Таран над Севастополем

Истребитель МиГ-3 на государственных испытаниях в НИИ ВВС КА, январь — февраль 1941 года

После удара винтом по хвосту немецкий бомбардировщик потерял управление и пошёл вниз. МиГ-3 младшего лейтенанта Якова Иванова остался в воздухе. У истребителя была погнута лопасть, а до своего аэродрома у Херсонесского маяка ещё предстояло долететь.

Двое против девятки

12 ноября 1941 года немецкие самолёты подошли к Севастополю несколькими группами. He 111 шли к городу, Ju 87 и Ju 88 атаковали корабли. На перехват бомбардировщиков с Херсонесского аэродрома поднялись Иванов и лейтенант Николай Савва. Оба служили в 32-м истребительном авиаполку 62-й истребительной авиабригады Черноморского флота.

Херсонесский аэродром у Севастополя — место вылета и возвращения Якова Иванова 12 ноября 1941 года

Лётчики обнаружили девятку бомбардировщиков и сделали несколько заходов. При атаках с хвоста приходилось идти под огонь воздушных стрелков. Иванов вывел одного из них из строя, но вскоре у него самого кончились патроны. Один из «Хейнкелей» всё ещё шёл к цели.

Для удара винтом требовалось подвести МиГ вплотную к хвосту бомбардировщика. Иванов сблизился и ударил лопастями винта по хвостовому оперению. «Хейнкель» потерял управление и сорвался в беспорядочное падение.

He 111P в разрезе. Видно хвостовое оперение, по которому пришёлся удар. Британский учебный плакат, январь 1941 года

Возвращение на Херсонес

Иванов удержал истребитель в воздухе и повернул к своему аэродрому. Александр Дорохов в книге «Крылатые защитники Севастополя» приводит рассказ лётчика: «Попробовал рули — действуют. Я плавно развернулся, снизился, сел на свой аэродром и вырулил к месту стоянки».

По описанию Михаила Жирохова и Александра Котлобовского, у вернувшегося МиГа слегка погнулась лопасть винта и лопнул валик привода масляной помпы.

По немецким данным, которые приводит Мирослав Морозов, из налёта 12 ноября не вернулся один He 111 из 1-й группы 27-й бомбардировочной эскадры. Савва доложил о повреждении другого бомбардировщика. Жирохов и Котлобовский сопоставили описание тарана с немецкой записью о потере. По их реконструкции, в ней указан тот самый He 111, который уничтожил Иванов.

Две машины из девяти после атак Иванова и Саввы покинули строй и сбросили бомбы неприцельно — такой результат описан в публикации Севастопольского музея-заповедника. Начальник противовоздушной обороны флота Иван Жилин вспоминал, как лётчики и зенитчики расстраивали боевые порядки бомбардировщиков до выхода на цель. Вынудить экипаж сбросить бомбы раньше времени означало помешать прицельному удару, даже если самолёт уходил из боя.

Сохранённая машина

На 7 ноября в 32-м авиаполку числилось пять МиГ-3, из них три исправных. Такие данные приводит Морозов в таблице состава авиации Севастополя.

Савва тоже совершил таран — ещё 18 октября у Балаклавы. После удара по разведчику Do 215 он повёл свой МиГ к берегу, но горючее кончилось. Пришлось садиться на воду; лётчика подобрал катер. Савва вернулся в полк без самолёта. Иванов 12 ноября сохранил и машину.

Дмитрий Хазанов в «Битве за Крым» называет возвращение Иванова первым случаем на Черноморском флоте, когда лётчик после воздушного тарана привёл свой истребитель на аэродром.

Сам аэродром приходилось расширять и обустраивать уже во время обороны. Михаил Авдеев вспоминал огромные каменные глыбы в бурьяне по краям лётного поля. Женщины Севастополя и краснофлотцы убирали камни, расширяли площадку и рыли укрытия для самолётов.

Двадцать пять лет

В октябре Иванову исполнилось двадцать пять. В детстве он с семьёй переехал в Чудово, после школы работал слесарем на спичечной фабрике. Окончил Высшую парашютную школу, затем работал лётчиком-инструктором Новгородского аэроклуба.

В ноябре 1939 года Иванов поступил в Ейское военно-морское авиационное училище. Окончил его в августе 1940-го и получил назначение в 32-й полк. С начала войны летал на разведку, наносил удары по наземным войскам и перехватывал самолёты противника.

Последний бой

Жилин датирует последний бой Иванова 17 ноября, тогда как Морозов и биография в «Морском сборнике» указывают 16-е. По воспоминаниям начальника ПВО флота, к Севастополю шло до тридцати немецких бомбардировщиков под прикрытием истребителей.

На обратном пути Иванов заметил ещё один бомбардировщик, который шёл к городу, и дважды его атаковал. После второй атаки патроны кончились. Иванов снова пошёл на таран.

Оба самолёта упали в море. По описанию Дорохова, МиГ-3 упал в пяти километрах от берега, напротив Бельбека. На этот раз Иванов не вернулся.

17 января 1942 года ему посмертно присвоили звание Героя Советского Союза. Его имя высечено на стене памяти мемориала «Мужеству и героизму авиаторов-черноморцев» в Севастополе.