Литва подключается к войне списков, или Новая попытка Вильнюса понравиться Западу

Есть в современном мире достаточное количество государств, вся суть внешней, да порой и внутренней, политики которых базируется на безудержном желании перешагнуть через свою историю, обвинить во всех своих бедах не себя и свои власти, а исключительно некую стороннюю силу, якобы чинившую козни без перерыва на обед, праздников и выходных. Одним из таких государств сегодня является де-юре независимая Литва, риторика властей которой все последние два десятка лет вращается вокруг одной темы: Россия виновата во всех бедах литовского народа. Быть может, сам литовский народ и хотел бы сменить пластинку, взглянуть на ситуацию по иному, но разве ж в нынешней ситуации это возможно? Безусловно, нет. Почему «нет»? Да потому что Литва с начала девяностых стала позиционировать себя как государство, которое ради интеграции с Западом (как военной, так и экономической) готова практически на всё. Да, по большому счету, Запад взамен ничего особенного и не требует. Всё как обычно: выборы исключительно русофобской власти, неизменное «обличение» советской «оккупации», лозунги об ущемлении демократических свобод со стороны Москвы, заявления по любому поводу о том, что Россия не может быть равным деловым партнером. В общем, стандартный набор требований для территории, которая так хочет, чтобы ее пригрели под чьим-нибудь относительно теплым крылышком. Сначала грело теплое крыло СССР, потом ощутили, что тепло слабеет, и перескочили под крыло несколько другого организма. То есть, в принципе, всё равно, под чьим крылышком сидеть, лишь бы жилось сытно и спокойно.

Однако в последнее время Запад (скажем так, классический Запад без нововведенных в 90- годах в него государств) настолько озаботился своим собственным положением, что на вечно стонущих прибалтов и прочих «недавно одемократизированных» стал откровенно посматривать сквозь пальцы. Ситуация эта напоминает случай, когда ребенку дарят новую игрушку. Первое время он с ней охотно играет, радуется подарку, но со временем его интерес заметно ослабевает, и про игрушку в лучшем случае он вспоминает, скажем так, по большим праздникам. С Западом и его игрушкой – Литвой – дело примерно так и обстоит. Поматросили-поматросили десяток-другой лет, а потом не навязчиво дали понять, что у них сейчас и других забот хватает…


И что же прикажете в такой ситуации делать государству, власти которого всеми силами стараются показать, что они еще «ого-го» - могут продемонстрировать свою преданность «демократическим идеалам» и сыграть нужные Западу роли? А возможности для маневра у тех же литовских властей, честно признать, не так уж и много. Чтобы хоть как-то привлечь к себе внимание демократизаторов, Вильнюсу остается идти по проторенной за 22 года независимости дороге, а именно, снова вспоминать о своем восточном соседе-«кровопийце».

Захотели вспомнить – вспомнили… И уж, естественно, далеко не добрым словом. На сей раз Литва решила пойти по трендовому пути и заявить о том, что она нисколько не хуже других, и у нее тоже есть возможность составить свой список. А то ведь у других то «список Магнитского», то «список Гуантанамо», а чем же литовцы хуже… И в самом деле – чем? Чтобы доказать, что «ничем не хуже», придумали свой список, который можно назвать «списком Палецкиса» против России (против кого же еще).

Многие читатели могут задаться вопросом, а кто же такой этот Палецкис, если его именем в Литве собираются назвать целый антироссийский законопроект. Палецкис – это глава литовского Социалистического народного фронта, который некоторое время назад своими высказываниями заставил вздрогнуть всю демократическую Литву. Он (Альгирдас Палецкис) заявил о том, что в январе 1991 году во время захвата Вильнюсского телецентра, свои стреляли в своих. Он заявил, что к убийствам той роковой ночи руку приложили вовсе не советские солдаты, а местные провокаторы. Другими словами, Палецкис одним из первых литовских политиков попытался раскрыть правду событий 22-летней давности для самой Литвы, ведь до него на территории всей прибалтийской страны укоренялось мнение о том, что все жертвы тех событий 13 января 1991 года – дело рук бойцов группы «А» или других советских военнослужащих.

Литва подключается к войне списков, или Новая попытка Вильнюса понравиться Западу
Альгирдас Палецкис


Стоит напомнить, что речь идет о том времени, когда Литва, объявив о своей независимости, встретила очевидное сопротивление союзного центра. Москва старалась воспрепятствовать выходу Литвы из состава Союза ССР. В течение времени с марта 1990 года по январь 1991 года борьба между Москвой и Вильнюсом была в большей степени экономической и пропагандистской. Обе стороны старались обвинить оппонента в том, что тот много на себя берет, и взывали к общественности.

После того как призванные в Советскую армию литовцы демонстративно отказались от выполнения своей военной обязанности и устроили целый спектакль из сожжения военных билетов на площади, ситуация начала серьезно накаляться. В итоге конфликт перешел в активную фазу, когда в январе 1991 года подразделения военнослужащих, подконтрольные Москве, стали занимать важные здания и центры в городах Литвы. Дело дошло до участия в конфликте бойцов группы «Альфа», которые, по версии официального Вильнюса, не просто проводили операцию по захвату центрального телецентра литовской столицы совместно с другими советскими военнослужащими, но и жестоко расправлялись с литовскими защитниками телецентра. В 13 (14 по версии Литвы) смертях литовцев в ту роковую ночь 13 января 1991 года были обвинены именно советские военнослужащие. Якобы это именно сотрудники «Альфы» устроили побоище у телецентра в Вильнюсе, чтобы выполнить поставленную задачу. И, несмотря на то, что в задачи «Альфы» с момента создания этого элитного подразделения никогда не входило ведение открытых боевых действий, тем более с безоружными людьми, долго никто разбираться и не думал. Время, как говорится, было такое. Если в операции участвовали советские спецслужбы, то на них и повесили всех собак. А как же еще… КГБ, коммунистическая чума и прочее, прочее…

Однако время шло, но в этой трагедии и сами литовцы не спешили ставить точку. Не спешили ставить даже после того, как Москва «любезно» предоставила материалы того самого дела о захвате телецентра. Да и вряд ли поставить эту точку новые власти Литовской Республики вообще могли себе позволить. Дело в том, что уже после первых криминалистических экспертиз тел убитых во время штурма телецентра в Вильнюсе людей проявились весьма странные детали. Заключались они в том, что некоторые жертвы штурма были убиты не из пистолетов советских офицеров, автоматов Калашникова или их модификационных версий, а из очень специфического оружия – винтовок Мосина (трёхлинейка), которая производилась с 1891 по 1965 годы. Подтверждением использования именно этого оружия стали характеристики ранений митингующих, а также непосредственно пули, изъятые из тел убитых. При этом экспертиза показала, что по митингующим стреляли с определенной высоты.

Если так, то получается, что либо советские военнослужащие, в том числе бойцы элитного спецподразделения «Альфа», в 1991 году на вооружении имели винтовки Мосина, да еще вдобавок и залезали на крыши окрестных зданий, чтобы, стреляя по толпе, провоцировать беспорядки, либо по толпе стреляли вовсе не советские военнослужащие… Согласитесь, сложно представить бойца спецподразделения КГБ СССР в 1991 году, стремящегося завладеть определенным объектом с болтающейся за его спиной трёхлинейкой… Именно эта сложность представления и породила альтернативную версию событий, происходивших 13 января 1991 года в Литве. Согласно этой версии, в момент подхода советских солдат и «альфовцев» к телецентру кто-то начал масштабную провокацию со стрельбой по митингующим с той целью, чтобы обвинить Москву в попытке развязать еще и военный конфликт в Литве. Кто разработал план провокации – пока вопрос, однако в мире всё тайное рано или поздно становится явным. По некоторым данным, организаторами чудовищной провокации могли стать лидеры литовского движения за отделение Литвы от СССР «Саюдис». Именно из «Саюдиса» впоследствии вышли многие из тех, для кого слова о «советской оккупации» стали главным политическим лозунгом в Литовской Республике нового времени.

Очевидно, что информация о том, что свои могли осознанно стрелять в своих, в Литве стала громом среди ясного неба, потому что разрушалась сама основа литовского государства. Основа эта – выход из-под «гнета СССР», который якобы еще и хотел решить ситуацию с независимостью Литвы военным путем.

Так вот тот самый политик Палецкис для литовских властей в последнее время стал внутренним врагом номер один. Именно после его высказываний о странностях ситуации 13 января 1991 года в Литве началось обсуждение того, а что же, собственно, произошло в ту кровавую ночь у столичного литовского телецентра.

Удивительно (хотя для нынешней Прибалтики, в принципе, и не удивительно), Палецкиса стали уголовно преследовать не за его деяния, а всего лишь за высказывания. Суд над Альгирдасом Палецкисом напоминал фантасмагорию, в которой сама буква литовских законов предстала как очевидная псевдодемократическая немощь. Приговор сначала откладывали, потом политика вообще оправдали… Но нет тут то было. Если бы Палецкис в Литве так и остался уголовно не наказанным, то власти фактически бы признали его правоту, чего Вильнюс не мог допустить по определению. Тогда суд решили проводить «до победного конца». Конец сей состоялся: Палецкис был «удостоен» обвинительного приговора в виде штрафа за… (вчитайтесь, пожалуйста, внимательнее) «отрицание советской агрессии в отношении Литвы». Штраф составил около 3 тысяч евро. Помимо штрафа официальный Вильнюс теперь выставляет Палецкиса чуть ли не в качестве врага народа, фактически переводя политика в ранг лиц, преследуемых по политическим причинам. Отрицание советской агрессии в Литве, оказывается, уголовно наказуемо…

Как говорится, это ли не апогей демократии, которой кто-то на Западе еще пытается поучать весь мир. Палецкис попытался обжаловать приговор в Верховном суде Литвы, но какое там… Разве ж Верховный суд пойдет против призрачных основ существования самого себя и других литовских «независимых» властей.


Потерпев фиаско в литовских судах, Палецкис надеется на европейское правосудие. Он решил подать иск в Страсбургский суд. При этом Альгирдас сам говорит, что не ждет скорого решения от страсбургских судей. Очевидно, что для самой Европы его иск – серьезное испытание. Если представить, что в Страсбурге вдруг будет установлено, что Палецкис не виновен, то это станет серьезнейшим щелчком по носу явно националистических властей Литвы. Но в то же время это будет и существенным ударом по самой Европе, на которую литовские власти 22 года так уповают… В общем, нашла коса на камень, причем Вильнюс сам загоняет себя в расставленные собой же сети.

И в этот момент, чтобы доказать свою безмерную правоту и подтвердить «чудовищную неправоту» Палецкиса, Вильнюс готовит свой список. В этот список, как сообщается, должны будут войти лица, причастные к расстрелам мирных жителей литовской столицы зимой 1991-го. В списке уже числится аж 8 десятков фамилий – фамилии «советских преступников», которые предпринимали попытки воспрепятствовать независимости Литвы. Что же ждет этих людей из списка? Неужели это будет литовское продолжение «списка Магнитского»? Если так, то литовским властям стоит задать вопрос: а как же все-таки быть с винтовками Мосина… Очевидно, ответа мы и не услышим…

Ясно, что пока у официального Вильнюса просто нет чувства собственного достоинства и моральных сил, чтобы признать свой большой прокол, который уже успел превратиться в вывернутый наизнанку объект национальной самоидентичности.
Автор:
Володин Алексей
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

73 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти