Вьетнам: сражение в долине Йа-Дранг. На безымянной высоте
«Война — лучшая школа для хирурга». Гиппократ
В 13:38, вместе с очередной партией транспортников, доставлявших в зону высадки «Экс-Рэй» пополнение, прибыл и медицинский эвакуационный вертолёт с военврачом Робертом Каррару, сержантом медицинского взвода Томасом Китоном и штаб-сержантом Эрлом Китом — все медицинские силы, на которые могли рассчитывать кавалеристы. К тому времени в районе термитника уже лежали на земле 20–25 раненых и убитые. На земле к этому времени было уже порядка 250 джи-ай, а по тому, как складывалась обстановка, Мур всё чаще вспоминал Кастерса и поражение у Литл-Бигхорн. Правда, у Кастерса не было огневой поддержки, на которую могли рассчитывать кавалеристы Мура, что внушало подполковнику сдержанный оптимизм.
Медлить с запросом на авиа- и артиллерийские удары подполковник не стал и заказал удары по подножью хребта Тьыпонг, где, по его мнению, должны были подходить вьетнамские подкрепления. Проблема была в том, что ни сам Мур, ни авиация не знали точного расположения передовых позиций высадившихся рот, из-за чего полковник Тим Браун из головного вертолёта стал уговаривать командира кавалеристов перенести место ударов от горы поближе к собственному КП. В конце концов, где-то там слонялся взвод лейтенанта Херрика, который зажали и не давали поднять головы превосходящие силы вьетнамцев.
Постепенно районы ударов удалось согласовать, и долину затянул дым, смешанный с красноватой пылью: вертолёты огневой поддержки поливали склоны 2,75-дюймовыми ракетами, а истребители-бомбардировщики 250- и 500-фунтовыми бомбами и канистрами с напалмом.
Энтони Надаль, командир роты «Альфа» при Йа-Дранг
Хуже всего было то, что зона высадки оказалась доступна огню стрелкового оружия вьетнамцев, поэтому Мур приказал подрывной команде свалить несколько деревьев, чтобы увеличить пространство, пригодное для посадки вертолётов. Подрывники выполнили задачу, но команда из семи человек потеряла убитыми одного — специалиста («специалист» — это воинское звание: между рядовым 1-го класса и капралом) Скотта О. Генри. А на юго-запад пошла в атаку рота «альфа» капитана Энтони Надаля: два взвода роты выдвинулись к сухому ручью — прикрыть левый фланг роты «браво». А 1-й и 3-й взводы роты «браво» с приданным 2-м взводом «альфы», лейтенанта Уолтера Джо Марма, пошли выручать попавшего в окружение лейтенанта Херрика с его взводом.
Вот только пробиться к Херрику им не удалось: лейтенант Роберт Тафт столкнулся с вьетнамской пехотой численностью около 150 человек. Опытный капитан Надаль, служивший ранее в спецназе, сразу понял, что противник — не партизаны, а регулярная армия, о чем немедленно доложил Муру по рации. Американцы, по воспоминаниям радиста взвода Тафта, Роберта Хейзена, «наткнулись на свинцовую стену». Головное отделение полегло сразу: с момента выхода на поиски окруженцев и до гибели первых бойцов прошло минут пять. Вскоре погиб и сам Тафт — пуля вошла в горло. Радист забрал у него из кармана карту и книгу кодовых сигналов, но в этот момент в рацию попали и связь со взводом была потеряна.
Пулемёт М-60 во Вьетнаме
Вьетнамская атака произвела впечатление на джи-ай. Американцы отмечали, что оттенок формы и пробковых шлемов бойцов старшего полковника Ана идеально сливался с выжженной слоновой травой, а сами бойцы были идеально дисциплинированы и не знали страха. От того, за кем останется русло сухого ручья, зависел исход всего сражения: оттуда была прекрасно видна зона высадки, и удери вьетнамцы его за собой, посадка «Хьюи» была бы сильно затруднена. Положение американцев спасли два расчёта пулемётов М-60, заставившие вьетнамцев залечь, но положение было критическим.
Внезапно отовсюду раздалась стрельба, и Джерри Кирш, бывший в трёх ярдах прямо передо мной, схватил пулемётную пулю и упал: он закричал, перевернулся на спину и стал звать свою мать. Я перепугался до усрачки и прыгнул влево, в укрытие, рядом с солдатиком на земле. Тот лежал как в положении для стрельбы и смотрел на меня. Это был сержант Александр Уильямс. У него во лбу зияла маленькая дырка, и он был мёртв,
— вспоминал рядовой Уильям Бек.
Рация PRC-25 — американская классика!
В общем, 3-й взвод «альфы» понёс тяжёлые потери: погибли командир взвода лейтенант Роберт Тафт, сержанты Трэвис Посс и Александр Уильямс, специалист Альберт Уитчер, несколько человек было ранено, рация PRC-25 — выведена из строя. Тем не менее взять русло сухого ручья у вьетнамских бойцов не вышло: они отошли и попытались обойти роту «браво» с фланга, но вышли аккурат на 2-й взвод «альфы», идущий на помощь «браво»: вьетнамцы были ошеломлены настолько, что не успели ни открыть огонь, ни даже залечь, очереди из пулемётов с минимальной дистанции нанесли им ощутимые потери, двоих «гуков» американцам удалось взять в плен.
Бой шёл на дистанции прямой видимости, которая в джунглях, скажем прямо, невелика. Иногда огонь вёлся с 5–10 метров, а один из вьетнамских солдат упал в трёх метрах от сержанта Миллера из 1-го взвода. Капитан Надаль, услышав от сержанта Натана, принявшего командование взводом Тафта, что тело взводного бросили в русле ручья ползком, вместе с сержантом Геллом вытащили его и ещё одного убитого: Мур учил своих кавалеристов не бросать на поле боя ни раненых, ни мёртвых.
А-1Е за работой
Учитывая численное преимущество противника, батальон Мура мог повторить судьбу французов под Дьенбьенфу, но — выручала поддержка с воздуха. Её оказывали штурмовики А-1Е «Скайрайдер» — винтовые самолёты времён Корейской войны, медленные, но очень хорошо бронированные. Впрочем, и невысокая скорость была скорее плюсом: лётчик имел возможность лучше прицелиться. Капитан Брюс Уоллес, летавший на них, вспоминал:
«Скайрайдер» был уникально приспособлен для доставки боеприпасов на землю в то самое время и в том самом месте, где это требовалось полевому командиру. Летал он не быстро, был грузен, нескладен, весь промаслен, и в нём было жарко. Но под его крыльями можно было подвесить всё, кроме кухонной мойки. По мере усиления боевых действий вокруг Йа-Дранга, все свободные самолёты и экипажи 1-й и 602-й десантно-диверсионных эскадрилий были задействованы в выполнении этой боевой задачи.
Впрочем, активная поддержка кавалеристов приводила к потерям авиации: один А-1Е капитана Пола Т. Маккелана-младшего был сбит, пилот погиб. Что конкретно прилетело по самолёту — вьетнамская пуля или осколок собственной бомбы, до сих пор не ясно.
Генерал-майор Гарри Киннард
Тем временем в штабе 3-й бригады допросили вьетнамского пленного, который показал, что батальон 7-го кавалерийского высадили в расположении трёх вьетнамских полков: 66-го, 32-го и 33-го. Когда генерал-майор Гарри Киннрад прибыл в лагерь бригады и увидел карты обстановки, то задал резонный вопрос помощнику командира 1-й кавалерийской дивизии Ричарду Ноулзу: «Какого чёрта вы делаете в этом районе?». На что получил ничуть не менее резонный ответ:
Цель маневра — найти врага, и мы, чёрт побери, его нашли!
Лейтенант Уолтер Джозеф Марм
Пока американское высшее командование размышляло над сакраментальным вопросом: «Что делать?», капитана Херрена мучал не менее важный вопрос: «Как добраться до взвода лейтенанта Херрика?». Артиллерийский огонь заставил вьетнамцев откатиться, что позволило лейтенанту Марму соединиться с двумя взводами роты «браво». Теперь на помощь полностью оправдывавшему свою фамилию Херрику могли выступить три взвода. Лейтенанту по рации передали приказ: сделать выстрел, после чего досчитать до трёх и делать ещё два — обозначить своё место.
Получив условный сигнал, кавалеристы пошли в атаку, но прошли не более 10 метров: в тылу у «спасательной команды» оказался просочившийся противник, и снова в джунглях завязалась отчаянная перестрелка с кинжальной дистанции, американцы залегли. Стоило кому-то встать хотя бы на колено — в него прилетала пуля: с такого расстояния промах был редкостью. Не повезло «Вождю» сержанту Уилбуру Карри-младшему из племени индейцев-сенека. Он едва успел произнести последние слова: «Эти гады хотят меня достать!», как «эти гады» его достали. В общем, попытка «спасти лейтенанта Херрика» окончилась, едва успев начаться, хотя до места его окружения оставалось от силы метров сто.
Райан Хёрст в роли сержанта Эрни Сэвиджа
А взводу Херрика и в самом деле приходилось туго: два пулемёта заставляли вьетнамских солдат не лезть на рожон и дали возможность отойти к основным силам взвода вырвавшемуся вперёд отделению сержанта Эрни Сэвиджа. Но за исполнение этого маневра пришлось заплатить жизнью одного из пулемётчиков — рядового 1-го класса Бернарда Биренбаума. Взвод соединился на небольшом пригорке, но оба пулемёта оказались отрезаны от основных сил метрах в 30 вниз по склону.
Вьетнамцам удалось подойти на расстояние броска гранаты и уничтожить один из расчётов пулемётов: кроме Биренбаума погиб рядовой 1 класса Дональд Родди и сержант Хердл, а сам пулемёт достался вьетнамцам, которые открыли из него огонь по кавалеристам. У второго пулемёта оставалась только одна лента патронов, а пулемётчик, сержант Уэйн Андерсон, подорвался на собственной фосфорной гранате, куски горящего фосфора срезали с его лица штык-ножами сержанты Сэвидж и Заллен.
Сержант Карл Ли Палмер
Лейтенант Херрик носился как укушенный, организуя круговую оборону, но вместе со своим радистом специалистом Джоном Стюартом и сержантом артиллерийской разведки Джоном Брауном попал под очередь захваченного вьетнамцами пулемёта. Он вышел по рации на капитана Херрена и доложил, что тяжело ранен и передаёт командование сержанту Карлу Палмеру. Херрик получил рану в бедро и быстро истёк кровью. Перед смертью он отдал последние команды: уничтожить кодовую книгу, перераспределить боеприпасы, вызвать артиллерию и выбираться с пригорка. Последняя команда была, конечно, хороша, но прорваться с таким количеством раненых взвод не мог физически. Поэтому Палмер решил дожидаться помощи на пригорке.
Гранатомёт М-79 , в просторечии «блупер»
Впрочем, вскоре погиб и сержант Палмер — вьетнамцы «вернули» кавалеристам брошенную в них гранату, которая и угомонила нового командира взвода. Вскоре кончились и гранаты к гранатомёту М-79. Гранатомётчик, специалист Гален Бангэм, отбросил бесполезный «блупер» и вооружился М-16 одного из погибших джи-ай.
Мы собрали все полные магазины, что смогли найти, и сложили перед собой. Никак нельзя было окопаться. Рукоятку моей лопатки отстрелили, в одной из фляжек зияла дыра. Огонь вёлся настолько сильный, что если ты пробовал приподняться, чтобы как-то копать, то становился мёртвым. Вокруг царили смерть и разрушение,
— вспоминал он впоследствии.
Огонь на себя — это неприятно!
Взвод держал периметр диаметром в 25 метров, из 29 бойцов восемь погибло, тринадцать получили ранения. Корректировщик взвода оружия сержант Стоукс доложил капитану Херрену, что боеприпасы подошли к концу и надо выбираться. Капитан ответил, что это невозможно. Вскоре Стоукс погиб. Он до самого конца корректировал огонь миномётов, но вскоре мины закончились и расчёты взялись за винтовки, чтобы помочь «потерянному взводу» выйти из окружения, но пробиться не смогли: вьетнамский огонь был плотным как «свинцовая стена». Теперь командование взводом перешло к сержанту Сэвиджу. Он вызвал артиллерийский огонь как можно ближе к периметру обороны взвода, что было опасно (позиции взвода сержант описал весьма примерно), но артиллеристы справились и отогнали вьетнамцев.
Следующий рейс «Хьюи» в начале третьего доставил в зону высадки последних солдат роты «чарли» капитана Роберта Эдвардса и первую партию «дельты» капитана Рэя Лефевра. Это было весьма существенное пополнение — пулемётный взвод и несколько оставшихся миномётов. Вот только зона высадки уже была весьма «горячей» — «гуки» обстреливали её с двух сторон. Лётчик Брюс Крэндалл, эвакуируя раненых, обратил внимание, что вьетнамцы показывали хорошую меткость — большая часть ранений была либо в голову, либо в шею.
Вертолёт уоррент-офицера Рикардо Ломбардо был повреждён настолько, что сумел вернуться на аэродром в Плейме, но больше в зону высадки «Экс-Рэй» не летал — убыл в ремонт в Кэмп-Холлуэй, а экипаж все дальнейшее представление слушал исключительно по радио. 1-му лейтенанту Роджеру Бину, летевшему на «Хьюи» вслед за Крэндаллом, пуля попала в голову, при этом развернула шлем так, что наушники закрыли глаза. Сажал машину второй пилот, капитан Джин Меш. После этого Мур приказал прекратить рейсы, пока он не «остудит» зону высадки.
Но у вьетнамского командира также всё было не в шоколаде. Старший полковник Ан отправил разведчиков, которые определили позиции американских рот, но связь была не на высоте, и командиры батальонов также блуждали в поисках противника. Когда командир 7-го батальона майор Ле Тьен Хоа обнаружил брешь в американской обороне и решил туда войти, но замешкался с выполнением маневра, и брешь закрыла прибывшая рота «чарли». У капитана Эдвардса, командира роты, оказалась крохотная, но фора: только его бойцы заняли позиции, как через пять минут началась вьетнамская атака, замешкайся они хотя бы на шесть минут и... Но в истории сослагательного наклонения нет.
Чёрт побери! Как хороши эти ребята!
— крикнул по рации Эдвардс, оценивая атаку противника. Но нападение отразил.
Для М-16 Вьетнам стал дебютом...
Капитан Джон Херрен производил доклад комбригу, следившему за боем с вертолёта, когда увидел вьетнамского солдата. Капитан дал очередь из М-16, но винтовка развалилась у него в руках — новое оружие надёжным назвать язык не поворачивался (в описаниях этого боя клинящие и отказывающие стрелять винтовки М-16 проходят рефреном!). Тогда он бросил во врага гранату, но она отскочила от ветки и упала перед капитаном и его радистом — взрыв чудом никого не убил и не ранил. Он решил найти взвод лейтенанта Дэниса Дила в русле ручья, но вместо него обнаружил пулемётный расчёт ВНА, открывший по нему кинжальный огонь. Впрочем, здесь капитану впервые повезло — пулемётчик промахнулся, и он успел прыгнуть за ближайшее укрытие. Правда, его радисту повезло меньше — поймал пулю в лоб.
Вертолёт СН-47 «Чинук»
Капитана Лефевра также тяжело ранило вскоре после высадки. Он передал роту сержанту Гонсалесу и был унесён санитарами на КП батальона. Но его рота стала той соломинкой, которая сломала хребет вьетнамской атаки: около взвода ВНА напоролись на её пулемёты и не сумели войти в брешь в обороне кавалеристов.
Мур отмечает почти полное отсутствие раций у противника: команды отдавались или по телефону, свистками, сигналами горна или голосом. Собственно говоря, именно проблемы со связью дали шанс американскому батальону не быть разгромленным вьетнамской дивизией из трёх полков. Ну и прикрытие с воздуха — его обычно не учитывают в рассказе о сражении в долине Йа-Дранг, равно как и огонь американской артиллерии. Авиация только в воскресенье выполнила более 50 вылетов для поддержки кавалеристов. Вертолёты СН-47 «Чинук» не успевали доставлять ракеты для ударных вертолётов и снаряды для 12 105-мм гаубиц, ведших огонь из зоны высадки «Фалькон». Так что неравенство сил было весьма относительным.
В долину реки Йа-Дранг санитарные вертолёты не летали...
Вертолёты доставляли в зону высадки боеприпасы, эвакуировали убитых и раненых, воздушный мост действовал бесперебойно, а сил разрушить его у вьетнамцев не было. Во время очередного рейса офицер батальонной разведки капитан Томас Мецкер помогал грузить на вертолёт очередного раненого, когда сам получил пулю — в Плейме он прилетел уже мёртвым. Надо сказать, что десантные «Хьюи» не должны были всем этим заниматься: раненых было положено эвакуировать санитарными вертолётами, но им была запрещена посадка в «горячей» зоне — нормальная военная бюрократия!
Впоследствии была выбрана следующая схема: транспортные вертолёты вывозили раненых в зону высадки «Фалькон», откуда их забирали санитарные машины. В ходе рейсов в зону высадки «Экс-Рэй» один из вертолётов был подбит и упал в периметре обороны батальона, экипаж остался цел и был вывезен второй машиной.
К 15:00 приступ вьетнамцев удалось отбить, но подполковник Мур понял, что одним батальоном, даже при поддержке артиллерии с авиацией, ему не устоять. И командир бригады Тимоти Браун поднял по тревоге роту «браво» 2-го батальона 7-го кавалерийского полка...
Информация