Трубка снайпера

Трубка снайпера


Однажды лейтенант Репин вернулся с командного пункта очень взволнованный и, не раздеваясь, подошёл к Номоконову. С минуту он с восхищением смотрел на своего солдата, улыбался, качал головой.

— Чего, лейтенант?


— Радуюсь, — сказал Репин. — Крупного гитлеровского гуся, оказывается, пришаманили вы, приворожили. Поздравляю! 25 октября в 14 часов 35 минут, в шестнадцатом квадрате, пулей в голову вы сразили гитлеровского генерал-майора, инспектировавшего войска переднего края.

— Кто сказал?

— Теперь все точно, — присел лейтенант на лавку. — Наши разведчики привели офицера. Неплохо знает русский язык, и мы с ним поговорили. Специально вызывали меня.

Приехал, говорит, в тот день генерал, нашумел, накричал на всех и решил сам узнать, почему остановились перед болотом герои восточного похода. Храбро шагал генерал на передний край, быстро!

— Правильно, — сказал Номоконов. — Толстый явился, как кабан, а быстро двигался.

— Тучный был генерал, — подтвердил Репин, — верно. Важный, самоуверенный, с бобровым воротником на шинели. Я, говорит, задам сибирской стрелковой дивизии! Но и распорядиться не успел — кусочек свинца щёлкнул его прямо в лоб. Пленный сказал, что это было подобно молнии в зимний день. Никто не ожидал: много разных чинов ходило к роще в день первого снега. И по траншее бродили немцы, высовывались. Тихо было. В общем, верно: «пантача» завалили. А те, что рядом с генералом шли, полковниками были. Эти ушли.

— Шустрые такие, — вспомнил Номоконов. — Так-так… В кусты шмыгнули. Полковники, говоришь? Надо бы и этих. А толстого, правильно… В голову бил, чтоб не вылечился. Гляди, какой оказался!

— Заколотили немцы своего генерала в гроб и на самолёте в Германию отправили, — рассказывал Репин. — Отвоевал. Интересно вот что: гитлеровцы точно узнали, кто убил «пантача». Пленный так и сказал: на этом участке у русских работает снайпер-тунгус — хитрый, как старый лисовин, и жестокий, как Чингисхан. Знают немцы, что его фамилия — Номоконов. Известно им, что этот снайпер курит «трубку смерти».

— Шутишь, Иван Васильевич, — улыбнулся Номоконов.

— Слушайте дальше, Семён Данилович, — продолжал Репин. — Офицер сказал, что за головой «таёжного шамана», который и ночами, как призрак, бродит по долине и оставляет на снегу звериный след, охотятся лучшие стрелки и разведчики. Особо метких солдат посылают гитлеровцы в ваш квадрат — некоторые из них тоже отвоевались. В первую ночь после рождества немецкие разведчики напали на ваш след, долго шли по нему, но напоролись на огонь. Сейчас охота продолжается.

Номоконов понял, что лейтенант говорит правду, и задумался.

В морозный рождественский день очень рассердил он гитлеровцев. Перестреляв «мясников», явившихся за чужой добычей, Номоконов и Санжиев затаились. Немцы дали несколько залпов по нашей огневой точке, откуда ударил пулемёт, выкорчевали несколько пней на нейтральной полосе, обстреляли бугорки на снегу, осыпали пулями подбитый танк. До вечера враги не подходили к лосям, а когда сгустились сумерки, Номоконов уступил настойчивой просьбе беспокойного товарища, требовавшего «сходить за мясом».

Возле лосей никого не оказалось. Напарник нагрузился туго набитыми рюкзаками и автоматами, снятыми с убитых немецких солдат, а Номоконову удалось отделить от самца заднее стегно. Поползли обратно, волоча добычу, и уже далеко позади услышали тревожный свист. Сразу же взметнулась ракета, но все обошлось благополучно. В тот же вечер у раскалённой железной печки, на которой варилось вкусное мясо, Номоконов стал подшивать лосиной кожей свои новые валенки.

— До Берлина не износишь теперь, — шутили товарищи.

А солдат работал себе и, попыхивая трубкой, объяснял, почему закончил расчёт с жизнью немецкий снайпер: его выдал скрипучий снег. Номоконов подшил кожу к валенкам мехом наружу, кое-где, чтобы не скользить, подстриг его, а космы, свисающие с края подошв, не стал срезать. Не смейтесь, ребятки. Так делают в тайге: шаги охотника становятся совсем мягкими и человеческого запаха меньше. Чудные следы получаются? Это ничего, пусть… Бродит по снегу медведь-шатун, страху на всех нагоняет.

Вскоре после рождества Номоконов ходил в ночной поиск. На краю озера, откуда-то из занесённых снегом камышей, ночами все время постреливал немецкий ракетчик. Таёжный зверобой вызвался вплотную подкрасться к врагу и уничтожить его пулей. Удивился лейтенант Репин, попросил солдата взять его с собой на необычную охоту.

— Хорошо, раз и это нужно для снайперской науки. Только не мешай, командир, ползи в стороне — не сразу приходит искусство скрадывать зверя на солонцах, не за одну ночь. Чего сумлеваешься? Можно ударить зверя и тёмной ночью — по треску веточки, по едва уловимому шуму шагов. Хоть с сидьбы, хоть с подхода. Не услышит немец, вплотную к пасущимся изюбрям подкрадывался Номоконов.

Не помешал командир взвода. В ночи неожиданно выросли перед ним силуэты немецких лыжников, и лейтенант дважды выстрелил в них. Встревоженные немцы засветили ракетами. Гитлеровец с «хлопушкой» в руке, к которому подкрадывался «таёжный шаман», выскочил из укрытия и стал виден как на ладони. Выстрелил Номоконов, закинул винтовку за плечо, неторопливо пошёл в блиндаж. А утром все увидели трупы: ракетчика, упавшего на сугроб, а поодаль — лыжника в белом маскхалате. Этого в упор сразил лейтенант Репин.

Удалась ночная фронтовая охота! Командир батальона назвал выстрел Номоконова классическим. Неужели враги обнаружили «звериный» след солдата? Как они узнали, что именно он прикончил «пантача»?

— Наверное, фронтовая газета к ним попала, — высказал предположение Репин. — Разведка у немцев тоже не дремлет. Проанализировали они некоторые события на этом участке фронта, кое-что узнали.

По совету лейтенанта Номоконов на время изменил «почерк».

Разобьёт чья-то меткая пуля стекло стереотрубы, снимет немецкий снайпер наблюдателя или неосторожного пулемётчика — к месту происшествия спешит Номоконов. Он появлялся в траншеях и на огневых точках — маленький, неторопливый и немного смешной в своей странной экипировке. Винтовка, бинокль, несколько касок в руке, пучок рогатинок с зеркальцами, верёвочки и шнуры за поясом. Улыбались солдаты, с любопытством смотрели на «шамана», увешанного амулетами.

Вот здесь, совсем рядом друг возле друга, впились в бревно две пули. Так, они прилетели справа… Вот следы крови, на этом месте был убит на миг приподнявшийся солдат… И теперь не посмеивайтесь, ребятки. Не случайная пуля сразила вашего товарища. На правом фланге укрылся стрелок, который понапрасну не тратит патронов. «Профессор войны», снайпер! Молча раскладывал Номоконов свои принадлежности и начинал «шаманить». Каску приподнимет над бруствером, свою шапку или рогатинку с карманным зеркальцем. Со звоном скатывались в траншею пробитые каски, далеко разлетались осколки стекла.

Снайпер! Да только нетерпеливый он, неосторожный, обуреваемый злобой и жаждой мести…

Загорались глаза Номоконова, тугие желваки вспухали на обветренных скулах. Он просил солдат «ещё немного поиграть» каской, а сам приникал к бойнице или осторожно, сливаясь с землёй, выползал на бруствер. Один выстрел, редко два… Скатывался Номоконов в траншею, говорил, чтобы солдаты, когда наступит ночь, вытащили из-под коряги «профессора войны» и принесли во взвод лейтенанта Репина его снайперскую винтовку. А потом, попыхивая трубкой, неторопливо уходил к другим — маленький, в больших валенках с клочьями меха на подошвах.

А один из поединков произошёл на глазах командира дивизии генерал-майора Андреева. Однажды вместе с группой старших офицеров пробирался он по ходу сообщения к наблюдательному пункту, находившемуся вблизи первой траншеи. В гуле артиллерийской перестрелки никто не услышал выстрелов из винтовки. Схватился за голову адъютант генерала, рухнул командир второго стрелкового батальона. Немецкий снайпер увидел какое-то движение на переднем крае русских и догадался, что подстерёг русских командиров. Шквал пулемётного огня не причинил немцу вреда. Некоторое время он выжидал, а потом снова выстрелил. Целей было много: беспокойные горячие люди, тревожась за командира дивизии, высовывались из траншеи. Немецкий снайпер понимал, что русские начальники вызовут самых искусных стрелков, в борьбу с ним наверняка вступит проклятый «таёжный шаман». И, действительно, вызванный по тревоге, Номоконов пришёл, чтобы скрестить своё оружие с опасным врагом.

Поединок, о котором сообщалось потом во фронтовой газете, продолжался не более четверти часа. Осмотрев трупы убитых, Номоконов понял, откуда стрелял немец, и попросил, чтобы все прекратили огонь, не мешали ему. Солдат осторожно выполз на бугорок. Траншея, крутой спуск к озеру, проволочное заграждение на берегу, полоска сверкающего льда… Противоположный берег, изрытый воронками… Где выбрал бы позицию Номоконов, будь он на месте немецкого снайпера? На бугре, за озером, конечно. Там большие воронки, пни, сломанные деревья. С бугра хорошо видна русская траншея.

Можно хорошо рассмотреть идущих к траншее людей, пожалуй, и с крыши строения. Сарай ставили когда-то возле озера, рыбацкую избушку или зимовье? Обгорела, на виду нашей артиллерии и вроде бы не подходит для снайпера. Семьсот метров до избушки — не меньше. Несколько раз Номоконов приподнимал на рогатине шапку, уже простреленную во многих местах, но немец «не клевал». Тогда «шаман» обходным путём сполз в свою траншею и краешком глаза осмотрел местность перед ней.

Справа, метрах в пятнадцати, на склоне бугра виднелась большая воронка, образовавшаяся от разрыва тяжёлого снаряда. Надо было привлечь внимание немецкого снайпера на себя. По просьбе Номоконова солдаты вынули из-под брустверной ниши два коротеньких бревна, надели на них телогрейки, застегнули и по команде в разных местах скатили вниз. Немец не успел выстрелить в человека, покатившегося к воронке одновременно с чучелами, но, несомненно, увидел его.

— Теперь стреляй, фашист! — упал Номоконов.

Передохнув, он отполз на край ямы и быстро установил там свою винтовку. Приклад упёрся в твёрдую землю, шнур был с собой, а колышек нашёлся. Солдат отполз на другой край воронки, чуть приподнялся, навёл бинокль на крышу сарая и дёрнул шнур.

В тот же миг на крыше чердака блеснула крошечная молния. Она засветилась как раз там, где не хватало нескольких досок. Немец ответил выстрелом на выстрел: возле дула винтовки рассыпался, задымился лёгкой пылью комочек земли.

— Попался, — удовлетворённо сказал сам себе Номоконов. — Ладно стреляешь, а только и у тебя нет терпенья…

Выждав с минуту, осторожно потянул за шнур, подтащил винтовку к себе и, сунув в рот холодную трубку, немного полежал. Теперь все решал один выстрел, и надо было успокоить биение сердца.

Потихоньку, сантиметр за сантиметром, стал выдвигать свою винтовку Номоконов. Можно было стрелять. Мушка закрыла половину чёрного проёма на крыше чердака, замерла. Вдруг что-то тупо ударило по лицу, оглушило. Номоконов приник к земле, ощупал щеку, отполз на дно воронки.

Меток и внимателен был немец — вместо трубки во рту торчал коротенький обломок мундштука. Звенело в ушах, изо рта сочилась кровь. Номоконов выплюнул остаток трубки, чуть отодвинулся, мгновенно приподнялся и, наведя мушку на проем в чердаке, выстрелил.

Пуля смертельно ранила врага. Цепляясь за доски, он появился в проёме, встал в рост, выпустил из рук винтовку и на виду у всех, кто следил за поединком, рухнул вниз. Номоконов дважды выстрелил в немецкого снайпера для верности и припал головой к холодной земле.

Расслабились мышцы, исчезло напряжение, обручами сковавшее тело в минуты короткого поединка. Одним фашистом меньше. Но нет и трубки — бесценного отцовского подарка. Из крепкого, как камень, корня дерева точил её Данила Иванович Номоконов, охотник-следопыт. Потом, уже в колхозе, когда распустили охотничью бригаду, отправился старик в тайгу, чтобы прожить там остаток своих дней. Вот тогда в последний раз пришёл он к своему сыну:

— Может, ты, Семён, и научишься ходить за плугом, водить трактор, а мне поздно. В тайге родился, на охоте и умру. Бери мою трубку, сохраняй — счастливая…

Ушёл с дробовым ружьём. И умер зимой в чуме, который поставил в глухом урочище. Десятка три белок было у семидесятилетнего старика и шкурка соболя. С честью закончил Данила Иванович последний сезон охоты.

Трубка, выточенная руками отца… Как сокровище берег её Семён Номоконов, хранил в заветном месте. А поехал на фронт — взял с собой, обкурил… И вот осколками брызнула она в разные стороны. Пропала «сибирская бухгалтерия», как говорил иногда лейтенант Репин…

Приподнялся солдат, погрозил кулаком в сторону немецкого переднего края и, уже не опасаясь пули от меткого врага, пошёл к своей траншее.
Автор: Зарубин, Сергей Михайлович
Первоисточник: politikus.ru


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 28
  1. Atlon 18 мая 2013 11:11
    Получил удовольствие! Статье плюс.
    Atlon
    1. Корсар 18 мая 2013 11:33
      В едином строю,ВСЕ нации и народы СССР.Перед звериным оскалом врага МЫ были едины.Что нас сейчас розъеденяет?
      Где та отправная точка ,с которой начнётся объеденение?
      1. FATEMOGAN 18 мая 2013 12:22
        Цитата: Корсар
        В едином строю,ВСЕ нации и народы СССР.Перед звериным оскалом врага МЫ были едины.Что нас сейчас розъеденяет? Где та отправная точка ,с которой начнётся объеденение?

        Попыткой обьеденить патритов занимается например Изборский клуб, прошедший совсем недавно в Екатеринбурге, во время которого Стариков дал небольшое интервью по основным темам клуба, на первом месте которого это: Примирить красных и белых

        Николай Викторович, почему очередная встреча „изборцев“ проходила именно на Урале?

        Николай Стариков: Нынешнее заседание Изборского клуба посвящено, на мой взгляд, важнейшей проблеме — примирению красных и белых. В широком смысле слова: советского и имперского начал в нашей истории и культуре. Надо прекратить гражданскую войну, которая много лет назад закончилась в горячей фазе, но все еще продолжается на страницах книг, газет, в пространстве Интернета, а самое главное — в головах. И в этом смысле Екатеринбург — та знаковая точка, в которой состоялась трагедия расстрела царской семьи, поэтому именно он был выбран для проведения этого заседания.

        В чем суть трагедии русской истории, которая повторилась дважды за один век — в 1917-м и в 1991 годах? В том, что Россий стало много. Какая альтернатива могла быть у русского человека в 1812 году? Вот Россия, и вот враг. А в 1917-м он мог быть за Россию „красную“ в варианте большевиков или „розовую“ в варианте левых эсеров, за „зеленую“ Россию батьки Махно, за Россию „белую“. И патриоты начали воевать друг с другом. То же самое произошло в 1991 году. Под лозунгом национальной независимости единый народ поделили на несколько частей. И сейчас самое важное — сделать так, чтобы Россия вновь стала одна.

        Участники клуба еще лет 15 назад были для власти персонами нон грата, пресса именовала вас „красно-коричневыми“. Сегодня вас принимают в Доме Севастьянова — резиденции российского президента в Екатеринбурге. О чем это говорит? О том, что власть в России и регионах начала прислушиваться к мнению патриотов?

        Николай Стариков: Во-первых, изменился мир. Если бы 15 лет назад мы с вами всерьез обсуждали распад еврозоны, крушение доллара и очередные глобальные военные конфликты, наверное, нас забрали бы в сумасшедший дом. Сегодня это реальность, и она подталкивает власть в сторону государственно мыслящей патриотической оппозиции. С другой стороны, надо отдать должное тем людям, которые даже в моменты всеобщего помешательства продолжали говорить, что белое — это белое, а черное — это черное. Я имею в виду в первую очередь Александра Проханова. Совокупность таких людей во многом и помогла переломить ситуацию: происходит просветление в умах остальных, падают шоры с глаз. Ну и самое главное — все-таки 15 лет назад в России был другой президент. Поэтому фактор изменения российской элиты тоже сыграл большую роль.

        Полный вариант - http://nstarikov.ru/blog/25537
        FATEMOGAN
        1. FATEMOGAN 18 мая 2013 12:23
          Как вы относитесь к инициативе президента о создании единого учебника истории?

          Николай Стариков: Это важнейшая инициатива, но возникает вопрос: кто будет писать этот учебник? Если его напишут Млечин и Сванидзе, то такой учебник точно не нужен. Потому что клеветы и лжи хватит и без него. Если учебник выйдет под редакцией „Эха Москвы“, я думаю, он тоже не нужен. Очень важно сформировать группу экспертов, стоящих на патриотических позициях, которая сможет непредвзято и правдиво рассказать школьникам историю нашей страны. При этом как раз очень важно добиться примирения красных и белых. Потому что в едином учебнике должна быть дана правдивая оценка Октябрьской революции. Нужно рассказать о том, что внешние силы приложили максимум усилий к тому, чтобы она состоялась. И что революционеры выступали как деструктивная сила, уничтожившая нашу государственность. Но потом эти же революционеры волею судеб стали государственниками. И нужно выбрать и из красных, и из белых достойных называться героями: пусть по разные стороны баррикад, но они честно сражались за такую Россию, какой они хотели ее видеть.

          Ваши книги активно читает старшее поколение, для которых личность Сталина в большей степени связана с позитивом, с великими достижениями советского народа. Но уже несколько поколений россиян воспитано на обличениях советского режима. Готовы ли они, на ваш взгляд, пересмотреть свое отношение к истории страны?

          Николай Стариков: На самом деле только одна из 11 моих книг посвящена Сталину. Я не пишу только об одной личности, а стараюсь дать читателю представление об экономических и политических процессах. Просто на определенном этапе возникло желание, да и читатели просили рассказать о фигуре Сталина как о некой точке, в которой преломились история, политика, геополитика. Что касается молодых читателей, они более активно стремятся узнать что-то. И надо сказать за это спасибо десталинизаторам: они столько вылили всевозможного негатива, что у людей неизбежно возникает желание узнать правду — ну не может быть такого, ведь только младенцев не ел, все остальное делал! Отрицательное отношение к Сталину часто проистекает от незнания — и тогда оно меняется при погружении в материал. Либо есть сознательное нежелание менять свое восприятие этого периода истории. То есть Сталин — это лакмусовая бумажка: скажи мне, как ты относишься к Сталину, и я скажу, кто ты по политическим взглядам.
          FATEMOGAN
          1. crazyrom 21 мая 2013 04:54
            Старикову плюс.
            Статье тоже плюс.
            Да и я уже писал раньше, вот такии истории надо включать в обязательную школьную программу, пусть узнают молодые, кто их Страну спасал.
    2. crazy_fencer 18 мая 2013 11:38
      Не статья это. Отрывок из книги, написанной про Номоконова в 60-е (или в начале 70-х). Если не ошибаюсь, издательство "Молодая Гвардия" выпустило.
      1. ник 1 и 2 18 мая 2013 13:46
        Цитата: crazy_fencer
        Не статья это. Отрывок из книги, написанной про Номоконова в 60-е (или в начале 70-х). Если не ошибаюсь, издательство "Молодая Гвардия" выпустило.


        Снайпер как поединщики в древности! Огромное значение имели для поднятия духа!
        ник 1 и 2
      2. Гордей. 22 мая 2013 23:44
        Спасибо.Нашёл.Скачал.
        1. OddyRash 26 мая 2013 17:48
          Здравствуйте, уважаемый Гордей! Выложите ссылку на эту книгу здесь, пожалуйста!
          Заранее благодарю!
          С уважением, Алексей.
          OddyRash
    3. Андрей из Твери 18 мая 2013 11:50
      Это не статья, а отрывок из целой книги. Вся книга еще интереснее. Так и называется: "Трубка снайпера"
      1. Удав КАА 19 мая 2013 19:38
        Цитата: Андрей из Твери
        Это не статья

        Да , Андрей, это не статья -- это правда жизни, талантливо рассказанная С.М. Зарубиным. Она стоит гораздо больше агиток ура-патриотов о войне, потому что подвиг скромного таежника Номоконова органичен и небросок, как работа солдата. Это правда войны. Вот такие рассказы и должны составить книгу внеклассного чтения будущего учебника Истории.
  2. АнпеЛ 18 мая 2013 11:11
    На одном духу читается. Оч интересно! good
  3. Mitek 18 мая 2013 11:14
    Спасибо им всем.. И снайперам, и пехоте, и летунам, и танкистам. Всем, русским, узбекам, татарам, да в общем тогда одна была национальность - Советский Солдат.... И вечная память.
  4. Shatelxx 18 мая 2013 11:18
    Спасибо. Интересная статья.
    Shatelxx
  5. shpuntik 18 мая 2013 12:38
    Да, точно описано. Тунгусы они такие: "выстрелил и забыл". Даже если это и отрывок из книги, то всё равно плюс.
    P. S. Не так давно на одном форуме, литовец писал: "...вы нас всех в Сибирь отправите...", пришлось ответить ему: "Кому вы там нужны в Сибири? Только всё испортите. Там живут простые народы, от которых пакостей раз в сто лет от одного дурного, и то - может быть..." Эти народы делят человека на два типа: хороший-плохой. Они знают, что дурной человек в тайге не выживет, знают из векового опыта. В зимовье принято оставлять НЗ: соль, спички, крупу, кто-что может оставить. Не трогают этот запас без необходимости, и добавляют в него от себя - незнакомые друг другу люди.
    shpuntik
  6. PValery53 18 мая 2013 12:39
    Чукча умный, не любил портить шкурку зверя-фашиста лишним выстрелом, экономил боеприпасы... да и свою жизнь. Молодца !
    1. perepilka 18 мая 2013 16:05
      Цитата: PValery53
      Чукча умный, не любил портить шкурку зверя-фашиста лишним выстрелом, экономил боеприпасы... да и свою жизнь. Молодца !

      Эвенк, вообще-то, ну, неважно, русский, короче hi
  7. vjatsergey 18 мая 2013 13:00
    Вот это рассказ! Читал залпом
  8. treskoed 18 мая 2013 13:39
    Вот такие произведения нужно изучать в школе!
  9. Jrvin 18 мая 2013 14:19
    Номоконов мой земляк, живу в 20км от его родины, горжусь земляком.
    1. датолит 18 мая 2013 23:43
      Скажите где его родина?
  10. aviamed90 18 мая 2013 14:24
    Не перевелись ещё в Сибири настоящие охотники!
  11. Сирйожа 18 мая 2013 15:34
    Читается на одном дыхании! Не слышал про книгу, из которой отрывок. Теперь обязательно разыщу и прочитаю полностью!
    Спасибо!
    Сирйожа
  12. сашка 18 мая 2013 15:48
    Дуло как-то режет слух.Наверное ствол было-бы правильно.
    сашка
  13. могус 18 мая 2013 15:49
    Уроженец Читинской области. Земляк.
    могус
  14. perepilka 18 мая 2013 15:59
    А начинал Семён Данилович вовсе и не снайпером, а совсем даже санитаром. И трёхлинейку он подобрал, выходя из окружения. И долго менять не хотел, на винтовку с оптикой. А когда заменил, смазал старую обильно, завернул в промасленную рогожу, да и прикопал в чистом поле, бо не числилась она нигде. Самое интересное было после войны, когда приехал в те места, где воевал, на какое то мероприятие, точно указал место, где Мосинка спрятана, хотя ландшафт к тому времени поменялся. Вот такая память у дядьки. Навигатор видимо при рождении в голову встроен был what . В общем, никакой ГЛОНАСС, нафиг ему не нужен.
    1. могус 18 мая 2013 16:09
      с ориентацией. У тех,кто регулярно ходит на охоту,либо работает в лесу,если тесно связан с лесом,то компас появляется внутри. Это не возможно обьяснить на пальцах,у мужиков видимо инстинкт просыпается,у женщин такого не видел. По тайге ходим,ни компасов,ни карт. Оно ни то,что бы чувствуешь направление,а просто знаешь направление.
      могус
  15. Kowalsky 18 мая 2013 17:32
    Книгу эту читал. Там концовка интересная. После войны Номоконова нашла мать того немецкого снайпера и попросила рассказать о том поединке. А винтовку свою, с которой прошел всю войну, разрешили забрать домой, даже генерал какой-то выдал специальное разрешение.
    Kowalsky
    1. perepilka 19 мая 2013 01:03
      "В августе 1945 года, действуя на Забайкальском фронте, снайпер С. Д. Номоконов уничтожил 8 солдат и офицеров Квантунской армии. Приказом командующего фронтом, С. Д. Номоконову, как таёжному охотнику, выделены в подарок именная снайперская винтовка № 24638, бинокль и лошадь. Просьба разрешить герою войны беспрепятственный переезд через границу".

      Дополнил. hi
  16. Sinbad 18 мая 2013 18:23
    Хорошая статья, правильная! Это были Люди -Народ Победитель. Увы, врагам удалось разделить, поссорить этот великий Народ, превратить их людишек. Надеюсь, что мы всё-же восстанем и вновь будет Великий Народ-Победитель.
  17. waisson 18 мая 2013 18:56
    патриот побольше бы о таких вспоминать. писать. снимать фильмы hi
    waisson
  18. albertvodinov 18 мая 2013 20:47
    ДА много было героев про которых нужно снимать фильмы. еще недавно встречалась статья про такового героя сибиряка который добровольно приехал в Грозный и там своей винтовкой наводил ужас на боевиков.
    albertvodinov
  19. individ 18 мая 2013 23:12
    Вот было время!
    Жизнь и смерть рядом. В трудности жизни остерегались оскорблять и унижать друг друга, ведь кто знает, когда в одном окопе окажетесь.
    Не было анекдотов про чукчу,про Петьку,Чапаева и вообще уважали любые национальности. Добродушно посмеивались друг над другом и не более того. Да и идеология не приветствовала национальную неприязнь.
    А сейчас действует перестроечный лозунг "меченого" - "разрешено все, что не запрещено". И поди разберись , что оно, как оно. И все живут с девизом "право имею". Все забыли, что прежде, чем право..,- надо обязанности выполнять без всякой субординации.
  20. konvalval 19 мая 2013 01:08
    Да, были люди в наше время...
  21. Sereja.smile 19 мая 2013 21:49
    Спасибо! Согласен! По поводу героев - именно такие примеры нужны! Своего мальца на этом воспитывать и буду. ПО крайней мере - буду очень стараться, чего и Вам желаю!
    Sereja.smile
  22. OddyRash 26 мая 2013 17:43
    Спасибо, за рассказ! Книгу обязательно найду и прочту.
    С детства интересовался жизнью северных народов. И к навыкам таёжных охотников-эвенков, могу добавить, что до прихода русских казаков, сибирские народы воевали меж собой. Воины даже облачались в латы, сделанные из выдубленных моржовых шкур. Так что, с боевым духом и воинской честью у Номоконова всё было в порядке!
    OddyRash
  23. Silkway0026 5 июля 2013 00:03
    спасибо за статью.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня