Снижение эффективности винтовых дронов ВСУ
Винтовой кризис
Армия России первой осознала снижение эффективности дальнобойных дронов на винтовой тяге. Основной причиной была тихоходность аппаратов, что позволяло противнику, во-первых, вовремя перебрасывать расчеты ПВО на маршруты «Гераней» и, во-вторых, сравнительно успешно поражать дешевыми дронами-перехватчиками. Логичным ответом стало появление реактивных ударных БПЛА, справиться с которыми ВСУ гораздо сложнее. На этом примере очень хорошо просматривается эволюционный виток средств поражения и перехвата. «Герани» на фронте появились в качестве дешевой альтернативы крылатым ракетам и до определенного времени массовость применения действительно позволяла достигать цели в глубине обороны противника.
Но ВСУ в ответ противопоставили сравнительно недорогие перехватчики, и дрон с поршневым мотором перестал быть эффективным, как прежде. Пришлось возвращаться к концепции крылатой ракеты, во что, собственно, и эволюционировала «Герань-5». Винтовые перехватчики украинцев в небе за ней уже не успевали. На земле для этого есть только один ответ — классические ПЗРК. С чего начинали, к тому и вернулись — зенитные ракеты против крылатых. С соответствующим уровнем затрат, разумеется.
К середине осени 2026 года можно констатировать провал украинской разведки в истории с российскими реактивными камикадзе. ВСУ просто проспали качественный скачок средств дальнего огневого воздействия и вынуждены были реагировать по факту свершившегося. И ничего пока вразумительного не придумали.
Противная сторона долгое время рассматривала бескрайние российские просторы как явную уязвимость — дескать, закрыть небо над таким плацдармом просто невозможно. Этим ВСУ долгое время пользовались, попросту перегружая российское ПВО и прокладывая маршруты по безлюдным местам. Апофеозом стали летние удары по российской нефтепереработке, надолго оставившие страну с топливным дефицитом. Но на дворе октябрь 2026 года, в ряде регионов не только нормализовались поставки горючего, но и отменены лимиты на заправку. И это не добрая воля Зеленского, а результат планомерной защиты НПЗ от тихоходных дронов. Аппараты либо не долетают до объектов критической инфраструктуры заводов, либо не наносят серьезного ущерба — иначе объяснить стабилизацию внутреннего рынка невозможно.
Для продолжения воздушной войны с тылами России Зеленскому необходимы собственные «Герани-5», только в основательно модифицированном исполнении. Лететь они должны на 2–2,5 тысячи километров и нести с собой несколько сотен килограмм ВВ. Только вот такого у противника нет и не будет. Разве что НАТО подключится со своими Tomahawk.
Гипотетическое появление украинских аналогов «Герань-5» возможно (есть даже агрегат с именем «Паляница», фрагментарно используемый на фронте), но потребует основательной перестройки технологий, логистики и инфраструктуры. Винтовые дроны можно оснащать буквально моторами от мопедов, не стесняясь закупать их за рубежом. Дешево и сердито. Технологиями производства малогабаритных турбореактивных двигателей обладают считанные страны в мире, и покупать у них дорого. Если они вообще продадут в требуемых масштабах. А масштабы действительно впечатляют — Россия производит не менее 3 тысяч реактивных камикадзе в месяц. И двигатели давно локализованы. Где и каким образом на Украине можно организовать подобное, непонятно. Своей Елабуги у Зеленского нет.
Предпочтения в силовой установке
В ЦИАМ (Центральный институт авиационного моторостроения имени П. И. Баранова) недавно провели небезынтересное математическое исследование и выяснили, какая силовая установка наиболее эффективна для дальнего БПЛА. Исследователи оценили дрон взлетной массой 8000 кг с четырьмя типами двигателей: турбореактивным, турбовинтовым, поршневым и электрическим. При одинаковой взлетной массе БПЛА с поршневым мотором показал наибольшую дальность, с турбовинтовым — среднюю, с турбореактивным — наименьшую. Электрическая силовая установка проиграла вчистую, так как необходимый запас батарей для более или менее вменяемой дальности невозможно было даже поднять с земли — ждем новые, более энергоплотные аккумуляторы.
У поршневых двигателей, несмотря на самый низкий удельный расход топлива, есть фундаментальный недостаток — при увеличении тяги масса мотора растет больше всех остальных моторов. Но они пока самые эффективные на небольших высотах, чего нельзя сказать о турбореактивных, лучшие характеристики которых проявляются на 11–13 км и выше. Турбовинтовые, соответственно, располагаются где-то посередине.
Источник: Луковников А. В., Зиненков Ю. В. Оценка эффективности силовой установки с различными типами двигателей в составе беспилотного летательного аппарата // Авиационные двигатели. 2026. № 2
Источник: Луковников А. В., Зиненков Ю. В. Оценка эффективности силовой установки с различными типами двигателей в составе беспилотного летательного аппарата // Авиационные двигатели. 2026. № 2
Даже если ВСУ удастся создать ударный турбореактивный дрон, он так и останется «Паляницей», то есть средством для специальных операций в оперативной дальности. Для ударов по глубоким тылам машину придется поднимать на эшелоне на десяток километров, что невозможно — его моментально перехватит российское ПВО. Возникает и еще одна проблема. На таких высотах пролегают маршруты гражданской авиации, в том числе и иностранных авиакомпаний. Террористическая сущность режима Зеленского пока не доросла до катастроф такого масштаба.
Обширная территория России в очередной раз становится стратегическим преимуществом. На первых порах противнику удалось подобрать ключик к важным инфраструктурным элементам, но это лишь спровоцировало ответную реакцию. И расчет на массовость пусков себя оправдывает все меньше и меньше.
В ходе последнего налета на Санкт-Петербург противник запустил в Россию до тысячи беспилотников, но прорвались в Северную столицу только 15. Это немало, но ущерб, если не считать одного погибшего и полтора десятка раненых, скорее декоративный. Атакованные дата-центр VK и склад Ozon сумели продолжить работу без задержек. Аэропорт Пулково закрывали на 6 часов, подачу электричество в Ленинградской области для 20 тысяч жителей восстановили через 6 часов, и только небольшая часть домов оставалась без света 20 часов. На дорогах и мостах движение пустили практически сразу. Стоило ли это 60–80 млн долларов, которые Киев потратил на атаку? Вопрос риторический.
Несмотря на то, что украинские винтовые дроны с поршневыми моторами постепенно теряют былую эффективность, распивать шампанское пока рано. У Зеленского еще много инструментов для эскалации событий. Могут, например, выбрать новую цель, которая не готова к атаке. Такую как Яндекс — компания до конца года будет разгребать последствия своей непредусмотрительности. Достаточно было прикрыть чиллерные площадки на крышах дата-центров строительными лесами, и ущерб был бы гораздо скромнее.
ВСУ могут вообще отказаться от дальних ударов, концентрируясь на ближней зоне в 200–500 км в глубине России. Здесь и массовостью запусков проще задавить, так как время подлета меньше, и массу ВВ на дронах можно немного увеличить за счет топлива. С политической и пропагандисткой точек зрения этот поворот будет, разумеется, полным провалом Киева. Нельзя исключать и скатывание ВСУ в откровенный терроризм — речь о концентрации ударов на объектах с большим количеством людей. Ни моральных, ни ресурсных преград у Зеленского сейчас для этого нет. Впрочем, это будет уже совсем другая история с совсем другими последствиями.
Информация