70 лет Карпатскому рейду Ковпака

В июне—июле текущего года исполняется 70 лет блестящему Карпатскому рейду партизанского соединения под руководством Сидора Артемьевича Ковпака.

Украинский штаб партизанского движения (УШПД) в свое время охарактеризовал этот рейд как «самый блестящий» из всех, которые были совершены украинскими партизанами за годы войны. Американский историк Вальтер Зеев Лакер (Walter Ze'ev Laqueur) назовет Карпатский рейд «наиболее впечатляющей» операцией партизан 1942—1943 гг. Поход соединения Ковпака по глубоким тылам противника до сих пор изучается специалистами по ведению партизанской войны, к нему проявляют большой интерес военные историки всего мира.


К сожалению, Украина на государственном уровне этот славный юбилей достойно не отметит. Полагаю, немало было потрачено на недавнюю акцию «В Европу без фашистов!». Этих средств с лихвой хватило бы на действительно антифашистскую акцию — отметить 70-летие легендарного партизанского рейда по глубоким тылам противника.

21 мая по инициативе коммунистов на голосование в ВР был вынесен проект постановления «Про відзначення 70-річчя Карпатського рейду партизанського з'єднання Сидора Ковпака».

Авторами (В. Бабич, П. Цибенко, О. Левченко — все КПУ) предлагалось рекомендовать Кабинету Министров создать органкомитет по подготовке и проведению мероприятий, приуроченных к годовщине Карпатского рейда, «включивши до його складу представників центральних та місцевих органів виконавчої влади, органів місцевого самоврядування, громадськості та ветеранів війни та підпільно-партизанського руху».

Местным госадминистрациям предписывалось разработать планы мероприятий, которые бы включали в себя «проведення урочистих заходів з нагоди цієї дати; проведення у вересні-жовтні 2013 року у навчально-виховних закладах тематичних уроків, лекцій, вечорів, літературно-мистецьких конкурсів, святкових концертів, присвяченних 70-річчю Карпатського рейду; організацію в державних краєзнавчих музеях, бібліотеках, навчально-виховних закладах експозицій та виставок, присвячених 70-річчю Карпатського рейду партизанського з'єднання Сидора Ковпака».

Госкомитету телевидения и радиовещания предлагалось обеспечить «широке висвітлення в засобах масової інформації заходів, що проводитимуться у зв'язку з відзначенням 70-річчя Карпатського рейду партизанського з'єднання Сидора Ковпака та організувати тематичні теле- та радіопередачі, публікації документів і матеріалів, які стосуються військово-патріотичної діяльності партизанського з'єднання Сидора Ковпака, а також сприяти виступам у засобах масової інформації істориків, політиків, військових, керівників органів місцевого самоврядування та інших діячів відносно цієї події».

Наконец, госпредприятию «Укрпошта» предлагалось издать серию почтовых марок, посвященных славному юбилею.

Однако достаточного количества депутатских голосов в поддержку постановления не нашлось — «за» только 211. При этом во фракции Партии регионов 12 депутатов отсутствовали, а 23 почему-то не голосовали. Нетрудно подсчитать, что и половины из этих 35 голосов «регионалов» хватило бы для того, чтобы указанное постановление обрело юридическую силу.

По настоянию фракции Компартии была предпринята попытка вернуться к рассмотрению данного вопроса. Увы, здесь результаты голосования были еще более удручающими: 187 «за». В Партии регионов 11 отсутствовавших и 43 — не голосовавших.

А ведь данное голосование происходило спустя всего 3 дня после масштабных «антифашистских» акций, организовывавшихся Партией регионов. Казалось бы, тут бы антифашистам и карты в руки — такой случай нанести исторический удар по коричневой чуме посредством мероприятий на государственном уровне в связи с 70-летием партизанского подвига. Но... Столь безразличное отношение к памяти героев-антифашистов в очередной раз засвидетельствовало, чем является «антифашистская» риторика для партии власти — пиаром и политтехнологиями.

Возможно, некоторых читателей удивит, что «2000» вспоминают об указанном голосовании в ВР только теперь. Тому есть объяснение. Дело в том, что был еще один вариант, который мог спасти ситуацию: президент вправе назначить государственные торжества своим указом (по сути предлагавшееся коммунистами постановление ВР, посвященное 70-летию «Карпатского рейда» Ковпака, могло стать основой для президентского указа).

К сожалению, ничего подобного не произошло. То ли инициатива не дошла до главы государства, то ли Виктор Федорович занят куда более важными делами — например, разработкой планов похода в Европу «без фашистов».

Весьма показательно, с какой яростью проголосовала против указанного постановления фракция ВО «Свобода». Как правило, депутаты, не поддерживающие тот или иной законопроект, просто не голосуют. Но в данном случае все 36 «свободовцев» проголосовали «против». Чем, полагаю, в очередной раз продемонстрировали, чьими духовными наследниками они являются. Впрочем, это же и аргумент в пользу того, чтобы все реальные — а не декларативные — антифашисты обеспечили бы своими голосами проведение мероприятий в честь партизан соединения Ковпака. Тем более, как мы помним, в ходе своих «антифашистских» акций представители партии власти часто вспоминали именно «Свободу» — как основного носителя неонацистской идеологии.


2000 км за 100 дней по тылам противника


Карта Карпатского рейда

В легендарный рейд Сумское партизанское соединение выступило 12 июня 1943 г. с территории Житомирской области (от села Милошевичи, что на украинско-белорусской границе), примерно за месяц до начала Курской битвы. Всего свыше полутора тысяч бойцов. В своем дневнике[1] Сидор Артемьевич Ковпак укажет даже национальный состав отправившихся в Карпатский рейд: русских — 684, украинцев — 598, белорусов — 405, других национальностей — 197, неподданных СССР — 19. Перед ковпаковцами стояла задача нанести удар по тыловым коммуникациям врага, организовать диверсии на нефтепромыслах Галиции.

__________________________
1 Партизанская война на Украине. Дневники командиров партизанских отрядов и соединений. 1941—1944. — М.: Центрполиграф, 2010.

15 июня партизаны пересекли железную дорогу Сарны — Лунинец.

20 июня соединение Ковпака вступит в контакт с отрядом другого знаменитого партизанского командира Дмитрия Медведева. Встреча будет сопровождаться инцидентом: ковпаковцы и медведевцы приняли друг друга за гитлеровцев и открыли огонь. В дальнейшем «Победители» — отряд, которым командовал Герой Советского Союза Медведев окажет посильную помощь соединению Ковпака, прежде всего разведданными. В дневнике Ковпак даже упоминает легендарного советского разведчика Николая Кузнецова (хотя и не называет его фамилии, очевидно, она ему была неизвестна): «представитель Медведева, который работает т(айным) а(гентом) в Ровно в роли гвардии офицера, имеет 2 креста и несколько ранений, получил разрешение на свидание с Кохом. Кох расспрашивал, как дела на фронте, настроение солдат, за что он получил кресты и т. д. Генералы, присутствовавшие при этой беседе, слушали вранье нашего человека, а потом пожимали ему руки. Он разговаривал на чистом немецком языке, а блеску его вида мог бы позавидовать любой немецкой офицер».

21 июня ковпаковцы форсировали реку Случь. В ночь с 24-го на 25 июня соединение пересекло шоссейную дорогу Костополь — Александрия и железную дорогу Сарны — Ровно на переезде Гура-Каменка. Все переходы сопровождаются диверсиями на коммуникациях противника.

Надо отметить, что каждый переход железной или шоссейной дороги, форсирование реки — это в высшей степени опасное и сложное мероприятие для партизанской колонны длиной до 10 км! Но благодаря огромному опыту партизанской борьбы, в т. ч. руководства крупными партизанскими формированиями, Ковпаку удается водить свои десятикилометровые колонны под носом у противника.

70 лет Карпатскому рейду Ковпака

Сумское партизанское соединение выступает в Карпатский рейд. Лето 1943 г.




В походе не бояться сделать крюк


Сидор Ковпак

В книге воспоминаний «От Путивля до Карпат»[2] Сидор Артемьевич пояснит секрет своего успеха: «Выйдя из лесов и болот южного Полесья в поля Западной Украины, мы должны были пройти три области — Ровенскую, Тарнопольскую и Станиславскую, форсировать несколько больших рек, пересечь до десятка железных дорог. Может ли партизанская колонна, растягивающаяся по дороге на 8—10 километров, совершить такой марш скрытно, не обнаружив себя?

__________________________
2 Ковпак С. А. От Путивля до Карпат. — М.: Воениздат НКО СССР, 1945.

За время маневренных действий у нас постепенно выработались свои железные законы партизанского марша. Выступать в поход с наступлением темноты, а при дневном свете отдыхать в лесу или в глухих селах. Знать все, что делается далеко впереди и по сторонам. Не идти долго в одном направлении, прямым дорогам предпочитать окольные, не бояться сделать крюк или петлю. Проходя мимо крупных гарнизонов врага, прикрываться от них заслонами. Небольшие гарнизоны, заставы, засады уничтожать без остатка. Ни под каким видом не нарушать в движении строй, никому не выходить из рядов. Всегда быть готовыми к тому, чтобы через две минуты после появления врага походная колонна могла занять круговую оборону и открыть огонь на поражение из всех видов оружия. Одни пушки выезжают на позиции, а другие тем временем бьют прямо с дороги. Главные силы идут глухими проселками, тропами, дорогами, которые известны только местным жителям, а диверсионные группы выходят на большаки и железнодорожные линии, закрывают их для противника — рвут мосты, рельсы, провода, пускают под откос эшелоны. Там, где идет ночью партизанская колонна, — тишина, а далеко вокруг все гремит и пылает».

29 июня соединение переходит железную дорогу Луцк — Здолбунов. «Для того чтобы не допустить эшелона с живой силой и избежать боя при переезде ж(елезной) д(ороги) обозом, высылаю диверсионные группы направо и налево от переезда, которые в 23.00 должны во что бы то ни стало заминировать оба пути ж(елезно)д(орожного) полотна», — запишет Ковпак в дневнике. Близость столицы рейхскомиссариата (которой, как известно, являлся город Ровно) — в случае обнаружения партизанского отряда — давало возможность гитлеровцам быстро подтянуть силы. Поэтому требовалась исключительная осторожность и максимальная слаженность в действиях бойцов. В 23.15, пишет Ковпак, раздались 2 взрыва на запад от переезда, а в 23.25 прозвучали взрывы и с востока (от переезда). Результат: «Спущено 5 эшелонов. Когда колонна прошла уже 2—3 км от переезда, а хвост колонны, переправившись через дорогу, заметал след обоза срубленной березой, которую везли пара волов, на дороге в темноте горели два эшелона, трескались снаряды и бомбы».

30 июня очередной нелегкий переход: железная дорога Ровно — Львов — Перемышль. Соединению предстояло совершить марш в 57 км. «Народ плохо отдохнул. Но настроение хорошее. Дорога скользкая, глинистая, бесконечные подъемы и спуски по холмам, по долинам, но никто не жалуется. Сегодня особенно идут хорошо», — отметит Ковпак.

6 июля партизанское соединение вступает в пределы Галиции. В пограничных селах небольшие немецкие гарнизоны в основном попросту разбегаются при приближении ковпаковцев. Те, кого партизанам удается застать врасплох, подвергаются разгрому. «После разгрома м(естечка) Скалат сделали большой марш до 45 км и остановились в р(айо)не г(орода) Лыса Гора на дневку», — запишет 9 июля в дневнике Сидор Ковпак.

После трехдневного отдыха у Лысой Горы соединение продолжает рейд. У населенного пункта Раков Конт немцы пытаются устроить партизанам засаду. «В 21.00 разведкой было установлено, что в Раков Конт и прилегающие к лесу села с западной стороны прибыло до 60 автомашин с пр(отивни)ком и несколько бронемашин. Видимо, продолжительная стоянка наша в районе Лысой Горы повлекла беду. Противник разведал, где мы, и подтянул силы, чтобы уничтожить нашу в(оинскую) ч(асть)», — фиксирует Ковпак в дневнике. После непродолжительного боя «немцы бежали». Форсировав две реки и объехав немецкое «окружение», соединение направилось к намеченной стоянке в районе Скомороше.

Осознав, что в фашистском тылу действует многочисленный партизанский отряд, гитлеровцы усиливают давление на партизанское соединение. 13 июля против ковпаковцев уже брошена немецкая авиация, которая «обстреливала и бомбила» партизан. 5 человек ранено. Но рейд продолжается.

15 июля соединение пересекает две железные дороги (Станислав — Тернополь и Станислав — Львов), а в ночь на 16 июля форсирует реку Днестр. «Надо было переправиться через Днестр и подойти к нефтяным вышкам Дрогобыча раньше, чем немцы организуют их оборону, сосредоточат против прорвавшихся в горы партизан превосходящие силы», — писал Ковпак в книге «От Путивля до Карпат». Для переправы через Днестр был выбран мост севернее Галича. Внезапным и дерзким ночным штурмом охрана моста была захвачена врасплох и уничтожена: «Темной ночью 15 июля кавалерия Ленкина скрытно подошла к мосту у села Сивки, севернее Галича. С криком «ура» появившиеся из тьмы конники лавой обрушились на ошеломленную охрану, и она была перерублена, прежде чем успела открыть огонь. К утру партизанское соединение было уже на том берегу Днестра» (там же). При этом железные дороги были заминированы таким образом, «чтобы проходящие поезда утром взорвались», — пишет Ковпак в дневнике, — а мост через реку Днестр после прохода партизан взорван и сожжен.


Сидор Артемьевич Ковпак напутствует партизан


Обучаясь искусству маневра

Семен Руднев

Переправившись через Днестр, партизанское соединение вошло в горы, опыта боевых действий в которых не имело. В этом сам себе (в дневнике) признается Сидор Ковпак. То же самое отмечает в своих записях и комиссар Руднев[3].

__________________________
3 Партизанская война на Украине. Дневники командиров партизанских отрядов и соединений. 1941—1944. — М.: Центрполиграф, 2010.

Практически сразу после входа в горы соединение было блокировано немцами. Впоследствии Ковпак со своими бойцами будет неоднократно попадать в «мешки» (не менее 20 раз!), но раз за разом партизаны, по ходу дела обучаясь искусству маневра в горах, будут прорывать окружение, не забывая при этом о выполнении стоявших перед ними диверсионных задач.

19 июля соединение пересекает последнюю поперечную дорогу перед Карпатами и штурмом берет селение Россульна. «Фрицы в одном исподнем белье выскакивали из окон и, на ходу отстреливаясь, покидали село, — запишет Ковпак в дневнике. — В результате 2,5-часового боя противник бежал, оставив штаб полка с документами и много машин и убитых солдат и офицеров. Были взяты трофеи: четыре 75-мм пушки, около 40 автомашин, 5 легковых автомашин, 1 штабной автобус, минометы, пулеметы и много другого вооружения».

20 июля стало наиболее результативным днем в ходе Карпатского рейда соединения Ковпака — были разгромлены галицийские нефтепромыслы, активно использовавшиеся гитлеровцами для снабжения топливом своей военной машины. Особенно важно, что это произошло в разгар Курской битвы, в которой Гитлер делал ставку на бронетанковые силы, боеспособность которых, как известно, зависит от обеспеченности горюче-смазочными материалами.

«В ночь на 20 июля все наши батальоны выслали под прикрытием автоматчиков группы подрывников для уничтожения нефтяных промыслов. Пламя пожаров озарило склоны Карпатских гор. Партизаны любят ночь, тишину, но тут и ночью было светло как днем, а от горящей нефти стоял кругом такой треск, воздух так дрожал, что не было слышно гула моторов немецких самолетов, не дававших нам покоя даже ночью. Враг метался с места на место, но помешать нам не мог. Мы нападали одновременно на все участки», — будет вспоминать Ковпак в мемуарах «От Путивля до Карпат».

Диверсионные группы соединения Ковпака высаживали в воздух нефтевышки и нефтеперегонные заводы. Только 20 июля было взорвано 32 нефтяные вышки, сожжено свыше 600 т нефти, уничтожены две нефтеперекачивающие станции и лаборатория.

С огромными трудностями столкнулись бойцы соединения Ковпака при попытке вырваться с гор, с тем чтобы вернуться к местам своего постоянного базирования. Труднопроходимая горная местность. Отсутствие топографических карт. Противник наравне с захватом господствующих высот стал организовывать плотную оборону и населенных пунктов, чтобы отрезать партизанам возможности пополнения съестными припасами. В отряде голод. Встает вопрос, что делать с артиллерией — передвигаться с тяжелым вооружением невозможно.

29 июля 1943-го в дневнике Ковпака появится следующая запись: «Противник повел наступление, закрыл по нашей неопытности все ходы и выходы отрядов, (отрезал) нас от базы питания. В наступлении участвовали против нас три мадьярских полка, 13, 14, 23-й полки немцев, один батальон бельгийцев и один батальон из военнопленных кавказцев. Поддерживали наступление десять самолетов. На протяжении 30 км противник занял господствующие высоты и дороги. Бой закончился в нашу пользу, и противник, имеющий с нами соприкосновение, под натиском пехоты и артиллерии бежал. Приказал артиллерию взорвать и сделать выход по горам без дорог. При выходе по бездорожью потеряли до 100 лошадей».

С 29 июля по 3 августа соединение маневрирует в горах, пытаясь вырваться из окружения. Принимается решение штурмовать Делятин, захват которого открывал путь к переправе через Прут. Далее долиной этой реки предполагалось уйти на восток. Авторство этого плана некоторые (например, тогдашний начальник разведки соединения П. П. Вершигора) приписывают комиссару Рудневу.

Внезапная атака на Делятин в ночь на 4 августа увенчалась успехом. «Разгром Делятина, уничтожены 4 шоссей(ных) и 3 ж(елезно)д(орожных) моста и 40 автомашин с живой силой и боеприпасами. После вступления в Карпаты, в Делятине в первый раз бойцы, командиры и политработники покушали хлеба», — запишет в своем дневнике Ковпак. Он принимает решение разбить соединение на 7 групп, «из которых 6 групп боевых и одна пассивная, с ранеными, которую направил в глубь крупного леса».

Ценой своей жизни...

Недалеко от Делятина принял свой последний бой прославленный партизанский комиссар Герой Советского Союза Семен Руднев. В перестроечные годы на волне «переосмысления» прошлого вокруг этой трагической истории появилось немало разного рода мифов — вроде того, что «Руднев был ликвидирован агентами НКВД». Оказались по сути оклеветанными ряд заслуженных людей, как, например, радистка соединения Ковпака Анна Михайловна Лаврухина («Аня Маленькая») — якобы непосредственно исполнившая это задание «органов». Нередко и сейчас можно встретить пересказы этих нелепых домыслов. Однако ни с точки зрения здравого смысла (зачем чекистам могло понадобиться убийство Руднева?), ни с позиций фактов нет оснований для утверждений указанного толка.

Петр Вершигора

Очевидно, мы уже никогда не узнаем полной картины того, как погиб партизанский комиссар, но в целом обстоятельства известны. Например, из мемуаров Петра Петровича Вершигоры.

Успех выхода соединения из окружения зависел от захвата и удержания переправы через Прут. Авангарду, в составе которого находился и комиссар Руднев, удалось захватить мост через реку. Однако гитлеровцы, пытаясь не дать партизанам вырваться из кольца окружения, начали перебрасывать к Делятину дополнительные силы. На одну из таких автоколонн немецкого горнострелкового полка, выдвигавшегося из Коломыи к Делятину, у села Белые Ославы и нарвался партизанский авангард Руднева. Комиссар принял решение дать встречный бой.

«Встречный бой за Делятином — это была его (Руднева. — С. Л.) роковая ошибка», — напишет в книге воспоминаний Петр Вершигора[4].

__________________________
4 Вершигора П. П. Люди с чистой совестью — М.: Воениздат НКО СССР, 1946.

В 1946 г. по заданию правительства Украины в Карпаты будет отправлена специальная экспедиция, которой предстояло выяснить в т. ч. судьбу комиссара Руднева. В ее состав входил и П. Вершигора. В упомянутой книге он сообщит о результатах поисков: «На горе Дил и в урочище Дилок мы нашли могилы погибших в Делятинском бою. 72 наших товарища остались там навеки. Подробно опросив гуцулов, хоронивших погибших, мы выяснили, что в двух могилах в овраге были зарыты: в одной — 18, а в другой — 22 человека. По фотографии гуцулы указали, где был похоронен еще не старый красивый человек с черными усами. Разрыв эту могилу, вторым мы увидели череп с черными усами. «Это он!» — хотелось вскрикнуть мне, лишь только я увидел пулевые пробоины в височной кости черепа. И как живой встал в памяти комиссар...»

Ценой своей жизни комиссар Руднев и десятки других бойцов, героически павших у переправы через реку Прут, обеспечили спасение основных сил соединения. О событиях тех дней Ковпак напишет в книге «От Путивля до Карпат»: «Это «чудо» у реки Прут».

Возможно, у кого-то из читателей возникнут вопросы к датам и приводившимся в статье цифрам. Я в основном пользовался информацией из походного дневника Сидора Артемьевича Ковпака. Хотя в других источниках можно встретить несколько отличающиеся данные...

За сто дней наиболее активной фазы рейда соединение Ковпака прошло около двух тысяч километров по глубоким тылам противника — территориями Ровенской, Тернопольской, Ивано-Франковской областей. Ковпаковцы уничтожили свыше 3800 гитлеровцев и их пособников, разгромили до 17 немецких гарнизонов, подорвали 18 военных эшелонов противника, 52 моста, 43 нефтяные вышки, 13 нефтехранилищ, 4 нефтеперегонных завода и нефтепровод.

Карпатский рейд, основной период которого пришелся на время Курской битвы, имел большое военное значение. Например, партизанами надолго был выведен из строя железнодорожный узел Тернополь — что существенно затруднило переброску гитлеровских войск в район Курской дуги. Соединение Ковпака дезорганизовало коммуникации и тылы противника, отвлекло на себя значительные силы врага — столь необходимые ему на фронте. Приводятся даже цифры (например, Героем Советского Союза, участником Карпатского рейда В. А. Войцеховичем) в 60 тыс. человек, задействованных немецким командованием для борьбы с соединением Ковпака. Даже если эта цифра несколько преувеличена, тем не менее тот факт, что против партизан-ковпаковцев гитлеровцам пришлось задействовать крупные силы, сомнений не вызывает. Достаточно упомянуть, к примеру, о снятии с фронта 8-й кавалерийской дивизии СС Florian Geyer и переброске ее в полном составе в район действий соединения Ковпака.

Попутно заметим (для героизаторов ОУН-УПА, якобы «боровшейся с немцами»): все вместе взятые националистические банды — бандеровцев, мельниковцев, бульбовцев и проч. — не причинили гитлеровской военной машине столько вреда, сколько соединение Ковпака во время только одного Карпатского рейда. Точно так же никогда немцы не бросали столько войск против националистических формирований, сколько против партизан-ковпаковцев в дни их 100-дневного героического рейда.

1 октября основные силы соединения собрались у хутора Конотоп на Житомирщине. Этот день можно считать завершением Карпатского рейда. Сидор Артемьевич Ковпак за этот поход был удостоен второй золотой звезды Героя Советского Союза. Высокими правительственными наградами были отмечены и все бойцы, принимавшие участие в Карпатском рейде.

Война на два фронта

Практически все время рейда ковпаковцам пришлось противостоять не только гитлеровцам, но и разномастным бандам украинских националистов. По сути соединение вело войну на два фронта (если подобное выражение применимо к боевым действиям партизан) — с немцами и их пособниками из числа украинских националистов. Надо полагать, именно этим обстоятельством поясняется и вышеотмеченная позиция национал-экстремистов из фракции «Свобода».

Уже на третий день Карпатского рейда, 15 июня, Ковпак отметит в дневнике: «вступили в районы, насыщенные националистами». Далее в его записях регулярно будут появляться сообщения о столкновениях если не с бульбовцами, то с мельниковцами или бандеровцами. Выстрелы в спину сопровождали партизан во время всего их похода.

18 июня: «Националисты убили нашего разведчика, двигавшегося одиночкой в стороне»... 21 июня: «Националисты-бульбовцы вели огонь по нашей конной разведке. Конники открыли огонь по националистам, 8 человек захватили живьем с винтовками»... 22 июня: «Под селом Матыювка пять националистов встретились с разведкой... через несколько минут оттуда послышалась стрельба из пулеметов и винтовок. Мы открыли ответный огонь — банда разбежалась»... 25 июня: «Националисты опять обстреляли голову и середину колонны из р(учных) п(улеметов). Поймали. Оказались бандеровцы»... 28 июня: «Националисты обстреляли нашу кав(алерийскую) группу у села Сильне. После перехода в атаку все националисты разбежались»... 30 июня: «В селе Обгув националисты. Вели огонь по колонне, одного нашего бойца ранили. Мы убили сотника, захватили знамя, тело бат(альонного) миномета и разные объявления»... 4 июля: «В районе Матвеевцы вели бой с националистами».

«Вызов брошен. Принимаем»

Аналогичного толка записи в дневнике комиссара Руднева[5].

__________________________
5 Партизанская война на Украине. Дневники командиров партизанских отрядов и соединений. 1941—1944. — М.: Центрполиграф, 2010.

18 июня: «Наша разведка 4 ба(тальо)на, которая была послана по маршруту за р. Случь, в течение двух дней вела бои с бульбовцами и вынуждена отойти, не выполнив задачи. При нашем подходе к дер(евне) Михалин началась стрельба, причем стреляют сволочи из окон, кустов и ржи»... 20 июня: «Командир разведгруппы 3(-го) стрелкового) б(атальона) по радио сообщил, что держал бой с националистами 40 м(инут), есть два бойца убитых, патроны на исходе. Националистов много. Пришлось вернуть разведку обратно. Ну, сволочи, вызов брошен — принимаем»... 23 июня: «Дорога та же, что и вчера, все села заражены националистами. Часто стреляют из-за угла, с кустов, со ржи и т. д. Наши редко отвечают. Только стреляем тогда, когда видим стреляющего. Есть интересные случаи, когда мой заместитель Андросов беседовал с девушками, подошли 7 бородатых мужиков, тоже слушали его, но потом, видя, что он один, выхватили из ржи винтовки и стали в него стрелять. Убили его лошадь и стали ловить, и, если бы не подоспели бойцы, его бы убили. Вечером разведка 21(-го) батальона поехала на разведку, была обстреляна»... 5 июля: «наши батальоны при занятии места стоянки натолкнулись на националистов-мельниковцев. Это уже третий оттенок националистов. Во время перестрелки убито 7 и ранено 3 националиста. Наши потери — один ранен(ый) из 2(-го) батальона».

В некоторых случаях партизаны — имея главной задачей диверсии на коммуникациях гитлеровцев и не желая тратить время на столкновения с националистическими бандами — вступали с ними в переговоры и с позиции силы принуждали не оказывать сопротивления. А в некоторых случаях националисты — познавшие силу ковпаковцев — вынуждены были даже оказывать партизанам помощь.

К примеру, Сидор Ковпак описывает в дневнике проезд соединения 26 июня 1943-го через село Здвиждже, в котором находилось «до 300 националистов». Националистам было отправлено послание, содержание которого приводит Ковпак: «Бандерівці, бульбівці! Чи дідько вас розбере, хто ви такі. Радянські партизани йдуть туди, куди їм треба і посправжньому воюють проти ворога українського народу — німця. А ви плутаєтеся під ногами, заважаєте нам. Оголошуєте себе захисниками народу. Де ж Ви були захисники, коли німці спалили Берест, Овець і другі села і постріляли сотні мирного українського населення. На боротьбу з німцем у вас не хватає хисту, а от із-за корчів стріляти по нас, нападати на нашу розвідку — на це Ви спроможні. Останній раз попереджаємо — станете на дорозі, зметемо з лиця землі разом з Вашими іржавими крісами. Ваші отамани, керовані гестапо, нацьковують Вас. Населення кляне Вас за братовбивчу різню. I ще раз попереджаємо — ще один постріл з вашого боку — зметемо (вас) з лиця землі. Хочете умовитись, присилайте парламентарів з уповноваженнями. Гарантуємо їм безпеку. Замість того, щоб нам заважати, покажіть нам німця та його прислужників; ми допоможемо його розгромить. Командування радянських партизанів».

В итоге националисты убрали свои заставы, и партизаны продолжили свой путь по запланированному маршруту.

А вот запись из дневника комиссара Руднева от 30 июня 1943-го: «На дневку остановились в районе леса Любомирка Дубичанского района Ровенской области. Лес замечательный, но при входе в этот лес встретились с таборами местного населения и местной самообороны, т(ак) н(азываемых) бандеровцев, часть их обезоружили, а другой части предложили, чтобы не стреляли, иначе будем уничтожать всех. А в 12 км стоят лагерем человек 400 бандеровцев. Мы решили поговорить с ними, но при условии ни в какие политические переговоры не вступать, а только одно, что они против нас не выступают, наши разведгруппы и диверсионные группы пропускают, а если только тронут, будем бить всех, кто попадется с оружием; они просили их тоже не трогать. Надоела эта комедия с этой сволочью. Собрался всякий националистический сброд, разбить их нет никакого труда, но это будет на руку немцам и противопоставим против себя западных украинцев. Среди них только верхушка идейно сильна, а основная масса — это слепое оружие в руках националистических прохвостов. При первом ударе все это разлетится, и ничего не останется от независимой Украины».

Карпатский рейд Ковпака и обстоятельства «общения» с националистическими формированиями позволяют составить представление, что это была за «армия» — УПА. Ныне, не секрет, много тех, кто пытается выдать УПА за некое серьезное воинское формирование, именует чистой воды клоуна (по меркам, например, Сидора Ковпака, Семена Руднева, Петра Вершигоры) Романа Шухевича «генералом» и «головнокомандуючим». Факт есть факт: полторы тысячи ковпаковцев без особого труда гоняли этих «борців за волю України», что называется, в хвост и в гриву.

Все, на что были способны эти «вояки», так это на выстрелы в спину из-за угла. При этом всякий жесткий ответ приводил либо к разгрому, либо к пленению той или иной националистической банды. Командир ковпаковской разведки Петр Вершигора справедливо сравнивает их с шакалами: «Как шакалы по следам крупного зверя, так и эта мразь ходила по кровавым тропам немецкого фашизма и делала свое шакалье дело. И, подобно шакалам, бежала при первом чувствительном ударе палкой по хребту. А затем снова нападала из-за угла».

А часто достаточно было и словесных угроз в их адрес, чтобы они разбегались по лесам и схронам и не мешали партизанам соединения Ковпака бить главного на тот момент врага — гитлеровцев.

В ходе рейда ковпаковцами были получены многочисленные свидетельства сотрудничества националистических банд с немецким командованием.

Например, Руднев 2 июля 1943-го записал: «В наши руки попал ряд ценных националистических документов, которые показывают полное слияние немецких фашистов с украинскими националистами. Есть письмо Мельника, одного из националистических руководителей, к германским властям (с просьбой) о помощи им оружием, для борьбы с Московией. Есть документ — обращение украинских националистов к польскому населению, которое они убивают и режут, по поводу разрыва дипломатических отношений СССР с правительством Сикорского и что виновниками уничтожения 12 т(ыс.) офицеров под Смоленском являются большевики. И еще ряд документов. Нет никакого сомнения, что верхушка националистов обманывала рядовую массу в том, что они ведут борьбу против немцев, а на самом деле они ведут вместе с немцами и при их поддержке борьбу против советской власти».

Петр Вершигора в книге «Люди с чистой совестью» будет писать о структуре одной из националистических банд «человек в пятьдесят — шестьдесят, из которых половина тоже была «уволена» из полиции, а другая половина набрана из уголовников, — банды, объявившей борьбу за «самостийну Украину», якобы против немцев, а на самом деле начавшей резню польского населения». «В те же дни из Ровно, Луцка, Владимир-Волынска, Дубно и других центров Западной Украины по сигналу своего руководства ушли многие националисты, дотоле верой и правдой служившие немцам в гестапо, полиции, жандармерии. Ушли в леса, на весь мир разгласив свое желание бить немцев. Немцев они били на словах и в декларациях, в листовках, на одной из них оказалась даже виза немецкой типографии в Луцке», — отмечает Вершигора.

Вершигора, которому по должности (начальник разведки соединения) приходилось скрупулезно разбираться в характере националистических банд, особо отметил склонность к коллаборационизму с гитлеровцами у выходцев из Галичины: «Данные указывали на прямую связь националистов с немцами, с гестапо, с жандармерией. Особенно там, где верховодили галичане, сразу появлялась связь с немцами, иногда очень скрытная, тщательно законспирированная, а иногда и открытая».

Представляют интерес записи в дневнике Ковпака за 3—5 июля 1943-го, в которых — на основании показаний пленных мельниковцев — раскрывается подоплека «обиды» украинских националистов на немцев и причины, почему бывшие полицаи массово повалили в леса.

«Ответы пленных мельниковцев. Как образовалась банда мельниковцев? С приходом немцев все кулачье вступило в украинскую полицию, потому что можно было грабить евреев. Награбленное у евреев барахло было продано и пропито. Время идет, евреи перебиты, жрать, пить надо, но за что? Немцы посадили полицию на паек — 500 гр(аммов) хлеба, прижали, стали бить. Полиции это не понравилось. Она бежит в лес, организуется в банды (рой, чета, сотня, курень, полк) — и нападают на невооруженных поляков. Жгут села, убивают и режут народ, забирают хлеб, мясо, сало и все имеющиеся продукты и тикают в курень (в лес). Нажрутся и спят. Ходят панами, чего еще?» — отметил Ковпак.

Такова была мотивация «борців за вільну Україну».

Этническая чистка с признаками геноцида

Наконец, следует сказать и о том, что Карпатский рейд соединения Ковпака пришелся как раз на время, когда банды украинских националистов осуществляли геноцид польского населения. Ковпаковцы стали свидетелями этнических чисток, проводившихся этими «визволителями України».

Как будет вспоминать Петр Вершигора, поначалу партизаны соединения восприняли происходившее в польских селах за действия немецких карателей. Но когда стали уточнять детали, то оказалось, что украинские националисты значительно превзошли в своем зверстве даже эсэсовцев. Вершигора — немало повидавший за годы войны — и тот будет шокирован: «Сегодня ночью в одну из небольших польских деревушек, лесной хуторок в тридцать хат, ворвалась группа в полсотни вооруженных людей. Неизвестные окружили село, выставили посты, а затем стали подряд ходить из хаты в хату и уничтожать жителей. Не расстрел, не казнь, а зверское уничтожение. Не выстрелами, а дубовыми кольями по голове, топорами. Всех мужчин, стариков, женщин, детей. Затем, видимо опьянев от крови и бессмысленного убийства, стали пытать свои жертвы. Резали, кололи, душили. Имея порядочный стаж войны и зная хорошо стиль немецких карателей, я все же не верил до конца рассказу разведчиков. Такого я еще не встречал».

Вершигора лично отправился на место событий. И вот что там обнаружил: «В первой избе, в которую мы вошли, лежало семь трупов. Входная дверь была открыта. В сенях, перегнувшись гибким девичьим станом через высокий порог, лежала лицом кверху девушка лет пятнадцати в одной ночной сорочке. Туловище было в горнице, а голова свисала на пол сеней. Солнечный луч позолотил распустившиеся светло-каштановые волосы, а голубые глаза были открыты и смотрели на улицу, на мир, над которым веселилось яркое солнце. Из раскрытых губ по щеке стекала, уже затвердевшая на утреннем заморозке, струйка крови. В хате вповалку лежали взрослые и дети. У некоторых были раздроблены черепа, и лиц нельзя было рассмотреть, у других перерезаны шеи. На печи — совершенно черная и без следов крови древняя старуха со следами веревки на шее. Веревка, обмотанная вокруг качалки, валялась тут же. Когда я поспешно уходил из дома, представлявшего семейный гроб, увидел на щеколде наружной двери пучок длинных волос. Они запутались в ручке и трепетали под дуновением предвесеннего ветра навстречу солнцу.

В других домах повторялась та же картина».

Бойцы соединения Ковпака нередко становились спасителями для польского населения тех районов, где партизаны вели свои действия.

Учитывая свидетельства очевидцев (в данном случае партизан соединения Ковпака), представляется вполне адекватным последнее заявление сената Польши, в котором события 1943 года названы «этнической чисткой с признаками геноцида».


P. S. В заключение еще раз вернемся к вопросу о необходимости чествования подвига героев-ковпаковцев на государственном уровне. Время еще есть. В частности, соответствующие мероприятия могли бы быть приурочены к дате окончания рейда. Карпатский рейд завершился 1 октября 1943-го сбором партизан соединения около хутора Конотоп на Житомирщине. Ряд исследователей склонны относить окончание рейда к 21-му октября 1943-го — когда Сидор Ковпак подписал официальный отчет о рейде для УШПД.

К слову, специально для партии власти, воодушевляющейся на борьбу с фашизмом только в контексте курса «в Европу», — ковпаковцы били фашистов и непосредственно на европейской территории. Так, соединение Ковпака, преобразованное в 1-ю Украинскую партизанскую дивизию, в 1944 г. (уже под командованием Петра Петровича Вершигоры) совершило героические Польский и Неманский рейды по тылам противника.

Будем надеяться, что власть все-таки вернется к вопросу об организации торжеств по случаю славного 70-летнего юбилея Карпатского рейда — проведя реальное антифашистское мероприятие на государственном уровне.
Автор:
Сергей Лозунько
Первоисточник:
http://2000.net.ua/
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

36 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти