Вертолёты на палубе. Смех в море
На протяжении ХХ века стоимость боевой авиации непрерывно возрастала, что приводило к сокращению авианосных флотов по всему миру. Немногие из морских держав оказались готовы к оплате возросших счетов.
В новом веке правило было нарушено. Стоимость авианесущих кораблей сократилась до уровня подержанных фрегатов.
Разумеется, это всего лишь инсценировка. Адмиральские амбиции требуют наглядного воплощения — и нет ничего эффектнее корабля, внешне похожего на «Нимиц».
Бюджетный вариант авианосца предполагает отказ от реактивной авиации. На палубе останутся только вертолеты.
Проблемы с катапультами и посадочные операции на скорости 300 км/ч уходят в прошлое, а вместе с ними — и необходимость в дорогостоящих палубных истребителях.
Далее следует отказ от мощных силовых установок, средств обнаружения и оружия — всего, что способно негативно отразиться на стоимости и оттолкнуть потенциальных клиентов.
Главное в этих проектах — впечатляющий силуэт с плоской верхней палубой
Пока вертолеты стрекочут вокруг мачты, изображая «авиационную поддержку», различные эксперты соревнуются в находчивости. Ведется дискуссия о задачах для вертолетоносца и его авиакрыла.
Применение легких противокорабельных ракет. Оценка шансов вертолетов в бою (!) против истребителей. Создание комплексов дальнего радиолокационного обнаружения на основе вертолетов — ДРЛО, глаза эскадры.
При этом намеренно упускается ключевой момент. Вдали от берега требуется совершенно другая авиатехника, обладающая на порядок большей скоростью, вооружением и боевым радиусом.
Палубная авиация предназначена для действий на удалении в сотни и тысячи миль от носителя. Без самолётов сама концепция теряет смысл.
Здесь стоит рассуждать не об ударных возможностях вертолётоносцев, а задаться простым вопросом: для чего размещать 10–20 вертолётов на одном корабле?
Все причастные делают вид, что собирались не ради плоской палубы с имитацией «палубной авиации». Их влекут высокие смыслы! Проведение десантных операций.
Выбор «десантной тематики» сделан из чисто практических соображений.
Во-первых, авиакрылу, состоящему только из вертолетов, совершенно нечего делать над открытым морем.
Во-вторых, сам носитель получается слишком «пуст», и ему требуется придумать дополнительные функции.
Предложения по установке подкильной ГАС или ЗРК средней/большой дальности в данном случае не рассматриваются: они сразу разрушат концепцию «дешёвого» авианосца.
Самый доступный вариант — использование объемов корпуса для оборудования кубриков и кормовой камеры с десантными плавсредствами.
Именно этим объясняется возникший в мире ажиотаж вокруг универсальных десантных кораблей (УДК).
Потенциальных заказчиков проводят через нарядные кубрики и командный пункт, показывают томограф в медицинском отсеке.
Заказчики согласно кивают головами, притворяясь, что им это интересно. Не сводя ликующих взоров с корабля, так похожего на настоящий авианосец!
Впрочем, начало у этой истории было совсем другим.
Охотники за подлодками
Первые успехи в вертолетостроении открыли возможности для применения этих машин в интересах ВМФ, прежде всего для борьбы с подводными лодками.
Наличие на эсминцах всего одного вертолета не обеспечивало необходимую плотность противолодочной обороны. Логичным решением было разместить вертолетную группу на отдельном корабле — с полётной палубой увеличенного размера.
В начале 1950-х гг. сразу 20 авианосцев типа «Эссекс» были переоборудованы в носители вертолетов.
Представители нового класса (CVS) задумывались в качестве ядра будущих противолодочных соединений. В наследство им досталась могучая силовая установка (150 000 л. с.) и эскадренная скорость в 30 узлов. Суровая мощь, скроенная по военным стандартам. Размеры палубы позволяли, наряду с вертолетами, использовать поршневые противолодочные самолеты S-2 «Треккер».
Можно считать такой выбор рациональным, если не учитывать исходное назначение «Эссексов».
Янки заложили избыточное число авианосцев, и многие из «героев войны» вступили в строй после завершения боевых действий. Скорое наступление реактивной эры окончательно поставило новейшие авианосцы на прикол.
Конверсия с понижением в должности была всего лишь попыткой найти применение для морально устаревших «Эссексов».
Советский Военно-Морской Флот находился в условиях, существенно отличавшихся от американского опыта. Создание океанского флота на рубеже 1950–1960-х годов фактически велось «с чистого листа», что давало уникальную возможность проектировать корабли с учётом современных тенденций.
В результате рождались корабли, которые было сложно отнести к какому-либо из известных классов.
Среди таких был «Кондор» — проект крейсера-вертолетоносца, предназначенный для поиска и уничтожения подводных лодок в дальней морской зоне. С мощным ракетным вооружением и авиагруппой из 12 вертолетов Ка-25.
Серия из двух противолодочных крейсеров пр. 1123 — «Москва» и «Ленинград».
Вертолёты занимали относительно мало места, а ракеты отличались ещё большей компактностью. Конструкторам удалось вместить все требования и пожелания командования ВМФ в корпус со стандартным водоизмещением около 12 000 тонн.
Похожие идеи посещали в то время европейцев. Так появились французский крейсер-вертолетоносец «Жанна д’Арк» (12 000 тонн) и серия итальянских крейсеров «Андреа Дориа» (5000 тонн).
С развитием подводного флота и увеличением дальности полета баллистических ракет тематика противолодочных вертолетоносцев постепенно утратила свою актуальность.
Поздние советские проекты авианесущих крейсеров — знаменитые ТАВКР проекта 1143 — создавались не для того, чтобы просто обеспечивать полёты нескольких вертолётов над морем. Масштабы этих гигантов (35 000 тонн) ясно показывали, что советский ВМФ стремился к созданию полноценного авианосного флота.
Самурай выбирает меч
Услышав о вертолетах, на Дальнем Востоке встрепенулся японский флот. Там хранили память о «боевых журавлях» и славных победах морской авиации в годы ВМВ. Но об авианосцах им пришлось надолго забыть.
Начиная с 1970-х гг. в Японии возникло целое направление эсминцев-вертолетоносцев, весьма схожих по концепции с советским «Кондором».
По размерам и составу вооружения «Ширанэ» и «Харуна» могли считаться типичными эсминцами своего времени. Их отличало только наличие кормовой вертолетной площадки протяженностью 50 метров, наряду с просторным ангаром, рассчитанным сразу на три противолодочных вертолета.
В XXI веке японские проекты резко выросли в размерах.
Эсминцы-вертолетоносцы типа «Хьюга» (2009 год, 13 000 тонн) еще сохранили некоторые черты ракетных эсминцев. Скорость хода 30 узлов. Скрытые под палубой пусковые ракетные установки. Современный РЛК, состоящий из 8 активных фазированных антенн.
Последующий тип «Изумо» превратился в обычный легкий авианосец со стандартным водоизмещением 19 000 тонн и полетной палубой протяженностью 250 м.
Нелепый маскарад остался в прошлом. Корабли типа «Изумо» были изначально созданы в качестве носителей истребителей F-35 с вертикальным (укроченным) взлетом.
И они имеют лишь номинальное отношение к теме вертолетоносцев.
Оружие богатых империалистов
Появление специализированных десантных вертолётоносцев (тип «Иводзима») было продиктовано опытом, накопленным во время войны в Корее.
Корабли носили лаконичное обозначение LPH (Landing Platform Helicopter) и выполняли чётко определённую задачу — проведение оперативных вертолётных десантов и аналогичных спецопераций.
Водоизмещение 11 000 тонн. Сплошная полетная палуба протяженностью 180 м. Дюжина транспортных вертолетов. Возможность принять на борт 2000 морских пехотинцев.
Тесный ангар, пара вертолетных подъемников и пассивные успокоители качки — для облегчения взлетно-посадочных операций в непогоду.
Только самое необходимое снаряжение.
Соединение из таких кораблей подходило для проведения операции, аналогичной недавнему вторжению в Венесуэлу. Для реализации более масштабных задач во все времена требовалась уже полноценная сухопутная армия.
По логике вещей, в дальнейших проектах вертолетоносцев следовало придерживаться данного направления, работая над повышением возможностей авиакрыла.
Однако Корпус морской пехоты не собирался мириться с ограниченной ролью в военных конфликтах. Командование потребовало доставить на берег тяжёлое вооружение и бронетехнику — хотя бы в символических количествах.
Далее, организовать поддержку с воздуха, используя звено штурмовиков с вертикальным взлетом.
Для повышения качества управления всё перечисленное, включая штаб операции, должны были располагаться на одном корабле. Так возникли УДК «Тарава», водоизмещение которых превысило отметку в 30 000 тонн.
Но и этого показалось мало. Адмиралы пожелали слышать грохот канонады и вдохнуть дыма морских сражений! Вертолетоносцы-доки обзавелись артиллерией калибра 127 мм. Целых три башни!
В последующем проекте УДК было решено отказаться от вопиюще абсурдных решений. Артиллерийское вооружение оставили на берегу. Взамен УДК типа «Уосп» стали ещё крупнее, медлительнее и заметно дороже.
Изначально все американские УДК были оснащены котлотурбинными ЭУ. Шлейф дыма застилал горизонт. Восьмой, заключительный корабль в серии «Уоспов», получил газовые турбины — носитель и его авиакрыло смогли использовать единый тип топлива.
Лишняя доковая камера?
Концепция «три в одном» не выдержала столкновения с реальностью: она показала себя неэффективной и не отвечающей реальным потребностям.
На это прямо указывают действия самих американцев.
УДК нового поколения строились уже без кормовой док-камеры, став примером классического десантного вертолетоносца, подобного старой «Иводзиме». О причинах говорят прямо — авиации требуется место. Как показал полувековой опыт эксплуатации: пространство, ранее занятое бассейном, грузовыми палубами и катерами, лучше использовать для усиления авиационных средств. Площадь ангара сразу увеличилась на 40%, повысилось качество обслуживания авиатехники.
USS America (LHA-6), вступивший в строй в 2014 году
Эксперты напомнят, что уже на третьем серийном УДК кормовая доковая камера была возвращена на прежнее место. Хотя её размеры оказались сильно уменьшены по сравнению с проектом «Уосп». Высадка десанта на плавсредствах и раньше выглядела неубедительно. Теперь она — декоративный элемент.
Решение не осталось без последствий. Сократилась штатная десантовместимость. Пострадали помещения для обслуживания авиации. Хуже всего отразилось на автономности УДК и его авиакрыла. Появление балластных цистерн в носовой части, необходимых для сохранения продольной остойчивости при заполненной док-камере, значительно (на треть) сократило запасы авиатоплива.
Необъяснимое стремление превращать авианесущие корабли в лихтеровозы находится вне плоскости здравого смысла. Забота о боевых качествах УДК там явно ни при чем. На первом месте — увеличение стоимости и сроков исполнения контрактов.
Стоит отметить, что наряду с «универсальными» гигантами всегда существовало множество специализированных кораблей, каждый из которых выполнял отдельную функцию УДК. Такой подход демонстрировал большую гибкость и эффективность при решении задач. Примером являются транспорты-доки типа «Сан-Антонио» (11 единиц).
В США сомнительную идею «универсального десантного корабля» прикрывают щедрым финансированием. Современные проекты предстают во всей технологической красе: газотурбинные энергетические установки, радиолокационные станции с АФАР. На палубах — конвертопланы и истребители «стелс».
Главная же особенность заключается в том, что их флот располагает достаточным количеством полноценных боевых кораблей — крейсеров и эсминцев, способных обеспечить УДК прикрытие и боевую устойчивость.
Флоты остальных стран, где решили «побаловаться» с вертолётоносцами, выглядят совершенно нелепо.
Псевдоавианосцы
Турецкий «Анадолу» и испанский «Хуан Карлос». «Аделаида» и «Канберра».
Все перечисленные УДК являются вариациями одного проекта от судостроительной компании Navantia, которая сделала неплохую прибыль на чужой гордыне.
Бразильцы домучивают «Атлантико» — списанный британский HMS Ocean, поддерживая иллюзию наличия у страны авианосного флота.
Турки учатся сажать на палубу «Байрактары».
Египет наскоро приобрёл у Франции пару «Мистралей», изначально построенных для ВМФ России, с гордостью подчёркивая, что стал единственной страной в Африке и на Ближнем Востоке, располагающей собственным авианосным флотом.
История с «Мистралями» заслуживает отдельного разговора. И, вероятно, она сложилась для нас наилучшим образом.
Автор всегда был сторонником идеи, что даже слабый корабль лучше, чем пустой причал. Однако несостоявшийся дебют «Мистралей» в составе Черноморского флота стал редким исключением из этого правила.
Еще на этапе подписания контракта специалисты высказывали серьезные сомнения по поводу конструкции французских УДК. Среди наиболее вопиющих решений — прокладка линий подачи авиационного топлива в опасной близости от жилых помещений десантников.
Система ПВО огромного корабля была представлена тремя установками «Гибка» (морской вариант ПЗРК «Игла»).
18 узлов полного хода. Винторулевые колонки «Азипод», большинство конструктивных элементов заимствовано из гражданского судостроения. Отмечалась низкая устойчивость корпуса к подводным взрывам — удивляться тут, в общем-то, нечему. Официальные СМИ называли цену в 600 млн евро, и при таком бюджете из действительно боеспособных кораблей французы могли предложить разве что половину фрегата типа «Горизонт».
К счастью, оба французских УДК не успели оказаться в составе Черноморского флота.
Универсальный десантный корабль-вертолётоносец ENS Gamal Abdel Nasser (L1010)
Информация