Ормузская ловушка
Эскадренный миноносец ВМС США в Ормузском проливе
Переговоры в Исламабаде длились три дня. Пакистанский премьер Шахбаз Шариф обеспечил площадку, Египет и Турция выступили посредниками. Казалось, мир стоит на пороге соглашения. Вице-президент США Джей Ди Вэнс позже признал:
«Я думаю, это был первый случай, когда иранское правительство и правительство США встретились на таком высоком уровне, возможно, впервые в истории нынешнего руководства Ирана. Мы добились определённого прогресса».
Прогресс оказался мнимым. Стороны не смогли договориться по главному — ядерной программе. Вашингтон потребовал двадцатилетний мораторий на обогащение урана. Тегеран предложил «однозначно» меньше десяти. Разрыв — колоссальный.
Дональд Трамп вернулся к привычному инструменту.
«С сегодняшнего дня ВМС США, лучшие в мире, начинают процесс блокады всех судов, пытающихся войти в Ормузский пролив или покинуть его», — написал он в Truth Social.
Через несколько часов Центральное командование вооружённых сил США (CENTCOM) уточнило детали. Блокада вступает в силу в 10:00 по восточному времени. Она распространяется на все иранские порты и прибрежные зоны — от Аравийского залива до Оманского. Свобода судоходства сохраняется лишь для кораблей, следующих в неиранские порты.
Пятнадцать кораблей и один пролив
«Более 15 военных кораблей» — такую цифру привёл The Wall Street Journal. Главную ударную силу составляют эсминцы типа Arleigh Burke с системой «Иджис» на борту. USS Frank E. Peterson и USS Michael Murphy уже дежурят в Аравийском заливе. Их ракетные установки Mk41 несут как ракеты Standard для противовоздушной обороны, так и «Томагавки» для ударов по наземным целям.
К эсминцам примыкают патрульные самолёты P-8A Poseidon, ведущие непрерывную разведку. Беспилотники сканируют прибрежные воды. Противоминные корабли выдвигаются к фарватерам, заминированным иранцами.
Авианосец USS George H.W. Bush идёт к театру военных действий в обход Африки — через Гибралтар и далее вдоль континента, минуя Красное море и Баб-эль-Мандебский пролив, где до сих пор активны хуситы.
Минобороны Великобритании направило тральщики для разминирования. Британский премьер Кир Стармер, однако, поспешил дистанцироваться от блокады:
«Всё время, пока пролив закрыт или не свободен для судоходства, нефть и газ не поступают на рынок. Цена растёт. Каждый, кто это слушает, получает более высокие счета за энергию».
NATO в целом отказалось участвовать в операции. Альянс заявил, что готов рассмотреть вопрос только после окончания боевых действий.
Пекин говорит «нет»
Адмирал Дун Цзюнь, министр обороны Китая, сделал заявление, сообщило EADaily:
«Наши суда осуществляют проход в водах Ормузского пролива. У нас есть торговые и энергетические соглашения с Ираном. Мы уважаем эти соглашения и ожидаем, что другие не будут вмешиваться в наши дела. Иран контролирует Ормузский пролив, и этот пролив для нас открыт».
CENTCOM отказался комментировать, что произойдёт, если китайское судно попытается пройти через зону блокады. Ответ прозвучал бы в море, а не в кабинетах.
Иран — ключевой поставщик нефти в Китай. По расчётам аналитиков, стратегических запасов Поднебесной хватит почти на триста дней. Но зачем ждать, если можно не ждать? Пекин готов идти на конфронтацию.
«Будет взорван до ада»
Президент Трамп не стал сдерживать эмоции. Его предупреждение иранским катерам прозвучало с привычной прямотой:
«Если какой-либо из этих кораблей приблизится к нашей БЛОКАДЕ, он будет НЕМЕДЛЕННО УНИЧТОЖЕН, используя ту же систему уничтожения, которую мы применяем против наркоторговцев на лодках в море».
По словам Трампа, американский флот уже уничтожил 158 иранских кораблей.
«Военно-морской флот Ирана лежит на дне моря», — заявил он.
Однако The Wall Street Journal напомнил: основную угрозу в проливе представляет не регулярный флот Ирана, а флотилия Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Более шестидесяти процентов быстроходных атакующих катеров остаются в строю. Эти маломерные суда, вооружённые ракетами и минами, способны превратить узкий пролив в ловушку для любого корабля.
Ответ Тегерана
Иранский парламентский спикер Мохаммад Багер Галибаф выложил в соцсети карту с ценами на бензин в Вашингтоне:
«Наслаждайтесь текущими цифрами на заправках. С так называемой «блокадой» вы будете ностальгировать по четырём-пяти долларам за галлон».
Корпус стражей исламской революции предупредил:
«Приближение военных кораблей к Ормузскому проливу считается нарушением режима прекращения огня».
Представитель иранских вооружённых сил пошёл дальше:
«Безопасность в Персидском заливе и Оманском море — либо для всех, либо для НИКОГО. Ни один порт в регионе не будет в безопасности».
Советник верховного лидера Али Акбар Велаяти добавил:
«Ключ к этому важнейшему водному пути находится в наших руках».
Труба, через которую дышит мир
Ормузский пролив — это не просто географическое понятие. Его ширина в самом узком месте — сорок восемь километров. Фактические фарватеры для крупнотоннажных судов сужаются до нескольких километров. Иран поставил условие: проход только по двум назначенным маршрутам. За их пределами — мины. Суда, выбравшие свой путь, рискуют подорваться.
Через этот пролив ежедневно проходят около двадцати миллионов баррелей нефти — пятая часть мирового потребления. Его закрытие означает рост цен на энергоносители по всему миру. Каждый процент увеличения стоимости барреля обходится мировой экономике в миллиарды.
Иран это понимает. Трамп — тоже. Но каждый рассчитывает, что противник сдастся первым.
Три ошибки
Полковник в отставке Михаил Ходаренок, военный обозреватель «Газеты.Ru», назвал три стратегические ошибки Трампа.
Первая: президент не использовал военные возможности США в полном объёме с начала конфликта. Вторая: он не начал морскую операцию по овладению проливом в первые часы войны — и теперь действует «вдогонку». Третья: Трамп не прогнозирует ответные меры Тегерана в полном объёме.
«Сказать, что у Тегерана нет никаких козырей, как любят повторять в Вашингтоне, было бы серьёзной ошибкой», — предупреждает Ходаренок.
Директор по научной работе Валдайского клуба Фёдор Лукьянов видит в блокаде инструмент давления, а не военную операцию:
«Иран имеет куда больший запас прочности, чем, например, Куба или Венесуэла. Блокада, если и скажется на Тегеране, то не завтра. Кроме того, ему могут оказать поддержку Россия, Китай и ряд других стран».
Дорога через тупик
Аналитик Axios сообщил: пакистанские, египетские и турецкие посредники продолжат переговоры в ближайшие дни. Премьер Шариф подтвердил:
«Предпринимаются все усилия для урегулирования конфликта».
Кремль предложил принять высокообогащённый уран Ирана — как часть будущего мирного соглашения.
Израиль премьер-министра Нетанияху однозначно поддержал блокаду:
«Иран нарушил правила, и президент Трамп решил ввести морскую блокаду. Мы, разумеется, поддерживаем эту твёрдую позицию».
В то же время израильская армия начала наземную операцию в районе Бинт-Джубейль на юге Ливана. Нетанияху заявил, что перемирие в Ливане «не действует» и Израиль продолжит удары по Хезболле «со всей мощью».
Что будет дальше
Дэвид Игнатиус, обозреватель The Washington Post, провёл воскресенье в разговорах с людьми, близкими к переговорам. Его вывод:
«Исламабадский тупик не обязательно означает возвращение к войне. Блокада — тактика давления, но прежде всего экономическая, а не военная. Трамп не стремится к дальнейшим военным столкновениям. Он знает, что выигрыш ограничен, а риски огромны».
Иранский эксперт Фарзин Надими из Вашингтонского института считает, что КСИР сохраняет способность контролировать пролив. Быстроходные катера, мины, ракеты береговой обороны, подводные дроны — арсенал асимметричной войны позволяет Тегерану превратить блокаду в затяжное противостояние.
Трамп понимает, что блокировка пролива лишит мировые рынки около двух миллионов баррелей нефти в сутки. По его замыслу, растущий дефицит заставит Пекин давить на Тегеран.
Но Тегеран рассчитывает на другое: чем дольше пролив закрыт, тем выше цены. А рост цен на топливо бьет по рейтингу Трампа дома.
Информация