Время на войне
«Бегите галопом, месье, и не забывайте, что мир был сотворен за 6 дней. Вы можете просить у меня все, что пожелаете, кроме времени».
Наполеон Бонапарт
Наполеон Бонапарт
Александр Суворов как-то сказал:
Деньги дороги, жизнь человеческая ещё дороже, а время дороже всего.
Действительно, фактор времени порой способен играть решающую роль на войне. Время фиксирует каждый шаг полководца и командира, и при умелом использовании этого фактора многократно повышает ударную силу его войск, а при просчетах, напротив, снижает.
Перед читателем статья Филиппа Мейлингера – американского военного историка и полковника ВВС США в отставке – посвящённая вопросу времени на войне. Перевод с английского (с незначительными сокращениями) осуществлён по изданию Meilinger, Phillip S. «Time in War». Thoughts on War, University Press of Kentucky, 2020, pp. 102–13.
Вместо введения
Время всегда считалось ключевым фактором на войне. Скорость, по определению, зависит от времени: «пройденное расстояние, деленное на время в пути» — вот типичное определение. Более двух тысяч лет назад Сунь-Цзы отметил важность скорости, сказав, что «скорость — суть войны» и что «божественную стремительность» следует «уважать». Карл фон Клаузевиц придерживался схожего мнения, отмечая, что течение времени оказывает значительное психологическое воздействие, которое может помочь обеспечить как секретность, так и скорость. Не только теоретики, но и практики (например Наполеон, чья цитата приводится в эпиграфе к этой статье) признавали важность фактора времени в войне. Но что такое время?
Существует несколько способов описать время, но большинство людей считают, что оно представляет собой прямую линию. События начинаются, развиваются и заканчиваются. Мы можем вспоминать или читать о прошлом, но не можем вернуться назад. Время неумолимо движется вперед, а будущее остается неизвестным.
Альберт Эйнштейн выдвинул новую концепцию: время изменчиво и относительно. Физики адаптировали эту концепцию гибкого времени для обсуждения вопросов космологии. С точки зрения теологов, Бог вне времени и бесконечен; Он всегда был и всегда будет. Более того, время для Бога — это круг: Он видит всё — прошлое, настоящее и будущее.
Помимо физических и религиозных аспектов, время имеет и психологический аспект, который мы все ощущаем. Хотя часы тикают ритмично, мы часто воспринимаем время по-разному. Иногда нам кажется, что время тянется очень медленно — когда мы чего-то сильно ждём. В другие дни время, кажется, напротив, ускоряется — когда мы наслаждаемся моментом и хотим его продлить.
Для военных первостепенное значение имеет представление о времени как о стреле — упорядоченной/линейной последовательности событий. Однако психологический аспект времени, особенно его кажущаяся внезапность, также имеет большое значение, особенно в военных операциях. Джон Бойд, военный лётчик и теоретик военного дела, разработал цикл НОРД — «Наблюдай, ориентируйся, решай, действуй» — чтобы проиллюстрировать цикл принятия решений человеческим разумом. Этот цикл подчеркивает важность наблюдения и анализа информации, ориентации в ситуации, принятия решения на основе этой информации и последующих действий в соответствии с ней. Бойд утверждал, что преимущество будет у той стороны, чей цикл НОРД работает быстрее. Военные также используют такие термины, как «темп» и «расчёт времени», чтобы подчеркнуть важность завоевания и оптимального использования времени в ходе операций.
Пример, который я часто использую для иллюстрации психологического эффекта времени, связан с судьбой Карфагена и Хиросимы. Третья Пуническая война закончилась поражением Карфагена от Рима. Разгромив это древнее государство в Северной Африке в 146 году до н. э., римляне стремились избежать Четвёртой Пунической войны, поэтому разрушили Карфаген, убили его жителей или продали их в рабство.
6 августа 1945 года одинокий бомбардировщик B-29 взлетел с Марианских островов и в 08:15 оказался над Хиросимой, где сбросил единственную атомную бомбу. Ужасающие последствия взрыва для зданий, людей и земли в японском городе мало чем отличались от последствий действий римлян в Карфагене двумя тысячелетиями ранее. Разница между этими двумя событиями заключалась в том, что Хиросима была уничтожена практически мгновенно, а не в течение нескольких лет силами нескольких легионов. Именно покорение времени, а не материи, так поразило мир — и тогда, и сейчас.
Время и сухопутная война
Существует бесчисленное множество примеров того, как время играло ключевую роль на поле боя. В сентябре 1812 года Наполеон столкнулся с русской армией под Москвой в Бородинском сражении. Он верил, что эта битва может стать решающей в войне: победа уничтожит вражескую армию, откроет путь к столице и вынудит царя сдаться. Однако французский император не хотел задействовать в сражении все свои войска, особенно Старую гвардию. Он тянул время, однако вскоре исход битвы был предрешён: французская армия отошла на исходные позиции. Наполеон не рассчитал время: русская армия не была разгромлена и, хотя и отступила, была готова вновь вступить в бой. В итоге Наполеон проиграл войну.
На второй день битвы при Геттисберге генерал-лейтенант армии Конфедерации Джеймс Лонгстрит должен был атаковать левый фланг армии Союза совместно с другими подразделениями, атакующими правый и центральный фланги армии Союза. Но его корпус выбрал не ту дорогу и на несколько часов опоздал с выходом на позиции. Что, если бы Лонгстрит атаковал Союз вместе со своими товарищами, как и планировал генерал Роберт Ли, вместо того чтобы проводить разрозненные атаки? Один историк подвел итоги этого дня словами:
Наступление Ли, основанное на последовательных атаках, должно было превратиться в гигантские клещи, сжимающие оба вражеских фланга, что требовало тщательной координации и точного расчёта времени.
Однако конфедераты неверно рассчитали время.
План Шлиффена был разработан в Германии в последнее десятилетие XIX века начальником Генерального штаба, фельдмаршалом Альфредом фон Шлиффеном. План предусматривал наихудший сценарий войны на два фронта. Шлиффен считал, что для достижения успеха Германия должна была сдерживать натиск России на востоке, а затем нанести молниеносный удар на западе по Бельгии и Франции, чтобы вывести их из войны и успеть вернуться на восток, чтобы встретить неповоротливую русскую армию.
Таким образом, война на Западе должна была завершиться в течение всего двух месяцев. Шлиффен ушёл в отставку в 1905 году, и в течение следующего десятилетия его преемник, фельдмаршал Хельмут фон Мольтке-младший (племянник великого Хельмута фон Мольтке, героя войн за объединение Германии), продолжал вносить корректировки в план, но в целом не изменил его суть.
Когда в июле 1914 года началась война, фон Мольтке опасался, что русские проведут мобилизацию и атакуют быстрее, чем ожидалось. Так оно в итоге и произошло. В результате Мольтке приказал перебросить шесть своих армейских корпусов с западного фронта на восточный. По этой и некоторым другим причинам тщательно спланированное наступление на западе провалилось.
Немецкие армии отстали от графика и были вынуждены скорректировать свои действия. По мере того как они маневрировали, чтобы перестроиться, между армиями образовались разрывы. Французы и британцы заметили это и воспользовались возможностью. Тщательно спланированный план Шлиффена провалился, и война приобрела характер затяжной окопной войны на истощение.
В июне 1950 года Северная Корея вторглась в Южную Корею. Застигнутые врасплох войска Республики Корея поспешно отступили на юг. Организация Объединённых Наций (ООН) назначила генерала армии Дугласа Макартура главнокомандующим войсками ООН в регионе. Он начал перебрасывать американские войска и авиацию, базирующиеся в Японии, в Южную Корею, чтобы остановить наступление.
Поначалу не сработало: войска ООН и Республики Корея были оттеснены к Пусану на южной оконечности полуострова, но Макартур планировал контратаку. Операция «Хромит», частью которой была высадка морского десанта в Инчхоне, портовом городе недалеко от Сеула, которая должна была состояться в середине сентября. Как выразился один историк,
одним из выдающихся качеств генерала Макартура, которое он часто демонстрировал во время Второй мировой войны, было тонкое чувство времени.
Окно возможностей было узким.
15 сентября американские войска высадились в Инчхоне, застав врасплох северокорейских военных. Штурмовые силы высадились во время прилива. Это был блестящий манёвр, идеально рассчитанный по времени, несмотря на то, что многие считали его безнадёжным. В то же время Макартур отдал приказ о наступлении своих войск на Пусан, которое было приурочено к операции «Хромит». Войска Северной Кореи оказались в тисках и были вынуждены спешно отступать на север.
Расчет времени и воздушная война
В межвоенный период американские мыслители и стратеги из Тактической школы военно-воздушных сил разработали доктрину применения тяжёлых бомбардировщиков в будущей войне. Они остановились на теории «промышленной паутины», которая сравнивала экономику с паутиной: всё взаимосвязано, и повреждение любого участка паутины приведёт к серьёзным последствиям для всей структуры. Эта теория также предполагала, что некоторые ресурсы и объекты были более важны для успешного функционирования экономики в условиях войны, чем другие. В число идеальных целей входили нефтеперерабатывающие заводы и хранилища, электросети, сталелитейные заводы и военные заводы. Кроме того, считалось, что для окончательной победы необходимо завоевать превосходство в воздухе. Поэтому уничтожение заводов по производству самолётов и двигателей было так же важно, как и уничтожение самих самолётов.
У Германии было мало собственных запасов нефти, и в мирное время большую её часть приходилось импортировать. Когда Адольф Гитлер начал войну, одной из его первых целей был контроль над нефтяными месторождениями и нефтеперерабатывающими заводами в Румынии. Эти ресурсы, сосредоточенные в районе города Плоешти, вскоре обеспечили более 60 % потребностей Германии в сырой нефти. Военные специалисты утверждали, что уничтожение этого комплекса окажет катастрофическое воздействие на «паутину» Германии.
Для участия в операции было задействовано около 177 бомбардировщиков, которые были оснащены дополнительными топливными баками. Они вылетели из Ливии 1 августа 1943 года. Перед вылетом членам экипажей было приказано написать письма домой и оставить их на своих койках — в случае если они не вернутся, письма должны были отправить их семьям по почте. Вскоре после взлёта всё пошло наперекосяк.
Погода вскоре испортилась – грозы нарушили построение самолётов, а пилоты не имели возможности связаться с друг другом, поскольку экипажам было приказано соблюдать радиомолчание, чтобы не выдать себя противнику.
Из-за нарушения графика, две группы бомбардировщиков прибыли к цели значительно раньше остальных, тем самым предупредив обороняющихся о угрозе. В результате в воздух поднялись истребители Люфтваффе. Ещё одна группа столкнулась с плотным зенитным огнём на подлёте к Плоешти и была вынуждена отклониться на восток. По итогу атака оказалась несогласованной: большинство бомбардировщиков летели в разных направлениях и на разной высоте.
Полковник Леон Джонсон, возглавлявший одну из групп, впоследствии писал:
Мы летели сквозь языки пламени, и повсюду были самолеты, некоторые из них горели, а другие взрывались.
По итогу Союзники потеряли 54 бомбардировщика и 532 лётчика. Только 3 из 177 бомбардировщиков, участвовавших в операции, были готовы к полёту на следующий день.
Ключом к успеху в Плоешти должны были стать внезапность и точный расчёт времени, однако оба этих фактора были упущены, и в результате произошла бойня с минимальной результативностью.
Заключение
Время всегда было решающим фактором на войне, и военные командиры и стратеги должны уделять ему особое внимание при разработке стратегии и тактики. Хотя выбор времени на войне — это скорее теоретическая концепция, она по-прежнему имеет важное значение. Как однажды сказал один эксперт в этой области,
Цель теории – бросить вызов существующей доктрине интеллектуальными средствами, а не кровавыми эмпирическими методами.
Задача теории — решать новые задачи, с которыми существующая доктрина, возможно, не в состоянии справиться.
План Шлиффена был построен на зыбучем песке: он предусматривал соблюдение невозможных временных рамок. На войне довольно часто что-то идёт не так, но немецкие генералы верили, что смогут преодолеть эти досадные препятствия и действовать с безупречной точностью. Результатом этой веры стала катастрофа. Такая же вера в точность сроков наблюдалась при атаке на Плоешти.
При рассмотрении вопроса о времени на войне становятся очевидными некоторые факторы. Выигрыш времени может привести к появлению других обстоятельств, которые могут переломить ход сражения. Главным из них является скорость. Теоретики и военачальники с древних времен понимали, что быстрое передвижение — это главная цель как при приближении к полю боя, так и во время самого сражения. Скорость позволяет застать противника врасплох (некоторые теоретики утверждают, что психологическое воздействие очень эффективно). Внезапное появление там, где противник его не ожидает, часто вызывает панику, как это было в случае с прибытием флота адмирала Горацио Нельсона в Абукирский залив в 1798 году или прорывом немецких войск в Арденнах в ходе блицкрига в 1940 году. Кроме того, время имеет решающее значение при сборе разведывательной информации.
Неудивительно, что великие полководцы — Александр Великий, Ганнибал, Чингисхан, Фридрих Великий, Наполеон, Нельсон, Веллингтон, Ли и Паттон — были известны своей стремительностью и умением быстро реагировать на события.
Информация