Прямая и явная угроза – обновление ядерной триады Соединенных Штатов
Путь к доминированию
Вашингтон последовательно реализует единый комплекс мероприятий, направленных на подрыв стратегической стабильности и создание потенциала для обезоруживающего удара по России и Китаю. Министр обороны Андрей Белоусов на коллегии Минобороны чётко разложил по полочкам эту американскую «стратегию», и игнорировать её просто невозможно. Особенно с учетом географического расположения России и Америки. Москва не может угрожать Вашингтону молниеносным обезоруживающим ударом просто потому, что крылатые и гиперзвуковые ракеты негде размещать.
Попробуем представить проведение учений с применением тактического ядерного оружия, например, в Мексике. Белый дом развязал бы Третью Мировую безо всяких раздумий. Напомним риторику Джона Кеннеди, готового топить советские суда на подходе к Кубе в 1962 году. Принципиально ситуация не изменилась, наоборот, американцы еще больше поверили в собственную исключительность и непогрешимость.
При этом ни о какой симметрии в отношении России нет и речи. Американцы вольны размещать вблизи границ нашей страны оружие любого калибра и содержания. Если раньше формальным сдерживающим фактором был ДРСМД, но с 2019 года Соединенные Штаты вышли из него. Ракеты средней и малой дальности грунтового базирования еще не размещены в Европе, но это дело времени – не более того.
Кстати, о договорах с американцами. Рассыпаться международные соглашения, которые хоть как-то сдерживали гонку вооружения, начали не вчера и даже не позавчера. В 2002 году Соединенные Штаты оформили выход из Договора по ПРО, что открыло путь к неограниченному развёртыванию систем противоракетной обороны и нарушило баланс взаимного гарантированного уничтожения. Потом был еще более угрожающий выход из ДРСМД, указанный выше.
2020 год — выход из Договора по открытому небу, лишивший стороны возможности взаимных инспекционных полётов. В этом контексте возможное возобновление США ядерных испытаний, о чём неоднократно заявляли отдельные американские политики и эксперты, воспринимается не как изолированный эпизод, а как логичное продолжение политики демонтажа всей системы стратегической стабильности. Но главное даже не это. На самом деле, острой необходимости возобновлять ядерные испытания в пустыне Невада у США нет. Старые специзделия не требуют сиюминутного ядерного взрыва, а вот новые требуют. В скором времени у американцев немало поводов для выхода из Договора о всеобъемлющем запрещении испытаний. Россия фиксирует беспрецедентные темпы обновления американской стратегической триады.
LGM-35A Sentinel
Начнем с наземного компонента. На первом плане программа LGM-35A Sentinel (Ground Based Strategic Deterrent, GBSD) представляет собой полную замену парка межконтинентальных LGM-30G Minuteman III. В сентябре 2020 года контракт на разработку и производство на сумму 13,3 млрд долларов получила корпорация Northrop Grumman после выхода Boeing из конкурса. Ракета Sentinel — трёхступенчатая твердотопливная МБР шахтного базирования модульной конструкции длиной около 20,4 м (на 2–3 м длиннее Minuteman III), стартовой массой 90–105 т, забрасываемым весом более 1000 кг и дальностью свыше 13 000 км. Она оснащается до трёх боеголовок индивидуального наведения W87-1 Mod мощностью 300–475 килотонн каждая. КВО боеголовки составляет 100–120 м, используется полностью цифровая инерциально-спутниковая система наведения с защищёнными каналами связи и возможностью перепрограммирования целей после пуска, а также новый комплекс средств преодоления ПРО — маневрирующие блоки, ложные цели, системы РЭБ.
Боеголовки индивидуального наведения W87
Программа включает не только обновление ракет, но и полную модернизацию инфраструктуры. Это включает 450 пусковых шахт (из них 400 боевых и 50 учебных), более 600 км оптоволоконных линий связи, а также новые командные капсулы, усиленные защитой от электромагнитного излучения и кибератак. Эти улучшения затронут три ракетных крыла ВВС США, расположенных в Вайоминге, Северной Дакоте и Монтане. Согласно планам, первый лётный пуск новых ракет перенесён на 2027 год, а начало боевого дежурства ожидается в 2029–2030 годах. Полная замена Minuteman III планируется к 2075 году, хотя срок их службы официально продлён до 2040 года. Программа оценивается в более чем 200 млрд долларов, но в Пентагоне считают, что она оправдана. LGM-35A Sentinel обладает значительно большей точностью и способна преодолевать перспективные системы ПРО. Это только наземный компонент программы.
Субмарина класса Columbia
В морях и океанах обеспечивать американскую гегемонию должны субмарины класса Columbia. Программа SSBN-826 — это не просто замена старым Ohio, это создание абсолютно новой стратегической подводной лодки, которая должна стать главным морским компонентом американской ядерной триады минимум до 2080-х годов. Планируется ввести в дело дюжину новых субмарин в дополнение к 14 Ohio. Каждая новая лодка будет нести 16 ракет Trident II D5LE/D5LE2 (с возможностью установки до 8 боеголовок на ракету).
Одновременно США планируют расконсервировать 56 пусковых шахт на существующих «Огайо», доведя общее количество развёрнутых ракет на море до уровня, превышающего лимиты СНВ-III даже без учёта новых лодок. Головная лодка USS District of Columbia (SSBN-826) уже строится: стапельный период начался в июне 2022-го, резка стали состоялась ещё раньше.
Контракт делят General Dynamics Electric Boat и Huntington Ingalls Newport News. Стоимость программы по состоянию на 2025 год перевалила за 132 млрд долларов только на строительство (плюс ещё десятки миллиардов на НИОКР и боеголовки), и это без учёта неизбежного дальнейшего роста — каждая лодка выходит примерно по 9–10 млрд долларов за штуку при серийном производстве.
Основные характеристики: водоизмещение надводное 19 000 т, подводное около 20 800 т; длина 171 м (на 6 м длиннее Ohio); диаметр прочного корпуса 13,1 м. Главная особенность — электрический ход (permanent magnet electric drive) вместо привычного редуктора: тихоходный электродвигатель напрямую крутит вал, без шумного турбозубчатого агрегата. Это даёт акустическую сигнатуру на уровне лучших современных АПЛ 4-го поколения. В списке инноваций ядерный реактор S1B — ещё одно радикальное отличие от Ohio, которым активную зону меняли каждые 15–20 лет. Новая разработка не требует перезарядки за весь 42-летний срок службы лодки.
К 2040-м годам США получат дюжину самых тихих, самых живучих и самых «долгоиграющих» стратегических подлодок в мире, каждая из которых будет нести до 140–160 боеголовок и ходить без перезарядки почти полвека. И когда Белоусов говорит о расконсервации 56 шахт на старых Ohio и одновременном вводе Columbia, он имеет в виду следующее: американцы не просто поддерживают паритет — они готовятся к сценариям, где морской компонент становится решающим и практически неуязвимым.
Время высоких цен
Даже с учетом инфляции, расходы Соединенных Штатов на ядерную триаду поражают воображение. Противник строит не оборонительный комплекс, а высокотехнологичную систему нападения. В самом «мягком» случае Вашингтон навязывает очередную гонку вооружений, призванную истощить Россию и Китай заодно. Но есть примеры экономии. В рамках программы B-21 Raider в Штатах разрабатывается единый стратегический самолет, призванный заменить знаменитую тройку: B-1B Lancer, B-2 Spirit и частично B-52H. Головной подрядчик — Northrop Grumman (эти же строили B-2), контракт подписан в 2015-м году, и программа стартовала под названием LRS-B (Long Range Strike Bomber).
Первый публичный показ (хотя и под тканью) состоялся 2 декабря 2022 года на заводе в Палмдейле, Калифорния, первый полёт — 10 ноября 2023 года. По состоянию на ноябрь 2025 года уже летают минимум шесть лётных прототипов, идёт интенсивная программа испытаний.
Из того, что не секретно, мы знаем о размахе крыла около 40–45 м (меньше, чем у B-2 с его 52 м), взлётной массе порядка 80–90 т, дальности без дозаправки свыше 12 000 км и практическом потолке выше 18 км. Двигатели взяли от F-35, но с пониженной форсажной тягой и улучшенным охлаждением исходящих газов для снижения инфракрасной сигнатуры. Главное — уровень малозаметности: ЭПР заявлено на порядок ниже, чем у B-2, за счёт новых покрытий, полностью встроенного вооружения и формы «летающее крыло 2.0». К 2040 году американцы получат несколько десятков B-21 Raider, стоимость каждого из которых превышает 800 млн. долларов.
B-21 Raider
У России нет никаких шансов симметрично ответить на вышеуказанные вызовы. Как известно, немалая часть ракетно-ядерного щита пришла из Советского Союза и лишь подвергалась модернизации, пусть и глубокой. В отношении подводного и наземного компонента работы еще ведутся, но вот авиационная составляющая явно оставляет желать будущее. Речь о перспективных работах, разумеется.
Но и это еще не всё. Американцы наращивают воздушный компонент триады, реанимируя старые проекты. 30 самолётов B-52H Stratofortress возвращают в «ядерный клуб». После окончания холодной войны и в рамках договоров СНВ-1 и СНВ-2 около 90 стратегических бомбардировщиков прошли программу модификации. У машин физически вырезали подкрыльевые пилоны для ядерных крылатых ракет ALCM (AGM-86B), демонтировали часть электроники и проводки, связанной с ядерным оружием, и официально перевели их в разряд «только обычное вооружение». Это позволяло не учитывать их в лимитах по носителям и экономить на обслуживании ядерной сертификации.
С 2023–2024 годов Пентагон тихо, но верно начал обратный процесс. Сейчас выбираются именно те 30–40 бортов из 76 остающихся в строю B-52H, которые ранее были лишены возможности нести ядерное оружие. Самолётам не просто восстановят прежние компетенции, но оборудуют для работы с LRSO (Long Range Stand-Off) — будущей ядерной крылатой ракетой, которая заменит AGM-86B к 2030-му году. Через пару лет в США будет около 80 Stratofortress, каждый из которых способен нести до 20 ядерных крылатых ракет большой дальности.
Ядерная боеголовка W80-4
Кстати, о перспективных крылатых ракетах из США. LRSO (Long Range Stand-Off) — это прямая наследница AGM-86B, которую американцы хотят наградить уникальными свойствами для преодоления ПВО. Дальность работы 3000–4500 км, скорость дозвуковая (0,8–0,9 М), но с очень низким профилем полёта — 20–50 метров над землёй. В носовой части глубоко модернизированная ядерная боеголовка W80-4, первый экземпляр которой ждут к 2027 году. У изделия регулируемая мощность — от 5 до 150 кт. Пока это самый проблемный компонент крылатой ракеты LRSO, которая уже должны были изготовить в товарном варианте, то сдвинули к 2027 году. Каждая ракета будет стоить около 20–25 млн долларов, планируется закупить 1000–1500 штук.
Гиперзвуковой ракетой для бомбардировщиков называют AGM-181 LREW — Long Range Engagement Weapon. Машинка оснащена прямоточным двигателем и на марше обещает 6-8 Махов. Дальность работы до 2500 км, а стартовая масса доходит до одной тонны. Главная цель разработки в прорыве самых современных систем ПВО/ПРО, включая российские С-500 и китайские HQ-19. Первый успешный полёт с реальным гиперзвуковым участком зафиксирован в 2024 году, но в США программа до сих пор считается «рискованной». В марте 2025 года ВВС США официально подтвердили закупку небольшой партии для испытаний, однако полная постановка на вооружение ожидается не раньше 2028–2030 годов, и то если деньги не уйдут на «тихоходную» LRSO.
AGM-181 Long Range Stand Off Weapon
От ответно-встречного удара территорию США должен защитить «Золотой купол». На это, по крайней мере, надеются в Пентагоне и закладывают под проект сотни миллиардов долларов. Оборону строят из нескольких колец. В первом – несколько десятков (от 40 до 50) ракет-перехватчиков GMD в Форт-Грили (Аляска) и Ванденберге (Калифорния) плюс планируемые ещё 20–64 новых NGI (Next Generation Interceptor) от Northrop Grumman и Lockheed Martin, которые должны прийти на смену старым к 2028–2029 годам. Система NGI — это уже не один перехватчик, а трёхступенчатая ракета с несколькими кинетическими боеголовками, способная поражать МБР и гиперзвук на маршевом участке. На втором эшелоне обороны – десятки кораблей Aegis с ракетами SM-3 Block IIA и SM-6, плюс наземные комплексы Aegis Ashore в Румынии, Польше и в ближашее время на Гуаме и в Японии.
К 2027–2028 году появится Glide Phase Interceptor (GPI) — гиперзвуковой перехватчик от Raytheon и Lockheed, который предназначен для перехвата российских «Авангардов» и «Цирконов» прямо на планирующем участке. В третьем кольце располагается космическая эскадра Hypersonic and Ballistic Tracking Space Sensor. Уже запущено несколько спутников, а к 2030-му планируется созвездие из сотен аппаратов на низкой орбите, которые будут видеть старт любой ракеты в реальном времени и выдавать целеуказание всем перехватчикам. Ближе всех к России размещаются системы достартового поражения CPS (Conventional Prompt Strike), разворачиваемую на субмаринах и, возможно, на стратегических самолетах. По задумке, данные ракеты в состоянии нанести удар в любую точку планеты в течение часа. Либо конвенционной БЧ, либо ядерной.
Из Германии или Польши до Москвы за 5–7 минут? На это способен ракетный комплекс грунтового базирования Dark Eagle, дальнобойность которого превышает 5000 км. Он позволяет наносить удары из Европы по городам Урала. Рассказывать про него много смысла нет – это крайне опасный инструмент в руках противника. Что-то подобное уже было в 80-е годы прошлого столетия, отчего господин Горбачев решился на крайне невыгодное для страны ракетное разоружение. Все помнят душераздирающие кадры резки комплексов «Ока» и «Пионер». Тогда это называлось «отвести пистолет от виска».
В обозримом будущем у российских оружейников будет очень много работы. Придется не только компенсировать вероятное превосходство противника в ядерной триаде, но и разрабатывать сценарии перехвата атакующих комплексов. Это значит, что следующие десятилетия точно будут нескучными.
Информация