О событиях в г. Пугачёв и о либеройдных диверсиях

…Увы, русское общество взрослеет недостаточно быстро. Подчеркнём ещё раз, это касается и всего общества, и его элиты. Немало и тех, кому хочется «драмы с хэппи-эндом», «шоколада». По крайней мере, для себя лично. Так хочется, что глаза застит.

Коллизия "иголка и слон" («убить слона иголкой») неуклонно приобретает для нас новую актуальность. Потому что Российская Федерация — это уменьшенный слон, фактическая копия предыдущего слона под названием СССР. И этот слон намного более уязвим по отношению к иголочному уколу. А если так, то почему не уколоть-то…


Властвующие верхи, в значительной своей части, уже не считают своё население обществом. Говоря о возрождении, он внутренним чутьем улавливает, что в России уже имеет место клоака: безыдейное, безценностное социальное варево! И самое страшное, что он прав в этих (для него самого невнятных) улавливаниях.

Верхи стоят перед выбором: либо менять клоаку на общество. И потом работать, мобилизуя общество теми или иными ценностями (национальное государство, пятая империя), либо смириться с тем, что имеет место клоака. И задействовать не общественные энергии через ценности, а стайные импульсы через рефлексы. То есть переходить окончательно от работы с обществом к работе со стаей.

Задействовать стайную — из уважения скажу "племенную" — энергию не так трудно. Но что такое племя?

Это догосударственная стадия существования русского народа. Вернуться к этой стадии — значит потерять государство. Вот вам конкретный пример. Решили проучить грузин — и что? Иркутское МВД проводит акции, призванные выявить (внимание!) выходцев из Северокавказского региона, незаконно находящихся на территории РФ.

Это и есть догосударственный стайно-племенной рефлекс. Ну, не могут люди, доведённые до этого состояния, отличить грузин от чеченцев, а чеченцев от дагестанцев! Притом, что грузины — это как бы уже чужие, чеченцы — это как бы "некомплиментарные" (хотя те, кто встал на нашу сторону, наоборот, должны особо поддерживаться). А дагестанцы — это те, кто спас целостность российского государства в 1999 году. Для озверевшего существа это все "чурки". Рефлексы этого существа по определению несовместимы с государственностью. Что и будет продемонстрировано.

Возьмём другой пример. Сказано про "коренное население". Это, я убежден, модулировано нормальными человеческими чувствами, благими пожеланиями и — электоральными рекомендациями. Но при этно-политическом разогреве это всё не работает. Спросили бы тех, кто отдувался за подобные высказывания в Карабахе, Сумгаите, Тбилиси, горячих точках Средней Азии и много ещё где. При этнополитическом разогреве слова превращаются в лингвистические бомбы. Словосочетание "коренное население", по регламентации ООН, синонимично словосочетанию "туземное население". Это индейцы в Северной Америке, племена Амазонки и т. д. У них есть приоритет, потому что они без него не выдержат наступления современной технической цивилизации на их территории и образ жизни. Но и это не всё!

Завтра вам скажут, что у нас на Севере одни "коренные", и им надо отдать газ и нефть. В Якутии — другие, и им надо отдать алмазы. И так далее. Русские не могут применять слова "коренное население" без того, чтобы взорвать под собой нечто гораздо более опасное, чем любой гексоген.
А кто использовал такое лингвистическое оружие, как "ксенофобия"? Есть шовинизм — для меня это державосовместимое слово, которое означает, что всех надо выстроить в ряд (абхазов, осетин, чеченцев), — и всеми ними будут управлять русские. Это расширительный русский национализм. Когда национальный "желудок" настроен на переваривание разной этнической "пищи" в интересах единого национального (или имперского) организма.
И совершенно другое — ксенофобия. Это не "когда желудок хочет все переварить". Это когда его от любой пищи выворачивает. Когда он всё отторгает. Сказали "ксенофобия" — и этим русскую энергию поймали в убийственную для нее семантическую ловушку. А дальше — Кондопога. Потом — грузинский эксцесс.

Скажут: "Надо было проучить". Конечно! Весь вопрос, как. Наказывать — и поощрять, "наезжать" — и проводить вечера грузино-российской дружбы. Кнут и пряник, это известно! Избирательность как основа управляющего воздействия. А тут вместо этого бабахнули по самим себе! Понимаете — если мы хотим взять назад хотя бы Абхазию и Осетию, мы не должны раздувать кавказофобию до уровня, когда средний мент перестает понимать, где абхаз, а где грузин, где осетин, а где чечен. Если мы это начинаем, мы теряем Кавказ. Если мы теряем Кавказ, как мы можем удержать Волгу?

А.П. Что такое зверино-стайный рефлекс? Это политика без идеологии. Но спрос на идеологию огромен. Те, кто запустил все эти номенклатурно-милицейские штуки, ужасаются тому, что происходит. Они же не враги территории, не враги Трубе, которая существует только при единстве пространств. Они же ощущают, что политика без идеологии — это крах. Почему группы, которые в состоянии сформулировать идеологию и предложить её — одному ли человеку, президенту, референтным ли группам, — почему они молчат? Почему вы не предлагаете идеологию?

С.К. Потому что идёт война. И одно из её направлений — дальнейший распад российского государства. Этот вопрос был снят с повестки дня в 1999 году. А теперь он снова включён в повестку дня. Причём на самом высоком транснациональном элитном уровне. Это не маргинальный вопрос!
Он поставлен в повестку дня одними. А озвучивается — местными мерзавцами, спекулирующими на очень понятных, очень больных вещах. На некоторых аспектах нынешнего русского ада. Но мерзавцы прекрасно понимают, что своими спекуляциями они стократно усугубят нынешний русский ад. Эта самая "русская партия"… Как последовательно она ликвидирует свой народ!

Я прекрасно понимаю, что трещина между ставкой на стайный рефлекс и ставкой на ценностную (имперскую или иную) консолидацию проходит через кабинеты в самом Кремле. Что есть политически деструктивный класс, который ведет страну к регрессу намеренно, чтобы удержать власть, — как это было в позднем СССР. Я знаю, что некоторые русские "этнократы" — это даже не волки в овечьих шкурах, а овцы в волчьих шкурах, волко-овцы, презирающие собственный народ, готовые продать его кому угодно, по любой бросовой цене. Они хотят играть на звериных импульсах в расчеловеченной квазирусской стае.


Противопоставить этому можно только ценности, вокруг которых мы могли бы собирать контррегрессивный русский мир. Не звериный, а человеческий. Либо нацию, либо имперский идеократический наднациональный гиперэтнос.

А.П. Конечно второе. Национальная программа закончена. Она рухнула, её нет. Она провалилась в Кондопоге, в этой бессмысленности. Имперский вектор становится единственным вектором спасения. На протяжении двух часов мы описывали с вами гематому. Единственная примочка к ней — это Империя. Если не Империя — то ничто.

С.К. Уже не раз было сказано (а теперь и написано), что я скрываю за своими страстями по империи шкурно кавказский интерес, делаю империю "под нового кавказского "Сталина". И я делал всё возможное для того, чтобы не подставляться под эту грязь. Помимо прочего (политической целесообразности, прежде всего) мне было понятно, чем и как задет русский нерв. Вот почему я всем этим антиимперским элитам, гордящимся своим национальным патриотизмом, говорил: "Постройте национальное государство! Я займу в нем любое место, и даже если не будет мне в нем никакого места, я буду спокоен, зная, что мир стабилен, а русский фактор в этом мире восстановлен в своих правах".

Я всё это терпел, пока была надежда на национальный модерн. Но эти псевдо-нацпатриоты, прячущиеся за спины своей сомнительной агентуры, — провалили модернизацию России! А значит, и создание русской нации.

Где новая индустрия?
Где абсолютный приоритет права?
Где новое качество образования и культуры?
Где новые каналы социальной мобильности для этого самого русского паренька, за которого они так приторно хлопотали?
Где единство нации как языка, культуры и того, что французы называют "благоговением перед Францией"?

Теперь, понимая, что всё провалено, они перескакивают с национального поля на этническое. Они совершенно уверены, что этот мухлёж им сойдёт с рук. Но это не так.

Потому что до подобного перескакивания их ещё можно было терпеть. Считать отличными от тебя ревнителями русского блага. А после этого перескакивания их надо однозначно квалифицировать как врагов своего — русского — народа.

Потому что никакого этноса они не соберут. Они всё пустят в распыл. Потому что и всегда, и сегодня русский народ, дабы удержать свои пространства, свой мир, может выбрать только путь расширительного самоподдерживающего существования. Если он хочет господствовать, он будет применять правильные технологии. Если он хочет умирать, его будет тошнить и рвать всеми — сначала кавказцами, потом татарами, потом якутами, потом самим собой.

Мы вступаем в новую фазу политической борьбы. Еще более трагическую, чем предшествующие. На предыдущих фазах можно было пойти на уступки. Потому что ставкой был твой проект, а не историческое бытие твоей страны. А историческое бытие — намного важнее. На этой фазе уступки невозможны. Потому что ставка — "бытие или небытие". И борьба будет вестись — соответственно.

Фатум империи нависает над страной. Не с жиру (мол, так хочется быть великими), а как императив выживания (если не империя - то ничто). Время, когда еще можно было относительно мягкими средствами строить национальный модерн, бездарно и безвозвратно растрачено.

Оранж-русизм... Аналитика подобного начинания не должна пренебрегать иррациональным, то есть страстью. На холодной сковородке яичницу не изжаришь. Давайте попытаемся понять, в чем "истина русистских страстей". Я имею в виду "русистов", собираемых под "оранжевые" знамёна. Речь идёт об очень печальной истине. О том, что ЭТОТ русизм является – впервые в тысячелетней истории – "малонародным". То есть он основан на частичном заимствовании установок, свойственных только малым народам. Причём на заимствовании именно негативных установок, свойственных этим народам.


Позитивные же установки (особая консолидированность, например) – не заимствуются. В силу этого – в рассматриваемой русистской страсти, представьте себе, доминирует стыд. "Русисты" (очистители-уменьшители, "новые белые" etc) – в этом никогда не признаются. Но в каждом вопле их больной души сквозит это и только это.

Им стыдно за то, что они русские.

При этом они понимают, что они русские. Понимают и то, что от русскости им не убежать. Но им очень бы хотелось от нее убежать.

Почему же очистителям-уменьшителям так стыдно за свою русскость?

"Потому что, – говорят они, – наша Родина (Россия-Мать) приняла еврейский коммунизм, возила его на своем горбу, позволяла себя дурачить омерзительным инородцам. Они же – восхитительные инородцы (вот ведь как нас дурачили!). Нас – это кого? Это – детей отвратительной Матери. Детей такой Матери и надо дурачить! Тем более, что эта Мать перед тем, как усадить себе на хребет евреев-коммунистов, так же покорно возила много кого – немцев, прочих разных. Как стыдно за такую Мать! И за народ, который ею порожден! Как стыдно к этому народу принадлежать! Но ведь принадлежим! И чем искупишь эту принадлежность? Только соучастием в убийстве столь скверной Матери! И – в гибели порожденного ею народа. В его окончательном растлении, в его распылении, уничтожении. Пусть покарает ЛЮБОЙ бич дитя такой Матери. Хоть исламский, хоть китайский, хоть американский ядерный".

Скажут, что подобный монолог невозможен. Но, во-первых, это типичный монолог любого еврея-антисемита, кавказца-кавказофоба и так далее. Как может не быть русских русофобов? Открытых или тайных. У всех народов это есть, а у русских нет? Так не бывает!

В-третьих... Фото на обложке элитного американского журнала 50-х годов ХХ века. На фото – русские эмигранты. Под ним – надпись: "Они хотят, чтобы мы объявили войну немедленно". Речь шла о ядерной войне, в ходе которой предполагалось нанесение ударов по всем крупным промышленным городам СССР. Такие ядерные удары стали бы концом русского народа.

Уничтожить нынешнюю власть, уничтожить имперцев, запустить центробежные тенденции, кинуть народ под каток геноцида и этноцида – и этим избыть свою русскость... Вот какова страсть – русистский огонь, на котором должна быть изжарена "оранжевая" яичница.


Вот уже и съезд каких-то радикальных русских националистов – в Киеве! Отчего бы не сразу в Лэнгли?..

Русские не могут быть малым народом. Они абсолютно не готовы к этому. И буде реальной окажется альтернатива между бытием в виде малого народа или небытием – они, как это ни ужасно, выберут небытие. Зачем навязывать такую альтернативу?

Русские не только не хотят, но и не могут быть малым народом. Кроме того, они – и это все понимают – живут на очень специфической территории, не предполагающей возможности выделить на ней "чисто русскую зону". Потому что эта зона окажется "дырчатой". То есть не приспособленной для построения государства. Идем дальше. Территория сия является ещё и предметом мощных внешних притязаний. Сибирь захотят китайцы. Что этому противопоставят русские, собравшиеся в маленькое государство? Они просто отдадут Сибирь. Значит, в маленьком русском государстве Сибирь не предполагается. А что русские, собравшись в такое государство, противопоставят претензиям ислама? Значит, в маленьком русском государстве не предполагается Поволжья и ещё многого. А что предполагается?

И как маленькое чисто русское государство должно разбираться с претензиями массы малых народов, испокон веку живущих на единой с русскими территории? Татары будут сидеть в своей "дырке", а удмурты в своей? Ой ли!

Это всё азы, многократно изложенные теми, кто глядит на странные фортели "русской партии" и вопрошает: "Ребята, вы в своём уме?"

"Ребята" же – ухмыляются. Всё это они понимают! Не от креста имперской государственности хотят они избавить русских, но от креста государственности как таковой. Какова судьба русских как безгосударственного народа – понятно. Избавляя русских от государственности, "русская партия" избавляет их от жизни. А значит – является партией русской смерти.

А теперь вопрос на засыпку.

Если есть мощные внешние силы, задача которых обеспечить русскую смерть, то как они могут не облизнуться на наличие "партии русской смерти"? Тем более, что навязывать русским смерть извне – дело контрпродуктивное: тут-то как раз русские подсоберутся. А вот подсовывать смерть изнутри... Как показала история вообще и история перестройки в частности – это далеко небесперспективное начинание.

СССР был невероятно логичен и эффективен как государственное устройство. Почему? Потому что была наднациональная и надконфессиональная идея. И на ней, как на потолке, "висели" все народы и конфессии. В сущности, это и есть имперская модель. Но эта империя (в отличие от предыдущей православной), во-первых, уравнивала конфессии (а уже в рамках этого уравнивания можно было разруливать нужным образом конфессиональные приоритеты). И, во-вторых, давала импульс модернизации, потому что идеология "сакрализовала прогресс". Между тем, конфессии никогда этого делать не будут.

На что же хотели сменить СССР? На национальное государство. Так говорили "демиурги" этих изменений, прятавшиеся за спинами разных там "выродков-западников". Ну, там, Гайдара какого-нибудь... Али чего и похуже. Что такое классическое национальное государство? Ну, например, Франция? Говорилось следующее: "Сделаем русскую Францию. Проведём супермодернизацию. Положим под себя отделившиеся окраины. Всех этих среднеазиатских, кавказских чурок и прочих разных. А Кургинян нам мешает. Ему чурок хочется назад в империю возвратить. И нам на шею посадить, как при Сталине".

Это типичные разговоры 1990 года. Понимая, что западники преступно хотят развала СССР, я стал почвенным публицистом и аналитиком. Но став, сразу столкнулся с категорическим нежеланием почвенников спасать СССР. Говорилось: "А на фига нам это надо? Нам чурок себе опять на шею? Да пусть они бунтуют!". А шёпотом добавлялось: "Да наши этих чурок и ведут... Они их организуют!". Можно было считать эти слова шизофреническим бредом. Но я никогда не забуду глаза первых секретарей союзных республик, которые с ужасом шептали: "Националистов подымает на нас московский КГБ". А также глаза самих националистов, которые, тонко улыбаясь, спрашивали меня: "А кто Вам сказал, что Москва сама не хочет уйти из Закавказья?".

Всего не расскажешь. Рассказанное потребует доказательств. Доказательства - источников. Поэтому ссылаться приходится на общеизвестное. Например, на то, что почвенный русский писатель Валентин Распутин, являясь народным депутатом (и, если мне не изменяет память, членом Президентского Совета СССР), сказал во всеуслышанье: "РСФСР должна выйти из состава СССР".

Почему это было особо опасно? Потому что опираясь на русский актив (русскую часть политического класса), можно ещё было подавить окраины. Но с момента, когда этот русский актив сам стал преступно откалываться от империи, делать уже было нечего. Оказалось, что враги СССР - и западники, и... и почвенники, так называемая "русская партия".

Почему я это называю преступным? Потому что при распаде СССР пострадал прежде всего русский народ. Он ничего не получил и всё потерял. Он умылся кровью. Им стали помыкать отделившиеся республики. Его согнали с мест постоянного проживания.

Что сделала эта уменьшительная "русская партия" для своего народа? Что она ему дала, кроме унижения? Она погрузила его в кровь и унижения. Она ускорила его вымирание. Можно ли её называть "русской партией"? Можно - в том смысле, в котором я описал. Если властные намерения исчерпываются желанием сосать кровь и справлять нужду на голову "народному животному" - то этим всё объясняется. Эти оргиастические возможности сохранены и укреплены. Животное гибнет и деградирует. Оно уже не может стать инструментом не только глобального, но и макрорегионального господства. А зачем? «На наш век хватит!»…

«Скажу страшную вещь: только русская пассивность спасла русских от балканского сценария в 1991 году. То, что начнётся после оформления (не пугаю, а просто констатирую - неизбежно суперкровавого) вторичной племённой общности, будет супербалканским».

(Одно из средств борьбы с вышеизложенным)

«Где-то в лесу создаётся очень качественный, по-настоящему элитный центр на 300-400 молодых журналистов. Разрабатывается идеология, потому что мы понимаем, что СМИ не могут управляться без идеологии, на одних ежеминутных директивах. Дальше в один момент мягко заменяются прежние 300 человек на эти 300 новеньких, и на следующий день в общество идёт послание. И может быть, оно его услышит. Если нет, нужно застрелиться. Если же всё-таки услышит — можно продлить историческую жизнь страны…»

(Иными словами, пропаганда спасительных идей– залог спасения!)

Выдержки из диалога Проханова А.А. с Кургиняном С.Е., а также из статей Кургиняна С.Е.
Шевченко М.Л. о ситуации в г. Пугачёв

Автор:
Серёга Петрович
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

100 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти