Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 31916 год

В 1915 году Черноморский флот укрепил своё превосходство и практически полностью контролировал море. Были сформированы три бригады линкоров, активно действовали миноносные силы, наращивали боевой опыт подводные силы и морская авиация. Были созданы условия для проведения Босфорской операции.
В 1916 году злой рок подбросил несколько неприятных «сюрпризов»: 14 (27) августа в войну на стороне Антанты вступила Румыния, но т. к. её вооруженные силы были весьма сомнительной боеспособности, то их пришлось укрепить русскими войсками, Черноморский флот также содействовал со стороны Балканского побережья и Дуная. Усилилась подводная угроза флоту, немецкие подводные силы в Чёрном море выросли до 10 подлодок. Черноморский флот не имел противолодочной защиты, поэтому на подступах к Севастополю её пришлось создавать.
В 1916 году флот единовременно выполнял несколько важных задач:
1) продолжал блокировать Босфорский пролив;

2) регулярно поддерживал правый фланг наступающего Кавказского фронта;
3) оказывал содействие войскам Румынии и находившимся там русским частям;
4) продолжал нарушать морские коммуникации врага;
5) защитить свои базы и коммуникации от подводных сил противника, его крейсерских набегов.

Главным звеном считалась блокада пролива, имевшего огромное военно-стратегическое значение. Используя минный опыт Балтийского флота, было принято решение закрыть Босфор минами. С 30 июля по 10 августа проведена миннозаградительная операция, было поставлены 4 заграждения, всего около 900 мин. До конца года было сделано ёще 8 установок мин, с задачей усилить основное заграждение и заблокировать прибрежные воды – для помех малым судам и подлодкам. Всего в ходе войны было поставлено 14 минных цепей (около 2200 мин). Для охраны минных заграждений от тральщиков был установлен дозор из эсминцев и подводных лодок, с конца лета дежурили в основном подводные силы.
На минных полях противник потерял несколько боевых кораблей, подлодок, 10-ки транспортных паровых и парусных судов. Минная блокада нарушила турецкое судоходство, столица османов стала испытывать трудности в снабжении продовольствием, топливом. Но полную блокаду Босфора осуществить всё же не удалось.
Крупномасштабный характер носило содействие действиям Кавказского фронта, оно было постоянным и сыграло важную роль в проведении наступательных операций, например Трапезудской. Флот поддерживал сухопутные войска артиллерией, высаживал отвлекающие десанты, диверсионные отряды, прикрывал от возможного удара с моря, осуществлял поставку припасов и подкреплений. Перевозку войск и припасов осуществляла специальная транспортная флотилия (в 1916 г – 90 судов).
Так в начале 1916 года был усилен Батумский отряд эсминцев, 2-я канонерками ((«Донец», Кубанец») 2-я эсминцами ("Строгий" и "Стремительный"). Для помощи в проведении Эрзерумской операции в него временно вошли линкор «Ростислав» и эскадренные миноносцы «Лейтенант Пущин», «Живой».

Авиация Черноморского флота

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3Российская империя была одним из мировых лидеров теории применения самолетов на море и строительства гидросамолётов. Еще в 1910 году о важности применения самолетов в морском деле и строительстве гидросамолётов писал известный русский летчик-испытатель Л. М. Мациевич. В 1911-1912 гг. его поддержал изобретатель Д. П. Григорович. Работы по гидроавиации в России шли в ногу с другими лидерами в области самолётостроения: первый французский гидросамолет А. Фабера в 1910 г.; американский самолет Г. Кертиса ; и русский “Гаккель-V” в 1911 году.
После самолета Я. М. Гаккеля, в 1912 г. были созданы самолеты И. И. Сикорского. Однако морское министерство не поддержало добрый зачин русских изобретателей в 1911—1913 гг. были закуплены гидросамолёты американских и французских марок.
С 1913 года развернулось в более широкое строительство отечественных гидросамолетов. Главная роль в том деле принадлежала русским конструкторам, а не государству. Они смогли быстро создать проекты морских самолетов, превзошедшие иностранные и вскоре вытеснившие их из русской морской авиации. Эти подвижники — это Григорович, Виллиш, Энгельс, Седельников, Фриде, Шишмарев, а также конструкторское бюро Русско-Балтийского вагонного завода и Авиационной испытательной станции . До 15% выпущенных в России самолетов было водного назначения, такого не было нигде в мире.

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3В начале войны на Черном море было 8 гидросамолётов, в основе типа «Кёртис». Главой Службы связи флота был старший лейтенант Стаховский. Самолёты базировались на станции 1-го разряда в Севастополе (Килен-бухта), станции 1-го разряда строили в Овидиополе, Ак-мечети; станции 2-го разряда – Золокарах и Клеровке. До войны были созданы 3-и, а затем 24-и наблюдательных поста, от Дуная до Батума. Это позволило быстро перебрасывать самолеты по всему русскому побережью Чёрного моря. В конце 1914 года ангары из Овидиополя и Ак-мечети начали переводить в Круглую бухту в Севастополе и в мае 1915 года открыли авиационную станцию.
С августа до конца октября 1914 года (до начала войны с Османской империей), успели завершить развёртывание авиачастей, обучить личный состав, выработать некоторые тактические приёмы. Стало понятно, что самолёты можно использовать для обнаружения морских мин и подлодок противника.
С началом войны на Черноморском флоте два парохода были перестроены в самолётные «матки»: «Император Николай I» и «Александр I»; затем к ним присоединился гидрокрейсер «Румыния». Они могли нести 6-8 самолётов. Кроме того 1-н гидроплан разместили на крейсере «Алмаз».

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3 Первый опыт использования морской авиации состоялся 24 марта 1915 года: русская эскадра совершила поход к Румелии (р-н Турции в Европе), в составе эскадры был «Николай I» с 4 самолётами. Планировали использовать их для воздушной разведки, но затем их использовали для бомбового удара по береговым объектам. Это был первый опыт действия Русской морской авиации у вражеских берегов. 27 марта 1915 года эскадра с участием уже 2-х авиатранспортов (крейсер «Алмаз», «Николай»), самолёты провели разведку пролива и установили, что крупных кораблей нет, сбросили 3 бомбы на береговые укрепления и миноносец.
К апрелю 1915 года авиаотряд вырос до 18 самолётов, в апреле поступило 5 гидросамолётов ФБА, с мая старые самолёты Кертиса, стали заменять гидропланами М-5 конструктора Д. П. Григоровича.
3 мая русские гидросамолёты совершили 1-й налёт на столицу османов – Стамбул. Эти действия показали, что авиация начинает играть большую роль не только для разведки, но и для атакующих действий. До конца года совершенствовалась боевая подготовка, взаимодействие экипажей самолётов и кораблей. В октябре 1915 года русская эскадра совершила поход к берегам Болгарии, обстреляны Варна, Евксиноград, 25-го совершён налёт авиации.
На 1 января 1916 года в Черноморском авиаотряде было: 30 офицеров, 371 иного персонала, 30 самолётов, 2 авиатранспорта и крейсер «Алмаз». В конце года в строй вошёл еще один авиатранспорт «Румыния. Черноморский отряд состоял из 1 и 2-го корабельных отрядов (на «Николае» и «Александре» - 13 лётчиков), гидроавиационный отряд Кавказского фронта (8 лётчиков), учебно-боевая часть в Круглой бухте (5 лётчиков), началось формирование отряда дирижаблей.
8-15-го января были проведены учения, отрабатывались приёмы аэрофотосъемки, разведки, бомбометания. 24-го января русская эскадра подошла к Зунгулдаку. Зунгулдакский угольный р-н был вторым по важности районом воздействия Русского флот (после Босфора). Из-за неразвитости железнодорожной сети, уголь перевозили в основном морем. Обычно удар по нему наносили только корабли, летчики получили задание разбомбить пароход, второстепенными целями были порт, электростанция, железная дорога. Хотя летчикам мешала сильная облачность и зенитный огонь, они смогли сбросить 18 больших и 20 малых бомб, подожгли и утопили 7000-тонный пароход и несколько судов, разрушили здание железнодорожного узла, подожгли несколько шахт.
Подобная операция была проведена 25 августа против австро-немецких сил в Варне, но этот раз враг оказал сильное сопротивление, при уходе эскадры её атаковали вражеские самолёты, сбросившие несколько десятков бомб.
Еще одной задачей для гидроавиации была помощь в проведении крупных десантных операций. В апреле 1916 года оба авиатранспорта участвуют в сопровождении транспортной флотилии из 27 судов из Новороссийска и Мариуполя в р-н Ризе. Самолеты прикрывали высаживающиеся войска с воздуха и осуществляли противолодочную защиту. Месяц спустя «Александр» участвовал в высадке десанта у Трапезунда.
В начале декабря 1916 года в составе авиаотряда было 45 гидросамолётов М-5 (разведчик, корректировщик артогня), 45-ть М-9 (тяжёлый гидросамолет для нанесения бомбовых ударов по береговым объектам и кораблям), 10-ть М-11 (первый в мире(!) гидросамолёт-истребитель) все русского производства, конструктора Д. П. Григоровича.

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3


В приказе по флоту были определены задачи морской авиации:
1) атака вражеских кораблей, его баз и береговых укреплений;
2) борьба с воздушными силами противника;
3) противолодочная борьба;
4) наблюдение и воздушная разведка;
5) охрана флота в море от авиации противника и его подлодок;
6) корректировка артиллерийского огня кораблей.

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3


К началу 1917 силы морской авиации выросли до 110 самолётов, летом поступили 8 сухопутных истребителей («Ньюпоров»). Была сформирована воздушная дивизия Чёрного моря – в 1-ю бригада входили 4 корабельных отряда (затем 6-ть), во 2-ю бригаду 13 отрядов сухопутного базирования. В марте 1917 года должна была начаться грандиозная операция по захвату Босфора, с воздуха её должны были поддерживать свыше 150 гидросамолетов, но гибель империи, разрушила замыслы этой операции. После Февральской революции «Александр» был переименован в «Республиканца», а «Николай» в «Авиатора». 24-27 мая «Авиатор» совершил свой последний поход на аэрофотосъёмку и бомбардировку Синопа. Дальнейшая деятельность морской авиации Черноморского флота закончилась в связи с началом Гражданской войны, летчики были разбросаны судьбой по разные стороны фронта.

Тайна гибели линейного корабля «Императрица Мария»

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3


Русско-японская война выявила ряд значительных недостатков Русского флота, броненосцы устарели. Англия строит новый линкор «Дредноут», но русские изобретатели не уступают мировым передовым разработкам. Русские корабелы построили линейные корабли («дредноуты») по замыслу И.Г. Бубнова и А.Н. Крылова, которые по многим характеристикам превзошли английский прототип. В 1909 году на балтийских верфях были заложены корабли “Севастополь”, “Гангут”, “Полтава” и “Петропавловск”.
Линейное размещение 12-ти 305-мм орудий, в трехорудийных башнях, позволяло стрелять с обоих бортов одновременно всеми орудиями. Вес залпа одного из первых английских линкоров нового типа “Венгарда” был 3003 кг, на “Севастополе” он достиг 5650 кг. За одну минуту русский линкор отстреливал до 11,5 тонн металла и взрывчатых веществ. Основной броневой пояс был толщиной 225 мм. Для Черноморского флота в Николаевской верфи в 1915-1917 гг., по проекту «Император», были построены линкоры “Императрица Мария”, “Император Александр III” и “Екатерина II”. 4-й дредноут “Император Николай I” был заложен в 1915 г., но из-за революционных событий не был достроен.
25 июня 1915 года линейный корабль «Императрица Мария» покинул Николаевский порт и под охраной эскадры направился в Севастополь. Этот день стал праздником для корабелов и для всего Черноморского флота. 13-15 октября 1915 года линкор прикрывал действия 2-й бригады линкоров в р-не Зунгулдака. 2-4, 6-8 ноября 1915 г. прикрывал с моря 2-ю бригаду при артобстреле Варны и Евксинограда. С 5 февраля по 18 апреля оказывал содействие Трапезундской операции. В ходе военных действий стало ясно, что линкоры типа «Императрица Мария» оправдали возложенные на них надежды. За первый год службы корабль совершил 24 боевых походов, потопил немало турецкий судов.
Летом 1916 года по решению Верховного главнокомандующего (императора Николая) Русской армии Черноморский флот возглавил вице-адмирал Александр Колчак. Адмирал сделал «Императрицу Марию» флагманом флота и систематически выходил на нём в море. Заложив славный почин, осенью 1916 года линкор был поставлен в Севастопольском рейде на профилактический ремонт. И эта осень стала для «Императрицы Марии» роковой.
Утро 7 (20) октября 1916 года не предвещало беды, начинался обычный день. Над Северной бухтой повседневно была дана побудка экипажам кораблей. На линкоре все шло по определенному обычному распорядку. Внезапно в 6.20 окрестности сотряс мощный взрыв, затем продолжительностью ещё около часа, 15-ть взрывов. Перепуганные севастопольцы выбежали на набережную и стали очевидцами страшной картины. Стоя на рейде в родной бухте умирал линкор «Императрица Мария». Корабль накренился по правому борту, перевернулся и утонул. Раненых располагали прямо на берегу и здесь же оказывали первую медицинскую помощь. Над городом стоял черный дым. К вечеру стали известны размеры катастрофы: 225 моряков погибло, 85 тяжело ранены, погиб мощнейший корабль Черноморского флота.

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3


Трагедия потрясла всю Российскую империю. Выяснением причин гибели корабля занялась комиссия Морского министерства, которую возглавил боевой офицер (участник обороны Порт-Артура), член Адмиралтейского совета адмирал Н. М. Яковлев. Членом комиссии стал и известный кораблестроитель, один из авторов проекта черноморских линкоров, соратник адмирала С. О. Макарова, академик А. Н. Крылов, который и составил заключение, которое одобрили все члены комиссии.

Были выдвинуты три основные версии гибели линкора:
1. самовозгорание пороха;
2. небрежность в обращении с огнем или порохом;
3. злой умысел.
Комиссия склонялась ко второй версии (халатность), т. к. порох был, по мнению всех артиллеристов линкора качественным. Что касается злого умысла, то даже установив нарушения в правилах доступа к артиллерийским погребам и недостаток контроля за находившимися на корабле рабочими. Например: начальник корабельного вооружения князь Руссов указал на то, что люк в пороховой погреб вообще не запирался и не охранялся. Комиссия посчитала эту версию маловероятной. В итоге ни одна из выдвинутых комиссией гипотез не нашла достаточных фактов для подтверждения.
Также расследованием причин взрывов занимались Севастопольское жандармское управление и созданная по инициативе моряков в конце 1915 года контрразведка Главного штаба Черноморского флота. Но и они не смогли выйти на истинную причину гибели флагмана. Революционные события окончательно остановили расследование.
Германский след: уже в советский период, стало ясно, что Германия пристально наблюдала за всеми изменениями в Русском флоте, в том числе и за новыми дредноутами. И в Германии понимали, как опасна операция «Царьград» (Босфорская операция), где линкоры должны были выполнять очень важную роль. В 1933 году, в ходе расследования диверсий на Николаевской верфи, сталинскими чекистами была разоблачена сеть немецкой разведки во главе с В. Э. Верманом. Целью организации был - срыв судостроительной программы военного и торгового флота СССР. В ходе расследования выяснилось много интересных фактов, уходящих корнями в дореволюционный период. Сам Верман являлся разведчиком со стажем (был старшим инженером-электриком), начал свою деятельность ещё в 1908 году, когда началась широкомасштабная программа восстановления Русского флота. Сеть охватывала все крупные города Причерноморья, особое внимание оказывалось Одессе, Николаеву, Севастополю, Новороссийску.
На допросе Верман сообщил, что немецкая разведка планировала диверсию на линкоре, и руководил группой диверсант Гельмут фон Штитгофф. Он считался лучшим специалистом в области минирования и подрыва кораблей. Летом 1916 года Гельмут Фон Штитгофф стал работать на Николаевской верфи электриком. Планировалось взорвать линкор прямо на верфи. Однако что-то сорвалось, Штитгофф срочно свернул операцию и отбыл в Германию. Но группа Вермана продолжала работать самостоятельно и не свернула свою деятельность, у неё была возможность доступа на линкор. После неудачной попытки подрыва военного корабля «Императрица Мария» Гельмута фон Штитгоффа командование перебросило на следующее задание. В этот период его пыталась завербовать английская разведка (некто Хевиленд).
В 1942 году заслуженный диверсант Германии Гельмут фон Штитгофф был расстрелян тайной полицией (гестапо). След, ведущий к разгадке гибели линкора «Императрица Мария» был стёрт.
1945 год – Кенигсберг, в разрушенном доме советскими солдатами был найден немецкий архив. Там обнаружили альбом, в котором была целая серия снимков линкора «Императрица Мария», одном из снимков изображен момент взрыва. Кажется, будто кто-то заранее знал время и место диверсии и тщательно всё снял.
Английский след: в ночь перед гибелью исполина комендор Воронов был дежурным на главной башне. Его обязанностями были: осмотр и замер температуры артиллерийского погреба. Этим утром капитан 2-го ранга Городысский также нес боевое дежурство по кораблю. На рассвете Городысский отдал приказ своему Воронову измерить температуру в погребе главной башни. Воронов спустился в погреб и больше его никто не видел. А через некоторое время прогремел первый взрыв. Тело Воронова так и не было найдено среди тел погибших. В комиссии были подозрения на его счёт, но доказательств не было и его записали в без вести пропавшие.
Но недавно появились новые сведения: английский писатель Роберт Мерид, который давно занимался таинственной гибелью линкора, предпринял собственное расследование. И из него мы узнаём очень интересные (и позорные для «союзника» Российской империи) сведения. После окончания войны вышел в отставку Лейтенант морской британской разведки нёс службу в России с 1914 – по 1916 годы, через неделю после взрыва он покинул Россию и прибыл в Англию уже подполковником. После окончания войны вышел в отставку, и уехал из страны. Через некоторое время появился в Канаде, купил поместье, начал его обустраивать, жил обычной жизнью богатого джентльмена. И в 1929 году погиб при странных обстоятельствах: в гостинице, где он ночевал «случился» пожар, спаслись все (включая женщину с маленьким ребёнком и парализованного старика в инвалидном кресле), а боевой офицер не смог спастись со 2-го этажа.
Напрашивается вопрос - кому мешал полковник в глубокой периферии от мировых процессов, находясь в отставке. Исследования фото архивов привели к неожиданным итогам - подполковник английской разведки Джон Хевиленд и комендор линкора «Императрица Мария» Воронов это один и тот же человек. Тот самый Воронов, исчезнувший 7 октября 1916 года в момент взрыва линкора «Императрица Мария».
Интересно также то, что на него незадолго до смерти покушались некие русские иммигранты и среди них бывший электрик линкора «Императрица Мария» Иван Назарин. Может они также вышли на след и пытались хоть как то отомстить за свой корабль!?

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3


Подведём итоги, в любом преступлении важны мотив и возможность. У германской разведки был и мотив и возможность. Уничтожая линкор, они помогали своему союзнику (Османской империи), срывали сроки Босфорской операции, наносили тяжёлый психологический удар по своему основному противнику. Да и возможность была: к большому сожалению в Российской империи не была развита Служба Безопасности, на строящийся линкор мог проникнуть любой агент немецкой разведсети (и не один), а раз мог там работать, мог и пронести «адскую машину». Любой знакомый с реалиями советских – российских заводов это подтвердит: можно вынести что-то, или занести.
Британская империя была союзником России в той войне, но из курса истории известно, что в ней в одной из первых появилась мощная разведывательно-диверсионная служба, да и Британия была старым врагом Русской империи. Мотив уничтожения линкора? Английская элита с ужасов думала о том дне, когда «щит Олега» опять будет прибит к воротам Царьграда. Это был бы день крушения вековых махинаций и интриг Англии против России. Проливы не должны были достаться русским любой ценой. Возможности английской разведки в России были не хуже германских, к тому же Англия часто делала свои дела чужими руками. Возможно линкор был уничтожен силами германской разведсети, но при руководстве англичан. Да и прикрытие хорошее, кто виноват (?) – немцы!

Об отставке адмирала А. А. Эбергарда (июль 1916г.)

Черноморский флот в годы Первой Мировой войны. Часть 3


Летом 1916 года адмирал А. А Эбергард был заменён на адмирала А. Колчака. Причины этого события не провалы и ошибки Эбергарда, а скорее дань придворным кругам и общественному мнению.
А. А. Эбергард не прислушивался к мнению великих мира сего, действуя исходя из интересов Черноморского флота, вызвал их гнев и император Николай решил пойти на компромисс. Эбергард пошёл в почетную ссылку в Государственный совет, а заменил его молодой адмирал, который продолжил делать то же, что делал флот до него.
Началась эта история с самого начала войны, когда германские крейсера вошли в проливы (10 августа 1914 года), Османская империя тогда была нейтральной страной и не имела права пропускать через проливы боевые корабли. А. А. Эбергард принял решение идти всем флотом к Стамбулу и требовать их выхода в Средиземное море, где их ждала английская эскадра. В случае отказа он хотел их атаковать прямо на рейде, где их преимущество в скорости исчезало. Этот план был Русским по духу, в лучших традициях Ф. Ф. Ушакова и П. С.Нахимова. Но правительство категорически запретило это делать, там всё ещё надеялись на то, что Турция не вступит в войну.
Даже когда германо-турецкий флот вышел в море, явно не на прогулку, Эбергарда сдерживали приказами не «провоцировать» врага. В итоге получили «Севастопольскую побудку». Но и здесь адмирал не стал выполнять директиву Верховного главнокомандующего (великий князь Николай Николаевич), об главной задаче – «обороне своих берегов» и сразу ответил походом к берегам противника. Адмирал понимал, что оборонить свои берега, можно только устранив с Черного моря корабли врага. Лучшая оборона – это атака. В Ставке это не все понимали и дело дошло даже до прямых оскорблений «великим» князем адмирала. Но адмирал видимо понимал, что Родина одна, а дураков много и продолжал делать своё Дело.
18 ноября 1914 немецкий адмирал Сушон попытался перехватить Эбергарда, который возвращался после обстрела Трапезунда. «Перехватил», но получил «по носу». С тех пор Сушон уже больше не искал боя со всей русской эскадрой, а ограничился тактикой по пиратскому принципу - «Ударь и уходи». Вскоре «Гебен» подорвался на русской мине у Босфора и на несколько месяцев вышел из строя.
В начале 1915 г. во флот начали поступать новые быстроходные эсминцы типа «Новик». Это дало возможность приступить к постоянным ударам по побережью Турции, уничтожая транспорты противника, разрушая его судоходство
«Гебен» после ремонта возобновил набеги на русское побережье . Эти вылазки приносили минимальный ущерб, но очень раздражали петербургский свет. К тому же 1915 год был очень тяжелым для России, первоначальный патриотический угар сошёл, навалились трудности. Начались ползучие разговоры о «измене немца-адмирала», хотя его род был шведского происхождения. Командование требовало защитить свои берега, Эбергард же продолжал уничтожать морские силы противника.
Второй бой русских линкоров с «Гебеном» у Босфора (май 1915 г.) тоже был в пользу А. А. Эбергарда. Германо-турецкий флот не смог помешать в 1916 году нескольким высадкам десантов. Черноморский флот уверенно контролировал море, которое как в старь (при первых Рюриковичах) вновь становилось Русским. Но Петроград мало, что слышал о малых победах Черноморского флота, которые малыми кирпичиками готовили общую Победу. Продолжались грязные разговоры о пассивности и бездарности адмирала; том, что германцы хозяйничают в море, видимо какие-то силы спонсировали часть газет.
В конце мая 1916 года русские линкоры обстреливают Варну, с моря их прикрываем «Императрица Мария». Английский адмирал Филлимор, который присутствовал на «Пантелеймоне» назвал, после этого похода, русский линейный флот: «лучшим боевым соединением в мире». Этот поход совпал с усилением деятельности немецких подводных сил, а 4 июля 1916 г. «Гебен» обстрелял Туапсе.
Это стало последней каплей, А. А. Эбергарда заменили на А. Колчака. Но, что интересно , он делал то же, что и А. А. Эбергард: продолжил минирование выхода из Босфора (опять подорвался «Гебен», 6 немецких подлодок), чтобы блокировать турецкие силы; русские эсминцы и подлодки терзали своими крейсерскими операциями турецкое побережье. Одной из причин назначении Колчака было то, что считалось, что он специалист по десантным операциям и минному делу.
И с конца 1916 года шла систематическая подготовка к «операции Царьград»: шли тренировки посадки и высадки десанта, постоянные разведывательные выходы к Босфору, тщательно изучается побережье, проводиться аэрофоторазведка. Колчак имел все шансы войти в историю империи героем водрузившим Русский стяг над древней столицей Христианского мира.
Автор: Самсонов Александр


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 2
  1. ПАТРОН 18 сентября 2011 17:33
    После самолета Я. М. Гаккеля, в 1912 г. были созданы самолеты И. И. Сикорского. Однако морское министерство не поддержало добрый зачин русских изобретателей в 1911—1913 гг. были закуплены гидросамолёты американских и французских марок
    -уже в то время были свои морковкины-пердюковы.
    К началу 1917 силы морской авиации выросли до 110 самолётов, летом поступили 8 сухопутных истребителей («Ньюпоров»). Была сформирована воздушная дивизия Чёрного моря – в 1-ю бригада входили 4 корабельных отряда (затем 6-ть), во 2-ю бригаду 13 отрядов сухопутного базирования. В марте 1917 года должна была начаться грандиозная операция по захвату Босфора, с воздуха её должны были поддерживать свыше 150 гидросамолетов, но гибель империи, разрушила замыслы этой операции.
    Сначала пала империя,затем союз...
    ПАТРОН
    1. alatanas 22 ноября 2016 13:45


      Обстрел Варны - февраль 1916 г.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня