Александр Дутов: жизнь и смерть белого атамана оренбургских казаков
Генерал-лейтенант Дутов на фотографии 1919 г.
Сегодня мы поговорим об Александре Дутове — ещё одном белом атамане гражданской войны. Известно, что его прадед был приписан к Ставропольскому казачьему войску (Ставрополь-на-Волге – сейчас Тольятти), созданному из крещеных калмыков в 1737 году. В 1803 году оно было уравнено в правах с прочими казачьими войсками, в 1842 году – упразднено, казаки с семьями были переведены в Оренбургское казачье Войско. Дед Дутова был войсковым старшиной Оренбургских казаков. Отец героя статьи, Илья Петрович Дутов, сумел дослужиться до звания генерал-майора, мать Александра, Елизавета, урождённая Ускова, тоже была казачкой — дочерью урядника Оренбургского казачьего войска. Однако на свет герой статьи появился в городе Казалинск Сырдарьинской области — по пути в Фергану, куда направлялись его родители. Случилось это в августе 1879 года.
Детские годы А. Дутов провел в Фергане и в Оренбурге. В возрасте 10 лет он был отдан на учебу в Оренбургский Неплюевский кадетский корпус, по окончании которого (в 1897 г.) поступил в столичное Николаевское кавалерийское училище. Из прошлых статей вы должны помнить, что выпускниками этого учебного заведения были и другие активные участники гражданской войны – Петр Врангель, Владимир Каппель, Андрей Шкура (Шкуро), донской атаман Африкан Богаевский.
Молодость атамана
Военную службу хорунжий Александр Дутов в 1899 году начал в 1-м Оренбургском казачьем полку, который, вопреки названию, был размещен в Харькове.
На этом снимке мы видим хорунжего Александра Дутова (крайний слева) с другими офицерами Первого Оренбургского казачьего полка
Однако уже в 1902 году Дутов перешел в инженерные войска, был преподавателем саперной, затем (с 1903 г.) – телеграфной школы в Киевском саперном батальоне. В 1903 году получил звание поручика и женился на Ольге Викторовне Петровской. Затем была учеба в Николаевской Академии Генерального Штаба, которая прервалась во время Русско-японской войны: Дутов отправился в Маньчжурию добровольцем, с 11 марта по 1 октября 1905 г. служил в одном из саперных батальонов 2-й Маньчжурской армии, был награжден орденом Святого Станислава III степени.
Академию в итоге он окончил лишь в 1908 г. по 2-му разряду, без производства в следующий чин и причисления к гвардии и Генеральному штабу, а также без старшинства в один год. Первые 10 выпускников курса остались в Петербургском военном округе, а штабс-капитан Дутов был направлен в штаб 10-го армейского корпуса (Киевский военный округ).
Продолжение службы
В 1909 году мы видим Дутова в Оренбурге: здесь в местном казачьем юнкерском училище он три года преподавал тактику, конно-саперное дело и топографию. Одним из его учеников был печально знаменитый Григорий Семенов, который станет одним из самых кровавых и одиозных белых атаманов гражданской войны. В декабре 1910 года Александр Дутов получил ещё один орден – Святой Анны III степени. Наконец, в октябре 1912 года он снова оказался в 1-м Оренбургском казачьем полку – был направлен в эту часть для цензового командования сотней, необходимого для получения следующего звания.
Получив чин войскового старшины, в октябре 1913 года он вернулся в Оренбург на прежнюю должность преподавателя юнкерского училища, которую занимал до марта 1916 года, когда был направлен на фронт – опять же, в 1-й Оренбургский казачий полк, который входил в состав 10-й кавалерийской дивизии, воевавшей в составе Юго-Западного фронта. Как выпускник академии генштаба, был назначен помощником командира полка. Участвовал в известном весенне-летнем наступлении Юго-Западного фронта (Луцкий или Брусиловский прорыв), был дважды ранен, а в октябре получил должность командира 1-го Оренбургского казачьего полка. В относящейся к тому времени аттестации Дутова говорилось:
На тяжесть походной жизни не жалуется – всегда весел. Нравственности хорошей. Умственно развит хорошо. Живо интересуется службой и любит ее. Начитан и хорошо образован. Боевого опыта еще не имеет, но стремится к самостоятельному решению боевых задач. В бою несколько впечатлителен и склонен давать обстановку боя по впечатлению младших и несколько преувеличенную. Работать любит напоказ, хотя вообще в работе неутомим. Хозяйство знает. О подчиненных заботлив. Хороший командир.
Зимой 1916-1917 гг. этот полк понес большие потери, прикрывая отступление Румынской армии к Бухаресту. Уже накануне революции, в феврале 1917 года, А. Дутов получил звание полковника и орден Святой Анны II степени.
Александр Дутов после Февральской революции
Дутов сочувственно отнёсся к отрешению Николая II от власти, поскольку, подобно абсолютному большинству населения России тех лет, он презирал последнего императора, считая его неспособным управлять великой страной. Согласно свидетельствам современников, в то время будущий атаман с симпатией относился к политической программе партии конституционных демократов. И даже после прихода к власти Колчака он всё ещё был сторонником созыва Учредительного собрания. Сам Дутов, кстати, писал:
Я люблю Россию, в частности свой Оренбургский край, в этом вся моя платформа. К автономии областей отношусь положительно, и сам я большой областник. Партийной борьбы не признавал и не признаю.
В марте 1917 г. с согласия премьер-министра Временного правительства Г. Е. Львова в Петрограде состоялся первый Общеказачий съезд, собранный «для выяснения нужд казачества». Прибывший на него в качестве делегата от своего полка герой статьи был избран заместителем председателя, а затем — уже председателем второго съезда.
Президиум Всероссийского съезда казачьих частей во главе с А. Дутовым. Петроград, 7 июля 1917 г.
Летом 1917 года Временное правительство назначило Дутова комиссаром по продовольствию в Оренбургской губернии и Тургайской области.
В сентябре того же года он был избран войсковым атаманом Оренбургского казачьего войска и главой войскового правительства Оренбургского военного округа.
Александр Дутов во время гражданской войны
26 октября 1917 года Дутов подписал приказ о непризнании власти большевиков на территории Оренбургского казачьего войска, на следующий день объявил, что возлагает на себя исполнительную государственную власть на подконтрольных ему землях. А в ноябре был избран членом Учредительного собрания от Оренбургского казачьего войска.
25 ноября 1917 г. Совет народных комиссаров опубликовал обращение с призывом к борьбе с атаманами А. Калединым и А. Дутовым, которые объявлялись вне закона. Дутов же в декабре 1917 года на Войсковом круге Оренбургского казачьего войска призвал к мобилизации, но большинство казаков не хотели воевать, в подчинении у Дутова оказалось не более 2 тысяч человек, и 31 января 1918 года он был выбит Блюхером из Оренбурга, городское земское собрание и ряд казачьих станиц признали советскую власть. Дутов же сражался в Верхнеуральске, в марте 1918 г., после потери и этого города, отошёл в станицу Краснинскую.
В апреле она была окружена большевистскими войсками, 17 числа того же месяца Дутов сумел прорваться в Тургайскую степь. Но к концу мая 1918 года с помощью мятежных легионеров Чехословацкого корпуса красные войска все же были разгромлены, а 8 июня 1918 года фактически на штыках чехословаков в Самаре было сформировано «всероссийское правительство» – Комитет членов Всероссийского Учредительного собрания (Комуч), власть которого признал Дутов – и 25 июля получил от этих самозваных правителей звание генерал-майора.
А. И. Дутов в Самаре, 1918 г.
3 июля 1918 года пал и Оренбург, в который вошли отряды Николая Карнаухова, а 7 июля в этот город прибыли Дутов и Войсковое Правительство.
А. Дутов на фотографии, сделанной в Оренбурге,1918 г.
28 сентября 1918 года был захвачен и Орск, 17 октября Дутов стал командующим сформированной Оренбургским Казачьим Кругом Юго-Западной Белой армии, которая к концу того года насчитывала почти 11 тысяч пехотинцев и 22 с половиной тысяч всадников. До ноября 1918 года эта армия находилась в подчинении Уфимской директории, а затем уже генерал-лейтенант Дутов признал власть Колчака.
Колчак и Дутов перед строем добровольцев
В декабре 1918 года армия Дутова стала Отдельной Оренбургской, воевала на территории Южного Урала и в северных районах Степного края, больших успехов не достигла: 21 января 1919 г. белые оставили Оренбург, а 18 февраля 1919 года на сторону большевиков перешли башкиры отряда Валидова. Весной того же года армия Дутова стала корпусом Южной армии генерала Белова, и белые перешли в наступление, захватив Уфу. Однако 28 апреля советская Южная армия, которой командовал 34-летний Михаил Фрунзе, разгромила войска Колчака, освободив Бугуруслан, и нанесла поражение Волжскому корпусу генерала Каппеля.
23 мая игравший роль правителя России адмирал Колчак назначил Дутова походным атаманом всех казачьих войск и генерал-инспектором кавалерии, сохранив за ним также и должность войскового атамана Оренбургского казачьего войска.
Атаман Дутов и Колчак, февраль 1919 г., Троицк
В результате в конце весны и летом 1919 г. Дутов находился в Омске, а затем встречался с местными атаманами – Семеновым, Гамовым, Калмыковым. К командованию Оренбургской армией он вернулся лишь в сентябре.
Белые войска везде терпели поражения, и остатки войск Дутова вынуждены были отступить к Ишиму, где соединились со 2-м Степным корпусом.
В начале сентября 1919 года 20-тысячная группировка Оренбургской армии Дутова, генерала Бакича, казачьих отрядов Захарова и Разумника-Степанова начала отступление, которое завершилось только в конце декабря. Последний этап этого отступления вошёл в историю как «Голодный поход». Один из его участников – Иван Еловский – вспоминал о том, что происходило в сентябре:
Каждый пуще смерти боялся остаться без лошади... Нередко можно было наблюдать, как около павшей лошади рыдала вся семья беженца, обреченная на голодную смерть... С каждым днем запасы наши истощались. Достать продуктов было негде. Если где и ночевали киргизы, то, услышав, что идут русские, откочевывали куда-нибудь подальше от пути нашего следования. Чувство сострадания исчезло у каждого. У дороги лежит умирающий человек, который умоляет о помощи, протягивает руки к проходящим, стонет, но никто не видит и не слышит. Такие картины становились обычными.
В октябре отступавшие белые узнали, что красными взят Петропавловск и Омск, Второй Степной корпус перешёл на сторону большевиков, под контролем которых теперь оказался Семипалатинск. У белых оставался один путь — через Каркаралинск на Сергиополь и в Семиречье, которое контролировал белый генерал, но фактически — малоадекватный бандит Борис Анненков. Отступающих белогвардейцев постоянно атаковали войска большевиков, а также партизаны отрядов «Горных орлов», которыми командовал ранее служивший под командой Анненкова вахмистр Егор Алексеев. Началась эпидемия сыпного и брюшного тифа. Еловский пишет:
Не было ни медикаментов, ни ухода. Иногда среди больных два-три человека умирали и лежали вместе с больными по несколько дней, так как некому было вынести умерших или подать воды больным.
К концу декабря 1919 года эти сводные войска закончили переход через почти безлюдную степь (550 верст), потеряв от голода, переохлаждения, инфекционных болезней 9 тысяч человек из 20 тысяч. Зверства, которые они увидели во владениях Анненкова, ужаснули новопришедших, генерал Андрей Бакич вспоминал:
Способ командования и порядки в партизанских частях атамана Анненкова, где не соблюдались основные требования военной службы, отрицались законность и порядок, допускались невероятные бесчинства и грабежи как по отношению к мирному населению деревень и станиц, а равно и по отношению к чинам моего отряда, вследствие болезни не могущих постоять за себя, вызвало озлобление против партизан генерала Анненкова со стороны чинов моего отряда.
Анненков тоже не рад был союзникам – настолько, что издал шокировавших всех приказ:
Всякий партизан имеет право расстреливать каждого, не служившего в моих частях, без суда и следствия.
О снабжении «союзников» и речи не шло: продовольствие Дутову и другим командирам белых частей покупать пришлось у Анненкова. Платить пришлось и за предоставление жилья. А самого Дутова Анненков назначил на формальную и безвластную должность гражданского губернатора Семиреченской области. Общее командование должен был осуществлять генерал А. С. Бакич, однако все понимали, что война уже проиграна.
Бегство в Китай
2 апреля 1920 года атаман Дутов и отряд (около 500 казаков и гражданские беженцы) через перевал Кара-Сарык ушли на территорию Китая. За ним последовали генерал Бакич и атаман Анненков. В Китае отряд Дутова был разоружен, сам он с наиболее близкими людьми разместился в казармах русского консульства города Суйдин (в настоящее время – Шуйдин, находится в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая).
Атаман Дутов в азиатском халате
Большинство рядовых казаков были размещены в находившемся поблизости городе Кульджа. По свидетельству Еловского, больше половины из них вскоре ушли на советскую территорию. Но Дутов не отказался от борьбы. Он установил связь с представителями Антанты и обратился ко всем оказавшимся на территории Китая белогвардейцам с призывом объединиться для продолжения войны. Более того, Дутов готов был сотрудничать с басмачами. Вспоминается, кстати, фильм «Корона Российской империи» и полковник Кудасов с его обращением к басмачам:
Великие воины ислама, во имя Аллаха гоните эту красную сволочь с нашей родной земли!
Надо сказать, что идеи союза с басмачами и радикальными исламистами шокировали даже многих непримиримо настроенных белых офицеров. Но Дутова уже «понесло», он заявлял:
Я выйду умирать на русскую землю и обратно в Китай не вернусь.
Именно с деятельностью агентов Дутова связывают мятеж гарнизона города Верный (Алмата) в июне 1920 года и 1-го батальона 5-го пограничного полка в городе Нарын в ноябре 1920 года. Дальше терпеть этот «нарыв» советские чекисты не стали.
Ликвидация атамана
Оптимальным решением проблемы Дутова стал бы вывоз атамана на советскую территорию и открытый судебный процесс – как позже над Анненковым.
В конце 1920 года установить контакт с Дутовым было поручено Касымхану Чанышеву. Его род был не только богат, но и знатен, и Касымхан даже имел прозвище «Князь». До революции он активно вел контрабандную торговлю с Китаем, имел связи в этой стране, был известен храбростью и набожностью – даже совершил хадж в Мекку. Отряд, который создал Чанышев, атаковал отступавшие в Китай группы белогвардейцев, и 1 декабря 1920 года «за уничтожение атамана Сидорова» Касымхан уже награждён золотыми часами. Сам он позже писал об этом периоде своей жизни:
Со дня возвращения из царской армии первый организовал из добровольцев-фронтовиков в г. Джаркенте на пограничных полосах Китая партизанские отряды против бежавших белых… и командовал этими отрядами до 1919 года.
Впрочем, некоторые считают, что Касымхан нападал на белых не из идейных соображений, а просто грабил их – ведь «за кордон» они, подобно Черному Абдулле из фильма «Белое солнце пустыни», бежали не с пустыми руками.
13 апреля 1920 года Чанышев был назначен начальником уездно-городской милиции города Джаркента. Рядовыми милиционерами, как вы, наверное, догадались, стали члены его отряда. Поскольку к тому времени уже были конфискованы сады его отца, Чанышев мог играть роль «обиженного на Советскую власть».
В сентябре 1920 года Касымхан по знакомым ему дорогам перешёл границу и установил контакт с переводчиком Дутова – полковником Аблайхановым. Тот познакомил его с Дутовым, который поверил в существование в Джанкере подпольной организации, члены которой с нетерпением ждут «атамана-освободителя». Чанышев даже устроил на работу в милицию агента Дутова – некоего Нехорошко, который полностью подтверждал все утверждения Касымхана.
Донесения от Нехорошко Дутову привозил будущий убийца этого атамана – Махмуд Ходжамиаров. Чанышев 5 раз встречался с Дутовым, но схватить и тайно вывезти его на советскую территорию никак не удавалось. В конце концов, атамана было решено просто ликвидировать: исполнителем стал упоминавшийся выше Махмуд Ходжамьяров, который 6 февраля 1921 года смертельно ранил атамана, убив также его адъютанта атамана Лопатина.
Другой член отряда Чанышева, Куддук Байсмаков, нанес смертельный удар ножом часовому казаку по фамилии Маслов. Через несколько дней после похорон тело Дутова было выкопано из могилы и обезглавлено. Сторонники атамана считали, что голова Дутова понадобилась исполнителям для отчёта в ЧК. Но вполне возможно, что Дутову посмертно отомстили его враги, которых у него было немало, например, среди бывших анненковцев.
Махмуд Ходжамьяров был награжден золотыми часами и маузером с гравировкой:
За лично произведенный террористический акт над атаманом Дутовым товарищу Ходжамиарову.
Чанышев получил золотые часы, именной карабин и документ, подписанный заместителем Дзержинского Петерсом, в котором говорилось:
Предъявитель сего, тов. Чанышев Касымхан, 6 февраля 1921 г. совершил акт, имеющий общереспубликанское значение, чем спас несколько тысяч жизней трудовых масс от нападения банды, а поэтому требуется к названному товарищу со стороны советских властей внимательное отношение, и означенный товарищ не подлежит аресту без ведома Полномочного представительства.
О ликвидации Дутова в СССР был снят фильм «Конец атамана», в котором собирательную роль советского разведчика Касым-хана Чадьярова сыграл Асанали Ашимов, а в образе Дутова зрители увидели Владислава Стржельчика.
Асанали Ашимов в роли Касым-хана Чадьярова
В. Стржельчик в роли атамана Дутова
О приключениях главного героя этого фильма были сняты ещё три кинокартины: «Транссибирский экспресс», «Маньчжурский вариант» и «Кто вы, господин Ка?».
А ставший прототипом Касым-хана Чадьярова Касымхан Чанышев «погиб в 1933 году от рук врагов советской власти». Больше о его смерти ничего не известно.
Информация