Крейсер проекта 66. Артиллерия и СУО
Итак, ОТЗ на крейсер проекта 66 было составлено и, после некоторых дополнений, утверждено в апреле 1952 г. Разработку эскизного проекта поручили ЦКБ-17, при этом главным конструктором стал Н. А. Киселев — человек, благодаря работе которого флот пополнился пятью легкими крейсерами проекта 68К. Под его руководством в 1952 г. было составлено 6 вариантов эскизного проекта, водоизмещение которых колебалось от 24 800 до 25 060 т. Кстати, в варианте № 4 количество стволов универсальной 130-мм артиллерии было увеличено с 8 до 12 за счет применения четырехорудийных (!) башенных установок БЛ-132.
Надо сказать, что представленные эскизные проекты были весьма близки к ОТЗ, однако же их рассмотрение весьма затянулось — заключение по ним было подписано только 21 марта 1953 г. Причина тому, впрочем, была вполне уважительная: в феврале-марте 1953 г. проводились испытания броневой защиты путем обстрела броневых плит на полигоне №55. В ходе них выяснилось, что заложенная в требования к проекту 66 горизонтальная защита не отвечает требованиям ОТЗ.
Изначально предполагалось, что для противостояния 203-мм снарядам «Де Мойна» будет достаточной 85-мм броневая палуба (средняя) при наличии 20-мм верхней палубы. Однако испытания показали, что для на дистанции 130-150 кбт. даже и такой защиты не будет хватать и требуется либо 105+20 мм, либо 70+50 мм бронирование. При этом вариант 70 мм средней палубы и 50 мм верхней палубы лучше защищал от фугасных снарядов и авиабомб и был на 100 т легче, нежели 105+20 мм. Его и предлагалось применить, причем в районе погребов главного калибра средняя палуба должна была стать еще на 20 мм толще, то есть 90+50 мм. Кроме того, потребовалось усиление крыш башен главного калибра и главного командного пункта с той же задачей — обеспечить неуязвимость их горизонтальной защиты от 203-мм снарядов.
Имелись и другие замечания, но в целом работу ЦКБ-17 следует оценивать весьма высоко — представленные им варианты эскизного проекта были очень близки к ОТЗ, и в том, что возникла необходимость пересматривать палубное бронирование, их вины не было.
Откорректированный эскизный проект был готов в августе 1953 г. Крейсер заметно потяжелел — его стандартное водоизмещение составляло теперь 26 230 т, а скорость полного хода, наоборот, упала на пол-узла — с 35 до 34,5 уз. Тому было две причины: упомянутый выше рост веса горизонтальной защиты и еще башни главного калибра СМ-6, которые также оказались тяжелее, чем это планировалось изначально.
РЛС - обзорные и управления огнем
По части артиллерии изменений относительно ОТЗ не было. Крейсер проекта 66 планировалось вооружить 3х3*220-мм, 4х2*130-мм, 6х4*45-мм и 6х4*25-мм артсистемами, торпедного и авиавооружения не предусматривалось. Весьма интересна система управления вышеперечисленным вооружением.
Крейсер предполагалось оснастить тремя обзорными РЛС. Первая, «Фут-Н», предназначалась для обнаружения и сопровождения воздушных целей, она имела дальность 150 км. Вторая, «Риф-А», специализировалась на надводных и низколетящих целях: крейсер проекта 68К она обнаруживала на расстоянии до 199 кбт. (примерно 36,4 км), эсминец проекта 30-бис — до 182 кбт. (33,3 км), а торпедный катер — на 54 кбт. (9,8 км). Обе эти РЛС были обзорными, в СУО крейсера проекта 66 не включались, но и «Фут-Н» и «Риф-А» выдавали целеуказание артиллерийским РЛС, которые, в свою очередь, обеспечивали управление огнем.
Предполагалось также использование РЛС дальнего обнаружения воздушных целей «Вахта», возможности которой позволяли наблюдать самолеты на расстоянии до 200 км. Но, видимо, работы по «Вахте» находились в самой начальной стадии, так что на крейсере планировалась не установка этой РЛС, а только резервирование места под нее. Основной особенностью «Вахты» должна была стать аппаратура, обеспечивающая наведение истребительной авиации. Планировалось ли снять с корабля «Фут-Н» после установки «Вахты», или же командование исходило из принципа «РЛС много не бывает» — мне неизвестно.
Помимо трех обзорных РЛС, крейсер проекта 66 должен был получить 8 РЛС управления огнем: по 2 для главного и универсального калибров и еще 4 для автоматов калибром 45-мм.
Главный калибр должен был управляться при помощи двух РЛС «Залп», размещаемых на мачтах крейсера, — такие же РЛС были и на крейсерах типа «Свердлов» (проект 68-бис).
Их возможность наблюдать корабль класса «крейсер» ограничивалась радиогоризонтом, подводную лодку РЛС «Залп» «видела» на дистанции 99,25 кбт. На каком расстоянии «Залп» мог наблюдать всплески от падения 220-мм снарядов, по понятным причинам, неизвестно, но всплески осколочно-фугасных 152-мм боеприпасов «Залп» различал на 165 кбт, а не взрывающихся о воду практических снарядов того же калибра — на 110 кбт. Всплески используемых для стволиковой стрельбы 45-мм снарядов наблюдались на 35 кбт. Данные для стрельбы универсального калибра должны были предоставить РЛС «Якорь», способные контролировать воздушные цели на дистанции до 160 кабельтов. По другим данным (Широкорад), «Якорь-М» мог «работать» по самолетам типа Ил-28 на расстоянии до 191-240 кбт. соответственно до модернизации и после. Самолет меньшего размера, такой как МиГ-17, «Якорь-М» обнаруживал на дистанции в 71 кбт. Антенны этих РЛС располагались на стабилизированных постах наводки СПН-500-66, последние располагались на носовой и кормовой надстройках сразу за и над 130-мм башнями.
Что же до малокалиберной зенитной артиллерии, то для 45-мм автоматов также предусматривалось целеуказание при помощи РЛС «Фут-Б». Всего на крейсер проекта 66 предполагалось устанавливать 6 счетверенных установок 45-мм автоматов, по три на каждый борт. Они делились на 4 батареи: в двух из них было по две таких установки, в двух других — по одной, то есть на каждый борт было по две батареи. И каждой батарее полагалась собственная РЛС «Фут-Б». А вот для 25-мм автоматов управление по данным РЛС не предусматривалось.
Системы управления огнем
Управление огнем главного калибра должны были осуществлять приборы управления стрельбой «Молот 66». Информацию для этой СУО должны были предоставлять, помимо двух РЛС «Залп», командно-дальномерный пост и командно-визирный пост.
«Молот 66» способен был вырабатывать данные для стрельбы одновременно по двум целям, наблюдаемым визуально либо средствами радиолокации. Огневое решение вырабатывалось даже и в том случае, если морские цели наблюдались периодически, временно скрываясь из вида. Также СУО обеспечивало стрельбу по невидимым наземным целям на дальность до 300 кбт при помощи ориентира или по данным самолета-корректировщика, причем базирование такого самолета на крейсере проекта 66 не предусматривалось. Дальность «Молот 66» превосходила возможности главного калибра крейсера, способного отправить свои снаряды на 260 кбт максимум.
В случае, если СУО, КДП и РЛС оказывались выведены из строя, башни сохраняли возможность вести индивидуальный огонь. Для этого 2-я и 3-я башни комплектовались радиодальномерами «Грот», ТТХ которых мне, к сожалению, неизвестны.
Нужно сказать, что управление огнем главного калибра на основе РЛС «Залп» было вполне эффективным, что подтверждается, например, результатами практической стрельбы двух крейсеров проекта 68К, состоявшейся 28 октября 1958 г. Надо сказать, что изначально на крейсерах проекта 68К стояли РЛС «Редан 2», но их заменили на «Залпы» задолго до упомянутых выше учений. В стрельбе приняли участие «Куйбышев» и «Фрунзе», условия были максимально приближены к боевым. Учения производились ночью, целью был щит, буксируемый эсминцем проекта 30-бис «Буйный». «Куйбышев» и «Фрунзе» шли со скоростью свыше 28 узлов. Щит был обнаружен ими с расстояния в 190 кбт, после чего крейсера легли на боевой курс и пошли на сближение.
Управление огнем велось исключительно по данным РЛС «Залп». С расстояния 131 кбт «Куйбышев» дал два пристрелочных залпа двумя башнями, причем «Залп» зафиксировал падение обоих залпов у щита. «Куйбышев» дал еще один корректировочный залп из одной башни, после чего оба крейсера открыли огонь на поражение. Стреляли три минуты, в момент окончания огня расстояние между крейсерами и щитом было 117 кбт. Достигнуто было 3 прямых попадания в щит. О размерах щита и расходе снарядов сведений у меня, к сожалению, не имеется.
Конечно, количество попаданий не поражает воображения, но для дистанции 117-131 кбт для «шестидюймовок» это весьма точная стрельба, особенно если принять во внимание эллипс рассеивания 152-мм орудий на такой дистанции.
Что особенно интересно, «Молот 66» способен был обеспечивать стрельбу главного калибра не только по морским или наземным, но и по воздушным целям, пока те находились в пределах досягаемости его орудий, имевших угол возвышения 50 град. Но совершенно неясно, каким образом он мог это делать. Дело в том, что, по некоторым данным, РЛС «Залп» не могла обеспечивать выдачу целеуказания по воздушным целям. В то же время у А.М. Васильева и А.Б. Морина указывается, что огневое решение вырабатывалось «с использованием башенных систем ПУС». Поэтому не могу исключать, что расчеты производились по данным радиодальномеров, которыми комплектовались 2-я и 3-я башни, но в таком случае возникают большие сомнения в эффективности подобного огня. Впрочем, совершенно очевидно, что 220-мм орудия ни при каком управлении не могли быть эффективным средством ПВО.
Универсальный калибр управлялся СУО «Метель-66». В нее входили два стабилизированных поста наводки СПН-500-66, две РЛС СУО «Якорь» и четыре визира ВЦУЗ-3. «Метель-66» вырабатывала огневое решение для стрельбы по воздушной цели, летящей на скорости до 300 м/с или по морской на 60 уз, а также по видимой или невидимой сухопутной цели — в последнем случае огонь велся по ориентиру. В случае выхода из строя СУО, 130-мм артиллерия могла вести огонь автономно, при помощи размещенных в башнях дальномеров «Штаг-Б». Последние способны были сопровождать и определять дистанцию до цели размером с эсминец начиная со 100 кбт и с погрешностью в 15 м.
Для 45-мм автоматов также предусматривались приборы управления стрельбой, получавшие данные от РЛС «Фут-Б», но их название и функционал мне неизвестны.
Есть и еще один чрезвычайно важный нюанс. Для 220-мм, 130-мм и 45-мм артиллерии предусматривалось автоматическое, полуавтоматическое и полностью ручное наведение. То есть и главный, и универсальный калибр, и 45-мм автоматы могли наводиться на цель без участия расчетов в башнях и установках. А вот для 25-мм «счетверенок» такого не предусматривалось, у них были силовые приводы наведения, но управляли им расчеты этих установок, наведение осуществлялось посредством коллиматорных прицелов.
Главный калибр
В качестве главного калибра предполагалось использовать СМ-40 — 220-мм орудие с длиной ствола в 65 калибров. Такая длина ствола требовалась, чтобы придать 176-кг снаряду начальную скорость 985 м/с. Первоначально, при создании орудия, полагали, что нужна будет скорость 950–1000 м/с, в какой-то момент пришли к 950 м/с. Но потом сочли, что этого не будет достаточно, отчего в финальном варианте остановились именно на 985 м/с. К сожалению, мне неизвестно, достигалась ли такая скорость при боевом или же при усиленно-боевом заряде, но пониженный обеспечивал скорость 800 м/с. Возможно, присутствовал боевой (основной) заряд, должен был сообщать снаряду промежуточное значение скорости между этими величинами. Так было у 180-мм орудий Б-1-П, которыми вооружались наши легкие (по отечественной классификации) крейсера проектов 26 и 26-бис: их таблицы стрельбы содержали данные для начальных скоростей 720, 800 и 920 м/с.
Как бы то ни было, предполагалось добиться живучести ствола 220-мм/65 орудия при боевом заряде в 600 выстрелов, и я испытываю некоторые сомнения в том, что такой показатель был бы достижим при начальной скорости 985 м/с. Впрочем, это лишь ощущения, а не факты. Орудие СМ-40 было создано и представлено на испытания, из него стреляли. Но вот прошло ли оно испытания или нет, мне неизвестно — работы по нему были прекращены после отказа от строительства крейсеров проекта 66, поскольку ни для чего больше флоту это орудие не было нужно.
СМ-40 должны были устанавливаться в трехорудийные башни СМ-6. Каждая пушка имела собственную люльку и механизм подачи зарядов и снарядов. Максимальный угол вертикальной наводки составлял 50 град., при которых дальность полета снаряда составляла бы 270 кбт. Боекомплект к орудиям СМ-6 составлял 100 выстрелов на ствол, однако на крейсерах предусмотрена была возможность взять в перегруз еще по 20 снарядов на орудие.
Различные источники дают разные сведения о бронировании СМ-6. Все источники сходятся по толщине боковых стенок — 180 мм, но вот данные по лобовой плите сильно различаются: у Широкорада это 250 мм, у А.В. Васильева и А.Б. Морина — 300 мм, в других справочниках можно найти 220 мм. Крышу в основном указывают 125 мм, но у А.В. Васильева и А.Б. Морина мы видим 135-145 мм. По моему мнению, никаких противоречий тут нет — требования к защите СМ-6 на протяжении ее проектирования неоднократно менялись, и уважаемые А.В. Васильев и А.Б. Морин привели финальные данные по установке.
В целом же можно говорить о том, что конструкторы СССР проектировали чрезвычайно мощную артсистему: но и цена за ее достоинства была весьма велика. Масса СМ-6 составляла 730 тонн, из которых вращающаяся часть с броней весила 665 т, а без брони — 422,5 т.
Это было очень много. Одна башня СМ-6 весила почти столько же, сколько три 152-мм башни МК-15-бис, которые имели вес 246,2-253,4 т (вращающаяся часть с броней — 223,3 т). Трехорудийные башни линкоров типа «Севастополь» имели вес 1 084 т.
Насколько оправданным было вооружение крейсеров проекта 66 столь мощной и тяжелой артсистемой? Этот вопрос я оставлю до времени, когда буду сравнивать проект нашего крейсера с его потенциальным противником — американским тяжелым крейсером «Де Мойн». А пока отмечу одну особенность СМ-6, которую нередко ставят в упрек этой установке.
Дело в том, что она не позволяла заряжать орудия на любом угле возвышения. Соответственно, чем выше был этот угол, тем ниже техническая скорострельность на ствол. Она составляла при возвышении до 8 град. 5,9 выстр./мин; до 20 град. — 5 выстр./мин; и до 50 град. — 3,2 выстр./мин. И такое падение скорострельности, с одной стороны, конечно, плохо, но с другой — решительно неясно, насколько.
В пример СМ-6 обычно ставят 203-мм башни «Де Мойна», которые имели полностью механизированную подачу и обеспечивали заряжание на любом угле возвышения, при этом техническая скорострельность достигала 10 выстр./мин. Но как долго орудие могло вести огонь в таком темпе? Все-таки перегрев ствола никто не отменял. Не будем забывать и о том, что в боевой обстановке скорострельность обычно куда ниже технической. Поэтому, бесспорно, меньшая скорострельность является недостатком, но вот насколько он был существенным в данном случае?
И нужно понимать, что технически СМ-6, конечно, можно было бы оснастить такой системой подачи боеприпасов, которая обеспечила бы заряжание орудия на любом угле возвышения. Но насколько при этом потяжелела бы установка, которая и без того имела весьма нескромную массу? Насколько при этом увеличилось бы водоизмещение несущего три СМ-6 крейсера? Оправдан ли такой рост возможностью поднять техническую скорострельность до 5,9 выстр./мин. на любых углах возвышения? Свою точку зрения по этому вопросу я выскажу позднее, но бесспорно интересно, что думают об этом уважаемые читатели.
Пока же ограничусь констатацией того, что главный калибр крейсера проекта 66 в сочетании с СУО «Молот-66» и двумя РЛС «Залп» стал бы чрезвычайно эффективным средством борьбы на море.
Универсальный калибр
Несмотря на то, что в одном из вариантов первоначального эскизного проекта присутствовали весьма экстравагантные четырехорудийные 130-мм артустановки, в скорректированном проекте вернулись к традиционным двухорудийным. На крейсер проекта 66 планировалось ставить четыре установки БЛ-109А, имевших по паре 130-мм/58 орудий каждая. Вес снаряда составлял 33,4 кг, начальная скорость — 950 м/с. Дальность стрельбы в источниках различается, но, по всей видимости, не менее 163 кабельтов (29,8 км), досягаемость по высоте — 15 км. Максимальный угол вертикального наведения БЛ-109А составлял 83 град.
«Стотридцатка» обладала вполне приемлемыми показателями скорости вертикальной и горизонтальной наводки — 20 градусов в секунду и по вертикали, и по горизонтали. Интересно, что по данному параметру БЛ-109А оставляла позади 100-мм «спарку» СМ-5-1, устанавливаемую на крейсера проекта 68-бис «Свердлов» — у той данные скорости были 16 и 17 град. соответственно. При этом техническая скорострельность БЛ-109А составляла 15-16 выстр./мин на ствол и практически не отличалась от таковой у СМ-5-1 (15-18 выстр./мин). Однако главное преимущество БЛ-109А заключалось в могуществе зенитного снаряда.
Не скажу точно, когда именно, но советские моряки получили зенитные снаряды с радиолокационным взрывателем. При этом и на 100-мм, и на 130-мм снаряды ставился один и тот же радиолокационный взрыватель АР-24. Это было весьма увесистое изделие весом 1 515 грамм, и, конечно, при размещении его в 33,4-кг снаряде к БЛ-109А места для взрывчатки оставалось заметно больше, чем в 15,9-кг снаряде к установке СМ-5-1. В результате зенитный 130-мм снаряд с радиовзрывателем имел 1,95 кг ВВ против 0,85 кг у 100-мм снаряда.
Разумеется, у любых достоинств есть своя цена. Но в данном случае она была вполне подъемна, причем в прямом смысле этого слова. Вес установки БЛ-109А в варианте с 25-мм броней составлял 65,2 т., в то время как у СМ-5-1 он был 45,8 т. С учетом боекомплекта (200 снарядов для БЛ-109А и 300 снарядов для СМ-5-1) эти веса становились 77,44 и 53,84 т. соответственно.
СМ-5-1
Таким образом, четыре установки БЛ-109А можно было заменить без перевеса только на 5 установок СМ-5-1, если же взять шестую, то перевес составил бы уже 13,3 т. И это только масса установок и боекомплектов к ним. Но следует учитывать, что расчеты у БЛ-109А и СМ-5-1 имели одинаковую численность — 19 человек, соответственно, две дополнительные установки СМ-5-1 требовали 36 человек дополнительно. А это и кубрики, и запасы провизии с водой и проч.
В силу вышесказанного, отказ от СМ-5-1 в пользу БЛ-109А на крейсерах проекта 66 выглядит совершенно оправданным и верным решением. Тем более, что работы по ним шли опережающими темпами: в марте 1953 г. завод «Большевик» сдал 12 качающихся частей БЛ-109А.
В целом же универсальный калибр крейсера проекта 66 оставляет двойственное впечатление. С одной стороны, его хочется хвалить: тут и очень хорошая 130-мм зенитка, и высокая скорострельность, и быстрота наводки, и собственная СУО, и автоматическое наведение на цель без участия расчета башен, и целеуказание, выдаваемое посредством РЛС управления огнем... Но в этой бочке меда, увы, содержится неиллюзорная ложка дегтя. Все это великолепие могло эффективно работать исключительно по поршневой авиации, а вот для противостояния реактивным самолетам возможностей РЛС «Якорь» и СУО «Метель-66» было недостаточно. Впрочем, следовало предполагать, что если бы крейсера проекта 66 все-таки были построены, то на них установили бы более современные или модернизированные СУО и радары. Но в своем проектном составе СУО, универсальная артиллерия крейсера эффективно бороться с реактивной авиацией все-таки не могла.
Малокалиберная зенитная артиллерия
Ее основу составляли счетверенные установки 45-мм автоматов СМ-20-ЗИФ, хотя, скорее всего, будь крейсера проекта 66 построены, на них попала бы модернизированная версия этой установки СМ-20-ЗИФ1. Надо сказать, что эти установки дожили до «железа» — СМ-20-ЗИФ была принята на вооружение 9 октября 1957 г., всего на корабли (эсминцы проектов 56 и 41) было поставлено 116 таких установок.
К сожалению, данные об этой установке несколько противоречивы.
Длина 45-мм орудия составляла 78 калибров, но по другим данным — 89 калибров. Вес снаряда — 1,41 кг, выстрела — 4,52 кг. Вес ВВ в различных типах снаряда колебался от 50 до 60 грамм.
Начальная скорость снаряда — 1030 или 1080 м/с, при такой скорости снаряд имел дальность 78 кабельтов, а досягаемость по высоте — 6,7 км. Максимальный угол вертикального наведения — 83 град., скорость вертикальной/горизонтальной наводки — 25 и 30 град. соответственно. У модернизированной СМ-20-ЗИФ-1 скорость горизонтальной наводки составляла 40 град.
Техническая скорострельность составляла 135–160 выстр./мин на ствол, длина непрерывной очереди — 50 выстрелов. Питание — обойменное, но тут возникает неясность. Все известные мне источники сообщают, что в обойме находилось 4 выстрела 45-мм, но при этом кочующие из справочника в справочник изображения намекают, что снарядов в установку помещалось существенно больше.
Буду чрезвычайно благодарен сообществу, если кто-то из уважаемых читателей, кто имел дело с этими установками, разъяснит этот вопрос. Сам же я пока понимаю его так, что обоймы по 4 снаряда укладывались в некие направляющие, а уже из них обоймы попадали к автоматам: при этом задача расчета была в том, чтобы подкладывать обоймы на направляющую, а замена их в процессе стрельбы происходила автоматически.
Масса установки - 3,6 т.
Что же до 25-мм автоматов, то это были счетверенные установки БЛ-120, и с ними я буду предельно краток. Это, фактически, было оружие последнего шанса, причем лишенное автоматической наводки, поскольку наводить его можно было только по старинке, посредством коллиматорного прицела. Автомат имел длину ствола 80 калибров, вес снаряда 286 г. и начальную скорость 900 м/с. Техническая скорострельность составляла 270-300 выстр./мин. на ствол. Максимальная дальность стрельбы — 22 кбт, досягаемость по высоте — 2,8 км. Скорость вертикального/горизонтального наведения — 30/40 град. Масса установки — 4 т.
Малокалиберная зенитная артиллерия крейсеров проекта 66, как и универсальная, оставляет двойственное впечатление. Но если для 130-мм установки оставляют умеренно позитивное впечатление, поскольку пушки были весьма хороши, а СУО могли поправить в процессе постройки, то МЗА вызывает откровенный негатив.
Да, с одной стороны, наконец-то советские крейсера должны были получить превосходные 45-мм автоматы, управляемые автоматически и с собственными СУО и РЛС. Но вот с другой...
Нет ни малейших сомнений в том, что 45-мм установки СМ-20-ЗИФ великолепно проявили бы себя в баталиях Второй мировой войны. Однако к 1945 г. стало ясно, что знаменитые 40-мм «Бофорсы», основа скорострельной зенитной артиллерии США и Англии, начали устаревать. Могущества 40-мм снаряда уже не хватало для борьбы с воздушными угрозами, такими как «камикадзе», да и эффективной дальности стрельбы оказывалось недостаточно, чтобы не просто подбить вражеский самолет, но и не допустить попадания сбитого уже самолета в корабль.
Поэтому и американцы, и англичане вскоре по завершении боевых действий перешли от 40-мм к 76-мм автоматическим пушкам: мы же стали менять 37-мм автоматы на 45-мм. Без сомнения, СМ-20-ЗИФ по своим баллистическим качествам превосходил счетверенную 40-мм «Бофорс» — у последнего и снаряд весил в полтора раза меньше, и в начальной скорости уступал минимум на 200 м/с. Но кардинально это все же проблемы не решало.
Вторая проблема МЗА крейсера проекта 66 заключалась в том, что 45-мм стволов на нем было прискорбно мало. В шести установках СМ-20-ЗИФ было всего только 24 ствола, в то время как на американских тяжелых крейсерах конца Второй мировой войны было таких стволов вдвое больше. И это при том, что «Балтимор» по водоизмещению уступал «шестьдесят шестому» почти вдвое! Зато советский крейсер планировали оснащать 24 стволами 25-мм автоматов, чьи установки, если мои данные верны, были даже тяжелее 45-мм СМ-20-ЗИФ! И, как по мне, было бы правильно убрать 25-мм автоматы с крейсера совершенно, заменив их 45-мм батареями, управляемыми СУО с РЛС.
На этом я заканчиваю описание артиллерийского вооружения крейсера проекта 66 и перехожу к его защите.
Продолжение следует...
Информация