Шотландские полки британской армии: три века на службе короны
Шотландская военная традиция старше самой британской армии. Задолго до унии 1707 года шотландцы служили наёмниками по всей Европе: шотландская гвардия охраняла королей Франции с XV века, шотландские отряды воевали в датской и шведской армиях, а в Нидерландах с конца XVI века состояли на службе шотландские полки, позднее составившие особую бригаду. Нанимали шотландцев и русские цари. Из этой среды и вышли полки, которые позже стали ядром шотландских частей британской армии.
Век семнадцатый: шотландцы на службе двух корон
В 1633 году король Англии и Шотландии Карл I Стюарт выдал ордер сэру Джону Хепбёрну на набор полка примерно в тысячу двести человек для службы у французского короля. Полк сражался в Тридцатилетней войне, а в 1661 году, уже при Карле II, был переведён на английское жалованье и стал старейшим пехотным полком будущей британской армии — Королевским полком (Royal Scots), впоследствии получившим «первый номер». Характерно, что его знамёна шились с синим приборным цветом и символом чертополоха, а орден Чертополоха подтверждал «шотландскость» части уже в ту эпоху.
Шотландские наёмники на европейской службе в годы Тридцатилетней войны. Гравюра Георга Кёлера, 1631 г
При Карле II и Якове II, которые с юности опирались на шотландцев в борьбе с Оливером Кромвелем, последних активно привлекали к службе в самой Англии. В 1660–1661 годах был создан полк пешей гвардии, позднее ставший Шотландской гвардией; в 1678 году по ордеру графа Мара был сформирован полк (впоследствии 21-й пехотный), который в 1685 году стал фузилёрским. Название связано с кремнёвыми ружьями-фузеями: полку доверяли караулы у пороховых погребов, где нельзя было рисковать открытым огнём фитильных мушкетов. В 1689 году, уже при Вильгельме III, зяте Якова II, граф Ангус собрал за одну ночь около восьмисот волонтёров-шотландцев из пресвитериан-ковенантеров — так появились «Кэмероновцы» (впоследствии 26-й пехотный полк). В нём сохранялись религиозные традиции ковенантеров: новобранцам вручали Библии, перед сражениями солдаты пели псалмы, за что получили прозвище «кальвинисты с ружьями».
Вооружение и обмундирование тех полков были одинаковы для всей пехоты Британских островов: красный мундир с полковыми цветами на отворотах, фитильные мушкеты, пики у части солдат. К 1690-м годам фитиль уступил место кремнёвому замку, пика — штыку, сначала втульчатому, а затем и кольцевому. Шотландцы-лоулендеры (жители равнин) носили серую грубую одежду из домотканого «ходдена», и лишь постепенно их одели в общую красную форму. Звания и знаки различия ещё не имели стройной системы: власть в полку принадлежала полковнику — чаще всего аристократу, который содержал часть на свои средства и распоряжался патентами, а офицерские должности покупались и продавались, как любое имущество. Комплектование шло через вербовщиков, ходивших по городам и деревням; численность полка колебалась от восьмисот до тысячи двухсот человек.
Боевой счёт открывали кампании на континенте: полк Хепбёрна и его преемники воевали при Рокруа и в Нидерландах, а «Кэмероновцы» сразу отправились на войну против якобитов (сторонников Якова II, который исповедовал католицизм и был ненавистен радикальным протестантам). Интересно отметить, что в битве при Килликрэнки в 1689 году некоторые шотландские горцы шли в бой, как их средневековые предки, с мечами и щитами и даже смогли прорвать вражескую оборону.
«Кэмероновцы» при обороне Данкелда в 1689 г. Художник Ричард Симкин
Восемнадцатый век: рождение хайлендских полков
Уния 1707 года объединила королевства Англию и Шотландию в Королевство Великобритания. Она же сделала шотландские полки частью британской армии. Ещё до унии английские и шотландские части вместе воевали против Франции в войне за испанское наследство: в армии герцога Мальборо они участвовали в битвах при Бленгейме и Рамильи. Комплектование оставалось вербовочным, причём в Шотландии главную роль играли местные лорды: «их» полки набирались из членов кланов, которые возглавляли те или иные лорды, а также из прихожан одной и той же церкви, что придавало полкам яркий местный колорит.
Ключевое событие этой эпохи, впрочем, случилось не на поле боя. После якобитского восстания 1715 года в поддержку династии Стюартов правившая в Великобритании Ганноверская династия искала способ включить враждебных горцев в государственную систему. Ответ дал генерал Джордж Уэйд, строивший в Хайленде (горная часть Шотландии) дороги и в 1725 году набравший шесть «независимых рот» из лояльных Ганноверам кланов — Кэмпбеллов, Монро, Грантов, Фрэзеров. Роты патрулировали горы, выслеживали повстанцев-якобитов, носили тёмный «правительственный» тартан — практичный, почти чёрный, без клановых узоров, — и в 1740 году вошли в новый пехотный полк, позднее получивший номер 42 и известный как «Чёрная стража» (Black Watch).
Организация 42-го полка задала стандарт: около тысячи человек в десяти ротах, каждой из которых командовал капитан, набиравший солдат из крестьян со своих клановых земель — таким образом, клановая структура превратилась в армейскую. Обмундирование первых хайлендеров (горцев) — клетчатый «белтед плэйд» (большой плед, закреплявшийся поясом), грубые тёмные чулки, синяя шотландская шапка с перьями, поясная сумка-спорран, у офицеров ещё меч и щит-тарч. Вооружение — обычное для пехоты кремнёвое ружьё «королевского образца» со штыком; меч и кинжал-дирк были церемониально-боевым дополнением, но уже не главным оружием.
В 1743 году этот полк был отправлен на континент, где Британия участвовала в войне за австрийское наследство. Полк прибыл после сражения при Деттингене, а в 1745 году под Фонтенуа горцы пошли в атаку под градом огня; потери были так велики, что полк вернули на острова и на несколько лет привлекали только к несению гарнизонной службы.
«Чёрная стража» при Фонтенуа, 1745 г. Художник Уильям Скиок Камминг, 1894 г
В Семилетней войне премьер-министр Уильям Питт Старший предложил членам бывших якобитских кланов вступать в ряды британской армии, обещая полное прощение и щедрое жалованье. В 1757–1760 годах были набраны горные полки Монтгомери и Фрэзера; полк Фрэзера воевал против французов под Луисбургом и при Квебеке в Канаде, где его солдаты сражались в килтах. Условия набора тогда были щедрыми — «на срок войны» вместо пожизненной службы, — и кланы заполнили полки охотнее, чем в своё время поддерживали Стюартов.
Горцы полка Фрэзера при Квебеке, 1759 г. Рисунок Вудвилла, опубликован в 1897 г
Во время войны за независимость США правительство Георга III снова пообещало кланам щедрое жалованье при условии поступления на королевскую службу. Шотландский 71-й полк Фрэзера, набранный в 1775 году, сражался на юге и сложил оружие при Йорктауне в 1781-м; «Королевские горские переселенцы» (84-й полк) набирались в британскую армию прямо из шотландских эмигрантов в самой Америке.
К концу века батальон включал десять рот (восемь стрелковых, гренадерскую и лёгкую). Сержанты носили алебарды и знаки различия на рукавах, офицеры — эполеты. В войнах против революционной Франции 1790-х годов британское правительство активно использовало и пополняло шотландские полки: Сифортский (72-й), Пертский (73-й), Аргайлский (74-й), Кэмеронских горцев (79-й, набранный Аланом Кэмероном), Гордонский (92-й — графиня Гордон не только дала деньги на жалованье солдатам полка своего имени, но, по легенде, целовала каждого записавшегося в полк), Сазерлендский (93-й). Тогда же сложилась практика «фенсиблей» — полков домашней обороны, куда записывались землевладельцы и джентри (нетитулованные дворяне), и волонтёрских корпусов, из которых позже выросла территориальная армия.
Девятнадцатый век: слава, кризисы и реформа
Наполеоновские войны стали звёздным часом шотландской пехоты. В армии Веллингтона на Пиренеях горцев и лоулендеров (жителей равнин) было заметно больше их доли в населении Великобритании: «Чёрная стража», 71-й, 74-й, 79-й и 92-й полки сражались при Бусаку, Фуэнтес-де-Оньоро, Саламанке, Витории и при Ортезе. В 1815 году при Ватерлоо три хайлендских полка — 42-й, 79-й и 92-й — заслужили признание всей британской армии: 92-й Гордонский шёл в штыки без выстрела, 79-й Кэмеронский был отдельно отмечен в донесении Веллингтона, а 42-й, потерявший накануне при Катр-Бра половину состава, шёл в атаку при Ватерлоо под звуки волынок. При этом уже в те годы появилась проблема: Хайленд (горная Шотландия) беднел и пустел, эмиграция уносила за океан потенциальных воинов.
42-й пехотный полк («Чёрная стража») при Катр-Бра, 16 июня 1815 г. Художник Уильям Барнс Уоллен, 1894 г
Ответ на кризис набора оказался жестоким к традиции. В 1809 году шесть горных полков — 71-й, 72-й, 73-й, 74-й, 75-й и 91-й — были лишены хайлендского платья: власти сочли, что килт отпугивает англичан и ирландцев, а рекрут из Лоуленда равнодушен к тартану. К середине века килт носили лишь солдаты пяти полков — «Чёрной стражи», 78-го, 79-го, 92-го и 93-го; остальные носили клетчатые брюки-треузы или общую пехотную форму. Волынщики и полковые тартаны, впрочем, сохранили всем шотландским частям лицо, а полкам дали знаменитые прозвища и марши.
Крымская война, в которой, к слову, шотландцы во второй раз скрестили оружие с русскими (впервые это произошло в годы Смутного времени), вернула горцам общественную славу у себя на родине. Горская бригада под началом сэра Колина Кэмпбелла участвовала в наступлении у реки Альмы в 1854 году, обходя русские позиции с фланга. Шотландцы сражались под Икерманом и участвовали в осаде Севастополя. Тогда же возник образ «тонкой красной линии»: 93-й Сазерлендский полк под Балаклавой выстроился в две шеренги и огнём заставил русскую кавалерию отвернуть. Репортёр «Таймс» закрепил этот образ, который позднее приобрёл множество художественных подробностей.
«Тонкая красная линия»: 93-й Сазерлендский полк под Балаклавой, 1854 г. Художник Роберт Гибб, 1881 г.
В Индии во время восстания сипаев в 1857 году 42-й, 78-й, 79-й и 93-й шотландские полки стали ударной силой армии Кэмпбелла. 93-й полк, например, пробил коридор на выручку осаждённого повстанцами Лакхнау — эта победа стала одной из переломных в ходе того конфликта.
Техника тем временем переворачивала тактику. Кремнёвые ружья сменились капсюльными, те — нарезными ружьями Энфильда образца 1853 года с пулей Минье. В 1860-е британцы перешли на казнозарядные винтовки Снайдера, в 1871-м — на винтовку Мартини-Генри, к 1888-му — на магазинные Ли-Метфорды, первоначально использовавшие патроны с дымным порохом. Обмундирование шло по пути романтизации: парадный мундир горца — дублет и клетчатый килт с полковым тартаном, пуховый спорран, сабельный пояс, у офицеров и сержантов — шапки с перьями, у нижних чинов — гленгарри (тип шотландской шапочки) с лентами. В 1855–1856 годах знаки различия впервые приняли современный вид: шевроны унтер-офицеров, звёзды и короны офицеров, одинаковые для всей армии. В 1871 году реформа уничтожила покупку офицерских патентов — и кланово-патронажная система командования окончательно уступила место профессиональной.
Реформы 1870–1881 годов переписали саму структуру британской армии. Пехотные номера были отменены: на карте Шотландии появились десять полковых округов, каждый с депо и, как правило, двумя батальонами (один в колониях, другой дома) и ополченцами-резервистами. После реформ в британской армии существовали следующие шотландские пехотные полки: Королевские шотландцы, Королевские шотландские фузилёры, Королевские собственные шотландские пограничники, Кэмероновцы, «Чёрная стража» (42-й и 73-й полки), Сифортские горцы (72-й и 78-й полки), Гордонские горцы (75-й и 92-й), Горская лёгкая пехота (71-й и 74-й) и Аргайлские и Сазерлендские горцы (91-й и 93-й); 79-й Кэмеронский остался однобатальонным до 1897 года. Рота в мирное время насчитывала около пятидесяти человек, батальон — до девятисот семидесяти по военному расписанию, при мирной численности вдвое меньше.
Шотландцы активно воевали за океаном. В Египте в 1882 году горцы после ночного марша на рассвете, не открывая ответного огня, штыками взяли укреплённые позиции при Телль-эль-Кебире; затем последовала экспедиция на Нил к осаждённому суданскими повстанцами Хартуму в 1884–1885 годах, где сводный отряд горцев на верблюдах держал строй при Абу-Клее под дождём пуль. Шотландцы участвовали в замирении Судана в 1898 году. А завершился век изнурительной англо-бурской войной. В декабре 1899 года горская бригада попала под перекрёстный огонь у Магерсфонтейна, и «Чёрная стража», залегшая в пыли под ружейным огнём, понесла одни из самых тяжёлых потерь в своей истории. Война показала неповоротливость старой системы набора и командования и дала новый толчок к реформам нового века.
Остатки «Чёрной стражи» после сражения у Магерсфонтейна, 1899 г. Рисунок по работе Ричарда Кейтона Вудвилла
Начало XX века
Первое десятилетие XX века прошло под знаком переустройства всей британской армии. Комиссия Ишера в 1904 году заменила единоличное командование главнокомандующего Военным советом и учредила генеральный штаб; командование перестало быть личным делом полковников и стало государственным делом офицеров с системной подготовкой. В 1907–1908 годах Ричард Холдейн провёл главную реформу эпохи: территориальные силы сменили старых волонтёров. Шотландия получила две территориальные дивизии — Горскую (51-ю) и Лоулендскую (52-ю), по 12–14 батальонов в каждой, плюс кавалерию и артиллерию. Свои полки выросли и вдали от Хайленда: «Лондонские шотландцы» и «Глазговские горцы» — добровольцы-клерки и рабочие, тренировавшиеся по вечерам в свободное от работы время.
Бойцы батальона «Лондонские шотландцы» на марше в Лондоне, 7 ноября 1914 г
Обмундирование этого десятилетия начисто сменило облик армии. С 1902 года полевой формой всех пехотинцев стал хаки — серовато-коричневая куртка образца 1902 года с отстёгивающимися манжетами, обновлённая в 1907-м наплечниками и в 1908-м ленточным снаряжением. Горцы сохраняли килты и в поле — под хаки надевали простые клетчатые юбки и грубые обмотки, а парадные дублеты, пуховые спорраны и шапки с перьями оставались для смотров и праздников. К 1914 году полный традиционный шотландский мундир сохранился в основном для гарнизонной и церемониальной службы.
Вооружение вышло на современный стандарт: в 1907 году армия приняла винтовку Ли-Энфилд модификации SMLE Mk III — одну из лучших винтовок своего времени с быстрым затвором и магазином на десять патронов; пулемёты Максима сводились в пулемётные секции, а артиллерия получила восемнадцатифунтовые скорострельные орудия. Рядовой и младший командир шотландских полков уже не отличались по обмундированию от солдат других частей, за исключением килта, споррана и тартановой повязки на шлеме или шапке.
Структура шотландских полков выглядела так: каждый пехотный полк включал два регулярных батальона, ротировавшихся между метрополией и гарнизонами империи, и депо в родном городе или замке — Эдинбургском, Стерлингском, замках Аргайла и Инвернесса. При полках существовали территориальные батальоны с собственными названиями, знамёнами и старшинством. Отдельно действовали полки йоменов (территориальной конницы) и артиллерийские бригады с шотландскими названиями. Численность регулярной армии была невелика: британский экспедиционный корпус, который в 1914 году могли послать на континент, насчитывал порядка 80 тысяч человек, а в его шести дивизиях примерно каждый шестой-седьмой пехотный полк был набран из шотландцев. Территориальные силы, где служили сотни тысяч добровольцев, рассматривались скорее как резерв обороны островов; обязанность служить за границей была необязательной.
Звания и знаки различия к этому времени были полностью унифицированы: рядовой, капрал, сержант, фельд-наряд-сержант, уорент-офицер, лейтенант, капитан, майор, подполковник, полковник и генерал со звёздами, коронами и скрещёнными шпагами. Полковники-шефы были уже не командирами полков, а хранителями традиций, и среди них всё больше встречалось коронованных особ и членов королевской семьи — знак того, что горские полки из «клановой милиции» стали национальным символом всей Британии.
В августе 1914 года шотландские части отправятся на фронт Первой мировой, или, как тогда говорили, Великой войны. Это, впрочем, была совсем другая история…
Информация