В Южной Корее осознали, что броня танков сейчас — это не панацея
О том, что пассивная броня танков перестанет играть ключевую роль, танкостроители и разработчики защитных систем по всему миру говорили давно — далеко не один и даже не два десятка лет назад. Правда, в те времена речь шла о противотанковых ракетах, всяческих суббоеприпасах и прочих поражающих средствах, способных атаковать бронетехнику в уязвимые места на огромных дистанциях.
Предсказания, как можно заметить, сбылись: танки и другая техника стали по-настоящему уязвимыми за многие километры от линии боевого соприкосновения, не говоря о поле боя. Но, конечно, речь не о ракетах, а о дешёвых и массовых дронах, которые оставляют мало шансов доехать до противника хотя бы на расстояние прямого выстрела.
То, что броня танков в данной ситуации уже перестаёт играть ключевую роль (дрон может ударить хоть в корму, хоть в крышу, а танк невозможно одинаково забронировать во всех проекциях), теперь является фактом, а не прогнозом. И это прекрасно понимают как военные, так и производители техники в разных странах.
Однако, если мы говорим о США и их союзниках, пока это «понимание» даже за рамки разработки концепции новой защиты танков не вышло. Исключением здесь является Южная Корея — страна с исключительно малым опытом в танкостроении, — военное и политическое руководство которой уже выработало стратегию долгосрочной модернизации их танков К2 «Чёрная Пантера» с упором на активную защиту от дронов и других противотанковых средств.
На эти мероприятия Южная Корея выделила 3,4 триллиона вон (около 2,43 миллиарда долларов), а модернизацию танков планируется провести с конца 2020-х по середину 2040-х годов. Да, стоит отметить, промежуток времени этот довольно огромен, но корейцами это позиционируется как поддержание танкового парка в боеспособном состоянии в ближайшей перспективе — и, судя по опубликованным данным, модернизация выйдет весьма занятной.
Концепт защиты танка на современном поле боя
Перед тем как рассмотреть вариант модернизации танков, который предлагают в Южной Корее, нужно понять три основные вещи, которые должны определять функционал систем защиты боевой машины. Это касается не только корейской техники — тут вообще база для любой страны и любых производителей.
Первое:
Дроны могут атаковать с абсолютно любой стороны и по любой траектории. Оператор беспилотника без труда может найти лазейку и ударить в самое ослабленное место танка, поэтому активная защита должна обеспечивать гарантированное уничтожение дронов во всех проекциях.
Второе:
Дронов на поле боя очень много. В зоне проведения специальной военной операции на Украине нередки ситуации, когда по танку может прилететь десять, двадцать и даже тридцать беспилотников. Поэтому активная защита должна иметь солидный боезапас или вообще быть многоуровневой.
Третье:
Классические противотанковые средства в виде управляемых ракет, противотанковых гранат и снарядов танковых пушек никуда не делись и не денутся. Поэтому активная защита должна работать и против этих угроз. КАЗ (комплекс активной защиты), заточенный исключительно против БПЛА, — плохой КАЗ.
Все три этих свойства корейцы планируют объединить, поскольку полумеры в данном случае недопустимы.
Три уровня корейской защиты
Понимая, что дронов на поле боя может быть не просто много, а очень много, а также то, что по танку могут прилететь ракеты и гранаты, специалисты из Южной Кореи запланировали оснастить боевые машины фактически трёхуровневой активной защитой.
Первый уровень — средства радиоэлектронной борьбы:
Несмотря на то, некоторая часть FPV-дронов сегодня являются проводными — связь с оператором у них осуществляется за счёт оптоволокна, — большинство беспилотников-камикадзе, в том числе и заводские барражирующие боеприпасы, управляются по радиоканалу.
Такое положение вряд ли изменится и в будущем, поскольку дроны на проводах имеют ряд сильных ограничений по части эксплуатации — сравнительно небольшая дальность полёта, тотальная невозможность работы в районах с густой растительностью и проч. Поэтому корейцы твёрдо решили оснастить свои танки средствами радиоэлектронной борьбы (РЭБ) — джаммерами (ёмкое английское слово, в данном случае подразумевающее датчики обнаружения радиосигналов и средства их подавления).
Эти системы сканируют окружающее пространство на предмет характерных радиочастотных сигналов, используемых для управления FPV-дронами и другими беспилотниками, и при обнаружении соответствующих сигналов генерируют помехи, разрывающие связь между оператором и аппаратом или нарушающие передачу видеосигнала и команд.
Это позволяет «отсеять» большую часть атакующих беспилотников ещё на подлёте. Впрочем, не только беспилотников: корейские джаммеры таким же способом будут противостоять дистанционно управляемым минам и самодельным взрывным устройствам, работающим по радиоканалу — при обнаружении сигналов они будут глушить связь, что не позволит подорвать заряд взрывчатки под танком.
Второй уровень — средства «ПВО»:
В качестве второго уровня защиты танка предполагается использование дистанционно управляемых установок с пулемётами или, как вариант, малокалиберными автоматическими пушками. И это, в общем-то, правильное решение, поскольку часть дронов к средствам радиоэлектронной борьбы устойчива: это касается и проводных беспилотников, и БПЛА с защищёнными каналами связи, и дронов с искусственным интеллектом, которым связь с оператором на рубеже атаки не требуется.
Обезвредить их «глушилками» нельзя — только физически уничтожить, при этом атаковать они могут буквально десятками за короткий промежуток времени. Тут пулемёт или автоматическая пушка будут в самый раз благодаря большому боезапасу патронов. К такому решению уже пришли израильтяне, представив на выставке Eurosatory 2026 обновлённый КАЗ «Трофи», который уничтожает дроны с помощью штатной пулемётной/пушечной установки на башне танка.
Третий уровень — пусковые установки с контрбоеприпасами:
Здесь уже речь идёт о привычной «классике»: пусковых установках с контрбоеприпасами, которые уничтожают атакующее танк средство осколочным потоком благодаря программируемому времени подрыва. Они являются последним рубежом обороны танка в рамках активной защиты и предназначаются как для уничтожения дронов, прорвавшихся сквозь РЭБ и пулемётные/пушечные установки, так и для противотанковых ракет и гранат.
Ключевым кандидатом на эту роль для модернизированных K2 считается система «Next-Generation Active Protection System» (NG-APS), представленная компанией Hanwha Systems как развитие технологий первого комплекса KAPS (то, что раньше планировали ставить на танки в «додроновую» эпоху). По открытым данным, NG-APS включает четыре радарных панели с активными фазированными решётками, обеспечивающих круговой обзор на 360 градусов, а также интегрированные электрооптические и инфракрасные сенсоры для пассивного наблюдения и уточнения параметров угроз.
Система использует алгоритмы обработки сигналов и элементы искусственного интеллекта для автоматической классификации обнаруженных объектов, определения приоритетов угроз и принятия решения об их перехвате. На основе анализа траектории и скорости подлетающего боеприпаса NG-APS инициирует запуск контрбоеприпасов из двух пусковых установок, размещённых на корпусе или башне танка, причём эти пусковые устройства способны отрабатывать по целям под большими углами возвышения.
Выводы
Если говорить в целом, то у корейцев получился вполне внятный концепт, который они уже твёрдо запланировали реализовать в металле. Нет никакой лишней мишуры и пускания пыли в глаза по типу «мы разработаем уникальные системы», которые к моменту готовности окажутся полностью устаревшими. Всё вроде бы по делу.
Предусмотрели наличие систем радиоэлектронной разведки и радиоэлектронной борьбы, которые будут в какой-то степени универсальны, обеспечивая защиту от дронов, барражирующих боеприпасов и даже радиоуправляемых мин. Поняли, что пулемёт или автоматическую пушку тоже можно использовать против БПЛА. Сохранили защиту от классических противотанковых средств в виде управляемых ракет и гранат.
Вот только модернизировать весь свой танковый парк будут под этот стандарт довольно долго. Но им спешить некуда: войны у них в ближайшее время не ожидается, а за то время, пока идёт программа доработки машин, можно успеть внести кучу изменений в неё, добавив актуальные решения и убрав устаревшие. В конце концов, у США и Европы вообще нет даже чёткого понимания, как защищать танки в современных условиях, поэтому Южная Корея тут в какой-то мере в лидерах.
Информация