Первыми вокруг света

«Экспедиция наша возбудила внимание Европы. Успех в первом подобного рода опыте был необходим: в противном случае мои соотечественники, возможно, на долгое время были бы отвращены от такого предприятия; завистники же России, вероятно, порадовались бы...».
И.Ф. Крузенштерн


Первыми вокруг света


В этом году исполнится двести десять лет с начала первого кругосветного плавания двух русских кораблей под руководством капитан-лейтенантов Ивана Федоровича Крузенштерна и Юрия Федоровича Лисянского. Их приключения изобилуют «белыми пятнами», неоднозначными происшествиями и интригующими событиями. Каждый исторический факт, проливающий свет на эту экспедицию, вызывает неподдельный интерес, как у экспертов, так и у любителей родной истории.


Начиная рассказ об этом плавании, необходимо отметить, что традиции отечественных дальних морских странствий берут свой отсчет гораздо раньше, чем начало девятнадцатого века. Мысль осуществить кругосветное путешествие возникла в российских умах еще в 1732-ом. Осенью этого года сенаторы решали вопрос о том, по суше или по морю будет добираться на Восток экспедиция Витуса Беринга. Призванные в Сенат для совета члены Адмиралтейской коллегии, в числе которых были адмиралы Н.Ф. Головин и Т.П. Сандерс представили хорошо обдуманный проект кругосветного путешествия. Возглавить плавание хотел сам Головин, который считал такое предприятие отличной школой – «...офицеры и матросы в один такой путь обучатся более, нежели в десять лет при здешнем море». Однако сенаторы по неизвестным, но очевидно веским причинам, не послушались именитых адмиралов и предпочли сухой путь. Это решение обрекло Беринга на немыслимые трудности с транспортировкой тысяч пудов снаряжения из Северной столицы до Охотска, где была запланирована постройка кораблей. Но все-таки это был первый план кругосветного путешествия.

Следующая серьезная попытка была гораздо ближе к осуществлению. В 1786-ом году П.П. Соймонов (личный секретарь Екатерины II) направил в Коммерц-коллегию «Записку о звериных промыслах и торге на Восточном океане». В ней содержались опасения за русское хозяйство в Америке и высказывались меры по защите от экспансии англичан. К слову, руководители морского и торгового ведомств уже давно задумывались над этим вопросом. 22 декабря 1786-го года вышел Указ императрицы, предписывающий немедленно отправить из Балтийского моря два вооруженных корабля. Возглавить экспедицию поручили опытнейшему моряку Григорию Ивановичу Муловскому (к слову, двадцати девяти лет от роду). Маршрут прокладывался «встречь солнцу»: Балтийское море – южная оконечность Африки – Новая Голландия (Австралия) – российские земли в Новом и Старом Свете. Но тут начался военный конфликт с Турцией. Экспедицию отменили, а эскадру Муловского отправили воевать в Средиземное море. А вскоре грянула война и со Швецией. В середине 1788-го года Муловского назначили командиром «Мстислава». Сюда же прибыл досрочно выпущенный из кадетского корпуса семнадцатилетний Ваня Крузенштерн. Именно ему Муловский поручил забрать шведского адмирала Лилиенфилда после того, как 36-пушечный «Мстислав» заставил сдаться 74-пушечную «Софию-Магдалену».

Первыми вокруг света
Иван Федорович Крузенштерн


История же первого отечественного похода «около всего света» началась в 1799-ом году, когда Иван Федорович изложил в военно-морском министерстве свои взгляды на организацию подобного плавания. Необходимость этого назрела давно, владения России в Америке нуждались в быстром, регулярном снабжении продовольствием и вещами, которые до этого момента возили через всю Сибирь по ужасным дорогам до самого Охотска. Таким же трудным был обратный путь для меховых товаров в Китай. Согласно предложению Крузенштерна экспедиция могла бы доказать целесообразность подобных плаваний, а также провести многочисленные исследования Мирового океана, позволить России встать в один ряд с Великобританией, Испанией, Францией. Проект долгое время обходили вниманием, пока к императору с похожим предложением не обратилась богатая и влиятельная Российско-Американская компания.

Справедливости ради необходимо отметить, что разработка проекта кругосветной экспедиции не принадлежит ни РАК, ни Крузенштерну. В ней приняло участие огромное количество народа, в числе которых были министр коммерции граф Н.П. Румянцев, морской министр Н.С. Мордвинов и целый ряд выдающихся ученых Академии наук. Летом 1802-го года проект экспедиции получил высочайшее одобрение, и началась непосредственная подготовка к походу, которую должен был возглавить Иван Федорович Крузенштерн, утвержденный на эту должность 7 августа этого же года. Любопытно, но изначально он отказывался от участия. Поводом служили перемены в его личной жизни, моряк женился и вскоре должен был стать отцом. Переубедить его сумел лишь сам Н.С. Мордвинов, объявивший, что если капитан не согласиться исполнить задуманное, то предприятие вообще не состоится.

Иван Федорович Крузенштерн (1770-1846) является выдающимся русским мореплавателем, адмиралом, учредителем Русского географического общества. Современники говорили, что это был очень приветливый, обаятельный и, главное, справедливый человек. С момента зачисления в Морской кадетский корпус и до последних дней жизни вся его деятельность была неразрывно связана с морем. Результаты главного дела Крузенштерна – первой русской кругосветной экспедиции – заложили основы целой области знаний – океанографии. В 1827-ом году он возглавил Морской кадетский корпус и вывел его в число лучших учебных учреждений страны. В это время корпус выпустил целую плеяду талантливых отечественных исследователей и моряков.


Основную часть средств для снаряжения похода выделило руководство Российско-Американской компании, личный состав Иван Федорович выбирал сам и лишь среди добровольцев. Второе судно он отдал Лисянскому, а своим помощником определил опытного и смекалистого офицера Макара Ратманова, прославившегося в войнах с французами и шведами. Корабли было решено купить за границей. Для этой цели в Англию отправился капитан-лейтенант Лисянский. За семнадцать тысяч фунтов стерлингов он приобрел два старых, но достаточно крепких трехмачтовых шлюпа «Темза» и «Леандр», которые позже переименовали в «Неву» и «Надежду».

Первыми вокруг света
Юрий Федорович Лисянский


В феврале 1803-го года у правительства появилась идея направить в Японию дипломатическую миссию для установления торговых отношений. Ее возглавил Николай Петрович Резанов. Камергер и действительный статский советник пользовался симпатией влиятельных лиц государства (в частности Г.Р. Державина), а также удачно женился на дочери Г.И. Шелихова. Материалы, связанные с его личностью, крайне противоречивы, однако, несомненно, это был очень изворотливый и тщеславный человек. Резанов получил многочисленные наставления от правления РАК и министерства коммерции, большинство из которых было одобрено императором. Во многих из этих бумаг он считался руководителем экспедиции. Однако взаимоотношения с Иваном Федоровичем нигде не были прописаны, и по прибытии на судно посол официально не сообщил о своих полномочиях. Это вполне очевидно, поскольку вряд ли кто-нибудь из военных офицеров пошел бы в плавание под его начальством.

Может показаться странным, что честь возглавить экспедицию подобного уровня возложили на морского офицера в звание всего лишь капитан-лейтенанта. Но на самом деле в те годы Иван Крузенштерн (а также Юрий Лисянский) являлись самыми лучшими капитанами всего русского флота. Кораблей подобных «Надежде» и «Неве» Россия почти не имела, люди, способные управлять такими судами, были наперечет, каждый из них являлся человеком авторитетным и известным. Немаловажно и то, что сам Александр I благоволил Крузенштерну.


7 августа 1803-го года подгоняемые попутным ветром «Надежда» и «Нева» оставили Кронштадтский рейд. Отметившись в Копенгагене и английском порте Фалмут, благополучно пережив первый шторм, суда сделали остановку у испанского острова Тенерифе.

Как только корабли покинули Европу, то есть, когда у Крузенштерна почти не осталось шансов прервать экспедицию и вернуться, Резанов в приватных беседах стал знакомить офицеров со своими инструкциями и полномочиями. Именно в это время начались первые конфликты между капитаном и послом, ни разу до этого не бывавшим в море, но пытавшимся навязать Крузенштерну свою волю. Письмо, вскоре отправленное Иваном Федоровичем в Правление РАК за объяснениями, хорошо свидетельствует о сложившейся ситуации: «…будучи подчинен Резанову, не могу быть полезным, а бесполезным быть не хочу». Ратманов также поддержал своего командира, отправив позднее в окружение министра военно-морских сил П.В. Чичагова письмо следующего содержания: «…покорнейше прошу меня, как старшего морского офицера, избавить от начальства господина Резанова и вместе с капитан-лейтенантом Крузенштерном вернуть в Россию, поскольку поступки его с капитаном для всех благородных душ очень не нравятся…».

Первыми вокруг света


Юрий Федорович Лисянский (1773 – 1837) родился в семье протоиерея. Подружился с Крузенштерном в Морском кадетском корпусе. Участвовал во всех боевых действиях против шведов в 1788-1790-ых годах, а в 1793-ем был направлен в Британию для повышения квалификации. С 1793-го по 1799-ый год побывал в Африке, Индии, Северной Америке, путешествовал по Соединенным Штатам, лично встречался с Джорджем Вашингтоном.


26 ноября 1803-го года орудия русских кораблей в первый раз отсалютовали нашему флагу в южном полушарии. На кораблях в этот день был устроен праздник, матрос Павел Курганов исполнил роль Нептуна, приветствуя членов экспедиции с первым появлением в южной области. 21 декабря, переплыв Атлантический океан, «Надежда» и «Нева» бросили якоря возле острова Святой Екатерины, отгороженного проливом от Американского континента в районе Бразилии. Великолепная тропическая природа, необычный облик местных жителей, разнообразие растительного и животного мира произвели на путешественников из России огромное впечатление. Ратманов написал в дневнике: «…видом, климатом, богатством места наилучшие, во всем тут изобилие; и жаль что не нам оное принадлежит...». Ученые совершали походы вглубь острова и даже на материк, собирали гербарии, коллекции животных, рыб, насекомых. Крузенштерн лично руководил большинством научных работ, принимая участие в исследованиях. Моряки заменили части такелажа кораблей, а офицеры занимались астрономическими расчетами, промеряли глубину вод, выполняли съемку местности, составляли морские карты.

К этому моменту разногласия между Иваном Федоровичем и Резановым приняли открытую форму, живя на «Надежде», общались они лишь с помощью переписки. Николай Петрович требовал от руководителей экспедиции подчинения, пытался управлять Лисянским, однако все его приказы игнорировались – другого и нельзя было ожидать от морских офицеров. После того, как он заявил об опасности плавания через мыс Горн и, похоронив все планы кругосветки, потребовал идти в Японию через африканское побережье, офицеры прямо заявили Резанову о том, что не считают его главой экспедиции и не будут выполнять его приказы. Как повели себя в этом конфликте остальные лица экипажей доподлинно установить трудно. Однако сам посол утверждает в дневниках, что все время подвергался оскорблениям и унижениям со стороны всех членов команды «Надежды». Несмотря на то, что многое в сообщениях Резанова признано ложью, существуют отзывы ученых (официально находившихся у него в подчинении) о существовании некоторых проблем, связанных с личными качествами Николая Петровича.

Первыми вокруг света


Дружеские и доверительные отношения капитанов кораблей решающим образом способствовали успеху всего мероприятия. И Крузенштерн, и Лисянский были людьми мужественными и трудолюбивыми, прогрессивными для своего времени, страстными патриотами, радевшими за судьбу обычных матросов. В литературных источниках, к сожалению, зачастую преуменьшают роль Юрия Лисянского. Однако исследователи сделали любопытные выводы. Ими установлено, что из 1095 дней легендарного плавания, лишь 375 дней корабли плыли вместе. Из пройденных «Невой» 45 083 миль, 25 801 корабль Лисянского проделал самостоятельно. В сущности плавания «Невы» и «Надежды» – это два кругосветных путешествия, а Ю.Ф. Лисянский в равной степени причастен к великому подвигу.


4 февраля корабли покинули берега Бразилии, а 3 марта 1804-го года прошли мыс Горн и попали в Тихий океан. Вскоре в спустившемся густом тумане суда потеряли друг друга. «Нева», как было решено заранее, отправилась к острову Пасхи, а «Надежда» поплыла к Маркизским островам. На кораблях постоянно велись магнитные, метеорологические и гидрологические наблюдения. Возле мыса Горн была замерена скорость течения, а во время нахождения «Невы» у острова Пасхи Юрий Лисянский составил ее карту и уточнил координаты.

В начале мая Крузенштерн привел судно к острову Нукагива. Через пару дней сюда же подошла и «Нева». Эти острова являлись настоящим краем обетованным для натуралистов, собравших интереснейшие материалы и коллекции предметов быта и оружия. Описывая местных жителей, Макар Иванович писал: «…в первый раз мы увидели рослых и статных, голых мужчин, расписанных с большим искусством». Здесь же Крузенштерн объявил матросам известный приказ: «Мы покинем берег сего тихого народа, не оставив дурного имени по себе». Подобное бережное отношение к чужим традициям строго соблюдалась во всех последующих русских экспедициях.

Первыми вокруг света


Поскольку на кораблях, находящихся несколько месяцев в плавании, ощущалась нехватка еды, Крузенштерн запретил самовольно торговать с островитянами до тех пор, пока экспедиция не будет обеспечена свежим продовольствием. Однако Николай Резанов презрел приказ капитана, спровоцировав тем самым инцидент, который явился кульминацией всего конфликта. Лично получив запрет на меновую торговлю, Резанов стал публично ругать Ивана Федоровича на шканцах. Необходимо отметить, что это место на корабле считается особым, любые оскорбления капитана здесь являются страшным поступком. Крузенштерн, в первую очередь боевой морской офицер, подобное вынести не мог. После произошедшего скандала Резанов внезапно тяжело заболел и не выходил из своей каюты до самого прибытия в Петропавловск.

В июне 1804-го года экспедиция достигла Гавайских островов. Здесь кораблям предстояло надолго расстаться, встреча была назначена на ноябрь 1805-го года в китайском порте Кантон. «Надежда» согласно плану прошла океан к юго-востоку от островов Японии и развенчала миф о существовавших в этом месте землях. Сразу по прибытию в Петропавловск Николай Петрович вызвал к себе коменданта Камчатки Павла Кошелева и потребовал судить Крузенштерна. Дела подобного рода не являлись прерогативой коменданта, тем не менее, он должен был как-то отреагировать на требования царского сановника. К счастью, генерал-майор не страдал чинопочитательством и спокойно провел расследование дела, сумев в итоге помирить конфликтующие стороны.

В девятнадцатом веке Россия являлась военизированной страной, а офицерство было главной опорой государя. Поэтому любой офицер стоял гораздо ближе к императору, чем гражданское лицо. Представить себе суд над офицером Крузенштерном, к тому же человеком, впервые совершившем подобное плавание, было невозможно. У Резанова не имелось никаких шансов победить в конфликте, и ему хватило ума остановиться. Инцидент был исчерпан.


Спустя шесть недель «Надежда» покинула Петропавловскую гавань и отправилась в Японию. 15 сентября члены экипажа отмечали день коронации Александра I. По этому случаю Резанов выступил с длинной речью и подарил всем участникам экспедиции медали. На одной стороны их был изображен император, на другой выбита надпись: «Закон – залог блаженства всех и каждого». А у восточных берегов страны Восходящего солнца жестокий тайфун захватил корабль. Крузенштерн, отмечая бесстрашие и мужество матросов, писал в дневнике: «…необходимо обладать даром стихотворца, дабы обрисовать ярость оного».

Первыми вокруг света


8 октября 1804-го года корабль встал на якорь в порту Нагасаки. На борт сразу же прибыли местные чиновники и голландский дипломат. Первым делом японцы потребовали отдать им все оружие, имеющееся на корабле. Далее русским запретили сходить на берег и плавать по заливу. Данные меры объяснялись действовавшим в стране с 1638-го года законом, запрещающим нахождение в стране иностранцев «доколе солнце освещает мир». Будучи совершенно закрытым государством, Япония не имела никаких контактов с внешним миром, все попытки европейцев установить их были тщетны. Только голландцам удалось наладить мелкую торговлю. В 1793-ем году русская экспедиция Адама Лаксмана смогла убедить японское правительство пойти на некоторые уступки, в частности, в гавань Нагасаки дозволялось зайти одному русскому кораблю. Восточная торговля привлекала Россию, морское министерство хотело добиться возможности захода наших кораблей во все порты Японии, поэтому достижения Лаксмана предстояло развить Резанову. Однако его миссия потерпела полное фиаско. Полгода посол жил на небольшом участке японского берега, обнесенного забором, затем японцы отказались от общения, вернули подарки русского императора и вручили Николаю Петровичу бумагу о запрете приближения российским судам к берегам их страны. Ратманов так охарактеризовал «дипломатию» российского сановника: «...фарсы господина камергера Резанова то наделали, что мы лишились тех прав, которые были Лаксманом получены».

В порту Нагасаки «Надежда» стояла до середины апреля 1805-го года. И хотя миссия Резанова провалилась, отправление русского корабля провожали сотни простых японцев на маленьких лодках. Обратно на Камчатку Крузенштерн вернулся совершенно неизвестными ранее курсом, вдоль западных берегов Японии, попутно сделав описание острова Цусима. Сегодня эта часть Корейского пролива называется проходом Крузенштерна. Затем мореплаватели изучили южную часть Сахалина и пролив, ныне носящий имя капитана, пересекли гряду Курильских островов, где едва не погибли в скалах.

В Петропавловске экспедицию покинул Резанов, отправившись в Русскую Америку. Ратманов написал по этому поводу: «посол хотел отправиться в Петербург, но получа депеши, переменил намерение, что не новое для нас, к тому мы уже сделали большую привычку. 13 июня он отправился на Кодьяк, распрощавшись с нами. Не мыслю, чтобы кто-либо из нас о сей разлуке надел траур».

Время, оставшееся до встречи с «Невой», Иван Федорович посвятил изучению Сахалина, который еще со времен плаванья Лаперуза считался полуостровом. Ему не хватило совсем немного времени и везения, чтобы найти устье Амура и восстановить истину. Из Петропавловска «Надежда», нагруженная мехами на продажу, отправилась в Китай.

Прибыв в Америку, Николай Петрович Резанов снарядил ставшие позже знаменитыми суда «Юнону» и «Авось» и отправил их с приказом совершать набеги на японские деревни, грабить и убивать жителей. Несмотря на то, что данные Резанову наставления в Петербурге прямо запрещали применять насилие по отношению к японцам, в архивах сохранился экземпляр данного секретного послания. Капитаны Хвостов и Давыдов, состоящие на службе РАК, были очень молоды и купились на пламенные речи царского сановника. Расхлебывать заваренную кашу пришлось другим. За свои пиратские атаки капитаны кораблей отравились под суд, а В.М. Головнин, которого японцы ошибочно приняли за Резанова, около двух лет просидел в железной клетке. В литературе же Николай Петрович стал известен благодаря своей романтической истории помолвки с дочерью испанского губернатора Кончитой. В начале 1807-го года он отправился в Россию, чтобы получить разрешении взять католичку в жены. Но в марте, в возрасте сорока трех лет, он внезапно скончался в Красноярске. Получив через год известие о его смерти, Кончита, соблюдая обет верности, ушла в монастырь.


Не менее интересными были приключения «Невы». Когда «Надежда» уплыла вперед, экипаж судна продолжил исследования флоры и фауны Гавайских островов. Местные жители принимали гостей из далекой страны довольно приветливо. Даже в селении Тавароа ничто не напоминало о трагедии двадцатипятилетней давности, когда был убит Кук. Благодаря помощи островитян судовые этнографические коллекции пополнились уникальными образцами местной одежды и утвари.

Через несколько недель Лисянский привел судно к поселению Павловскому на территории Аляски. Русские жители острова Кадьяк с восторгом встретили путешественников, проделавших такой дальний и трудный путь. По просьбе представителей Российско-Американской компании в августе 1804-го года военные моряки приняли участие в освобождении обитателей форта Архангельское, расположенного на острове Ситха. Они были захвачены в плен тлингитами (индейцами с юго-востока Аляски), которыми командовали американские матросы.

Более года «Нева» стояла у берегов Аляски. Лисянский вместе со своими помощниками рисовал карты бесчисленных островов, проводил астро- и метеонаблюдения, составил краткий словарь языков северо-западной части Америки. В сентябре 1805-го года, нагрузив корабль мехами с русских промыслов, Юрий Федорович направил его к берегам Китая. Три месяца понадобилось морякам на переход, сильные ураганы и туманы замедляли движение. В штормовых условиях «Нева» села на мель у неизвестного мореплавателям острова и лишь благодаря самоотверженным действиям моряков корабль удалось спасти. Остров по настоянию команды назвали именем Лисянского. А на самом клочке суши поставили шест, под которым закопали бутылку с бумажкой, содержащей всю информацию об открытии.

4 декабря 1805-го года команда «Невы» увидела знакомый силуэт «Надежды». Продав меха и загрузившись китайскими товарами, корабли пересекли Южно-Китайское море и через Зондский пролив вышли в Индийский океан. Им предстояло обогнуть Африку и вернуться домой в Россию. 15 апреля 1806-го года суда пересекли меридиан российской столицы, закончив обход земного шара.

Само понятие кругосветного путешествия менялось со временем. Изначально для того, чтобы совершить кругосветку, было необходимо замкнуть круг маршрута. Однако в связи с исследованиями полярных областей оценка путешествия по таким критериям лишилась смысла. Появилась более строгая формулировка – путешественники должны были не только замкнуть круг, но и побывать около точек-антиподов на противоположных концах земного диаметра.


Обратное плавание было довольно благополучным и бесконфликтным, хотя и омрачилось неожиданным самоубийством второго лейтенанта «Надежды» Петра Головачева. Обстоятельства, подтолкнувшие офицера к такому поступку, туманны, однако нельзя сбрасывать со счетов накопившуюся огромную усталость и нервное истощение членов экспедиции. Это хорошо видно по последним дневниковым запискам Ратманова, которые становятся все более и более бессвязными.

Возле мыса Доброй Надежды корабли расстались, и до самого возвращения в Кронштадт их плавание проходило раздельно. На острове Святой Елены Крузенштерн узнал о начавшейся войне с Францией. Опасаясь кораблей противника, он добирался до родины в обход Британских островов с остановкой в Копенгагене. 19 августа 1806-го года, то есть спустя три года и двенадцать дней, «Надежда» бросила якорь в Кронштадтском порту, где ее уже две недели дожидалась «Нева».

Макар Иванович Ратманов (1772-1833) впоследствии дослужился до вице-адмирала. Более сорока лет безупречной службы на флоте принесли ему авторитет и славу опытнейшего военачальника и мореплавателя. Уступил должность главы экспедиции более молодому Ф.Ф. Беллинсгаузену, который не подвел и открыл Антарктиду. Из воспоминаний современников Ратманов являл собой образец неустрашимого, активного в сражениях и молчаливого, замкнутого в общении человека, не любившего рассказывать о великих событиях, в которых лично принимал участие.


Лисянский, тщательно проверив запасы продовольствия и воды, рискнул совершить безостановочное плавание до Англии. Он говорил «...подобное предприятие принесет нам большую честь; еще ни один мореплаватель не отважился на столь далекий путь, не останавливаясь где-либо для отдохновения». Расстояние от Кантона до Портсмута (13 923 миль) судно прошла за сто сорок дней.

По прибытии оба корабля посетил Александр I, а 27 августа император в резиденции на Каменном острове принял Ивана Федоровича, наградив его орденом Святого Владимира. Путешествие Крузенштерна и Лисянского признали научным и географическим подвигом. В честь этого события была выбита медаль: «За путешествие кругом света 1803-1806». Итоги экспедиции были собраны в географических трудах капитанов, а также ученых-естествоиспытателей В.Г. Тилезиуса, И.К. Горнера, Г.И. Лангсдорфа и других участников.

Источники информации:
http://www.prlib.ru/history/pages/item.aspx?itemid=1084
http://rgo-sib.ru/expedition/31.htm
http://www.navy.su/puteshest/1803-1866/putesh43.html
http://www.rusizn.ru/geo022.html
Автор: Игорь Сулимов


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 7
  1. Гардамир 26 июля 2013 07:51
    Интересная и полезная статья, ттем более, что некоторые страницы истории русской мало изучены.
  2. Slevinst 26 июля 2013 10:57
    Вот про это и надо кино снимать, есть же фильм хозяин морей довольно таки интересный но про Крузенштерна сюжет поинтересней получится
  3. omsbon 26 июля 2013 11:07
    Статье огромный плюс! Очень интересно.
    Личность Резанова из романтической ("Юнона и Авось"), приобрела знакомые черты российского чинуши.
    1. мамба 26 июля 2013 17:01
      Ее возглавил Николай Петрович Резанов. Камергер и действительный статский советник пользовался симпатией влиятельных лиц государства, а также удачно женился на дочери Г.И. Шелихова.
      Николай Петрович стал известен благодаря своей романтической истории помолвки с дочерью испанского губернатора Кончитой.
      Так он был помолвлен с Кончитой будучи женатым? what
      мамба
  4. Spstas1 26 июля 2013 11:17
    "Иван Фёдорович Крузенштерн - человек и пароход!" - воскликнул почтальон Печкин.
    Великие люди! Великие дела! Вот с кого надо брать пример.
    Spstas1
  5. Bersaglieri 26 июля 2013 21:18
    Цитата: мамба
    Ее возглавил Николай Петрович Резанов. Камергер и действительный статский советник пользовался симпатией влиятельных лиц государства, а также удачно женился на дочери Г.И. Шелихова.
    Николай Петрович стал известен благодаря своей романтической истории помолвки с дочерью испанского губернатора Кончитой.
    Так он был помолвлен с Кончитой будучи женатым? what

    Жена его скончалась до плавания.
  6. pinecone 28 июля 2013 19:21
    «Экспедиция наша возбудила внимание Европы. Успех в первом подобного рода опыте был необходим: в противном случае мои соотечественники, возможно, на долгое время были бы отвращены от такого предприятия; завистники же России, вероятно, порадовались бы...».
    И.Ф. Крузенштерн


    Золотые слова.
    pinecone

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня