Генерал Мехмандаров Самедбек

ЮНОСТЬ

Будущий боевой генерал Российской Императорской армии и создатель национальной армии Азербайджана происходил из знатного карабахского бекского рода. Его отец – Мирза Садыхбек Мехмандаров – по роду службы в начале 1840-х годов переехал из Шуши в Ленкорань, где занимал должность Муганского пристава Ленкоранского уездного управления и имел чин титулярного советника (говоря современным языком – был начальником местной полиции в чине майора). Самедбек Мехмандаров родился 16 октября 1855 года в Ленкорани, образование получил в Бакинской гимназии. Военную службу начал 1 сентября 1873 года юнкером 25-го Константиновского военного училища в Санкт-Петербурге, по окончании которого в 1875 году в чине прапорщика был направлен служить в 1-ю Туркестанскую артиллерийскую бригаду.


Военная карьера Самедбека Мехмандарова в офицерских чинах первые четверть века службы была извилистой и отнюдь не блестящей: строевые должности были заняты пожилыми генералами и офицерами, и для молодого офицера просто не было места. Поэтому долгие годы он занимался военно-административной и военно-судебной работой при штабах разных артиллерийских частей и соединений. Тем не менее он служил исправно и добросовестно, в установленные сроки получая производство в очередные чины и ордена за выслугу лет. За 25 лет беспорочной службы он дорос до звания подполковника, имел три ордена за «беспорочную службу», что по меркам того времени было признаком довольно успешной карьеры.

ЖИТЬ – ЗНАЧИТ ВОЕВАТЬ

В любой армии мира есть офицеры, стихией которых является война. Они как бы рождены, чтобы завоевывать почести на поле брани. Vivire est militare – говорил Редьярд Киплинг. Жить – значит воевать. К числу таких людей относился и Мехмандаров. Почти четверть века он как будто ждал начала военных действий, чтобы во всем величии взойти на полководческий олимп. В первый раз он заставил говорить о своем командирском таланте во время похода российских войск в Китай в 1900–1901 годах.

Будучи командиром батареи, он отличился при осаде и капитуляции города Цицикара. При этом отказался, несмотря на письменный приказ командования, расстреливать китайских солдат, бросавших оружие и разбегавшихся по домам. Несмотря на явное нарушение приказа, гуманизм и благородство командира не были поставлены ему в вину. Более того – принесли чин полковника и Золотое (с 1913 года – Георгиевское) оружие «За храбрость». Что ни говори, но в Российской империи офицерская честь и благородство души ценились выше, чем слепая покорность приказу.

За боевые заслуги при обороне Порт-Артура Самед-бек Мехмандаров награжден несколькими боевыми орденами и золотым оружием, ему присвоено звание генерал-майора. Служившие вместе с генералом Самедбеком Мехмандаровым и лично знавшие его офицеры с большим уважением говорили о его непоколебимом хладнокровии и беспримерной отваге.

Когда 16 декабря 1904 года военный совет крепости Порт-Артур проголосовал за безоговорочную капитуляцию, генерал Самед-бек Мехмандаров и его доблестный офицерский состав выразили против этого решительный, резкий протест.

26 января ночью японцы, атаковав стоявшую в гавани Порт-Артура русскую эскадру, подожгли броненосцы "Ретвизан", "Цесаревич" и крейсер "Паллада". Началась война. Наутро Самед-бека Мехмандарова назначают командиром седьмого Восточно-Сибирского стрелково-артиллерийского дивизиона. Это был приказ командующего сухопутными войсками генерал-майора Романа Кондратенко. Роман Исидирович хорошо знал Мехмандарова, высоко ценил его стойкость и выдержку в боевой обстановке, его талант и умения командира, - знал его как человека, на которого можно положиться. Именно поэтому он назначил Самед-бека начальником Восточного фронта. Он считался самым важным фронтом в обороне Порт-Артура, и японцы, соответственно, сконцентрировали здесь свои самые ударные силы. Их мощные штурмы следовали один за другим, и артобстрелы не прекращались. Полковник Самед-бек Мехмандаров был одним из ближайших помощников командующего Кондратенко. Уже руководя действиями артиллеристов в осажденной крепости, Мехмандаров неизменно находился на передовых позициях, на самых опасных участках фронта, разящим огнем подавлял атаки самураев.

С начала эпопеи Порт-Артура минуло сто четыре года. За это столетие с гаком на русском языке изданы тысячи литературно-художественных, научных и публицистических произведений. Особенно много дневниковых записей и воспоминаний на эту тему приходится на 1905-1910 годы. Вышедшая в 1906 году книга П.Ларенко "Страдные дни Порт-Артура" - из этого ряда. В ней свидетельствами очевидцев нашли отражение не только выдающиеся полководческие качества и боевое мастерство нашего соотечественника Самед-бека Мехмандарова, но также и величие его как личности. Предлагаемые вниманию читателей фрагменты из названного дневника не могут не вызывать чувства гордости нашим прославленным земляком.

В главе "Ноябрьские штурмы", на странице 494: "Еще во время августовских бомбардировок японцы заметили, что откуда-то сзади линии фортов стреляют по ним очень удачно. Седьмой Восточно-Сибирский артиллерийский дивизион (т.е. полевая артиллерия) под командою полковника Мехмандарова занимал укрытие позиции сзади линии укреплений атакованного фронта правого фланга и оказал защите огромные услуги, так как крепостная артиллерия сильно пострадала в первые дни бомбардировок. Полевая артиллерия отбивала самые отчаянные штурмы и боролась с ближайшими японскими батареями весьма успешно".

На странице 597: "Зашел С. и рассказывал, что из артиллеристов на атакованном фронте полковник Мехмандаров (командующий всей артиллерией правого фланга) и подполковник Стольников относятся с удивительным презрением к личной опасности, ходят по батареям во время бомбардировки, будто не замечая рвущихся снарядов, - одобряют этим других. Первый из них рыцарски храбр, как кавказец, второй же как бы спокойно, беззаветно покорен судьбе, как человек религиозный.

На долю полевой артиллерии здесь главным образом лежит задача отбивания штурмов - уничтожения неприятельских колонн шрапнелью и картечью. Так как крепостные орудия очень пострадали, а полевая артиллерия меняет по надобности позиции, то японцам трудно бороться с нею; а она разит и разит их".

На странице 606 (11/24 декабря): "Из беседы с ранеными офицерами узнал еще кое-что про полковника Мехмандарова. Он человек самолюбивый, храбрый и строго требователен по отношению к своим подчиненным; ставит им в обязанность показывать примеры личного мужества. Будучи человеком горячего темперамента, высказывается довольно резко. Говорит, что ценит лишь людей разумно самолюбивых, которые способны на подвиги, и что главная мечта офицеров-карьеристов - сохранить свою жизнь и получить ордена без заслуги".


На странице 630 (17/30 декабря):
"На вопрос, ухудшилось ли положение нашей артиллерии с падением форта 3, полковник Мехмандаров ответил, что он не находит никакого ухудшения, что форт 3 не имеет никакого влияния на артиллерийскую обстановку.

Только генерал Фок уклонился от прямого ответа - наговорил много слов, из которых нельзя было вывести никакого заключения..."


На странице 643 (18/31 декабря):
"Кто-то принес известие с позиций, будто сегодня между генералом Фоком и полковником Мехмандаровым серьезный спор. Фок уверял, что крепость уже не может держаться, а Мехмандаров доказывал, что падение отдельных укреплений пока не означает, что уже пришел конец крепости, что на второй линии обороны можно еще держаться.

На позициях редкая перестрелка. Темно. По направлению форта 3, или Скалистого кряжа, видны какие-то красные фонари. Говорят, что они указывают нашим санитарам, где перевязочные пункты.

Чувствую сильное утомление, поэтому ложусь сейчас спать".


На странице 690 (23 декабря/5 января):
"С. сообщил мне, что вчера прибыл в крепость начальник японской артиллерии со штабом и разыскал полковника (произведенного во время осады в генерал-майоры)(1) Мехмандарова, начальника артиллерии правого фланга крепости, фактически руководившего там артиллерией с половины августа месяца. Тот было оговорился, что почетные гости ошибались, что они, наверно, желают видеть начальника крепостной артиллерии генерала Белого; но те ответили ему, что им интересно познакомиться именно со своим почтенным противником, с которым им пришлось так тяжело бороться. Сказали массу очень лестных комплиментов. Сознались, что потери японской артиллерии под Артуром большие - до 25 тысяч человек, - что много японских орудий было подбито.

Генерал Мехмандаров уехал в плен; он один из ярых противников сдачи и ухода "домой" под честное слово.

В 12 час. дня. Был у раненых. Везде одни и те же разговоры - о сдаче крепости и о плене".


На странице 752 (3/16 января): "Относительно "захвата власти" возникли споры, высказывались разные взгляды. Например, Ф. и Ш., находившиеся вся время на бовых позициях правого фланга, заметили, что будто как-то, еще на позициях, в их присутствии при разговоре на ту же тему полковник (ныне генерал) Мехмандаров высказался так:
- Что это значит "захватить власть"? Я этого не понимаю! Будь я, например, комендантом, попробуй-ка кто захватить ваше прево-во, вы не сойдете с этого места, не выяснив, кто из нас здесь комендант, кто нет! Меня не поколебали бы в этом никакие расчеты, никакие дурные последствия".
Заслуги Самед-бека Мехмандарова, постоянно находившегося на переднем крае боев за Порт-Артур, составляют особую страницу в летописи русско-японской войны. Свидетельством тому - дневниковые записи русских журналистов, современников Самед-бека.

Журналист Е.К.Ножин являлся специальным корреспондентом выходившей в Порт-Артуре газеты "Новый край". Он автор интересных дневников, которые вел, находясь на огневых рубежах. Записи журналиста наглядно свидетельствуют, что генерала Самед-бека Мехмандарова он неизменно видел на передовой линии. Русский журналист рассказывает также и о том, как тосковал военачальник азербайджанец по своей родине - Кавказу:
"Зашел в блиндаж. Генерал Надеин, неизменно спокойный. Начальник его штаба - Степанов, утомленный. Несколько офицеров. Полковник Мехмандаров.

Последний с увлечением вспоминал свой родной Кавказ. Поздоровавшись, он продолжал:
- Кавказ - очень хорошо! Природа на все положила печать, с ручательством за доброкачественность. Но беда в том: где нужно камня, его нет, где не нужно, там тьма. Где нужно воды - ее нет, где в ней нет никакой необходимости - ее море... Все хорошо, только нам обещано в раю семь гурий, и что же вы думаете? Все они с круглыми глазами. Ну, не досада ли? А знаете, я теперь ничего не хочу: ни рая, ни гурий. Я хочу только немного отдыха.
Действительно, кругом все время рвутся снаряды. Два разорвались на крыше блиндажа".

Соратник Самед-бека Мехмандарова, генерал Алиага Шихлинский, в своей книге воспоминаний рассказывает о том, как Самед-бек в самой сложной, самой тяжелой боевой обстановке никогда не терял самообладания. Четырнадцатого октября, пишет он, во время сильнейшего артобстрела крепости Самед-бек Мехмандаров прибыл на занимаемую мною позицию. Позиция эта была подвергнута японцами артиллерийскому обстрелу из орудий различного калибра - от одиннадцатидюймовых пушек до тридцатисемимиллиметровых корабельных. Кроме того, ее держали под прицельным ружейным и пулеметным огнем. Недалеко от Мехмандарова разорвался шестидюймовый снаряд, и его обрызгало взметнувшей черной грязью, но не ранило. Не придавая этому никакого значения, он хладнокровно извлек из кармана белоснежный носовой платок и принялся счищать грязь, коею была запачкана его красивая шинель.

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ

Новый взлет военной карьеры генерала был связан с Первой мировой войной 1914–1918 годов, причем его участие в событиях той войны стало не только героическим, но и легендарным. Войну он встретил в должности командира 215й пехотной дивизии 35го Кавказского армейского корпуса в составе Варшавского военного округа. В этом было необычно абсолютно все: артиллерийский генерал командует кавказской пехотой в 2 тыс. км на северо5запад от Кавказа! Но это обстоятельство никак не отразилось на полководческом таланте Мехмандарова: своими победами он доказал, что артиллерист во главе пехоты может успешно громить врага. [u]Только в одном Галицийском сражении 1914 года он последовательно разгромил германские и австрийские войска в трех боевых операциях, за что был удостоен ордена Святого Георгия 3-й степени и Георгиевского оружия, украшенного бриллиантами, и произведен в чин генерала от артиллерии (и это опять же за командование пехотой).

В истории Российской Императорской армии генерал Мехмандаров был уникальным полководцем, получившим Золотое и Георгиевское оружие «За храбрость» (с бриллиантами). До Мехмандарова никто из боевых генералов не удостаивался такой чести, а Георгиевское оружие с бриллиантами имели всего восемь человек.В декабре 1914 года Мехмандаров был назначен командующим 2-м Кавказским армейским корпусом, во главе которого еще не раз наносил поражения германским и австро5венгерским войскам, за что был удостоен всех высших наград, включая второй по значимости в иерархии орденов Российской империи орден Святого Александра Невского с мечами. Корпус генерала Мехмандарова не знал поражений и назначался на самые опасные и ответственные участки фронта

Особую известность Самед бек Мехмандаров обрел после операции по уничтожению немцев в районе Лодзи 15 сентября 1914 года. Войска немецкого генерала Макензи, взяв мощным штурмом Ивангород, начали развивать наступление на Лодзь. Отступавшие русские войска оказались в сложном положении. Атаковавшие по всей линии фронта немцы пытались окружить часть противостоявших им русских соединений. Дивизия Самед бека Мехмандарова состояла из 81-го Абшеронского, 82-го Дагестанского, 83-го Самурского и 84-го Ширванского полков, каждый из которых имел свои боевые традиции.

Командующий корпусом, тяжело переживавший за судьбу вверенных ему частей, по телефонной связи справился у Мехмандарова о положении на фронте. В ответ в трубке по-военному четко прозвучало: «Положение тяжелое. Перехожу в наступление!».

В то время, как две русские дивизии в панике отступали, дивизия Мехмандарова нанесла по уверенно наступавшему врагу сокрушительные удары, заставив их отойти на исходные позиции. Спустя три дня после кровопролитных боев дивизия Самед бека Мехмандарова штурмовала Ивангород. Удачная операция под командованием Самед бека помешала планам немецкого генерала Макензи и спасла от позорного плена две русские дивизии.

Генерал Алиага Шихлинский, занимавший в ходе той операции должность инспектора по особым поручениям при Главной инспекции полевой артиллерии, позже писал:
«Я был вызван на Западный фронт для проверки состояния дел с тяжелыми полевыми орудиями, новыми для русской армии. Обойдя семь корпусов, я убедился, что только в корпусе Самед бека Мехмандарова правильно понято предназначение тяжелых орудий и они расставлены в соответствии с их функциями. Это было заслугой не корпусного орудийного инспектора, а результатом работы искусного артиллериста Мехмандарова».


Современники с большой симпатией отзываются о храбрости Самед бека Мехмандарова, о его приветливом обращении с подчиненными. Вот что пишет майор Гаджиага Ибрагимбейли:
«В Первой мировой войне генерал Мехмандаров завоевал огромные почет и уважение. Безграничная удаль генерала, потрясающее хладнокровие в решающие и страшные минуты сражений снискали ему заслуженную славу в русской армии. Мехмандаров любит справедливых, добросовестных, правдивых людей, оказывает им поддержку, но он крайне беспощаден к бесчестным. Лично знавшие Мехмандарова единогласно утверждают, что все подчиненные боялись его как огня, однако любили генерала, беззаветно верили ему».


«Самед бек Мехмандаров одинаково хорошо относился к рядовым военнослужащим, в нужную минуту приходил на помощь каждому. Мехмандаров – редкостный артиллерист», – эти слова принадлежат командующему Краснознаменной Кавказской армией Иону Якиру, который собственноручно записал их в личное дело Самед бека, работавшего в 1925 году преподавателем Азербайджанского объединенного военного училища.

Стоит ли удивляться, что Февральскую революцию в России 1917 года он встретил крайне отрицательно и уже в марте уволился из действующей армии и уехал во Владикавказ, где поселился как частное лицо. Но время его отсутствия в воинском строю было крайне непродолжительным: 1 ноября он был назначен помощником военного министра Азербайджанской Демократической Республики, а 25 декабря – военным министром. Под его непосредственным руководством началось формирование национальной азербайджанской армии, которое не было завершено в силу целого ряда внешнеполитических причин. Но за короткий срок смог организовать армию которая победила дашнакские отряды и освободили полностью терреторию Азербайджана от банд!
После советизации Азербайджана в апреле 1920 года генерал от артиллерии Мехмандаров был зачислен в ряды Рабоче-крестьянской Красной армии, в которой прослужил до 1928 года на штабных, преподавательских и военно-научных должностях, создав, по сути, систему подготовки офицерских кадров для Закавказского военного округа ВС СССР и государств Южного Кавказа. Самедбек Садыхбек оглы Мехмандаров был одним из редких военачальников, сочетавших в себе талант полководца и военного администратора, что позволяло ему рассчитывать стратегию и тактику и одерживать победы на поле боя. Его образ – яркое напоминание того, каким должен быть истинный офицер.
Автор:
подготовил Yarbay
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

23 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти