Шесть погибших под Харьковом: как менялись версии расстрела в Момотово
Задержанный по делу об убийствах в Харьковской области. Фото: СБУ
Сначала говорили о беглом российском пленном. Потом — о принудительно мобилизованном украинце, который отказался ехать под Волчанск. Вслед за ними появились диверсанты и версия ссоры операторов БПЛА со штурмовиками. За два дня вокруг одного происшествия возникло несколько несовместимых объяснений. А задержали одного человека.
13 октября 2026 года в Момотово под Харьковом застрелили пятерых военнослужащих 72-й отдельной механизированной бригады ВСУ. По сведениям источников «Суспільного» в правоохранительных органах, они работали с ударными беспилотными летательными аппаратами (БПЛА). Погибшим было от 24 до 40 лет. На опубликованных кадрах из дома — койки, личные вещи, оставленные бронежилеты. СБУ утверждает, что некоторые военные в момент нападения спали.
Украинское следствие связывает с тем же подозреваемым убийство 60-летнего рыбака возле Михайловки. Оба села — в Харьковском районе. Всего погибших шестеро.
Пять дат дела
- 12 октября — «Суспільне Дніпро» сообщило о задержании Михаила Лебедкина, разыскивавшегося после побега из украинского плена.
- 13 октября — гибель пяти военнослужащих в Момотово и, по данным следствия, рыбака возле Михайловки.
- 14 октября — первые противоречивые сообщения; вечером в Харькове задержан подозреваемый.
- 15 октября — СБУ назвала его имя и изложила маршрут, прокуратура опубликовала запись допроса.
- 16 октября — в Харькове началось заседание об избрании меры пресечения.
Сначала называли Кутузовку
14 октября «Военное обозрение» сообщило о гибели пятерых военнослужащих со ссылкой на украинские СМИ и полицию. Местом стрельбы называли Кутузовку. По первым рассказам, одного убили возле дома, четверых — внутри. Писали и о двухчасовой стрельбе.
Портал Mosmonitor писал о раненом военнослужащем в соседнем Момотово. Полиция тогда подтвердила гибель пятерых без этих подробностей. Вечером прокуратура Харьковской области назвала Момотово местом убийства всех пяти. В последующих официальных сообщениях раненый из ранних публикаций уже не фигурировал.
Имя пленного и дата, которая всё меняет
Версию о побеге российского военнопленного распространяли несколько изданий, среди них «Военное обозрение» и Mosmonitor. В перепечатках появилось имя: Михаил Лебедкин, 21-летний уроженец Каменска-Уральского.
Но у этой истории есть собственная хронология. 12 октября в 19:52 «Суспільне Дніпро» передало сообщение Губинихской поселковой общины о розыске пленного, бежавшего из-под стражи в Запорожской области. В той же публикации источники журналистов в полиции уже говорили о его задержании в Песчанке Днепропетровской области.
До расстрела в Момотово оставались почти сутки. Для причастности Лебедкина понадобился бы ещё один побег и переход на Харьковщину. О них не сообщалось.
Ссора, двое нападавших и рассказ о пытках
14 октября ТАСС со ссылкой на неназванного представителя российских силовых структур изложил свою версию. По словам собеседника агентства, украинские военные в Момотово пытали российских пленных, а стрелял принудительно мобилизованный украинец, отказавшийся отправляться под Волчанск. Имени предполагаемого нападавшего агентство не назвало.
15 октября военкор Александр Коц пересказал ещё два слуха, распространявшихся, по его словам, в харьковских каналах. В одном рассказе нападавших было двое, причём одного будто бы убили. В другом операторы БПЛА якобы поссорились со штурмовиками после выпивки. Первоисточники он не назвал.
«Военное обозрение» 14 октября тоже рассматривало возможность внутреннего конфликта в ВСУ. Но 15 октября СБУ назвала подозреваемого российским военнослужащим и не сообщила ни о ссоре в 72-й бригаде, ни о втором задержанном. Для первоначального предположения о разборке между сослуживцами это существенное возражение.
Рыжиков и путь от Старицы
Вечером 14 октября в Салтовском районе Харькова задержали 36-летнего мужчину. На следующий день СБУ представила его как Леонида Рыжикова, жителя Санкт-Петербурга с позывным «Юла», военнослужащего 1009-го мотострелкового полка российской армии. По информации ведомства, в конце июля он был зачислен в войска после восьмилетнего заключения в России.
Следствие относит начало его предполагаемого перехода к 5–6 октября. Рыжиков, по версии СБУ, находился на российских позициях у Старицы в Чугуевском районе, попал под обстрел и ушёл с автоматом АК-74. Затем пешком двигался в сторону Харькова, скрываясь в лесополосах.
Здесь появилась дата, которой не было в первых сводках. Прокуратура Харьковской области указала, что 9 октября он добрался до дома возле озера, нашёл там гражданскую одежду и переоделся, оставив автомат при себе. До нападений 13 октября оставались ещё четыре дня. Подробного маршрута между этими точками в опубликованных материалах нет.
Прокуратура 14 октября допускала принадлежность задержанного к диверсионно-разведывательной группе. СБУ на следующий день описала одиночный переход. Эти сообщения не обязательно исключают друг друга: участник группы мог идти отдельно. Но сведений о сообщниках, приказе или боевой задаче следствие не привело.
Рыбак, дом и происхождение автомата
По версии СБУ, утром 13 октября возле Михайловки Рыжиков встретил 60-летнего местного жителя, который рыбачил у водоёма. Подозреваемый якобы выстрелил ему в голову, забрал личные вещи и сбросил тело в воду. На записи допроса мужчина, представленный как Рыжиков, объясняет выстрел испугом: рыбак мог позвать украинских военных. Позже, утверждает следствие, произошло нападение в Момотово.
Происхождение автомата в двух версиях различается. В версии о беглом пленном оружие было захвачено при побеге. СБУ утверждает, что Рыжиков принёс свой АК-74 с позиций под Старицей. После нападения он будто бы спрятал автомат в садовом товариществе. Украинские силовики сообщили, что нашли его там.
Что услышали на записи допроса
15 октября «Суспільне Харків» привело слова задержанного. Тот рассказал, что сначала застрелил военнослужащего, который вышел из дома и возвращался спустя пять–десять минут. Затем, по его словам, убил троих внутри, а после выстрелил в ещё одного, потребовавшего остановиться. Последнюю встречу он описал словами «начал подниматься наверх». Откуда и куда — по опубликованному отрывку непонятно.
Кадры из дома показывают последствия; порядок выстрелов известен пока со слов задержанного. Полный протокол допроса и материалы проверки показаний на месте не опубликованы.
Что известно о подвале
После появления видеокадров Александр Коц обратил внимание на лестницу в подвал и тёмный след возле неё. Он предположил, что там могли держать российских военнопленных, а стрелявший выбрался наружу из этого помещения. Публикация ТАСС о пытках появилась днём раньше, однако самостоятельных свидетельств существования пыточной в доме в ней не было.
Подвал подробно не показан в ролике. Возможно, осмотр просто не попал в опубликованную запись. Назвать тёмный след кровью без экспертизы также нельзя. Данных о содержавшихся в доме пленных нет, как нет и свидетельств пребывания Рыжикова в подвале. А предположение о захвате им оружия противоречит изложенной СБУ версии его перехода с российским автоматом.
Гражданская одежда и право войны
СБУ 15 октября подчеркнула, что погибшие военнослужащие не участвовали в боевых действиях в момент нападения, были безоружны и одеты по-граждански. Ведомство сделало вывод: «тобто були цивільними особами у розумінні Женевської конвенції про захист цивільного населення під час війни». То есть назвало их гражданскими лицами в понимании конвенции о защите гражданского населения.
Применяются Женевские конвенции 1949 года и Дополнительный протокол I 1977 года. Статьи 43 и 50 Протокола различают военнослужащих вооружённых сил и гражданских лиц. Сон, отдых или гражданская одежда не меняют принадлежности человека к армии. Оператор БПЛА остаётся военнослужащим, даже когда снимает форму.
Но существует другая защита. Статья 41 запрещает нападать на противника, выведенного из боя, — hors de combat. Речь о тех, кто оказался во власти противной стороны, ясно выразил намерение сдаться или утратил способность защищаться из-за ранения либо болезни, при условии отсутствия враждебных действий и попыток бегства.
В пункте 1614 комментария Международного комитета Красного Креста 1987 года к статье 41(2)(a) отдельно разбирается безоружный военнослужащий, застигнутый противником во сне. В такой ситуации он может оказаться под властью противника ещё до формального пленения. Поэтому для оценки событий в Момотово важны действия нападавшего и положение каждого погибшего в момент встречи с ним.
Статья 37 Протокола запрещает вероломство — убийство противника с использованием, например, притворного гражданского статуса, на защиту которого он вправе рассчитывать. Рыжиков, как считает следствие, переоделся, чтобы скрыть военную принадлежность. Для вывода о вероломстве нужно установить, использовал ли он этот обман при нападении.
Особняком стоит убийство рыбака. Если гражданский статус потерпевшего и обстоятельства намеренного нападения будут доказаны, такой эпизод может составлять военное преступление. Рыжикову сообщили о подозрении по части 2 статьи 438 Уголовного кодекса Украины — военные преступления, повлёкшие гибель человека. Санкция предусматривает от десяти до пятнадцати лет лишения свободы либо пожизненное заключение.
Известное и нераскрытое
- Известно: пять военнослужащих погибли в Момотово; украинские ведомства сообщили о гибели рыбака, задержании Рыжикова и изъятии автомата.
- Версии: объяснения о беглом пленном, ссоре внутри ВСУ и пыточной основаны на первоначальных публикациях либо предположениях. СБУ представила иной сценарий, окончательную оценку которому ещё не дал суд.
- Не раскрыто: подробное передвижение подозреваемого между известными датами, результаты баллистических и судебно-медицинских экспертиз, полный осмотр дома и обстоятельства получения показаний.
16 октября в Харькове прошло заседание по избранию Рыжикову меры пресечения. Прокуратура добивалась содержания под стражей без залога.
Информация