Вьетнам: сражение в долине Йа-Дранг. Ночь простоять и день продержаться...
В зону высадки «Экс-Рэй» прибыл 1-й лейтенант роты «Дельта» Джеймс «Ларри» Литтон, сменивший на посту командира роты раненого сержанта Гонсалеса. Его прибытие позволило объединить в одну батарею все семь миномётов, которые теперь работали по единому целеуказанию. Батарея могла защищать зону высадки на два вертолёта, но главное, у Мура наконец-то появился замкнутый периметр с передовой и тылом. Относительно безопасным тылом...
«Хьюи» загрустил...
Интересно, что рассказы о безбашенных атаках человеческими волнами в исполнении вьетнамцев не подтверждаются воспоминаниями самих американцев: несмотря на численное превосходство, бойцы ВНА не стремились атаковать позиции взводов роты «Альфа», а значит, к лишним потерям вьетнамские командиры не стремились. В своих атаках противник кавалеристов полагался на фланговые маневры и огонь. У солдат Мура оставалось мало воды и постоянно появлялись новые раненые. Жара стояла страшная, две взятые с собой каждым джи-ай фляги опустели, остатки воды отдали раненым. Как назло, в сухпайках на обед была ветчина с лимской фасолью — самое солёное блюдо из армейского меню.
Реальный сержант Эрни Сэвидж
А «потерянный взвод», которым командовал сержант Эрни Сэвидж, уже отбил четыре атаки. Вьетнамцы были уверены, что окруженцам крышка. Более того, ветераны ВНА, участвовавшие в бою, до сих пор считают взвод, который лейтенант Херрик увёл в джунгли, уничтоженным. Это не вполне так, хотя потери американцы понесли серьёзные. И подполковник снова послал роты «альфа» и «браво» на выручку окружённым. Мур возлагал большие надежды на артиллерийский огонь, проредивший джунгли. Но для начала надо было забрать из атакующих рот убитых и раненых, на что было дано 40 минут.
Бой в джунглях...
У командира роты «Браво» оставалось под командованием два взвода, капитан Херрен решил двигаться перекатами: один взвод прикрывает огнём, второй совершает перебежку, потом меняются. В «Альфе» взводов было три, поэтому капитан Надаль выбрал строй уступом влево (до того все передвижения вьетнамцев фиксировались по левую сторону), а если сопротивления не будет — перестроиться в клин. Он собрал роту в сухом ручье и произнёс мотивирующую речь в духе: «Там американский взвод, мы идём его спасать». Народ проникся и криками: «Да, мы их вытащим» выразил готовность к подвигам. На часах было 16:20, когда «Альфа» пошла в атаку...
Хорошее дело - поддержка артиллерии!
Но прошла она недалеко. Дело в том, что, как я уже писал, главная надежда Мура на успех этого безнадёжного предприятия была в артиллерийской поддержке атаки. Но, как писал впоследствии Надаль:
Для всех передовых артнаблюдателей батальона имелась только одна радиочастота для запроса артиллерийского огня. Было трудно получить артобстрел перед более чем одной ротой за раз, и более опытному и настойчивому наблюдателю, оказавшемуся в роте браво, удавалось управлять обстрелами. Когда же мы готовились выходить, я попытался получить огневую поддержку артиллерии, но мой передовой наблюдатель не смог связаться с батареями.
В общем, атака роты закончилась, толком не начавшись: джунгли ответили яростным огнём, часть вьетнамских стрелков сидела на деревьях, другие — на верхушках холмов и термитников, так что «мёртвых зон» не было. Пройдя метров 50, рота залегла, был ранен командир 1-го взвода лейтенант Уэйн Джонсон и три командира отделений, двое из которых — смертельно. Сержант Трой Миллер утверждает, что огонь вёлся по большей части из АК-47 и прочего автоматического оружия.
Примкнуть штыки! Йа-Дранг 15 ноября 1965 года...
С ротой капитана Херрена произошло примерно то же самое: движение повзводно, перекатами сразу было похерено, под огнём рота вытянулась в одну стрелковую цепь. Сначала идущая в полный рост цепь стала на колени, а затем прижалась к земле. На залёгших джи-ай начали падать реактивные гранаты от РПГ-2, что сильно нервировало. Надаль приказал примкнуть штыки, и началась рукопашная, по воспоминаниям сержанта Уильяма Бека: «Высокий тощий сержант втыкал штык в грудь вьетнамцу. Словно на тренировке: «Готовсь, коли, закройсь, ушёл! Раз, два, три».». Впрочем, вскоре, помимо вьетнамцев, роту атаковали вьетнамские шершни: полосатые насекомые забирались под каски и жалили заокеанских империалистов со всей пролетарской ненавистью!
Советский РПГ-2 + вьетнамский глаз - это сила!
У Надаля убило радиста, и капитан, сняв с его спины рацию, передал специалисту Рэю Тэннеру. Рота лежала, положение было критическим, но ситуацию спас лейтенант Марм, подобравшийся к термитнику, бросивший за него гранату, после чего в упор выпустивший магазин своей М-16. Огонь прекратился, после боя за термитником нашли тело вьетнамского офицера и 11 солдат. Впрочем, самому лейтенанту это просто так с рук не сошло: Марм получил пулевые ранения в челюсть и шею, после чего убыл на батальонный медпункт, а оттуда вертолётом в госпиталь. Впрочем, расчистить дорогу к «потерянному взводу» Марм не смог, роту Надаля обошла сотня вьетнамцев, отсекшие ещё один взвод, самое паршивое было в том, что бойцы ВНА захватили американский пулемёт М-60 и стали весьма умело использовать его по назначению, ещё плотнее прижав альфу к земле. В роте были убиты либо ранены все три взводных командира, также ощущалась убыль сержантского состава.
Подполковник Мур и капитан Дидурык
На подмогу 1-му батальону командир 3-й бригады полковник Браун смог послать только роту «Браво» 2-го батальона под командованием капитана Мирона Дидурыка по прозвищу Mad Cossak: она несла караул вокруг штаба, все остальные роты «искали по джунглям какого-то парня по имени «Чарли»», и собрать их было не вполне реально. Таки да, Дидурык был западенцем с Тернопольщины, и украинская Википедия, захлёбываясь от восторга, пишет, что его упоминает в своей книге настоящий американский подполковник! Тринадцать оставшихся способными подняться в воздух «Хьюи» доставили роту Дидурыка численностью 120 человек в зону высадки «Экс-Рэй» около пяти часов вечера. Вместе с подкреплением прибыли сержанты Джек Ямагучи и Томас Широ из роты специального фотографирования, вооружённые 16-мм кинокамерами: сложно сказать, насколько хорошо умеют американцы воевать, но сделать из любой стычки (независимо от её результата!) эпический подвиг и стратегическую победу они умеют прекрасно!
Ночной бой в долине Йа-Дранг, Вилли-Питер в наличии!
Между тем темнело, стало ясно, что прорваться к отрезанному взводу не удастся, и Надаль с Херреном запросили у Мура разрешение отступить. Разрешение было получено, и остатки рот отошли к сухому ручью под прикрытием артиллерийской завесы. Потом подполковник решил, что держать ночью батальон разбросанным чревато, и приказал ротам возвращаться в периметр. По американским уставам при отступлении положено выставлять дымзавесу, и Мур связался с артиллеристами. Выяснилось, что дымовых снарядов с собой не взяли. Тогда подполковник, как опытный ветеран Корейской войны, поинтересовался: нет ли зажигательных, с белым фосфором? Они на батарее оказались в наличии, и Мур дал команду использовать «Вилли Питер» (слэнговое название зажигательных боеприпасов от White Phosphorus), который даёт густые клубы ярко-белого дыма. Снаряды упали в нескольких метрах от альфы, так что только чудом никто не пострадал, а рота успешно отошла. Потом тот же фокус проделали с браво.
Сэвиджу по рации сообщили, что остаткам взвода придётся держать свой холм до утра самостоятельно. Боеприпасов у кавалеристов хватало, но бодрости духа это не добавило. К тому же ночь предстояла беспокойная: капитан Херрен регулярно вызывал артиллерийский огонь по периметру обороны «потерянного взвода». Роты альфа и браво окапались, эвакуировали убитых и раненых и пополнили боекомплект. Взводы роты Дидурыка поставили в промежутках между браво и дельта, а один взвод придали чарли, два прибывших с ротой миномёта придали батарее с центральным пунктом управления огнём. Пять американских рот готовились к беспокойной ночи в долине Йа-Дранг.
Вьетнамские ветераны возлагают цветы к могиле павших товарищей
Но день выдался тяжёлым и для вьетнамцев. Нгуен Ван Лунг, бывший солдат 7-й роты 8-го батальона 66-го полка, после войны ставший известным писателем, вспоминает, что после дня боёв в его роте из более ста человек в строю осталось только 12. Много солдат ВНА пало не только от пуль и напалма, но и от истощения: в качестве ИРП у них были только рисовые брикеты, которые не каждый мог разгрызть, а варить не было возможности: вьетнамские войска соблюдали строжайшую маскировку, даже постиранную форму разрешалось сушить только в тени — чтобы невозможно было разглядеть сверху. Вьетнамцы сильно приукрашивают потери, понесённые американскими кавалеристами в том сражении, но, надо отдать должное: тот вывод, что «войска полностью разгромили стратегию «поиска и уничтожения» (перевод корявый, но другого нет), нельзя не признать верным.
Дальнобойная антенна RC-292
А пока Мур подсчитывал потери, которые принёс первый день боёв: рота «Альфа» — 3 офицера и 31 рядовой убитыми и ранеными, «Браво» — 1 офицер и 46 рядовых, один взвод отрезан за пределами периметра, рота «Чарли» в бою почти не участвовала, так что и потери понесла небольшие — 4 рядовых, офицерский состав остался в строю полностью. Впрочем, взамен убитых и раненых прибыла рота Дидурыка, так что число американских солдат в периметре стало даже больше, чем было в батальоне изначально. К тому же появилась прямая связь со штабом бригады: «Хьюи», помимо всего прочего, привезли полевую антенну RC-292, которую установили на высоком дереве. Это позволило не держать постоянно над периметром командный вертолёт. В 7:15 наступила темнота, и бой угас.
Джо Гэллоуэй в 2017 году
А в батальон приехал репортёр Джо Гэллоуэй. Он попросил пилота транспортного «Хьюи» подбросить его вместе с грузом боеприпасов. И... Чего не отнять у американцев, так это понимания необходимости пиара! Представить себе, что у нас начальство даст «добро» перебросить в самую горячую точку фронта журналиста... «Нет, сынок, это — фантастика!». А у Мура было только два ограничения: не мешаться под ногами и не выдавать оперативной информации, плюс — на свой страх и риск...
Транспортные «Хьюи» в «горячей» зоне высадки
Одновременно транспортные вертолёты эвакуировали из долины раненых: санитарные машины идти в «горячую» зону отказывались категорически, пришлось сажать в транспортные машины санитаров, которые пытались стабилизировать пациентов подручными средствами. Тех, в отношении кого это получилось, транспортные самолёты «Карибу» эвакуировали из Плейку в армейские госпитали в Куинёне и Начанге, откуда наиболее серьёзных после дополнительного хирургического вмешательства вывозили на Филиппины, а выздоравливающих — в Японию.
Канадский транспортный самолёт «Де Хэвилленд» DHC-4 «Карибу» активно применялся американцами во Вьетнаме.
Всю ночь американские позиции прощупывали группы вьетнамцев — 5-10 бойцов. Особенно активно прощупывали участок роты чарли, капитана Эдвардса. Задачей вьетнамских разведчиков было выявить расположение пулемётов, но капитан отдал строгий приказ — огонь открывать только из М-16. Вьетнамцы целенаправленно не давали противнику спать: трубили в горны, стреляли, кричали. Толку с этого было немного, но расслабляться не давало. Гораздо хуже был снайперский огонь, от которого было потеряно несколько бойцов. Основное время джи-ай уделили окапыванию: сразу после прибытия рота вступила в бой, так что времени на рытьё нормальных окопов у них не было. Впрочем, даже теперь наличие переплетения корней делало это не самым простым занятием.
Джи-Ай с AR-15 во Вьетнаме
На позициях роты «Дельта» установили шесть пулемётов М-60 с нарезанными секторами обстрелов и батарею из восьми 81-мм миномётов, к которым «Хьюи» навезли сотни мин. Батарея могла накрыть огнём любой участок периметра, сами же миномёты защищало ещё три М-60 разведвзвода лейтенанта Джеймса Рэкстроу. Все эти силы охраняли пару повреждённых вертолётов, находившихся ближе к краю периметра. Интересно, что часть бойцов батальона вместо М-16 была вооружена её гражданским вариантом — AR-15: то ли купленных на свои деньги, то ли из первых партий, поставленных в 1962 году армии сайгонского режима.
Из 20 человек сержанта Сэвиджа только семь были целы, все остальные ранены (некоторые раненые продолжали сражаться), погибло 9 человек. Воды на холме не было, а во флягах подходила к концу. Первая атака на «периметр Сэвиджа» началась в полночь, сержант услышал приближение противника и вызвал артиллерийский огонь. Вторая произошла в 3:15 — её отразили авиаударами. В общем, за ночь «потерянный взвод» новых потерь не понёс.
Какой план сорвали, гуки!
Между тем, Мур готовил очередной план деблокирования взвода. Он решил на рассвете отправить в атаку роты альфа, браво и чарли, выстроенные клином (классика жанра — атаковать «свиньёй»!), после авиационного и артиллерийского удара. Впрочем, не «отправить», а «повести» — командир батальона собрался сам идти с ротой браво. План был отличный, надёжный как швейцарские часы! Но у вьетнамцев был ничуть не хуже — они также собрались атаковать на рассвете! Ну, то есть хотели в 2:00, но авианалёт помешал, так что начало представления перенесли на 6:30. Для атаки был назначен 7-й батальон 66-го полка и местный батальон Вьетконга Н-15. Внезапности добиться не удалось: капитан Эдвардс приказал своим взводным выслать патрули, которые и вскрыли готовящуюся атаку...
Информация