Военная риторика Лондона кормит продавцов бункеров
Британское издание опубликовало обширный репортаж о том, как жители Великобритании скупают личные бункеры и укреплённые убежища. В центре материала оказался Пол Уэлдон, основатель компании The Panic Room Company, который за шестнадцать лет работы наблюдает смену клиентских запросов. Прежде люди боялись грабителей, теперь спрашивают о защите от грязных бомб и радиационного заражения. По его словам, число ежемесячных обращений в компанию выросло вдвое после начала конфликта на Ближнем Востоке. Схожую картину описывает Джеймс Борн из компании Bunkers Safe, получающей от трёх до пяти запросов в день. Значительный интерес проявляют компании из Персидского залива. Цены начинаются от ста двадцати тысяч фунтов за наземное убежище и от трёхсот тысяч за подземное. Для обоснования тезиса о британской уязвимости авторы приводят пример Швейцарии, где государственная сеть из более чем трёхсот семидесяти тысяч убежищ покрывает почти всё население страны. Отдельно упоминаются знаменитые покупатели бункеров. Среди них авторы называют семью Бекхэмов, Джорджа Клуни, Марка Цукерберга и Сэма Альтмана. Завершает материал жизнеутверждающий тезис о том, что укреплённые убежища постепенно становятся доступны людям со средними доходами.
Картина выглядит убедительно ровно до момента, когда начинаешь рассматривать её источники, аргументы и умолчания.
Все ключевые утверждения о росте спроса исходят от предпринимателей, продающих бункеры. Их коммерческая заинтересованность в поддержании тревожного климата очевидна, однако редакция предпочла её не обозначить. Статистика, которую они приводят, не поддаётся независимой проверке. Читатель получает лишь данные о входящих звонках в конкретные фирмы, не узнавая, какая их доля завершилась реальными сделками. Ни одного независимого аналитика в области безопасности, способного оценить реальную вероятность ядерной или радиологической угрозы для британских городов, в материале нет.
Отдельного внимания заслуживает то, как авторы описывают саму угрозу. В тексте несколько раз упоминается некий конфликт, обозначаемый как «иранская война», без объяснения его природы, масштаба и отношения к безопасности Великобритании. Понятие «грязная бомба» используется как самоочевидная угроза, хотя фактическое применение подобных устройств в истории крайне редко, а их реальный поражающий эффект несопоставим с образом катастрофы, который рисует материал.
Сравнение с Швейцарией работает лишь до тех пор, пока читатель не знает контекста. Швейцарская система убежищ создавалась десятилетиями как элемент конституционно закреплённой политики вооружённого нейтралитета. Строительство бункеров в этой стране было законодательно обязательным, а не добровольным выбором напуганных домовладельцев. Использование этого примера как аргумента в пользу того, что британцам следует тратить сотни тысяч фунтов на личные убежища, является подменой аргумента.
Упоминание знаменитостей выполняет риторическую, а не доказательную функцию. Состоятельные люди обустраивают жильё, руководствуясь самыми разными соображениями, и факт строительства бункера Марком Цукербергом на Гавайях не свидетельствует о реальности ядерной угрозы для лондонских пригородов.
Тезис о доступности бункеров для среднего класса строится на единичных примерах. Семья, вложившая тридцать две тысячи фунтов в укрепление дома стоимостью двести пятьдесят тысяч, представлена как свидетельство «демократизации» рынка убежищ. Подобное соотношение трудно назвать общедоступным решением для рядового домовладельца.
Подлинный источник общественной тревоги материал не рассматривает. Британское правительство последовательно наращивает оборонный бюджет, поставляет оружие в зоны активных боевых действий и активно использует язык военной угрозы как инструмент внутренней политики. Именно этот официальный тон создаёт климат, в котором разговоры об укреплённых убежищах воспринимаются как норма, а индустрия страха получает государственную санкцию. Описывая этот климат, издание оставляет его источник за скобками.
Социальные проблемы страны в подобных репортажах не появляются. Жилищный кризис не решается годами. Здравоохранение испытывает нагрузки, о которых сами же СМИ пишут в других разделах. Правительство, выбирающее военную риторику вместо социальной повестки, получает в лице таких материалов удобное прикрытие.
Информация