дембеля пролетели незаметно. И разведчик-десантник стал задумываться: а что же дальше? Недостатка в предложениях не было: звонили и из комсомольских структур, и из органов госбезопасности, и из райотдела МВД — воина-интернационалиста, орденоносца готовы были принять везде. Он подумал и пошел служить в милицию, в отдел по охране административных зданий. Существовало в то время такое подразделение.

Войны и ордена Владимира КожуховаНо долго стоять на посту у дверей ему не пришлось — начальство дало рекомендацию для поступления в Высшую школу милиции, после окончания которой вместе с лейтенантскими погонами Кожухов получил направление на работу следователем в родной для него Одинцовский район.

Несколько лет исполнял эту должность. А потом друзья-знакомые, носившие не пиджаки и галстуки, а камуфляж, спросили: «Володя, не надоело тебе бумажки из ящика в ящик перекладывать? У тебя же Афган за плечами, боевой опыт. Давай к нам, в ОМОН». Он подумал. И… согласился.
Советского Союза уже не существовало, а на Северном Кавказе снова лилась кровь и пахло порохом.

Владимир Кожухов:
— В девяносто втором, а я тогда был заместителем командира одинцовского ОМОНа, отряд в полном составе направили в командировку в район осетино-ингушского конфликта. В принципе, для меня в тех условиях не было ничего нового и необычного. Все знакомо еще по Афгану. Блокпост выставить, организовать охрану административного здания или школы, блокировать район и провести в нем зачистку с целью поиска и изъятия оружия (кстати, в Афганистане эти операции назывались «проческами») — без проблем, только дайте команду. Выручало и то обстоятельство, что в отряде было достаточно ребят, прошедших Афганистан. А боевой опыт многое значит, его никуда не денешь.

Единственное, чего мы тогда в полной мере не осознавали (а может, просто не хотели верить), что все эти события станут прелюдией к более страшной и кровавой драме — чеченской войне…

Работа по специальности

Первый раз в Чечню Кожухов попал в начале девяносто шестого. До этого ездили другие, а он, будучи командиром спецроты ОМОНа Московской области, готовил подчиненных, участвовал в спецоперациях и ждал, когда настанет его черед лететь на войну.

В начале марта 96-го боевики предприняли попытку взять под контроль Грозный. И для московских омоновцев прозвучала команда на погрузку. Из Моздока их направили в Аргун — третий по величине город Чечни. Забазировались в местном Доме культуры вместе с коллегами из Твери. Приступили к выполнению задач, присущих милицейскому спецназу: выявлению и уничтожению мелких бандгрупп, поиску тайников и схронов с оружием, работе на блокпостах по досмотру транспорта и проверке документов.

Войны и ордена Владимира КожуховаВладимир Кожухов:
— Обычная милицейская работа в горячем регионе, так сказать, по основной своей специальности. Главные события тогда разворачивались в Грозном и вокруг него. А у нас было относительно спокойно. Обстрелы базы и перестрелки на блокпостах, которые случались два-три раза в неделю, считались вполне обыденным явлением…
За ту «относительно спокойную» командировку майор милиции Кожухов был удостоен медали «За отвагу». А вскоре после возвращения отправился в очередную. Вот там-то и началась настоящая работа.

Владимир Кожухов:
— Тяжелые бои развернулись тогда за Самашки, куда нас бросили прямо из Моздока. Боевиков из села выбили, загнали в Самашкинский лес, откуда они продолжали делать вылазки, нападая на колонны и расположения войск. Задача стояла пресечь их действия, перекрыть связь с внешним миром, лишить пополнения боеприпасами, продовольствием, медикаментами, не допустить соединения мелких бандгрупп в отряды. Вот тут снова пригодился афганский опыт.

В одну из ночей мы устроили засаду на тропе. Вышли небольшой группой, всего впятером, имея информацию, что ночью по той тропке к лагерю будет двигаться небольшая банда. Все по уму сделали: замаскировались в непосредственной близости от лагеря, даже голоса боевиков слышали. Когда «долгожданные гости» показались на тропе и приблизились, ударили из автоматов… А потом полночи уходили от преследователей. И лишь к рассвету без потерь вышли на блокпост армейцев…

Именно после этой «прогулки по ночному лесу» Владимир Алексеевич был удостоен ордена Мужества…

От судьбы не уйдешь

В «межвоенный период» — в 1997–1999 годах — ему вместе с бойцами отряда милиции особого назначения Московской области приходилось заниматься «обычной работой»: обеспечивать общественный порядок на спортивных и прочих массовых мероприятиях в Подмосковье, обезвреживать вооруженных преступников, заниматься плановой подготовкой своих подчиненных, готовясь к новым испытаниям. Что Чечня полыхнет во второй раз, было ясно каждому…

Войны и ордена Владимира КожуховаИ она полыхнула: в августе девяносто девятого отряды боевиков и наемников вторглись в Дагестан. Осенью Кожухов со своими бойцами опять оказался на Северном Кавказе. Сначала работали в Моздоке — охраняли больницу, проводили спецоперации. А когда войска начали штурм Грозного, опять оказались в чеченской столице. «Чистили» Старопромысловский район, затем Заводской…

В Афганистане, Северной Осетии и на первой чеченской смертоносный металл, хоть и посвистывал рядом, все же миновал Кожухова. Нашла его пуля 2 марта 2000 года, под самый конец командировки.

Владимир Кожухов:
— Нас менял сергиево-посадский ОМОН. Забрали мы их в Моздоке, загрузили в машины, идем обратно в Грозный. Я с командиром в головной машине, плюс водитель. Метров четыреста до базы оставалось, вот уже и КПП. И тут по колонне ударили пулеметы и автоматы. Первая очередь — по кабине. Лобовое стекло вдребезги, но из нас никого не задело. Выскочили, залегли, начали осматриваться.

Бьют с трех сторон, один «Урал» уже горит. Ребята, кто успел десантироваться, оборону заняли, огнем огрызаются. Стал по рации запрашивать, кто где находится. Смотрю — неподалеку в яме пять-шесть наших парней залегли, других укрытий нет, местность ровная, как стол. Решил к ним перебежать. Только поднялся, и тут словно лом в спину вогнали. Но на ногах устоял, до своих добрался. С собой с десяток шприц-тюбиков промедола было. Пару себе вколол, остальные — ребятам, там почти все ранены были.

Войны и ордена Владимира КожуховаГде-то с полчаса мы бой вели, потом стали войсковые подразделения подтягиваться. За ранеными «бэха» подскочила, загрузились в нее — и в госпиталь… Самое интересное, что я все это время в сознании был, из БМП сам вышел. Доктор меня сначала за сопровождающего принял. А потом под куртку глянул — и сразу на операционный стол: пуля вошла в спину между ребер, пробила легкое и вышла, разворотив плечо…

Потом были Владикавказский и столичный госпитали, период восстановления и возвращение в строй, награждение вторым орденом Мужества. И продолжение того дела, которому он посвятил свою жизнь, — служить Отечеству в офицерских погонах.

Сегодня Владимир Алексеевич проходит службу в одном из подразделений МВД по Центральному федеральному округу. И порой вспоминает, что если в школьные годы кто-нибудь сказал бы мальчишке из подмосковного села Шарапово, что доведется ему пройти через три войны и стать кавалером трех боевых орденов, он ни за что бы не поверил тому прорицателю…
Автор: Игорь Софронов
Первоисточник: http://www.bratishka.ru


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 5
  1. лис 10 декабря 2012 09:39
    молодец Офицер...только почему то в управлениях одни ... нормальных всех "зачистили"...
  2. замбой 10 декабря 2012 15:16
    Слава героям России!!!
    замбой
  3. Megatron 10 декабря 2012 18:01
    Да, зачистил жирный сердюк и своих шлюх везде понасажал. Но Кожугетыч обещал вернуть!
  4. zeksus 10 декабря 2012 18:07
    Мне кажется или уже была эта статья..... Но тем не мение, Честь и почет ему!!!
    1. Андрей 10 декабря 2012 20:26
      Да была... тот же материал только с другим заголовком.... но всё-равно лишний раз про хорошего человека- настоящего офицера, не грех написать.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня