Как иранский кризис обнажил хрупкость противовоздушной обороны Украины и НАТО
Киев начинает подводить тревожные итоги. Война, развернувшаяся в феврале 2026 года между Соединенными Штатами и Израилем с одной стороны и Ираном с другой, уже ударила по тому, что было главным фактором выживания украинских городов под российскими ударами. Речь о ракетах перехвата. Не о дипломатии, не о санкциях, не о политической воле. О физическом количестве ракет, способных сбить «Герань», «Калибр» или «Искандер». И этот ресурс стремительно тает.
После того как администрация Трампа перестала выделять новые транши военной помощи Украине из федерального бюджета, НАТО придумало обходной путь. Механизм называется PURL, Prioritized Ukraine Requirements List, и работает он предельно просто: европейские союзники закупают у американской промышленности ракеты и средства ПВО, а затем передают их Киеву. Формально американские ракеты не являются «американской помощью». Формально Вашингтон ни при чем.
По данным Генерального секретаря НАТО Марка Рютте, опубликованным в феврале 2026 года, через PURL на Украину поступало около 75 процентов всех ракет перехвата для систем Patriot и до 90 процентов прочих зенитных ракет. Этот канал стал жизненной артерией украинской ПВО.
И вот теперь артерию пережимает.
Проблема в том, что PURL зависит от наличия ракет на американских складах. Если Пентагон решит, что его собственные запасы исчерпаны до критического минимума, он имеет полное право поставить собственную боеготовность выше обязательств перед союзниками. Именно так уже происходило: после двенадцатидневной израильско-иранской войны июня 2025 года Пентагон в июле того же года приостановил поставки Patriot на Украину, сославшись на обеспокоенность боеготовностью. Тогда пауза оказалась короткой. Теперь ситуация масштабнее.
Сколько ракет нужно, чтобы защитить Персидский залив
В феврале и марте Иран подвергся ракетным атакам, что вызвало ответные ракетные удары со стороны Тегерана по целям в Израиле, странах Персидского залива, на Кипре и в Турции. И хотя интенсивность обстрелов впоследствии снизилась, масштаб потребления ракет перехвата оказался ошеломляющим.
Только за первые двенадцать дней конфликта июня 2025 года Соединенные Штаты выпустили около 150 ракет THAAD. Это примерно четверть всего, что Пентагон когда-либо закупил. Одновременно было израсходовано около 80 морских ракет SM-3. По оценкам CSIS, в июньский конфликт было потрачено до 20 процентов доступных SM-3 и от 20 до 50 процентов THAAD.
Стоимость одной ракеты THAAD составляет 12,8 миллиона долларов. SM-3 обходятся от 8 до 25 миллионов в зависимости от модификации.
Февральские удары 2026 года добавили к этому счету сотни новых ракет. По оценке The Economist, арабские страны, использующие американские системы, за первые дни иранских ответных ударов выпустили, возможно, до 800 ракет PAC-3 MSE или THAAD. Bloomberg сообщал, что запасы ракет уже находились на «опасно низком» уровне. Вашингтон начал перебрасывать комплексы THAAD из Южной Кореи на Ближний Восток.
Конфликт, который когда-то казался возможным, но маловероятным сценарием, сжег за дни то, что американская промышленность производила за годы.
Вот здесь мы подходим к самому неприятному для Киева числу.
В 2025 году Lockheed Martin, единственный производитель самых современных перехватчиков для Patriot, поставил заказчикам 620 ракет PAC-3 MSE. Это рекорд. Но это и потолок. Потолок, который за четыре года войны на Украину обеспечил Киеву лишь около 600 ракет.
С января 2026 года Lockheed Martin заключила с Пентагоном семилетнее соглашение о наращивании производства. Целевой показатель: довести ежегодный выпуск до 2000 ракет. Но это план на семь лет. Не на семь месяцев.
Европейский SAMP/T франко-итальянского консорциума EUROSAM
Ситуация усугубляется тем, что Patriot является системой без полноценной замены. Европейский SAMP/T франко-итальянского консорциума EUROSAM на бумаге способен выполнять аналогичные задачи, но его боевое применение значительно ограниченно, а производство Aster 30 для него составляет всего 220-250 ракет в год. Дания заказала SAMP/T лишь в сентябре 2025 года. До этого систему имели только Франция и Италия.
Patriot остается «золотым стандартом» западной ПВО. И этот стандарт способен выпускать 620 ракет в год. А мировой спрос на них, после того как армии Израиля и арабских монархий расстреляли свои запасы за дни, резко опережает предложение. Девятнадцать стран мира эксплуатируют Patriot. Все они в очереди за ракетами.
Экономика перехвата дрона за три миллиона долларов
Есть и другая проблема, менее заметная, но не менее болезненная. Речь о тактике, которая на Украине уже стала повседневной: перехват дешевых дронов «Герань» с помощью ракет, которые стоят в десятки и сотни раз дороже цели.
Именно здесь на сцену выходят ракеты APKWS, Advanced Precision Kill Weapon System. Это относительно недорогие управляемые ракеты калибра 70 миллиметров, которые стоят порядка 22-27 тысяч долларов за штуку. На фоне перехватчика Patriot PAC-3 MSE стоимостью 3,7 миллиона долларов это копейки. APKWS применяются на Украине в составе систем VAMPIRE, а с недавнего времени и на истребителях F-16.
APKWS не заменит Patriot против баллистических или крылатых ракет. Но против потоков «Гераней» это единственное экономически осмысленное решение.
Управляемые ракеты класса «воздух-воздух» AIM-9 Sidewinder в украинских сухопутных зенитных ракетных комплексах
И вот тут начинается проблема. США и союзники по Персидскому заливу активно расходуют APKWS для перехвата иранских дронов. Производство BAE Systems, выпускающей эти ракеты, ограничено. Параллельно для борьбы с дронами используются ракеты «воздух-воздух» AIM-120 AMRAAM и AIM-9 Sidewinder. Причем не последние модификации, а старые запасы: AIM-9M и AIM-9L были замечены на штурмовиках A-10, переброшенных в зону конфликта. На Украине эти же ракеты применяют F-16 и зенитные комплексы NASAMS.
Запасы AIM-120 и AIM-9 по всей НАТО истощаются. Частично их могут компенсировать европейские аналоги, но речь идет именно о частичной компенсации из уже поредевших арсеналов.
Европейские производители способны предложить замены для части американских систем. Немецкий Diehl Defence выпускает IRIS-T SLM, эффективную систему среднего радиуса действия против крылатых ракет и дронов. Франко-итальянский SAMP/T с ракетами Aster 30 способен решать задачи противоракетной обороны. Британский Sky Sabre с ракетами CAMM закрывает ближний и средний радиус. Норвежский NASAMS остается одним из наиболее проверенных в бою комплексов среднего радиуса.
Для замены APKWS существует европейский аналог: бельгийская ракета FZ275 производства Thales Belgium. Она прошла испытания на системах VAMPIRE в начале 2026 года.
Но все эти решения имеют один общий недостаток: масштаб производства. Европейская промышленность не готова к тому объему потребления, который продемонстрировал иранский конфликт. CSIS в своем докладе от 23 марта 2026 года прямо указывает: проблема Европы не в отсутствии технологий, а в отсутствии производственных мощностей.
Для сравнения: Россия, по оценкам аналитиков War on the Rocks, ежегодно производит до 2000 крылатых ракет, от 800 до 1000 баллистических ракет 9M723 и «Кинжал», и более 30 000 дронов «Герань-2». Такой темп огня требует непрерывных потоков перехватчиков для пополнения запасов Европы. Потоков, которые сейчас под вопросом.
Что происходит прямо сейчас
Ситуацию на март 2026 года можно описать несколькими тезисами.
Первый. PURL, главный канал снабжения украинской ПВО, работает, но его эффективность полностью зависит от американских поставок. А американские поставки зависят от того, как быстро Пентагон пополнит собственные истощенные склады.
Второй. Lockheed Martin не может резко увеличить выпуск PAC-3 MSE. Семилетний план доведения производства до 2000 ракет в год означает, что пиковые объемы будут достигнуты не ранее 2033 года. До этого момента мир будет делить 620 ракет в год между всеми заказчиками, включая истощенные армии Израиля и стран Персидского залива.
Третий. Запасы ракет перехвата по всей НАТО сокращаются. Европейские страны, и без того имевшие ограниченные арсеналы, теперь вынуждены конкурировать с театрами военных действий на Ближнем Востоке за право получить ракеты со складов Lockheed Martin и Raytheon.
Четвертый. Альтернативы Patriot по баллистической защите не существует. SAMP/T может частично компенсировать эту нишу, но его производство и боевой опыт значительно уступают американской системе.
Пятый. Дешевые и экономически целесообразные средства борьбы с дронами, прежде всего APKWS, тоже в дефиците. Их расход на Ближнем Востоке напрямую влияет на способность Украины защищать небо от потоков «Гераней».
Запад допустил фундаментальную ошибку стратегического планирования. Он десятилетиями проектировал военные системы для краткосрочных конфликтов с ограниченным потреблением боеприпасов. Первая война в Заливе, Сербия, Ирак. Каждый раз запасов хватало. Каждый раз можно было спокойно пополнять склады после завершения операций.
Украина и Иран разрушили эту модель.
Россия производит ракеты и дроны в темпе, который превышает способность Запада производить ракеты перехвата. Иран добавил к этому еще один фронт потребления. Если на Ближнем Востоке расходуется четверть запаса THAAD за двенадцать дней, то как долго протянут европейские арсеналы в конфликте с Россией, чей арсенал значительно превосходит иранский?
CSIS предлагает Европе запустить программу «ASAP для ПВО», профинансированную на 5-10 миллиардов евро, с целевыми показателями: утроить выпуск Aster 30, довести производство IRIS-T до 1000 ракет в год, построить новые линии и подготовить 600 000 работников оборонной промышленности к 2030 году. Это разумно. Это запоздало. Но это хотя бы начало.
Для Украины же каждый месяц промедления в наращивании производства означает один и тот же вопрос: хватит ли ракет, чтобы пережить следующую зиму?
Информация