Уроки Грабовского или что нового на фронте
Как же иногда сложно вычленить главное из событий, которые сегодня происходят в зоне СВО. Работал над одной темой и вдруг увидел другую, которая на сегодня, по моему мнению, гораздо важнее.
Те из читателей, которые более или менее периодически контактируют с автором, резонно задают вопросы о блокаде Украины как морского государства. Не поняли или не захотели понять в Киеве слова президента России о возможности такой блокады, о возможности отогнать ВСУ от черноморского побережья, т. е. о фактическом освобождении прибрежных областей Украины.
Вопрос действительно важный и стоит того, чтобы поговорить на эту тему, но другой факт, по моему мнению, гораздо важнее, так как носит уже системный характер. Я говорю не о тактических неудачах ВСУ, а о распаде обороны. О том, как изменилась сама система обороны, точнее, как распалась эта самая система…
За годы войны мы привыкли к определенной схеме действий наших подразделений. Вполне рабочая, давно известная, классическая. Наступление — переход к обороне — контрнаступление. Всё логично. Использовал ресурсы, прорвал оборону противника на определенном участке, закрепился в укрепрайонах. Далее пополнил подразделения личным составом, вооружением и техникой, будучи в активной обороне, и опять вперед…
Что мы увидели буквально неделю назад сразу на трех направлениях — сумском, донецком и запорожском? «Классика» исчезла, а наступление идет. По совсем другому сценарию. Никаких массированных ударов. Обычная работа малыми группами и... захваты укрепов даже одним (!) бойцом, массовая сдача в плен. Войска фиксируют отсутствие серьезного сопротивления на многих участках!
Мы видим полное отсутствие мотивации у солдат ВСУ. Серьезное сопротивление оказывают те части, которые перебрасывают для затыкания дыр. Те, кому действительно уже нечего терять. Но в целом оборона потеряла структурную целостность. Теперь это не детище мысли украинских генералов, теперь это попытки ротных хоть как-то отстоять свои позиции...
Как реально выглядит деградация управления обороной
Действительно, для понимания того, о чем я написал выше, стоит посмотреть хотя бы на одну операцию прошлой недели. Самой интересной операцией я считаю взятие под контроль Грабовского, Рясного и Высокого в Сумской области. Именно не наступление, а взятие.
Помните, как сообщалось об этой операции в нашей прессе? «Используя нехарактерную для этого времени года погоду, фактор внезапности и военную хитрость, наши подразделения освободили...». Действительно, наши малые группы продвигались к позициям врага в густом тумане. Туман не рассеивался даже днем.
Но туман туманом, а укрепления противника никто не уничтожал, огневые средства не поражал. Штурмовики всё равно шли грудью на пулеметы. И вот тут-то и выяснилось, что оборона скорее фейковая, чем неприступная.
Для понимания того, что же реально происходило, стоит процитировать и источники с противной стороны. Что же пишут украинцы? Прежде всего, в ВСУ говорят о том, что данный участок фактически не контролировался украинскими подразделениями. Подразделения действовали формально, практически не соблюдая элементарные меры безопасности.
Украинские СМИ сообщают, что укрепрайон оставался практически без какого-либо надзора со стороны командования. Что следует понимать как полную анархию. Бойцы были предоставлены сами себе. Противник молчит, активных БД нет. Зачем «воевать»?
Местное население — «свои», с которыми можно пострелять из штатного оружия, поесть и выпить. Русские дроны над головой? Да пусть летают. Они все равно уже все видели и все знают. Разведывательные не страшны... Ну и как? Классическая потеря управления со стороны командования. Дальше что? Дальше как в 1917-м — штык в землю и «айда домой, навоевались»...
Именно поэтому я и написал выше, что русская армия взяла под контроль эти населенные пункты. Не захватила, а просто взяла. И пленные, которых там достаточно, как раз те, кто не хотел воевать, а не те, кто сдается тогда, когда заканчивается БК. Напрашивается аналогия с захватом «серых зон», которым грешили ВСУ в прошлые годы.
А чем характеризуется «серая зона»? Прежде всего тем, что там действуют ДРГ с обеих сторон. Там царит неразбериха и велика вероятность дружественного огня. И вот тут, достаточно неожиданно, появилась новая тактическая уловка наших подразделений. Русская армия не спешит создавать собственные укрепы!
Я так понимаю, наше командование умышленно создает «как бы серую зону». А это, с учетом бардака, который творится в ВСУ сейчас, лишает командование ВСУ четкого понимания ситуации. Парадокс, но... линия фронта на данном участке фактически отсутствует! Русские есть везде, и их нет нигде. С кем воевать, если о противнике узнаешь постфактум, когда позиции уже потеряны…
Каков результат? Вполне предсказуемый. Срабатывает старый как мир принцип: если ситуация непонятна — стреляй, разберешься потом. Если ты не знаешь, кто стоит рядом, если командование не координирует и не сообщает о том, кто это, значит, это враг! И начинается вакханалия. Соседи лупят по соседям, арта работает по своим, дроны тоже.
Подразделения ВСУ уже не отходят, не отступают. Они бегут, бросая позиции. А при таком раскладе потери противника возрастают кратно. И в живой силе, и в технике, и вооружении. Паника — страшная вещь на войне. «Спасайся кто может!» для армии смерти подобно…
Как новая тактика будет работать а населенных пунктах
Действительно, вопрос о том, как брать быстро и с малыми потерями населенные пункты с хорошо подготовленной обороной, стоит достаточно остро. Противник прекрасно понимает, что любой населенный пункт — это практически готовый укреп. Это не строительство в чистом поле.
Опыт СВО показал, что зачистка любого населенного пункта — это сложная и небезопасная работа. К тому же требующая наличия серьезных соединений, специализирующихся именно на таких действиях. Сегодня мы не можем позволить себе роскошь заниматься этим долго. Солдаты нужны на передовой.
Решение этой проблемы нашли с «помощью украинской армии». Да, именно так. В начале материала я уже писал о том, что в ходе боевых действий ВСУ вынуждены перебрасывать свои элитные подразделения и подразделения наёмников для затыкания дыр с одного участка на другой.
И частенько эти подразделения действуют автономно от уже стоящих в обороне соединений. Как итог — дружественный огонь. Прекрасным примером такой «войны» со своими является уже знаменитый обстрел 102-й ОБр ТрО под Гуляйполем. Страх перед русскими штурмовиками и отсутствие информации о противнике привели к тому, что артиллерия ВСУ «успешно» нанесла удар по своим тероборонцам.
Если внимательно следить за сводками из зоны СВО, в частности из Димитрова, становится понятной тактика наших подразделений, которая очень похожа на ту, которая использована в случае с Грабовским и другими селами.
Читатели уже обратили внимание на то, что сегодня как-то не так активно публикуются снимки с нашими флагами над какими-то зданиями Димитрова. Но зато увеличилось число сообщений о зачистке отдельных опорников, отдельных зданий и территорий.
Что это? Да то же самое, что и в Грабовском! Подразделения наших штурмовиков просто разбирают оборону противника на части. Красиво это называется «размыть опорник». Задача достаточно проста. Любой опорный пункт является частью системы обороны города. Если из системы убрать несколько частей, она перестает работать. Что и нужно нашим соединениям для выполнения боевой задачи.
Вместо выводов
Это далеко не все «новшества», которые демонстрируют наши подразделения сегодня. Рассказывать обо всем пока рано, но те, кому это интересно, могут самостоятельно поглубже «копать» сообщения военных корреспондентов и блогеров. Там иногда проскакивают упоминания тех самых новшеств.
Я умышленно не стал акцентировать внимание читателей на невыполнении частью офицеров своих прямых обязанностей, на фактическом саботаже. Это не новшество, это результат морального разложения армии.
Наверное, стоило чуть больше внимания уделить контрпропаганде в вопросе об интерпретации событий в Грабовском. Украинцы усиленно распространяют версию о случайности, о невыполнении своих обязанностей какими-то командирами взводного и ротного звена. Хотя понимают, что тут дело в самой системе построения обороны.
Ну и удары по тылам... Слушаю знакомых и понимаю, что для цивильного читателя хороший удар — это когда что-то разнесли в щепки. Более продвинутые прекрасно понимают цель этих ударов. Создать проблемы с логистикой, чтобы любое перемещение было связано с риском. Посмотрите, как притихла трасса Харьков — Сумы.
Нужно заставлять противника держать соединения во вторых-третьих эшелонах, чтобы ослабить фронт.
Но вывод я все же сделаю. Возможно, спорный, но... Наша армия наконец-то переходит в режим «человекосбережения». Мы перестали воевать за территории, за поселки и города. Мы почти перестали использовать большие массы личного состава для выполнения боевых задач.
Теперь главное не количество, а качество работы. Бить стали не туда, где ждут наиболее подготовленные подразделения на подготовленных позициях, а туда, где увидели слабину. Туда, где оборона в данный момент находится в критическом состоянии. Будь то отсутствие ротации или недокомплект личного состава. Будь то разрушение логистики, которое привело к отсутствию боеприпасов или продуктов.
Теперь мы не стремимся всё ускорить. Я давно пишу одну и ту же фразу. Всё идет по плану. «Диареи», при которой нужно торопиться, у нас не наблюдается. Действия русской армии сегодня — это действия разлагающего элемента. ВСУ действительно разлагается. Не быстро, но устойчиво. А разложение, как я уже писал выше, порождает кратное увеличение потерь укрофашистов...
Информация