Эдвард Сноуден против Большого Брата

На прошлой неделе в США грянул очередной недемократический скандал, напомнивший гражданам страны о том, что их родина — оплот тоталитаризма и вотчина Большого Брата. Всплыла информация о top secret программе американских спецслужб под названием «PRISM», нацеленной на всеобъемлющий сбор сведений о гражданах через мобильные телесистемы и Интернет. Первые публикации вышли в британской газете «Гардиан». Затем подключилась «Вашингтон Пост», и скандал обошёл весь Интернет. Объявился и главный герой скандала.

В новости попала телекоммуникационная компания «Verizon», от которой АНБ получало данные миллионах звонков самых разных абонентов. Всё делалось законно, на основании судебного ордера — тоже, конечно, секретного. В США скоро всё станет секретным.


Речь шла не только о «Verizon». Как передаёт ИТАР-ТАСС, газета «Вашингтон Пост» сообщила, что АНБ и ФБР уже несколько лет получают прямой доступ к серверам «Microsoft», «Yahoo», «Google», «Facebook», «PalTalk», «AOL», «Skype», «YouTube», «Apple». В материале отмечается, что в рамках сверхсекретной программы под кодовым названием PRISM спецслужбы собирают аудио- и видеофайлы, фотографии, электронную переписку, документы и данные о подключениях пользователей к тем или иным сайтам, что позволяет им «следить за передвижениями и контактами различных людей». Правда, «Apple», «Google», «Facebook» и «Yahoo» опровергли эти сведения. А директор национальной разведки США Джеймс Клэппер заявил, что СМИ допустили «многочисленные неточности» в публикациях. Он подчеркнул, что закон, позволяющий спецслужбам осуществлять подобный надзор, разрешает действовать только в отношении людей, «которые не являются гражданами США и находятся за пределами страны».

На этом бы скандалу и утихнуть, но не тут-то было.

Правозащитники забили тревогу, к ним подключились алармисты и журналисты, граждане вспомнили о неприкосновенности личной жизни, о свободе слова, о демократии, о правах человека, даже о Конституции и некоторых поправках к ней — и понеслось.

Возмущение рядовых американцев вызывает именно то, что действия АНБ и ФБР по сбору данных, который в прессе чаще называют «прослушкой», были вполне законны. Старший корреспондент портала ThinkProgress.org при центре Американского фонда прогрессивных действий Заид Джилани рассказал об этом «Голосу России».

Товарищ Джилани говорит, что законность обеспечивается актом о борьбе с терроризмом, принятым Конгрессом в 2001 г. С 2008-2012 годах Конгресс подтвердил закон, не внеся в него изменений. Сенаторы сделали прослушивание в США законным.

«…Никто бы не жаловался, если бы спецслужбы обнаружили конкретного человека, который наносил бы вред Америке, и попросили бы разрешения за ним понаблюдать, но когда они берут под наблюдение миллионы людей одновременно, я, как американец, чувствую, что моё личное пространство и мои права не уважаются. Думаю, что так считают миллионы американцев, независимо от их политических предпочтений».


Против неизменности законных актов прошлого активно возражают некоторые конгрессмены. Как сообщают «Вести» со ссылкой на ИТАР-ТАСС, американский сенатор-демократ Марк Юдолл — один из сторонников подобных изменений. «Мы должны пересмотреть «Акт о патриотизме» и несколько ограничить количество информации, которую собирает Агентство национальной безопасности», — заявил он в интервью телекомпании «Эй-би-си». Он отметил: «Мы ведём борьбу с терроризмом, который по-прежнему представляет реальную угрозу, но мы должны соблюдать Билль о правах и четвёртую поправку к Конституции, запрещающие незаконные обыски и перехват почтовой переписки».

Товарища Юдолла поддержал известный сенатор-республиканец Рэнд Пол, заявивший в программе телекомпании «Фокс», что секретные программы АНБ свидетельствуют о чрезвычайно широком вторжении в частную жизнь граждан.

Впрочем, подавляющее большинство сенаторов выступает в защиту действий администрации Обамы и американских спецслужб. Среди известных сторонников надо отметить Дайан Файнстайн, председательницу комитета по разведке, и сенатора-республиканца Джона Маккейна, отметившего в интервью «Си-эн-эн», что «если бы сегодня было 12 сентября 2001 года, то никаких подобных споров, вероятно, не возникло бы».

В ночь на понедельник, 10 июня, скандал с «прослушкой» получил продолжение. Объявился его инициатор — Эдвард Сноуден, сотрудник «Booz Allen Hamilton», человек, поставивший себе целью борьбу с несправедливостью и обманом, творимыми правительством. Именно он передал британской газете «Гардиан» секретное решение суда, о котором шла речь выше. С той публикации о программе PRISM и начался на прошлой неделе скандал.

Корреспонденты «Гардиан» Иэн Макаскилл и Гленн Гринвальд поговорили с товарищем Сноуденом в Гонконге. Борец за справедливость объяснил журналистам, что АНБ построило целую инфраструктуру, которая позволяет перехватывать практически все коммуникации, причём автоматически. Если бы я хотел, заметил он, посмотреть электронную почту или звонки своей жены, всё, что нужно было бы сделать, так это использовать эту технологию перехвата. С её помощью можно получить электронные письма, пароли, записи телефонных разговоров, доступ к информации по кредитным картам.

«Я не хочу жить в обществе, которое делает подобные вещи… Я не хочу жить в мире, где всё, что я делаю и говорю, записывается. Это не то, что я готов поддержать или с чем я готов жить».



Но, может быть, такого рода наблюдение, сказали корреспонденты, затеяно ради того, чтобы попытаться уменьшить вероятность террористических атак — вроде бостонской?

Тут, считает Сноуден, нужна лишь «хорошая, старомодная работа полиции…»

Спросили Сноудена и о Мэннинге. По его мнению, Брэдли Мэннинг был вдохновлён идеей общественного блага.

На вопрос о том, что произойдёт с ним, Сноуден ответил лаконично и печально: «Ничего хорошего».

В Гонконг, по его словам, он переехал из-за сильных местных традиций свободы слова. Американец отметил: «Я думаю, это и вправду трагично, что американец должен уехать в такое место, которое имеет репутацию менее свободной страны… Тем не менее, Гонконг… имеет сильные традиции… свободы слова».

Издание напоминает, что 29-летний Сноуден — бывший технический ассистент в ЦРУ. Этот человек уточняет, что АНБ собирает больше цифровой информации об Америке, чем о русских.

На вопрос: «Знала ли ваша семья о том, что вы планировали?» Сноуден ответил:

«Нет… И теперь я больше всего боюсь, что они придут за моей семьёй, моими друзьями… За любым из тех, с кем я поддерживаю отношения…»


Он сказал о том, что с этим ему придётся жить всю оставшуюся жизнь. Отныне он не собирается общаться с ними. Власти будут действовать агрессивно против любого, кто его знает.

Многие люди, сказал Сноуден журналистам, в 2008 году голосовали за Обаму. Но он голосовал за третьих лиц. При этом он верил в обещания Обамы. Однако тот продолжил политику своего предшественника.

В настоящий момент Сноуден надеется, что правительство Гонконга не депортирует его. Он сообщил, что намерен искать убежища в стране с общенациональными ценностями — к примеру, в Исландии. Но, в общем-то, он не знает, что его ждёт.

В другой статье Гленн Гринвальд, Иэн Макаскилл и Лора Пойтрас («Гардиан») напоминают, что Сноуден — лицо, ответственное за одну из самых значительных утечек в американской политической истории, — не только был техническим ассистентом в ЦРУ, а недавно сотрудником оборонного подрядчика «Booz Allen Hamilton», но в течение последних четырёх лет работал с Агентством национальной безопасности в качестве сотрудника различных внешних подрядчиков, в том числе упомянутой «Booz Allen» и «Dell».

«The Guardian» выявила его личность по его же просьбе: «Я не имею никаких намерений скрывать, кто я, потому что я знаю, что не сделал ничего плохого».

Теперь Сноуден войдёт в историю наряду с Даниэлем Эллсбергом и Брэдли Мэннингом. Ведь АНБ — одна из самых закрытых организаций мира.

Несмотря на своё стремление к публичности, он настаивает, что хочет избежать внимания СМИ. «Я не хочу общественного внимания, потому что я не хочу, чтобы эта история была обо мне. Я хочу, чтобы она была о деяниях правительства США».

Также он сказал: «…я знаю, что правительство будет демонизировать меня». Он объяснил что единственным мотивом рассекречивания было информирование общества о том, что делается от его (общества) имени и что делается против него.

Сноуден жил «очень комфортной жизнью», которая включала зарплату примерно в 200.000 $ в год, подругу, с которой он делил дом на Гавайях, стабильную карьеру, и семью, которую он любил.

«Я готов принести в жертву всё, потому что не могу с чистой совестью позволить правительству США уничтожать частную жизнь, свободу Интернета и основные права людей во всём мире при помощи этой мощной машины для наблюдения, созданной втайне».


План Сноудена был таким.

Три недели тому назад он сделал последние приготовления. В офисе АНБ на Гавайях он скопировал последний пакет документов, из тех, что собирался раскрыть. Затем он сказал своему руководителю, что ему нужно уехать на пару недель — полечиться от эпилепсии. Собрав вещи, он сказал своей подруге, что должен был уехать на несколько недель. 20 мая он сел на самолёт в Гонконг. Он выбрал этот город из-за его «энергичной приверженности свободе слова», а также потому, что считал, что это — одно из немногих мест в мире, которое может противостоять диктату со стороны правительства США.

Живёт он в гостинице — в постоянном страхе слежки. Он заложил дверь своего гостиничного номера подушками. Он надевает большой красный капюшон на голову и на ноутбук, когда вводит пароли. Это делается для того, чтобы возможные скрытые камеры не сняли что-либо. Это не паранойя; Сноуден имеет все основания для таких опасений. Он ведь работал с разведкой США почти десяти лет.

Когда-то на него повлиял Ирак. В 2003 году он поступил на службу в американскую армию и начал программу обучения, чтобы впоследствии присоединиться к спецназу. Он отметил, что его представления о цели войны были быстро рассеяны. После перелома обеих ног в учебной аварии он был демобилизован.

Затем он получил свою первую работу на объекте АНБ (должность охранника на тайном объекте в Университете Мэриленда). Оттуда он перешёл в ЦРУ, где работал над IT-безопасностью. Его знание Интернета и способности к компьютерному программированию позволили ему достаточно быстро сделать карьеру — для человека, у которого на тот момента не было даже аттестата о среднем образовании.

В 2007 году ЦРУ разместило его под дипломатическим прикрытием в Женеве. Он отвечал за поддержание безопасности компьютерной сети. Это означало, что ему был разрешён доступ к широкому массиву секретных документов. Именно этот доступ, наряду с тем, что почти три года он провёл среди сотрудников ЦРУ, посеял в его душе серьёзные сомнения в правильности всего того, что он видел вокруг себя.

К примеру, сотрудники ЦРУ пытались завербовать швейцарского банкира — с целью заполучить секретную банковскую информацию. Сноуден сказал, что они добились этого, стараясь заполучить банкира в пьяном виде и устраивая так, чтобы он поехал домой на своей машине. Банкир был арестован за вождение в нетрезвом виде. Тут-то секретный агент подружился с ним и предложил помочь. Была сформирована связь, которая далее вылилась в успешное сотрудничество.

«Многое из того, что я видел в Женеве, действительно разочаровало меня… Я понял, что я был частью чего-то, что приносит гораздо больше вреда, чем пользы».


Он ушёл из ЦРУ в 2009 году и поступил на работу к частному подрядчику, который назначил его на действующий объект АНБ, дислоцированный на военной базе в Японии. Именно тогда, по его словам, он наблюдал, как Обама сформулировал ту политику, которая должна была, как считал Сноуден, принести перемены.

Но в течение следующих трёх лет он узнал только то, что АНБ с его жаждой всепоглощающего наблюдения вознамерилось знать о каждом разговоре и каждом поступке в мире.

Однажды он пришёл к выводу, что наблюдение АНБ скоро окажется безотзывным. Это лишь вопрос времени. «То, что они делают, — говорит он, — это экзистенциальная угроза демократии».

Его верность свободе Интернета, пишут британские журналисты, находит отражение в наклейках на его ноутбуке: «Я поддерживаю права в Интернете: «Electronic Frontier Foundation». Или как свидетельство свободной анонимности: «Tor Project».

На вопрос журналистов и подлинности его личности он, не задумываясь, предоставил свои личные данные, номера социального страхования, ID ЦРУ и истекший дипломатический паспорт. Никакой изворотливости нет и в помине, пишут корреспонденты. «Спросите его о чём-нибудь из его личной жизни, и он ответит». Журналисты «Гардиан» называют этого человека «тихим, умным, спокойным и скромным».

Джулиан Боргер и Спенсер Акерман в «Гардиан» пишут, что Шон Тернер, пресс-секретарь директора Национальной разведки США Джеймса Клэппера, сказал: «Любой человек, который имеет допуск, знает, что он… имеет обязательства по защите секретной информации и соблюдению закона».

Американская военная компания «Booz Allen Hamilton» выпустила заявление, описывающее раскрытие информации Сноуденом как «шокирующее» и взяла на себя обязательство сотрудничать с любым расследованием.

Тем временем Сноуден получил поддержку от гражданских активистов. Джессилин Радак, ранее в качестве адвоката представлявшая информаторов, сказала агентству «Рейтер», что дело Сноудена может стать «переломным моментом».

Рассел Тайс, бывший аналитик АНБ, который обвинял агентство в середине 2000-х годов в выходе за рамки правового мандата, сказал: «Этот парень имеет больше мужества, чем все, кого я знаю».

Джулиан Боргер («Гардиан») рассказал о том, что компания «Booz Allen» с капиталом в 6 миллиардов долларов и 25.000 сотрудников в значительной степени ориентирована на обработку данных компьютерных систем. Под девизом «Улучшение общественной безопасности при помощи аналитики» фирма предлагает помощь в обработке большого количества собранных данных. В проектную линию, которая как раз отражает некоторые функции Сноудена, работавшего для АНБ, входит разработка того, что «позволяет организациям обрабатывать, интерпретировать и использовать массивы данных, сохранённые в течение нескольких недель или месяцев».

Надо напомнить, что США имеют договор об экстрадиции с Гонконгом.

«The Telegraph» со ссылкой на «Рейтер» пишет, что сейчас АНБ собирается инициировать уголовное расследование утечки. Республиканские политики в США уже призывают выдать Сноудена.

Любое преследование Сноудена, скорее всего, подпадает под Закон о шпионаже от 1917 года — именно этот закон правительство США использовало против других гражданских лиц, которые раскрыли секретную информацию без разрешения.

США и Гонконг подписали договор о выдаче ещё в 1996 году, за год до того, как бывшая британская колония была возвращена Китаю. Документ вступил в силу в 1998 году и предусматривает, что власти Гонконга могут задержать человека на 60 дней по просьбе США — пока Вашингтон готовит официальный запрос об экстрадиции.

Юристы, имеющие опыт в экстрадиции, говорят, что для Сноудена будет проблемным обойти договор, если правительство США решит преследовать его. «Они (Гонконг) не собираются подвергать риску свои отношения с США из-за Сноудена…» — говорит Роберт Анелло, нью-йоркский адвокат, работавший с делами об экстрадиции. Анелло заметил:

«Если вы — американский гражданин, то спастись от США — нелёгкое дело».


Гонконг находится под полным контролем Китая, и поэтому договор также предусматривает отказ от выдачи, которая могла бы повредить «обороне, иностранным делам, существенным общественным интересам или политике» Китая.

Кроме того, защита Сноудена, как говорят адвокаты, может базироваться на отсутствии «двойной преступности»: для лица, подлежащего выдаче, предполагаемый акт должен являться преступлением в обеих странах.

Однако Анелло считает, что в Гонконге найдут местный закон, который «очень похож» на американский Закон о шпионаже.

Обозревал и переводил Олег Чувакин
— специально для topwar.ru
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

29 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти