Спецназ ГРУ: 76 лет от глубинной разведки до войны беспилотников
У первых советских рот специального назначения были собственные взводы радиосвязи, а для выхода за линию фронта разведчиков снабжали парашютами и переносными радиостанциями. Сегодня в разведывательных подразделениях работают операторы беспилотников, техники и специалисты по электронике. Между этими этапами — 76 лет, несколько реорганизаций и войны, заставлявшие менять штат и способы работы.
24 октября 1950 года министр обороны СССР Александр Василевский и начальник Генерального штаба Семён Штеменко подписали директиву № Орг/2/395832 о формировании 46 отдельных рот специального назначения. Именно к этой дате приурочен День подразделений специального назначения, отмечаемый в России 24 октября.
Зачем понадобились 46 рот
После Второй мировой войны советские военные готовились к столкновению с противником, располагающим атомным оружием. Нужно было заранее узнать расположение аэродромов, пунктов управления, средств доставки ядерных зарядов и крупных узлов связи. Часть объектов находилась далеко за предполагаемой линией фронта. Обычная войсковая разведка, работавшая в интересах соединений и армий, не могла полностью закрыть эти задачи.
Директива предписывала создать роты при общевойсковых и механизированных армиях, а также в некоторых военных округах. К 1 мая 1951 года сформировали 46 рот по 120 человек. Часто встречающиеся в публикациях 5520 военнослужащих — их суммарная штатная численность. Подразделениями руководили соответствующие армейские и окружные командования, а вопросы специальной разведки курировало ГРУ Генштаба.
Основу первых рот составили военнослужащие армейской разведки. При подготовке использовали опыт разведывательно-диверсионных групп и партизан Великой Отечественной войны. Одним из разработчиков первых наставлений был Павел Голицын, в прошлом начальник разведки партизанской бригады «Чекист».
Как была устроена первая рота
Штат роты объясняет её предназначение лучше общих определений спецназа. По данным историка Александра Колпакиди, в ней предусматривались два разведывательных взвода, учебный взвод и взвод специальной радиосвязи. Из штатных подразделений на конкретное задание составляли группы или более крупные разведывательные отряды. К разведчикам придавали радистов со средствами связи.
В числе оборудования упоминаются коротковолновые радиостанции «Бетта», парашюты ПД-47, грузовые мешки и контейнеры для десантирования аппаратуры. Разведчики имели обычное стрелковое оружие, инженерные средства и снаряжение для автономной работы. Радист не был вспомогательной фигурой: без передачи координат штаб мог вовсе не узнать, что группа обнаружила важный объект.
Рота должна была учить людей сразу нескольким специальностям. Разведчику требовались навыки ориентирования, скрытного передвижения, радиодела, инженерной подготовки и действий вдали от своих войск. На этой задаче вскоре сказался небольшой размер части: рота могла отправить группу, но располагала ограниченными возможностями для постоянной подготовки специалистов разных профилей.
1957 год: вместо рот — батальоны
В 1953 году при сокращении армии расформировали 35 рот. Осталось одиннадцать. 11 января 1957 года генерал-майор Шерстнев направил начальнику Генштаба записку: существующие роты не обеспечивали необходимого уровня разносторонней подготовки. Он предлагал создать три более крупных отряда и отдельную авиационную эскадрилью. Командование приняло другое решение.
Директивой главнокомандующего Сухопутными войсками от 29 августа 1957 года образовали пять отдельных батальонов специального назначения. 26-й находился в Группе советских войск в Германии, 27-й — в Северной группе войск в Польше. 36-й разместили в Прикарпатском военном округе, 43-й — в Закавказском, 61-й — в Туркестанском. Четыре отдельные роты сохранили.
Батальоны получили более широкие возможности для подготовки нескольких групп, обслуживания средств связи и обеспечения занятий. Их появление не означало, что разведчики стали ходить на задания целым батальоном: маленькая группа оставалась основной единицей работы, а крупная часть готовила и поддерживала её.
Следующее изменение пришлось на начало 1960-х. Постановление ЦК КПСС от августа 1961 года касалось подготовки кадров для развёртывания партизанского движения в военное время. В феврале 1962-го Генштаб распорядился проводить соответствующие сборы, а в начале 1963 года в десяти военных округах начали формировать кадрированные отдельные бригады спецназа, в том числе 2-ю, 5-ю, 8-ю и 16-ю. Кадрированная бригада имела сокращённый штат мирного времени и рассчитывалась на развёртывание при мобилизации.
Впоследствии создавали новые бригады и учебные части. В Печорах в 1970 году сформировали учебную роту для подготовки сержантов, выросшую затем в учебный полк. Подготовка разведчика давно перестала ограничиваться упражнениями одного взвода: армия создавала для неё постоянную систему.
Афганистан: война с другими задачами
В декабре 1979 года спецназ ГРУ участвовал в операции против дворца Тадж-Бек совместно с подразделениями КГБ и другими воинскими частями. Но основная многолетняя работа в Афганистане оказалась иной. Разведчикам поручили искать вооружённые отряды, караваны с оружием и маршруты снабжения противника.
В феврале 1980 года в страну ввели 459-ю отдельную роту, а в 1981-м — 154-й и 177-й отдельные отряды. С 1984 года мероприятия по пресечению поставок вдоль границы с Пакистаном получили название «Завеса». Весной 1985-го группировку усилили управлениями 15-й и 22-й бригад и новыми отрядами. В составе 22-й бригады действовал 173-й отдельный отряд, размещённый в районе Кандагара.
Это уже не была разведка одиночного объекта в расчёте на будущую большую войну. Отряды ежедневно наблюдали за маршрутами, выходили на задания, взаимодействовали с армейской авиацией и бронегруппами. Для продолжительных операций требовались автотранспорт, ремонт, медицинская помощь и снабжение. Их состав и оснащение постепенно сближались с потребностями постоянно воюющих подразделений.
В истории 173-го отряда описан случай апреля 1986 года. Разведывательная группа № 322 лейтенанта Игоря Бескровных заняла наблюдательный пункт на высоте с отметкой 2014. Ночью группа обнаружила движение колонны противника и передала сведения. К цели привлекли вертолёты огневой поддержки; затем в район вышли бронегруппы отряда. По опубликованной ветеранской хронике, были захвачены шесть грузовых автомобилей «Симург» с вооружением и боеприпасами.
Этот эпизод сохранил редкую для общих описаний подробность: результат дала работа разведчиков, лётчиков и наземных подразделений, причём сама группа на высоте не располагала силами для захвата всех машин. Поимённый список 173-го отряда подтверждает, что Бескровных командовал группой № 322 в январе — апреле 1986 года. Лейтенант погиб 26 апреля; он был посмертно награждён орденом Красного Знамени.
Афганский опыт повлиял и на подготовку. Помимо ориентирования и скрытного выхода требовалось учить взаимодействию с авиацией, работе на бронетехнике, длительному наблюдению и эвакуации раненых. Всё это дополняло прежнюю специальную разведку, но не сводилось к ней.
Запорожская степь и мастерская спецназа
В июле 2025 года «Российская газета» опубликовала два репортажа об отряде 22-й бригады, которым командует офицер с позывным Викинг. В интервью 23 июля он описал особенности работы в Запорожской области: открытая степь и наблюдение с беспилотников затрудняют скрытное передвижение разведчиков. Поэтому, по его словам, подразделение чаще использует БПЛА и технические средства наблюдения за дорогами и населёнными пунктами.
За два дня до этого корреспондент газеты посетил полевую мастерскую отряда. Боец с позывным Бык изготавливал на 3D-принтере детали для беспилотников: крепления, элементы механизмов и другие компоненты. В мастерской также занимались техникой, для которой не удавалось быстро найти готовую запчасть. Ещё одним направлением, показанным в репортаже, стали испытания небольшой наземной дистанционно управляемой платформы для перевозки грузов. Речь шла об опытной работе, а не о серийной машине, принятой на снабжение.
Эти подробности дают представление о переменах в составе необходимых специалистов. К разведчикам и связистам добавились операторы БПЛА, ремонтники, люди, умеющие работать с электроникой и проектировать детали. Аппарат требует обслуживания, запасных источников питания и связи. Видео с борта нужно проверить и правильно привязать к местности. Тактические беспилотники теперь применяют и другие войска; сам по себе коптер не делает подразделение спецназом.
Два репортажа рассказывают об одном отряде, а не обо всех соединениях специальной разведки. Они показывают вполне конкретные изменения: часть наблюдения перенесена на беспилотные системы, внутри подразделения появилась собственная ремонтно-конструкторская работа, а техникам приходится реагировать на неисправности и новые требования быстрее обычной системы снабжения.
Что осталось от задачи 1950 года
В 1950-м спецназу предстояло обнаруживать важные объекты в глубоком тылу вероятного противника. В Афганистане разведчики разыскивали маршруты караванов и обеспечивали взаимодействие с вертолётами и наземными силами. Сегодня часть сведений можно получить, не приближаясь к объекту лично. Вместе с тем противник тоже ведёт воздушное и радиоэлектронное наблюдение, а значит, работа людей стала сложнее.
Изменились штаты, средства передвижения, техника связи и наблюдения. Сохранилась ответственность за достоверность полученных сведений и их своевременную передачу командованию. В первых ротах это особенно зависело от радистов. В нынешних подразделениях за тот же результат отвечает уже целая цепочка людей и аппаратуры — от оператора до техника в мастерской.
24 октября в России отмечают День подразделений специального назначения, установленный указом Президента № 549 от 31 мая 2006 года. Дата выбрана в память о директиве Василевского. С тех первых 46 рот и началась история армейского спецназа, которую продолжают подразделения современной специальной разведки.
Информация