Успешное возвращение второй китайской многоразовой ракеты
19 августа в 07:35 по пекинскому времени ракета-носитель «Чжуцюэ-3» (ZQ-3) стартовала с территории Дунфэнского коммерческого космодрома. Полёт прошёл штатно на всех участках: первая ступень совершила успешную посадку в заданной точке площадки Миньцинь, а вторая ступень вывела на расчётную орбиту технологический спутник «Хунху-03» компании Hongqing Technology — демонстратор, проверяющий аргоновый двигатель Холла, гибкую солнечную батарею, бортовую вычислительную систему и решения для серийного производства. Аппарат предназначен для отработки систем будущих серийных спутников перспективной низкоорбитальной группировки «Хунху», заявленной в документах Международного союза электросвязи на 10 тыс. спутников — по замыслу аналог Starlink. Испытание прошло без замечаний.
«Чжуцюэ-3» стала вторым китайским орбитальным носителем с успешно возвращённой первой ступенью — после «Чанчжэн-10Б», первую ступень которой 10 июля 2026 года удержала сеточная система морской платформы, — и первым китайским носителем, самостоятельно севшим на сушу с помощью посадочных опор. При узком подсчёте носителей с управляемым возвращением первой ступени после орбитальной миссии её можно назвать четвёртым таким типом в мире (Falcon 9 → New Glenn → «Чанчжэн-10Б» → «Чжуцюэ-3»), но это не общепринятый официальный рейтинг: счёт меняется, если учитывать Falcon Heavy, испытания Starship или требовать не просто возвращения, а повторного полёта той же ступени. Возвращённая ступень «Чжуцюэ-3» повторно ещё не летала — сам разработчик пишет, что программа только перешла от проверки возвращения к инженерной проверке повторного использования.
Пожарные роботы у первой ступени после посадки
«Чжуцюэ» "朱雀"
«Чжуцюэ» — китайское мифическое существо, огненно-красная священная птица, олицетворяющая пламя. Одновременно это символ южной группы из семи лунных стоянок: в древнекитайской астрономии полосу неба вдоль эклиптики и небесного экватора делили на 28 лунных стоянок — не созвездия в современном смысле, а участки для отслеживания движения Луны. Стоянки группировали по семь на каждую сторону света: на востоке Лазоревый дракон, на севере Чёрная черепаха, на западе Белый тигр и на юге Красная птица. (Читатели, знакомые с японской анимацией, наверняка узнают этих четырёх священных зверей — они давно вошли и в японскую культуру.) Уникальная китайская система лунных стоянок — тема настолько обширная, что заслуживает отдельной статьи. Название ракеты отсылает к Чжуцюэ — южному символу этой небесной системы.
На снимке обведённая область — это и есть Чжуцюэ, семь лунных стоянок юга
Различаются и «родословные» ракет: «Чжуцюэ-3» — разработка частной китайской компании LandSpace, поэтому её название не связано с историей китайской пролетарской революции, а выбрано по усмотрению разработчиков. В технических решениях LandSpace сочетает подходы, известные по двум системам SpaceX: нержавеющий стальной корпус на паре «жидкий кислород — метан» напоминает Starship (метановые двигатели Starship работают по закрытому циклу, у «Чжуцюэ-3» — открытый газогенераторный), а вертикальная посадка на опоры — Falcon 9. Компоновка, двигатели, аэродинамика и программа испытаний у «Чжуцюэ-3» собственные, так что это сравнение, а не копирование. Одна из заметных особенностей — симметричные боковые наплывы на первой ступени: по данным LandSpace, они создают дополнительную подъёмную силу и расширяют возможности управления траекторией и районом посадки, снижая расход топлива при возвращении.
На первой ступени «Чжуцюэ-3» установлены девять кислородно-метановых двигателей «Тяньцюэ-12A» газогенераторного цикла.
«Тяньцюэ-12A»
Согласно проспекту LandSpace, тяга двигателя на уровне моря — 84,6 тс (830 кН) при удельном импульсе у земли 293 секунды. Данных LandSpace по вакуумной тяге и удельному импульсу TQ-12A в проверяемых актуальных источниках нет; встречавшиеся ранее значения 800 кН / 326 с не подтверждаются.
Компоновочная схема девяти двигателей первой ступени «Чжуцюэ-3»
Вторая ступень оснащена одним кислородно-метановым двигателем «Тяньцюэ-15A».
«Тяньцюэ-15A»
Тяга в вакууме — 836 кН, удельный импульс — около 338,5 секунды; эти значения LandSpace подтверждает. Для газогенераторного цикла — показатели ожидаемые: не рекордные, зато проверенные. Модернизированный «Тяньцюэ-12B» с расчётной тягой на уровне моря около 1000 кН проходит доводку для полной версии ракеты; успешно вернувшаяся конфигурация Y2 его пока не использовала. По габаритам «Чжуцюэ-3» имеет диаметр 4,5 метра; стартовая масса лётной версии — порядка 560–570 тонн, полная (целевая) версия с двигателями «Тяньцюэ-12B» — около 660 тонн.
С грузоподъёмностью стоит быть аккуратным: для «Чжуцюэ-3» опубликованы характеристики разных конфигураций, и сравнивать их без указания высоты орбиты и режима возврата нельзя. По проспекту IPO грузоподъёмность лётной конфигурации Y1 на орбиту 200 км оценивалась примерно в 14,2 тонны при одноразовом использовании — это расчётная грузоподъёмность, а не масса реально выведенного груза. Целевая версия на официальном сайте LandSpace заявлена для орбиты 450 км: 21,3 тонны при одноразовом запуске, 18,3 тонны при возвращении ступени вниз по трассе, 12,5 тонны при возвращении к стартовому району. Точные характеристики успешно вернувшейся конфигурации Y2 компания пока полностью не раскрыла, поэтому фактическую грузоподъёмность в возвращаемом режиме по итогам этого полёта назвать нельзя.
Метан привлекателен для многоразовых двигателей прежде всего чистым горением: из-за меньшего содержания углерода метановые двигатели менее склонны к образованию сажи и нагара, что снижает стоимость и время послеполётного обслуживания и позволяет чаще проводить пуски. Керосин для автогенного наддува баков почти не используют — в кислородно-керосиновых системах обычно применяют отдельный газ наддува: Falcon 9, например, использует для этого гелий. Метан испаряется самостоятельно и создаёт нужное давление без гелиевых баллонов — хотя это распространённое, но не единственно возможное для керосиновых ракет решение. Вдобавок близкие температуры кипения метана и жидкого кислорода упрощают тепловую задачу общего днища баков и единого контура термостатирования. Стоит оговориться: общее днище применимо и для кислородно-керосиновой пары — китайские инженеры строили такой разделитель, изолирующий перепад около 200 °C, — просто оно требует более сложной теплоизоляции. Точное ценовое преимущество зависит от рынка, чистоты топлива, логистики и даты закупки; по оценке, которую приводит китайская деловая пресса со ссылкой на проспект LandSpace, пара «кислород — метан» может обходиться примерно втрое дешевле кислородно-керосиновой. Это оценка производителя, а не универсальный рыночный коэффициент. Кислородно-метановая технология дешевле в эксплуатации — и именно за это её берут.
«Чжуцюэ-3» — далеко не последняя китайская разработка в области возвращаемых носителей. Параллельно идут несколько программ с заметно различающимися графиками — сводить их к единому образу китайского ракетного бума преждевременно. «Чанчжэн-12А» готовится повторить попытку посадки; «Гипербола-3», «Гравитация-2» и ряд других проектов заявляют возвращение ступени в будущих миссиях; «Паллада-1» в первом полёте проверяет только выход на орбиту, оставив возвращение на следующие два-три пуска; «Силовая стрела-2» слетала 30 марта без возвращения, а кластерный возврат модульной версии её разработчик называет перспективой. Называть все эти компании частными некорректно: разработчик «Силовой стрелы-2» — CAS Space — связан со структурами Китайской академии наук. Различаются и способы возврата: рассматриваются морская сеть, посадочные опоры, башенный захват и кластерное возвращение. Захват ракеты башней заявлен в проектах «Юецян-1» (YQ-1) компании DaHang YueQian и AS-1 компании Yushi Space — обе называли ориентиром первый полёт около 2027 года, но это планы разработчиков, а не выполненные пуски.
Испытание по амортизации посадки макета ракеты на улавливающую стрелу компании DaHang YueQian
Вся эта активность объясняется просто: Китаю нужно срочно развернуть сразу несколько низкоорбитальных группировок, и пусковых мощностей не хватает. Крупных таких систем несколько: «Чжунго синван» (國網, Guowang — встречается и как «Гоуван»), «Цяньфань» и перспективная «Хунху», к которой относится выведенный «Чжуцюэ-3» демонстратор. Каждая заявлена на более чем десять тысяч спутников. На этом фоне авария 10 августа 2026 года выглядит особенно болезненно: ракета «Чанчжэн-7А» со спутником Chinasat-4B разрушилась примерно через 85 секунд после старта, до разделения ступеней — по анализу открытого видео. Официальная причина пока не названа, расследование продолжается. Для этого типа носителя — первая авария примерно за шесть лет. В сети высказывалось предположение о перегрузке пусковой программы и спешке при подготовке, однако связывать аварию с нехваткой производственных мощностей или организационными упущениями оснований нет — это не более чем догадка.
Вопрос о России в этой истории — отдельный. Если бы Роскосмос заранее проработал тему и предложил Китаю свои пусковые услуги, он мог бы получить часть заказов: российское агентство получило бы средства на разработку новых ракет, а китайская сторона смягчила бы дефицит носителей. Сценарий этот гипотетический: открытых сведений о запросе Китая на российские пусковые услуги или о встречном предложении Роскосмоса не найдено, а закупка иностранных носителей для стратегических спутниковых группировок упирается в вопросы технологического суверенитета, экспортного контроля и совместимости полезных нагрузок — так что даже при максимальной расторопности Роскосмоса такая сделка была бы далеко не гарантирована. По мере созревания китайских возвращаемых ракет потенциальное окно для иностранных поставщиков будет сужаться; исчезнет ли оно полностью, зависит от реальной частоты пусков, надёжности новых носителей и темпов развёртывания группировок. Упустил ли Роскосмос это окно потому, что не собирался выходить на китайский рынок, из-за собственной загруженности или просто не изучал китайскую ситуацию — остаётся только гадать.
Информация