Целевое обучение – наше новое всё
Цель – заполнить больницы
В медицинских кругах определенные волнения. Студенты профильных вузов всерьез обеспокоены собственным будущим – государство законодательно вводит обязательную трехлетнюю отработку после получения диплома. Причина банальна – в государственных клиниках остро не хватает врачей и медицинского персонала. Законопроект обсуждают уже не первый год, но нет никаких сомнений в его скором принятии. В чем суть новшества?
Сразу стоит оговориться, ни о каком обязательном распределении выпускников медицинских вузов речи нет. После шести лет обучения молодому специалисту будет предложен реестр государственных учреждений, из которых он должен выбрать место работы. Нетрудно догадаться, что самые лучшие места будут отобраны лучшими студентами, больницы и поликлиники поскромнее и выпускников получат соответствующих. По задумке, это должно компенсировать дефицит медицинских работников в отдаленных территориях.
Ситуация парадоксальная: больницы строятся, но наполнять их некем. Точнее, больные готовы, но вот врачей не удается набрать. Интересно выглядит утвержденная уже инициатива организации наставничества в медицинских учреждениях. Осталось только разобраться, где брать наставников в больницах, в которых сейчас не хватает врачей. Но на бумаге все выглядит красиво: молодому специалисту на три года гарантируется рабочее место, да еще и профессиональный куратор.
Оценивать ситуацию следует с разных ракурсов. Среднее и высшее медицинское образование — одно из самых затратных для бюджета. Ежегодно около одной трети выпускников не идут на работу в государственные лечебные учреждения. Выглядит как нецелевое использование бюджетных средств, а значит, наших с вами налогов. Можно привести аналогию с военным образованием. Молодой офицер сейчас обязан подписать контракт на пять лет службы, и ни у кого это не вызывает возмущения. Всё верно. За несколькими исключениями курсанты военных училищ находятся на полном государственном обеспечении. В медицинских вузах не так. Далеко не все студенты получают общежития, не говоря уже об остальных преференциях.
В итоге, если речь заходит о целесообразности расходования бюджетных средств, то обязательная отработка после обучения выглядит резонной. Это позволяет не уходить в другую крайность – чрезвычайную элитарность медицинского образования. Например, в Соединенных Штатах именно так. Почти четверть всех американских студентов-медиков происходят из семей с доходами, равными пяти процентам лучших в стране.
Половина всех студентов-медиков в США происходят из семей с самым высоким уровнем дохода. Медицинские вузы очень недешевые, учиться в них очень долго и сложно. В итоге немалая часть выпускников выходит с долгами в сотни тысяч долларов. Но игра явно стоит свеч – профессия врача в США одна из самых престижных, если не самая. Выстроенная система медицинского страхования позволяет поддерживать как лечащий персонал, так и обеспечивать адекватной медицинской помощью пациентов.
Насколько этот сценарий возможен в России, вопрос дискуссионный. С одной стороны, повышение сборов с населения на медицинское страхование вызовет явное недовольство. С другой стороны, огромное число платных клиник однозначно сигнализирует: россиянин готов платить за лечение, если оно будет на соответствующем уровне.
Рыночная теория подсказывает, что молодые специалисты не просто так не идут в государственные учреждения. В частных клиниках платят гораздо больше. В министерстве здравоохранения заявляют о заработной плате среднего врача в 123 259 рублей. Это в прошлом году. Простите за каламбур, но это средняя температура по больнице. Половина медицинского персонала получает 83,4 тысячи рублей – это медианная зарплата. Остальные больше. С учетом того, что из этого вычитается подоходный налог, неудивительно прохладное отношение молодых врачей к бюджетной сфере. Повышение зарплаты в отрасли в последние годы лишь компенсирует инфляцию – не более того. hh.ru уточняет:
«Самые высокие зарплаты работодатели предлагают в Ямало-Ненецком автономном округе — 159,7 тысячи руб., в Москве — 150 тысяч, на Сахалине — 138 тысяч, в Магадане — 132 тысяч, в Туве — 130 тысяч, в Якутии — 124 тысячи руб. Самые низкие — в Алтайском крае (70,8 тысяч), на Ставрополье (71,3 тысяч), в Ростовской (77,1 тысяч), Самарской (78,7 тысяч) областях и Башкирии (79,8 тысячи руб.)»
Издание «Монокль» публикует следующее:
Региональные СМИ Свердловской области в мае этого года сообщали, как фельдшер из Екатеринбурга устроился на работу в сельскую местность, в фельдшерско-акушерский пункт Полевской больницы, где ему обещали 40 тыс. рублей в месяц плюс президентскую выплату в 30 тыс. Однако на деле он получал 25 тыс. или даже меньше. Через пять месяцев работы фельдшер решил уволиться и обратился в Минздрав и трудовую инспекцию. А там после многочисленных проверок медику объяснили, что зарплата соответствовала его квалификации и объему работы.
Последствия
Три обязательных года в бюджетном учреждении после медицинского диплома, как видим, вынужденная мера государства, которое не готово повышать заработную плату медицинским работникам до приемлемого уровня. И дело не только в оплате труда. В государственной медицине нет установленных норм поддержки молодых врачей. Например, отсутствуют подъемные пособия или льготная ипотека.
Для сравнения, можно вспомнить спектр льгот для профессиональных военнослужащих. В сытых регионах (если такие еще остались) решают вопросы с местными властями и обеспечивают дефицитных специалистов от медицины служебным жильем. Частично это решает проблему. Вкупе с обязательной отработкой трех лет в госучреждениях указанные проблемы приведут к появлению в больницах новой касты специалистов, работающих вынужденно, а не по призванию. Со всеми вытекающими последствиями. Высокопарные слова, но без них здесь никак. При этом нагрузка на систему здравоохранения будет постоянно расти – всего через пять лет каждый четвертый россиянин будет старше 60 лет. В через 20 людей такого возраста будет уже 30 процентов. Десятки миллионов престарелых надо будет кому-то и как-то лечить. Во многом именно поэтому в государственных структурах озаботились о наполнении больниц персоналом. Только забыли про уровень заработной платы.
Многие абитуриенты просто не пойдут в медицинские вузы. Если престиж профессии не поддерживается на государственном уровне, то к чему тратить годы обучения в вузе? Вопрос сугубо рациональный, и часть старшеклассников на него явно ответит не так, как хотелось бы Минздраву. Можно с высокой долей вероятности предсказать снижение количества и качества поступающих на медицинские специальности в вузы. Это неизбежно скажется на уровне компетенций (назовем это так) молодых дипломированных специалистов. Это понимают в правительстве и строят под институт наставничества в медучреждениях.
Будет ли на это время и силы у современных врачей, и без того под завязку нагруженных, вопрос риторический. Очень неприятно на этом фоне смотрится проблема с занятостью молодежи. Точнее, отсутствие проблемы с занятостью. Осознавая перспективы трудоустройства фактически по принуждению, выпускник школы выстроит себе совсем другую жизненную траекторию. Боялись поколения блогеров, доставщиков пиццы и геймеров? Вот теперь точно можно бояться.
Когда государство фактически выводит профессию медицинского работника из конкурентного поля с частными (коммерческими) клиниками, возникает большой соблазн не трогать заработную плату. Вообще не трогать. Зачем, если молодой врач три года никуда не сбежит? А через три года, когда он обязательно сбежит, на его место придет новый выпускник медицинского вуза. И так далее.
А ведь это еще не все. На очереди, как утверждают злые языки, профессии педагогов. Обязательная отработка в школах со 100-процентной вероятностью не только лавинообразно сократит набор на соответствующие специальности, но и повлечет череду сокращений профильных факультетов и даже филиалов вузов. Будет возможность пополнить штат учителей из числа уволенных преподавателей педагогических вузов. Ирония горькая, но небезосновательная.
Информация