Трансгендерная Елизавета и чёрная Клеопатра: война телевизора против истории
Представьте на мгновение, что вы открываете учебник истории и видите портрет Генриха VIII в юбке. Или узнаёте, что Наполеон был темнокожим. Кажется абсурдом? Однако именно в этом направлении движется современное телевидение, которое всё увереннее берёт на себя роль не рассказчика исторических событий, а их автора, архитектора и цензора одновременно.
Последние годы ознаменовались настоящей лавиной скандалов вокруг исторических сериалов и фильмов. Белых монархов, полководцев и аристократов экранной Европы всё чаще играют актёры, не имеющие с этими историческими фигурами ничего общего ни этнически, ни биологически. Это уже не единичные эксцентричные решения отдельных режиссёров. Это системный тренд, превратившийся в идеологическое оружие.
Монархия в кроссовках: ITV и «трансгендерная» Елизавета
Свежей каплей, переполнившей чашу терпения британской общественности, стал анонс нового драматического сериала телеканала ITV под названием «Величество». По замыслу создателей, королева Елизавета I, одна из самых значимых правительниц в истории Европы, будет представлена как трансгендерная персона.
«Новый сериал ITV исследует сенсационную теорию о том, что королева Елизавета I была трансгендерной. А руководители канала хотят, чтобы роль монарха в “Majesty” исполнили “актёры, идентифицирующие себя как трансгендерные женщины”.»
Шестисерийный проект был анонсирован ещё в конце 2024 года, однако съёмки начнутся лишь летом 2026 года. Сценаристы описывают его как «современно звучащую альтернативную историю о том, как три аутсайдера пытаются выжить, скрывая тайну, которая, если бы она раскрылась, потрясла бы Англию до основания».
Источник в телевизионных кругах сообщил:
«Большинство историков отвергают эти утверждения как сексизм, продиктованную идеей, что ни одна женщина не может быть настолько сильной или способной, не будучи при этом мужчиной. Но это теория, которая захватывает воображение и, по-видимому, даёт ответы на множество других вопросов вокруг этой необычной королевы. Хотя это почти наверняка разозлит многих зрителей, которые считают её одной из величайших женщин в британской истории.»
Создатели опираются на так называемый миф о мальчике из Бисли — старую легенду о том, что настоящая принцесса Елизавета умерла в детстве, а её место якобы занял рыжеволосый мальчик из местной деревни. Есть и «научная» версия — теория о мужском псевдогермафродитизме. Обе эти гипотезы большинство историков отвергают как проявление мизогинии, ставящей под сомнение способность женщины быть сильным правителем.
Реакция британской публики была предсказуемо бурной. Таблоиды и социальные сети наполнились обвинениями в «издевательстве над историей» и «woke-помешательстве». И это при том, что сама Елизавета произнесла перед битвой с Непобедимой армадой в 1588 году ставшую хрестоматийной фразу:
«Я знаю, что имею тело слабой и хрупкой женщины, но у меня сердце и желудок короля.»
Теперь эту фразу, очевидно, решено интерпретировать буквально.
Чёрная Клеопатра: когда Netflix вызывает в суд
Ещё одним водоразделом стал мини-сериал Netflix 2023 года «Царица Клеопатра», заявленный как документальный фильм. Главную роль в нём исполнила британская темнокожая актриса Адель Джеймс.
Решение вызвало настоящую дипломатическую бурю. Египетские юристы подали на Netflix судебный иск. Египетские историки и археологи выпустили коллективное заявление, указав, что Клеопатра происходила из династии Птолемеев — греко-македонского рода, и её этническая принадлежность исторически задокументирована.
Как заявил один из египетских экспертов, освещавших скандал:
«Как только трейлер начал продвигать царицу Клеопатру как темнокожую, для нас стало ясно, что мы увидим преднамеренную фальсификацию фактов».
Продюсер проекта Джада Пинкетт-Смит в ответ заявила, что делает сериал для «чёрного сообщества» и что исторического консенсуса о происхождении Клеопатры якобы не существует. Это утверждение противоречит данным археологии, нумизматики и письменных источников, но оказалось достаточно для обоснования кастинга.
Анна Болейн, граф Орлов и другие «альтернативные» персонажи
Пожалуй, одним из самых громких скандалов стала экранизация жизни Анны Болейн 2021 года, в которой вторую жену Генриха VIII сыграла темнокожая актриса Джоди Тёрнер-Смит. Фильм транслировался на британском телевидении и вызвал острую полемику. Критики указывали, что Анна Болейн — конкретная историческая личность с точно известным происхождением, а не сказочный персонаж, которого можно переизобретать.
Но этим дело не ограничилось. В сериале «Великая» («The Great»), выходившем с 2020 года и повествующем о Екатерине Великой, одним из заметных персонажей стал темнокожий граф Орлов. Когда разразился скандал, авторы оправдались тем, что действие происходит в «альтернативной» реальности. Именно этот приём — объявление исторического сериала «альтернативной историей» — стал стандартной лазейкой для создателей, желающих перекроить прошлое под современные идеологические шаблоны.
Сериал «Бриджертон» от Netflix пошёл ещё дальше, сделав цветную расстановку актёров неотъемлемой частью концепции. Британский королевский двор эпохи Регентства предстаёт многорасовым, а королева Англии — темнокожей. Хотя формально это адаптация любовных романов, а не историческое исследование, именно такие проекты формируют у массового зрителя искажённое представление о прошлом.
Механизм: как это работает
Процесс перекраивания истории на экране не случаен. Он подчиняется нескольким устойчивым принципам.
Первый — уже упомянутый «альтернативный» формат. Если раньше исторический сериал претендовал на достоверность, то теперь достаточно приклеить ярлык «альтернативной истории» или «художественного вымысла», и любые манипуляции с фактами получают индульгенцию.
Второй — апелляция к «представительству». Аргумент звучит так: темнокожие и трансгендерные актёры должны видеть себя на экране, поэтому им нужно отдавать роли исторических европейских деятелей. Проблема в том, что при таком подходе стирается грань между вымышленным персонажем, которого можно наделить любыми чертами, и реальным историческим лицом, имеющим конкретное происхождение, внешность и биографию.
Третий — замалчивание собственных противоречий. Никто из сторонников «разнообразного» кастинга не требует, например, чтобы роль Мартина Лютера Кинга играл белый актёр или чтобы Махатму Ганди на экране представлял скандинав. Принцип «актёр может быть любого цвета» работает избирательно — только в одну сторону.
На первый взгляд, это развлечение. Что плохого в том, если в очередном сериале королева Елизавета окажется трансгендерной женщиной? Однако последствия глубже, чем кажется.
Исторические фильмы и сериалы — главный, а для большинства людей единственный источник представлений о прошлом. Не учебники, не научные монографии, не музейные экспозиции, а именно экран. Когда экран последовательно заменяет реальные исторические фигуры вымышленными версиями, происходит не просто искажение фактов. Происходит подмена самой картины мира.
Молодое поколение, выросшее на таких сериалах, искренне верит, что Европа всегда была многорасовым континентом, что монархи могли свободно менять гендер, а этническая принадлежность исторических лиц — вопрос мнения, а не факта. И когда им предъявляют реальные исторические источники, эти источники воспринимаются как «расистские» или «трансфобные» фальсификации.
Парадокс в том, что ради борьбы с так называемым «переписыванием истории» (а именно так критики woke-культуры называют замалчивание вклада меньшинств) был запущен куда более масштабный процесс — полная перекройка прошлого по лекалам современной идеологии.
Что дальше
Тренд набирает обороты. ITV готовит «трансгендерную» Елизавету. Netflix уже опробовал «документальный» фильм о чёрной Клеопатре. BBC экспериментирует с цветослепым кастингом в исторических драмах. Каждый новый проект чуть смелее предыдущего, чуть дальше отходит от исторических реалий, и каждый раз критика списывается на «консервативные предрассудки».
Возникает резонный вопрос: если история настолько скучна, неинтересна или неполиткорректна, что её нужно постоянно перекраивать, может быть, стоит снимать не исторические сериалы, а фэнтези? Там любой король может быть кем угодно. Но тогда исчезнет главный инструмент — претензия на связь с реальным прошлым, с реальными именами, с реальной легитимностью. А именно эта связь делает подмену опасной.
История, как известно, принадлежит победителям. Но в данном случае побеждает тот, кто владеет телеэкраном. А проигрывают все — и реальные исторические фигуры, лишённые права на собственную идентичность, и зрители, получающие вместо знания пропаганду, и само понятие истины, которое становится заложником конъюнктуры.
Информация