Легенды острова Кумбыш

Легенды острова Кумбыш«Генеральский эффект»

Как-то вдруг, вне графика
Случилося несчастие…
В.Высоцкий



«Генеральским эффектом» испокон в армии называют такую ситуацию, когда все у вас вроде бы идет, идет обычным порядком, может хорошо, может, чуть хуже, но уж, во всяком случае, не плохо. Но стоит высокому начальству обратить сюда своё внимание – сливайте воду! Всё пошло КУВЫРКОМ! Об одной такой истории пойдет рассказ.

Много лет подряд на одном северном островке располагался зенитно-ракетный дивизион. Чем там люди занимались? Да тем же, чем и все Войска ПВО, размещенные на тысяче таких же «точек» выживали. А во время недолгой летней передышки готовились к новому периоду выживания.
Ничего особенного на том острове не было – песок, лесок, болота. Изрезанный заливчиками берег, рыбье-гусино-утиное царство, грибы да клюква, да черника с голубикой. И еще комариный звон, заглушающий тарахтение дизелей. Но эта благодать только летом. Зимой же… . Но не об этом речь.

Некая уникальность дислокации дивизиона заключалась в том, что такое островное существование – не редкость для наших братьев-«эртэвэшников». К «точкам» же ЗРВ всегда вела хоть какая-то дорога для подвоза ракет из технического дивизиона. Чтобы, значит, в случае боя, после отстрела основного и запасных боекомплектов, можно было новые подвезти. Ну, или свинтить оттуда, по-быстрому, пока разобиженный супостат в ответ не раскатал комплекс на мелкие железки.
На остров, как известно, одна дорога – морем. В навигационный завоз доставляли всё, что надо – муку-тушенку, уголь-солярку, валенки-ЗИПы-картошку-лекарства, причем, иногда одним пароходом. Ка-а-ак свалят с борта специальным таким конвейером на песок все это богатство и хорошо, если в момент прилива угадают. Тогда есть вероятность хоть что-то вывезти и утащить –на Белом море приливы и отливы через каждые четыре часа. Бывало, не успевали.
Начальник ЗРВ дивизии ворчал:
На вашем угле уже половина заводов Северной Норвегии работает! Ученые новый вид черной камбалы изучают.
Всего завезенного изобилия едва хватало до следующей навигации. Да и приедались основательно консервы, концентраты. В начале лета начиналась добыча чего-нибудь свеженького. Проводили даже масштабное прочесывание берега на предмет сбора бакланьих яиц. Возвращались довольные, пометом все обгаженные, с богатыми трофеями.

В такой период наезжали иной раз высокие гости из дивизии и штаба армии поохотиться, рыбки половить. Красота – остров в погранзоне, посторонних не бывает.
Кроме нас, зенитчиков-ракетчиков, офицерских жен и детишек малых, на острове никого больше не было. Зайцев, лебедей, тетеревов было в избытке, волки зимней порой забегали. А больше – ни души! И назывался этот чудный кусочек суши остров Кумбыш (ударение на первый слог).
Так и существовали – летом жили, зимой выживали. А весны и осени на Севере не бывает, вместо них – тоже зимы поздняя и ранняя.
Были в нашей части два грузо-пассажирских катера типа «Ярославец» (один мы потом благополучно утопили), которыми нет-нет, да подбрасывали нам почту, харчишек свежих, овощей. Реже, бывало, прилетал вертолет.
Помимо дивизиона стояла на Кумбыше приданная техническая батарея. Пусть знатоки не удивляются – дороги, повторюсь, на остров не было, поэтому хранение дополнительных БК, сборку, снаряжение, остальные операции на технологическом потоке осуществлял не техдивизион, который находился на «Большой земле», а его маленький аналог. У каждого подразделения своя позиция, своя техника, а жилой городок общий – щитовые казармы, пищеблок, ну там, боксы, кочегарка, водокачка и два ДОСа – симпатичных таких двухэтажных кирпичных (!) домика на 16 квартир каждый. Ничего, жить можно. Окна законопатить, дверь утеплить, воздух из системы отопления стравить, воду из крана пустить тонкой струйкой, чтобы не замерзла невзначай – живи и радуйся! Бывают условия и хуже.

Рассказываю эти подробности для того, чтобы читатель понял, почему любое прибытие транспортного средства, черт с ним, пусть и с начальством, становилось, если не праздником, то событием не ординарным.
Почта, свежие продукты, новые лица очень многое значат для людей, живущих замкнуто, без связи, без особых впечатлений. В обычные дни к вертолету сбегались все, кто мог – солдаты, детишки, офицеры, женщины, собаки… . Но вот прилетел как-то на остров необычный вертолет. Точнее, «вертушка» как раз была самая обыкновенная, работяга Ми-8. Состав пассажиров был необычный. Не рядовые, прямо надо сказать, были пассажиры.

Об этом случае, произошедшем лет за 10 или чуть более того до моего назначения на Кумбыш, изустно передавали, как легенду, старожилы, всякий раз добавляя новые подробности, чуть привирая, малость приукрашивая, что-то опуская. Попробую восстановить основную суть события.
В описываемые времена, а случилось это в начале 70-х, на Кумбыше были развернуты два ЗРК – С-75, С-125 и еще техбатарея. Человек эдак под сотню, может чуть больше, бойцов, десятка три офицеров, семьи.
Городок представлял собой кучку «сборно-щелевых» бараков. Остальные сооружения тоже не являлись образцом архитектурной изысканности и строительной утонченности.
Войска ПВО обустраивались «хапспособом». А что и, главное, у кого можно «хапнуть» на необитаемом острове?
Да, было еще подсобное хозяйство (как без него?), для нашего рассказа деталь немаловажная. Держали хрюшек-свинюшек, одну-две коровки, собак сторожевых. Ухаживал за хозяйством солдатик, который в штатно-должностной книге так и значился в графе «проводник служебных собак». По вечерам отводил своих псов на посты, сажал на цепь, утром забирал, кормил, запирал. Остальное время – поросям и крупному рогатому. Спал он там же, на «ферме», была у него отдельная выгородка. Пожалуй, самый счастливый человек в дивизионе!

Жили, в общем, островитяне, как и многие на «точках» ПВО, трудно, но, во всяком случае, не хуже многих.
Оба дивизиона и техбатарея были, по сути, самостоятельными подразделениями, каждое подчинялось непосредственно командиру Северодвинской бригады, но начальником гарнизона на острове считался командир дивизиона «семьдесятпятчиков», как наиболее крупного подразделения. Его мы и будем так дальше называть: командир.
Ну, а теперь, сама история.
Посетил как-то 10-ю отдельную армию Главнокомандующий Войсками ПВО Маршал Советского Союза П.Ф. Батицкий. Колоритная личность, ветераны войск хорошо его помнят. Участник Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза, организатор создания ракетно-космического щита страны, не сдрейфивший, по слухам, арестовать всесильного Берия, он был грозой для нерадивых военачальников.
Старательным, впрочем, тоже от него порою крепко доставалось.
Ну и вот, спрашивается, какого лешего понесло его осматривать рядовое и ничем не примечательное подразделение?! Товарищ Маршал, ведь Вы же Главком, уж коли приехали в войска, так Ваше место в штабе, на КП армии. Если пришла охота вздрючить кого – на Военном совете кому угодно «насовать» можете. В крайнем случае, загляните на часочек в полк какой или в бригаду – там еще пять лет после Вашего визита заикаться будут. Но уж в батальоны-дивизионы-то зачем? Народ там дикий, политесу не обученный.
Сдается, что вся эта история приключилась в выходной денек, когда маршалу предложили отдохнуть от трудов на свежем ветерке, с ружьецом, да с неводком. Это нынче высшие чины все больше теннисом и горными лыжами увлекаются. Думается, скоро ожидает их новое хобби – фотографировать научатся.
А в те времена страной и армией руководил народ суровый, невзыскательный. Им запах пороха был не в новинку. А где в летнее время можно поохотиться не для трофеев, а так, чтобы напряжение снять? Птицы перелетели, сели на гнезда, поди-ка договорись с каким-нибудь охотохозяйством!
А на Кумбыше сезон охоты никто никогда не открывал, да и закрывать его было некому. Круглый год там сезон. Я же говорю, нравы дикие.
Конечно, в Архангельской области немало найдется мест для такого отдыха, но «вертушкой» до Кумбыша лететь – плевое дело. Это морем или по льду можно целый день добираться, а по воздуху минут 30-40.
Значит, решено – едем! Заодно посмотрим чем там войска живут, какие трудности испытывают, как с ними справляются.
Наверное, так или чуть иначе думали высокие начальники, садясь в вертолет.
Ну, вертолет – это вам не мотоцикл, когда захотел завел, поехал.
Кое-какая подготовка к вылету должна быть, опять же согласовать пролет со своими же дежурными силами ПВО.
В общем, ясно, что инкогнито никак такому лицу не улететь. Сообщили на остров, что за «гости» летят. Хорошо представляю себе, как это могло происходить. Связь с ребятами была только по радио. Для переговоров применялся особый завуалированный военно-эзопов язык. Помимо установленных кодированных сигналов использовались этакие укороченные доклады и распоряжения из Наставления по боевой подготовке и Боевого устава, только, как бы, иносказательные. А уж для других переговоров вообще применялись такие идиомы… .
Считалось, что глупенькие НАТОвцы, слушая нас, ничего не смогут понять. Уж как там исхитрялся противник, не знаю, но мы иногда сами себя не понимали. Мог состояться примерно такой диалог:
38-й! … 38-й! (в мою бытность – позывной нашего дивизиона, далее в скобках мои комментарии).
Слушает 38-й! (отвечает дежурный связист).
363-го на связь! (один из меняющихся время от времени позывных командиров подразделений и частей).
363-й на территории. (А где же ему быть? Не сидеть ведь привязанным у пульта связи, да и воскресенье все-таки)
…вашу …туда… растуда… НАЙТИ!!
… …
363-й 38-го на связи!
К вам на остр…, тьфу, черт, на 38-й, летит «двоечка» («двойка» любой транспорт, раз летит, значит – вертолет).
Понял вас. Кто едет, что везет?
363-й большой!
Большой? (Командир дивизии? – мыслит командир)
Да, очень большой!
Ну и что? Чего ему надо сегодня?
Самый большой! Самый!! 01-й летит!!
01-й?! (Кто такой? Командующий армией?)
Да, 01-й! 01-й большой! Нет, 001-й!! (счастлив от найденной формулировки и неразглашенной военной тайны)
001-й?! (Кто это? Министр обороны? Генеральный секретарь? Господи, зачем мне это?!)
001-й! 001-й к вам!! С одной большой, на Бэ!! (с одной звездой на погоне, фамилия начинается на букву «Б»)
С одной большой? На Бэ?! (Майор Богданов? Генерал Бородин?)
На Бэ!! С ним наш 01-й!
Ни хрена не понимаю! Кто с кем летит?
Повторяю для недоразвитых! 001-й! Большой! С одной большой! Понятно, нет? С гербом! На Бэ!!
Большой с большой? На Бэ с гербом?
… так! …перетак!!... 001-й!! Самый большой!! Наш 001! ГЛАВКОМ летит!!! …вашу мать…!! МАРШАЛ!!! …чтоб тебя…!! БАТИЦКИЙ!!! И с ним наш командарм!! Как понял, 38-й? … Как понял меня, спрашиваю?!
О-ё..! …туды …растуды!! Куда?! Когда?!!! (О! Похоже, что понял.).

В нашей армии умели подбирать командиров с определенным деловыми и волевыми качествами.
Сами про себя они любили сказать:
Я – командир. Тупой, но храбрый!

Вот этот храбрец и развернулся.
К приезду Главкома, как ни крути, надо подготовиться, с какой бы целью тот ни летел.
А что тут сделаешь, когда вертолет уже в воздухе и, того гляди, сейчас здесь будет?
Ясно-дело, мусор подсобрать, марафет в казармах навести, на бойцов посмотреть – кому рожу помыть, кому побрить, а кому и набить, да убрать куда, подальше от греха.
Для деятельной натуры, а других на тот остров не назначали, дело привычное. Через пять минут весь личный состав, кроме дежурной смены (всегда один из дивизионов находился на боевом дежурстве), был построен, через две минуты задачи были поставлены и вскоре все зашуршали, наводя блеск и чистоту. Старшине с поваром команда подготовить для гостей хороший обед (значит, недельную норму тушенки вывернуть в котел), вдруг захотят проявить отеческий интерес к рациону. Так что б угостить от души.
На сколько человек, трщ командир?
Да кто их знает? Сколько в «вертушку» влезает? На столько и готовь! Наверняка, меньше не будет.
Так, что еще? …
Привычно раскрутился маховик армейской показухи пополам с умением и желанием не ударить в грязь лицом.
Хотя, какая уж там показуха, не траву же они красили, в самом-то деле?
Эх, командир, тебе бы на этом и остановиться.
Ну что такого особенного Главком у тебя увидеть сможет? Да любой толковый проверяющий из дивизии у тебя за десять минут столько недостатков наковыряет, что месяц будешь об устранении докладывать!
Так нет же, не угомонилась деятельная натура.
Поняв, что расползшиеся по работам воины – не самая приглядная картина для начальственного взора, решил встретить маршала с личным составом, стоящим в строю, а там – дальше видно будет.
Даёт команду всем собраться у казармы на плацу по короткому сигналу сирены. Обычно сирена включалась при объявлении готовности №1, чтобы все, кто находится на занятиях, хозработах, отдыхает и т.д., бросали все дела и летели на позицию по местам согласно боевому расчету. Сейчас решили дать только коротенький гудок, когда вертолет с Главкомом будет приближаться. На маяк (стоит и сейчас там это сооружение из толстых брусьев и швеллеров) загнали лейтенанта с бойцом – высматривать летательный аппарат и махать когда появится. У сирены встал кто-то в звании не ниже капитана. Операция «Багратион», право слово!
Но у капитана самого было дел по горло. Через минуту он находит кого-то, менее занятого. У того дел оказалось еще больше. Короче, через пять минут у сирены уже дежурил забросивший подальше метлу боец.
Наконец, появилась в синем небе точка, растет, приближается, уже слышен характерный рокот со свистом – она самая, «вертушка».
Махальщики машут.
Воин бросается к сирене, рвет рукоять, сирена взвыла… . Что там с нею, проклятой, случилось? То ли бойчина слишком много усердия проявил и сломал рубильник, может еще чего в ее жестяном нутре перемкнуло, а только выла сирена, как обычно – громко, долго, призывно, тревожно.
Вы видели объявленную «готовность-раз» в подразделении ПВО? Это же песня! Апофеоз! Квинтэссенция всего нашего многотрудного бытия.
Вот только что рядом и поодаль и еще, хрен их знает где, ползали бойцы, полусонные, ленивые, какие-то заторможенные.
Ну что делать, если народу даже на две полноценные дежурные смены не хватает? Конечно, частенько ходит боец, не выспавшись.
Но вот загудела сирена. И все вмиг изменяется. Всех, как ветром унесло, отовсюду сайгаками скачут наши воины. Двери гаражей – нараспашку – вылетают ТЗМ-ки, несутся, поднимая пыль, на позицию, догнать бегущих не могут!
От штаба и офицерских домиков спешат кто как: лейтенанты – умеренным галопом, старлеи – деловитой рысью, капитаны и редкие здесь майоры задумчивой трусцой. И среди всей этой минутной целеустремленной заполошности с достоинством идет (шествует) командир.
Еще минута и всё затихло, пошла работа! Загудели агрегаты, запела аппаратура, полетела прочь маскировка…, ну и так далее. Кто был, тот не забудет.
В момент всей этой торопливой суеты происходит еще одна важная перемена. Сменяются внутренние наряды, а при необходимости – и караул. Солдаты в наряд ходят согласно графику, но стоящий у тумбочки или, как говорят в армии, «на тумбочке» оператор ручного сопровождения или чистящий картошку второй номер стартового расчета подменяются прибегающими со своих «мест обитания» бойцами из хозотделения. Однако повар редко отрывается от своей основной работы – война-войной, но борща горячего похлебать потом захочется. Не трогают и кочегаров – их-то у котлов кто заменит? Вот и получается, что наряд меняют либо хлебопек, что тоже редко бывает, либо проводник служебных собак обитатель «фермы», а попросту – свинарь. Кстати, если кто ухмыльнулся –не надо! Очень нужная в тех условиях специальность. Рассказывали, что тогда за скотинкой ухаживал паренёк из Прибалтики, выросший то ли в селе, то ли где-то на хуторе. Очень старательный такой, молчаливый. И аккуратный, кстати.
Как происходит смена наряда? Да просто! Наряд скидывает с поясов ножи, с рукавов повязки и бегом из казармы. А им навстречу – наш животновод, прибежавший со скотного двора. Вот и вся смена, три секунды. Ключи от оружейки, кстати, не передавались.
Итак, по «лже-готовности №1» весь личный состав помчался на позиции. Командир, думаю, в этот раз тоже развил приличную скорость. Все-таки мысль о висящем невдалеке вертолете с Главкомом на борту всем добавляла резвости и боевого задора.
Включились, провели КФ, идет доклад:
«Такой-то» (позывной) готов, тремя, шестью…!
Дивизион 125-й системы, техбатарея тоже с докладами не задержались. На КП бригады – легкий шок. Нет, конечно, о полете Главкома в сторону Кумбыша там знали и увлеченно слушали эфир, ожидая новостей. Но такого резкого развития событий как-то не ожидали. Во дает маршал! А если разобраться, то как «в окопах» следует встречать Главнокомандующего войсками? В парадном строю? С полковой музыкой и развернутыми знаменами? Да полно, какие оркестры и какие церемонии? Естественно, звоном доспехов и сверканием булата! Короче, напряжение нарастало. Бригада была уверена, что Батицкий на месте решил лично проверить боевую готовность подразделений. На острове же полагали, что все команды идут сверху в прямом и переносном смыслах. Бывало не раз, что командование дивизии и армии совершало облеты во время тренировок и учений – проверяли маскировку, оценивали ложные позиции… .
Короче, включились, осмотрелись, доложились, ждут. Оставим их пока воевать с невидимками, посмотрим, что там на берегу.
Метрах в 400-х от городка на песчаной отмели своим силами сооружался временный причал – довольно уродливая конструкция из бревен, а чуть поодаль была вертолетная площадка из скрепленных металлических полос. Летчики не раз сюда летали и знали где садиться. Протарахтев над городком и давая знать обитателям о прибытии, «вертушка» скрылась за соснами, садясь.
Маршал со свитой выбрались наружу и стояли, разминаясь, ожидая «комитет по встрече». С одной стороны море лижет берег, с другой – хвойный лес смоляным духом обдает, под ногами белый песок, ракушки всякие, морские звезды, чуть в сторонке нерпа «загорает». Где-то за леском глухо бормочут дизеля, значит, и человеческая жизнь где-то тут теплится. И наполняется душа прибывшего генералитета благостью и умилением. Не часто, видать, удается вот так вот, спокойно, широко, по-простецки… эх!
Однако проходят пять минут, потом еще пять, где ж командир? Почему не встречает, не подлетает лихо, не докладывает, не представляется? Где вообще все? И начинает душевная умиротворенность сменяться легким (пока!) недоумением.
А никого, мы знаем, в городке и нет. Все поверили знакомым завываниям спятившей сирены и их, как полковых жеребцов по сигналу трубы, разнесло по боевым постам. Теперь они лихорадочно сканируют воздушное пространство, разворачивают техпоток, ждут целеуказаний, дальнейших команд.
Их состояние можно понять. Уж коли, к прибытию маршала, объявлена готовность, надо ждать развития событий. Ну что стоит Главкому, к примеру, поднять дежурное звено с любого аэродрома да проверить работу по контрольным целям? «Бычки» и мусор на территории, понятно, блеска аттестации командира не добавят, но за пропуск цели в присутствии САМОГО порвут, как промокашку! Сидят. Ждут.
Но был, был (!) человек, который всей душой стремился на берег! Какой-то помощник старшины, каптенермус - кладовщик, яростно вертел ручку, заводя грузовик. Ковыряясь на продскладе и краем уха прослышав о скором прилете вертолета, а потом и увидав его, решил, что настал его черед принять участие в общем празднике жизни. Раз появился вертолет, значит чего-то пожрать привезли.
Машина, наконец, завелась. Это была «хозяйка» так у нас всегда называли бортовой грузовик, используемый для хозяйственных нужд. «Захар», «колун», «семёра» (именно так - без «к» в последнем слоге) где и как только ни называли это чудо отечественного автопрома, побочного внука благородного «Студебеккера» старый добрый ЗИЛ-157. Действительно, старый и действительно, надежный, как колун, этот грузовик таскал в своем раздолбаном кузове уголь и дрова, продукты и цемент – все, что руками не перенести, не перекатить, не уволочь. Дальше острова на нем все равно не ездили, поэтому все, что должно было быть у него привинчено, защелкнуто и приварено, давно отвинтилось, отвалилось, потерялось.
Бравый «обозник» закидывает в кабину свой «кривой стартер», прыгает за руль, «втыкает» одну из двух исправных передач и, прыгая по кочкам, ломит по лесной дорожке в сторону берега.
Прибывшие, размявшись, надышавшись и наглядевшись, понимают, что встречи скоро не дождаться и принимают решение идти в сторону жилья сплоченной генеральской командой. А дорога тут одна, не заблудиться, лесочком меньше полукилометра. Двинулись к лесу.
И тут до слуха всех доносится грохот, рёв и треск. Шум неизвестного механизма, явно имеющего способность к перемещению, приближался. Как вы поняли, с глушителем у той «хозяйки» тоже были проблемы. Вернее, проблема была всего одна – «глушака» попросту не было!
Возникшее ранее недоумение сменяется удивлением.
Шум ближе, ближе и вот, … «гремя огнем, сверкая блеском стали …», со скрежетом и стуком, дребезгом и лязгом, размахивая крышками капота, звеня разболтанными стеклами, подминая чахлый кустарник, вырывается из чащи кумбышанская «хозяйка». Расшвыривая песок, лихо тормозит возле оторопевших военачальников, обдав напоследок всех сизым облаком густого и едкого выхлопа.
Полагаю, что сопровождающий Главкома командующий армией от тихой ярости зубами скрежетал, но маршал внешне сохранял спокойствие. Даже пошутил: «Вот, дескать, молодцы какие, автомобиль к трапу подали. Для меня – в самый раз!».
Помнят ветераны и о невероятной тучности П.Ф. Батицкого. Что и говорить, грузен с годами стал наш маршал. О том, что, кроме как в «Чайку», он не мог поместиться, знали все. А тут встал Павел Федорович на подножку (как не отвалилась только?) рядом с водителем:
Давай, вези, сынок, показывай, что тут и где!
Обалдевший каптер с какой-то попытки зацепил-таки пониженную передачу, и поехал Маршал Советского Союза на подножке замызганного ЗИЛа в расположение одного из нескольких тысяч подчиненных ему воинских подразделений.
Через пару минут «хозяйка» с рёвом идущего в атаку торпедоносца подкатила к казармам. Маршал соскочил с подножки (уф-ф, не отлетела!), огляделся.
Кладовщик испарился тут же, понимая, что за такую подляну самое нежное, что с ним сделает командир, это растворит в бочке с окислителем.
Не дожидаясь прибытия группы, маршал лично осмотрел гаражные боксы, баню, другие службы, территорию. К осмотру были представлены: обшарпанные бараки, ржавь, гнилье, сараи-кривулины да будки кособокие. Дождавшись запыхавшихся сопровождающих, направился с ними к казарме дивизиона.
Здесь их ждало очередное сильное впечатление. Палитру чувств и переживаний, которые последние полчаса испытывали представители высоких сфер, с каждой минутой дополняли новые свежие краски. Теперь состояние убеленных сединой, прошедших огни и воды полководцев, можно назвать изумлением.
У тумбочки дневального, согласно Уставу внутренней службы ВС СССР, стоял бойчина с отвисающим под тяжестью трех штык-ножей ремнем – по числу умчавшихся по готовности наряда. На его левом рукаве гордо алели две повязки. Надпись на верхней оповещала вошедших, что сейчас они будут иметь дело с дневальным. Нижняя, надетая вверх тормашками, опровергала его первоначальный статус надписью «Дежурный по роте».
Все это пустяки, реальная жизнь, а тем более, военная служба, редко повторяют любимые всеми киносюжеты. Примечательность момента была в том, что наш «дежурно-дневальный» был весь, ну, то есть, целиком, от каблуков и до пилотки измазан навозом! Лицо, руки, х/б и сапоги этого угрюмого сына янтарного края были покрыты добрым слоем природных удобрений и источали непередаваемое амбре в окружающем пространстве.
У самых сложных или непонятных, на первый взгляд, явлений, чаще всего бывают очень простые объяснения. Думается, и здесь все очень просто объяснить. Мы же помним, чем все занимались до того как заполошно заорала сирена? НАВОДИЛИ ПОРЯДОК! Этим же занимался и наш герой на порученном его попечению участке. А, рванув на подмену наряда, поскользнулся и шлепнулся. Переодеваться, умываться, очищаться времени не было. Когда его, придав ускорение пенделем, впервые отправляли «на тумбочку», то сразу и доходчиво объяснили, что по такому сигналу его единственная и главная задача – за одну минуту сменить наряд и охранять казарму, пока не заменят его самого.
У бойцов, призывавшихся, что из Средней Азии, что с западных окраин Союза, была одна общая особенность – несложные действия они запоминали накрепко и с другими вариантами не экспериментировали.
Итак, картина третья. Те же и свинарь.
Главком и свита с неподдельным интересом разглядывали это диво дивное. Богат оказался Кумбыш на сюрпризы! Представители управления армии уже сильно поскучнели, предчувствуя, чем скоро может закончиться такое знакомство с местными достопримечательностями. Командарм кипел, но молча. Главком был недобро невозмутим.
Находящийся в ступоре унавоженный «дежурно-дневальный», находился близко к обмороку, но на ногах пока еще держался. Превратившись в статую, он остекленело смотрел в одну произвольно выбранную точку, не реагируя ни на что, не моргал и, похоже, даже не дышал. Попытки вошедших обратить на себя внимание вопросами типа: «Где командир? Где личный состав? Что здесь вообще происходит?» еще более уводили того к отрешению от действительности. Внезапное появление невиданных прежде субъектов, громадная фигура их предводителя, рыкающий бас, мельтешение красных и синих лампасов, золотое шитье петлиц и фуражек имело только одно правдоподобное объяснение –в казарме появились марсиане. Небогатый запас русских слов улетучился. Напрочь забылся и язык далекой родины. А марсианского языка он не знал!
Заполнившие коридор марсиане двигались, издавая громкие звуки, шевелили руками, и ни одна живая душа не шла к нему на помощь. Еще полчаса назад ему в ухо шумно и тепло дышала худосочная ласковая коровёнка, жмурили хитрые глазки, приветливо хрюкали и тыкались в ладони грязноватыми пятачками шустрые поросята. Все, как дома, на хуторе. И тут – на, тебе – марсиане! Старшина, когда инструктировал, говорил, что надо охранять казарму. Но старшина не говорил, что охранять ее придется от таких вот нежданных пришельцев! ... … Или все-таки говорил?!
Генералы, видя, что остолбеневший «дежурно-дневальный» не скоро восстановит связь с реальностью, решили пройти дальше, в спальное помещение. Поскольку Главком заполнял собою весь коридорный просвет, следовало удалить с его пути это чумазое чудовище с двумя повязками и тремя штыками. На человеческую речь солдатик не реагировал, кто-то из свиты потянул его в сторону, в этот момент наш бедный хуторянин судорожно вздохнул, всхлипнул и, неожиданно для всех, … тихо обосрался. Ставший уже привычным парной запах навоза тут же был перебит другим, более резким.
Всё! На сегодня впечатлений было достаточно.
Главком повернулся и вышел вон. Ему было грустно. А когда маршалы грустят, что они делают? Правильно. Они делают так, чтобы все вокруг рыдали. Боже, сохрани нас всех от встречи с грустными маршалами! Так как никого, кто лично отвечал за постановку этого спектакля, по-прежнему, рядом не было, то самый первый – оглушительный и ошеломляющий – удар «главным калибром» приняли те, кто его сюда привез… .
Тем временем, на командных пунктах, как на вышестоящем, так и на «нижележащих», разобрались-таки, что «готовность-раз» никто не объявлял. Выяснять, кто завертел эту карусель, времени не было. Командир, собрав всех, кому положено в таких случаях быть рядом, помчался в городок.
Искать Главкома долго не пришлось. Громыхание победных залпов слышалось издалека. «Работать по площадям» маршал уже закончил и теперь прицельно и точно добивал уцелевших:
Вам…! …к сроку…! Доложить…!
Вам …! … выполнить! … к сроку…! … Лично проверю!
Вам …! … обеспечить…! … Под личную ответственность!…
Вам …! … под контролем...! …срок …! … ВЫПОЛНЯТЬ!! ... Докладывать мне! Лично!
На взъерошенных «туземцев» у «001-го на Бэ» тоже зарядов хватило… .
Завершив разгром, маршал устало махнул рукой:
Видеть вас больше не могу! Подать мою машину!
Командир ошалело оглядывается. Какую машину? Откуда?! Неужто главкомовскую «Чайку» на внешней подвеске сюда привезли?
Какую машину, товарищ Главнокомандующий?
МОЮ!! – рявкает Главком.
Кто-то из свиты мрачно кивает в сторону сиротливой «хозяйки»:
Вы маршала вот на этом раздолбище умудрились встретить. Заводи!
Командир и его «замы» бросаются к указанному металлолому.
Отставить! – рычит Главнокомандующий. Где МОЙ водитель? Вы только до первой канавы сможете довезти!
Опрометью кинулись искать заныкавшегося куда-то каптера. Искали, искали…. Нашли! Тот хватает заводную рукоять.
Умница-драндулет, пожалев недобитых хозяев, завелся со второго или третьего оборота. Маршал поднимается рядом с водителем на подножку (ох, только не отвались, родная!).
Вези, сынок, меня отсюда! Глаза б мои на это всё не смотрели!
Грохоча и плюясь дымом, «хозяйка» поползла к вертолету. Следом уныло брели улетающие и провожающие… .
«Разбор полетов» силами командующего армией потом, конечно, был произведен. И досталось, надо думать, всем сестрам – по серьгам. Главное в другом. Оргвыводы, партийные комиссии, суды чести, взыскания, учетные карточки – все это тоже можно считать реакцией раздраженного начальства на нерадивость подчиненных. В этот раз всё было иначе.
Уже на следующей неделе на острове высадился десант строителей. Развернули палатки, поставили кухни, воткнули реперы, натянули рулетки. Пришли плашкоуты с инженерной техникой, пошли одна за другой баржи с материалами.
До «белых мух» ковыряли землю, месили бетон, ломали-возводили. … Построили новые хранилища, капониры, боксы, укрытия, столовую. Протянули и утеплили новые теплотрассы. А офицерские семьи переселились в удобные дома, в 1-, 2- и 3-комнатные квартиры. И жили там, сменяя друг друга, еще многие поколения кумбышан. Не хуже многих. Ну, а некоторых – так даже и лучше!
Вот это уже – «маршальский эффект»!

Спасибо Вам, товарищ Маршал Советского Союза!"
Автор: Сергей Дроздов


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 10
  1. Aleks тв 12 августа 2013 08:01
    Уржался, пока читал, аж слезу вышибло.
    Просто было нечто похожее в ЗабВО.

    Вот это уже – «маршальский эффект»!
    Спасибо Вам, товарищ Маршал Советского Союза!"


    От души спасибо автору за хороший, настоящий армейский юмор!
    good
  2. пенсионер 12 августа 2013 08:27
    Шедевр!! Автору - огромаднейшее спасибо!! Посмеялся от души!
    А про "генеральский эффект" тоже вспомнилось. решили на нашем заводе наладить выпуск городских уборочных машин. Таких пылесосов на колёсах. Изготовили 2 штуки. Обкатали, облизали и поставили в ангар. В назначенное время на завод прибыли губернатор области и мэр города в сопровождении толпы журналюг и прихлебателей. Центральное ТВ снимало репортаж об этом событии. Открыли ворота ангара и ... один аппарат категорически отказался заводиться. Посмеялись. Завели другой. выехал этот пылесос и начал уборку территории. За этим пылесосом на кабриолете тихонько едут губернатор с мэром, телевизионщики. После того как наполнилась ёмкость для мусора, водитель пылесоса подъехал к пустой для обмена, подцепил полную манипулятором и... обрывается цепь... Показ на этом был завершен. Губернатор снисходительно похлопал одного из руководителя программы, изрёк что-то типа:" Ничё, ничё. Всё у вас будет хорошо!" и удалился.
  3. RoTTor 12 августа 2013 14:31
    [b]Cупер! И правда это – сам тогда служил в этой армии ПВО и в этой же двизии, но в авиации.
    Маленькое дополнение: остров Кумбыш молодые лейтенанты, уроженцы больших городов, учившиеся в больших городах, особенно не любили – хуже чем более дикие «точки». Потому что с этого малообитаемого острова были видны огни двух недосягаемых для островитян городов – столицы Севера Архангельска и закрытого города Северодвинск, особенно яркие осенью и весной, когда вырсаться туда было почти невозможно.

    Проблема транспортировки маршала Батицкого была головной болью: в командирский УАЗик он поместиться не мог, кое-как мог влезть в автобус лётного состава, с которого чуть ли не дверь снимать приходилось.

    А вообще в диких гарнизонах 10 Армии ПВО было одно преимущество: двизионное и армейское начальство там появлялось два раза в году: охотиться на гусей и по гриьбы-ягоды.

    Если командир был нормальный человек, в молодых офицерах сохранялась прямая спина и воспитывалась инициатива, в отличие от бедных «эй-полковников» из больших штабов, которые вечно были в прединфаркто-прединсультном состоянии из-за боязни не угодить начальству и отправиться дослуживать в войска.

    Ещё одно неоценимое преимущество: в незаменяемых районных Севера, где холодно, но было «год – за год» и «рубль за рубль» человеческие отношения были замечательные: никто никому не завидовал, не склочничали за хорошую замену, потому что район незаменяемый.

    Но если командир был гад и падлюка, жизнь на таких точках становилась вообще невыносимой – и для бойцов и для офицеров. Но это – грустная тема. Не стоит портить весёлое настроение от этой были. [/b]
    1. Aleks тв 12 августа 2013 14:52
      Цитата: RoTTor
      потому что район незаменяемый.

      Да, RoTTor, согласен с вами.
      У меня остались самые лучшие воспоминая о службе на точках, дружно жили, лучше чем в городах.
      Хоть и дико и трудно было, но хорошая ностальгия...
      Одни только походы за брусникой и груздями чего стоят...
      Семью боялись туда ехать, а потом... многие боялись уезжать на "дикую" большую землю, странно конечно, но такое бывало не редко.
      Сам сухопутчик.

      Еще раз - спасибо автору за армейский сленг, он вырабатывается только многими годами.
      drinks
      1. RoTTor 12 августа 2013 18:06
        Слава Богу, с годами у нормальных людей, плохие воспоминания, в том числе и о "бытовухе", "офицерском многоборье - помои, вода, дрова" и др. тускнеют и проваливаются в закоулки памяти, а хорошие, весёлые и светлые - остаются.
  4. Модус 12 августа 2013 21:58
    Всем спасибо за отклики и хорошие слова!
    Есть еще 2 главы, которые являются продолжения этих "Легенд".
    Если администраторы пропустят - попробую их здесь разместить.
    Модус
    1. Aleks тв 12 августа 2013 22:32
      Сергей, жму руку искренне.
      Сам пишу иногда, маленько и тут размещаю, знаю как это не просто, особенно в армейском жанре.
      drinks
      Смешно, когда гражданские не понимают СУТИ...
      laughing
      1. Модус 14 августа 2013 19:35
        СПАСИБО, Алексей!
        Модус
        1. 505506 10 октября 2013 09:15
          Спасибо! В 1990 году судьба привела на остров Матуа(Курилы), всего два дня, но... Сейчас когда читаю про аналогичные точки, смех сквозь жуть. А сколько их было.
          1. Модус 10 октября 2013 19:38
            Это - точно, Роман.
            Спасибо за отклик.
            Модус
  5. 311овэ 27 августа 2013 16:42
    Спасибо за хорошее настроение! Вспомнил молодость в местах "неподалеку" на Кольском п-ве....
  6. Модус 27 августа 2013 20:08
    Спасибо за отклик, Андрей!
    Есть 2 части продолжения этих историй.
    С уважением,
    Модус
  7. Полина Юрьевна 29 декабря 2013 16:36
    Я тот самый офицерский ребёнок, который жил в одном их двух белокирпичных домов)) Помню мама ложила зимой нас спать в шубах, а окна матрасом закрывала, поскольку трубы от холода разрывало. Крысы в ванной даже не шевелились, когда их шваброй пытались выгнать из щели между стеной и котлом. Борщ варили вёдрами, ведь не знали когда еще отрубят свет. Помню ту ручную нерпу, которая на берегу часто лежала. Наверное всю жизнь буду вспоминать ТОТ хлеб кирпич и солдатика который всегда со мной разговаривал и улыбался, когда меня в пекарню отправляли, он то ли грузин был, то ли армянин.. Помню как с волка шкуру снимали, как снег по второй этаж выпадал, как лес горел, волейбольную площадку, яичницу на камнях, одинокую печку посреди казармы, собаку по кличке Гетман и кучку фанерных ящиков-посылок солдат, которые стояли у нас в прихожей. Помню папа показывал в небо и говорил: "Смотри дочка, это северное сияние! Может в жизни и не увидишь такого больше.." И да, я летала на МИ-8 )))
    Полина Юрьевна

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня