Сточасовая "футбольная" война

Традиция прекращения военных действий во время проведения спортивных состязаний, заложенная еще древними греками, к сожалению, далеко не всегда соблюдается странами, атлеты которых оказываются соперниками на спортивных аренах.

Сточасовая "футбольная" война


Увы, но в истории даже имеются примеры того, как исход мирного и, казалось бы, безобидного командного состязания становился причиной серьезных военных конфликтов и многочисленных жертв. Одним из ярких примеров такого поворота событий стала сточасовая война между Сальвадором и Гондурасом, вспыхнувшая после отборочных матчей между футбольными командами этих стран в преддверии чемпионата мира 1970-го года.


Общеизвестно, что футбол в Латинской Америке всегда стоял и стоит на особом месте. Однако, рассматривая историю развития данного конфликта, необходимо отметить, что футбольное противостояние не было само по себе истинной причиной разразившейся трагедии. Множество предшествующих событий медленно, но неотвратимо вели к печальному завершению отношений между двумя Центральноамериканскими государствами, но и именно финальный отборочный матч между командами этих стран стал последней каплей, переполнившей пылающую чашу.

Существует целый ряд теорий относительно появления названия государства Гондурас, однако ни одна из них на сегодняшний день не имеет научного подтверждения. Согласно одной легенде, название страны произошло от фразы Колумба произнесенной в 1502-ом году во время его четвёртого и последнего плавания в Новый Свет. Его кораблю удалось уцелеть в сильной буре, и знаменитый мореплаватель произнес: «Я благодарю Бога, что дал нам шанс выбраться из этих глубин» (Gracias a Dios que hemos salido de estas honduras). Это высказывание дало название расположенному поблизости мысу Грасиас а Диос (Cabo Gracias a Dios) и местности на западе от нее – стране Гондурас (Honduras).


Сальвадор, являясь небольшим по площади, но самым густонаселённым Центральноамериканским государством, обладал во второй половине прошлого века развитой экономикой, однако испытывал нехватку годных для обработки земель. Основная часть земли в стране контролировалась узким кругом землевладельцев, что привело к «земельному голоду» и переселению крестьян в соседнюю страну – Гондурас. Гондурас территориально был гораздо больше, населён не так густо и хуже развит экономически.

Отношения между соседями стали обостряться в начале шестидесятых годов, когда многочисленные переселенцы из Сальвадора стали занимать и обрабатывать соседские земли, незаконно пересекая границу в разных местах и фактически отнимая работу у коренных жителей страны, вызывая тем самым их вполне обоснованное недовольство. К январю 1969-го года число таких перебежчиков, искателей лучшей жизни на территории Гондураса, составило по различным оценкам от ста до трехсот тысяч человек. Перспектива доминирования в экономике и засилья сальвадорцев рождала сильное общественное раздражение, опасающиеся за возможное территориальное перераспределение незаконно захваченных сальвадорцами земель националистически настроенные организации Гондураса с 1967-го года пытались всячески привлечь внимание властей к сложившейся обстановке путем организации забастовок и митингов, а также проведения массовых гражданских акций. Параллельно с этим крестьянское население Гондураса все более и более настоятельно требовало проведения реформирования сельского хозяйства и перераспределения земельных угодий по всей стране. Пришедшему к власти путем переворота диктатору классического типа – Освальдо Лопесу Арельяно – показалось умным искать крайних в лице неугодных большинству жителей страны переселенцев из Сальвадора.

Через пару лет Арельяно своим бездарным управлением окончательно загнал экономику страны в угол. Главной причиной всех экономических проблем в Гондурасе, снижения уровня заработной платы и высокого уровня безработицы стали опять-таки незваные соседи из Сальвадора. В 1969-ом году власти отказались от продления иммиграционного договора 1967-го, а в апреле того же года правительство страны приняло закон, согласно которому все иммигранты, обрабатывающие землю без законных документальных подтверждений на владение, лишались собственности и могли быть высланы из страны в любой момент. Стоит отметить, что при этом данный законодательный акт обходил стороной земли олигархов и иностранных компаний, среди которых одной из самых крупных на тот момент являлась американская корпорация «United Fruit Company».

«Юнайтед фрут компании» или «United Fruit Company» была могущественной американской корпорацией, доставляющей в США и Европу тропические фрукты из стран третьего мира. Компания была создана 30 марта 1899-го года и имела поддержку в правящих кругах Соединенных Штатов. Расцвет ее пришелся на начало и середину прошлого века, когда она контролировала множество сельскохозяйственных территории и транспортных сетей в Центральной Америке, Вест-Индии, Эквадоре и Колумбии. Из основных покровителей стоит отметить братьев Даллес (директора ЦРУ Аллена Даллеса и госсекретаря Джона Фостера Даллеса) и президента Эйзенхауэра. Компания оказывала сильное влияние на политическое и экономическое развитие целого ряда государств Латинской Америки и являлась типичным примером воздействия транснациональной корпорации на жизнь «банановых республик».

В настоящее время преемником United Fruit Company является Chiquita Brands International. 14 марта 2007-го года компания была оштрафована Министерством юстиции США на 25 миллионов долларов по обвинению в сотрудничестве с колумбийскими военными группировками, находящимися в списках террористических организаций.


Накалу страстей способствовали и гондурасские печатные издания, в которых постоянно появлялись статьи об иммигрантах, изображающие их как жестоких, неграмотных, унижающих местное население незаконных переселенцев. В то же время, видя серьезную угрозу спокойной жизни обеспеченных сальвадорцев в возвращении бездомных и безработных соотечественников на родину, СМИ Сальвадора выпускали статьи о бесправном положении своих иммигрантов в Гондурасе, жестоком обращении с ними и участившимися убийствами на соседней территории. В итоге отношения между двумя пограничными государствами стали крайне натянутыми, подозрения и ненависть росли.

Опасаясь за собственные жизни, лишившиеся дохода от обрабатывания земель, сальвадорцы стали возвращаться назад на родину. Показ беженцев и их пугающие рассказы заполнили экраны телевизоров и страницы сальвадорских газет. Повсюду муссировались слухи о насилии гондурасских военных, высылающих иммигрантов. К июню 1969-го года число вернувшихся достигло шестидесяти тысяч, а массовый исход создал напряженную ситуацию на сальвадоро-гондурасской границе, где дела порой доходили до вооруженных столкновений.

В то же время сальвадорские государственные службы оказались не готовы к прибытию такого количества беженцев, одновременно резко обострилась политическая обстановка, в обществе усиливалось недовольство, угрожавшее привести к социальному взрыву. Для того чтобы вернуть поддержку населения, правительству был необходим успех в противостоянии с Республикой Гондурас.

Вскоре политическая верхушка страны заявила о том, что земли, которыми владели в Гондурасе сальвадорские иммигранты, станут частью Сальвадора, увеличивая, таким образом, его территорию в полтора раза. Местные печатные издания тут же стали преподносить переселение своих «обманутых правительством Гондураса» соотечественников как изгнание с их законных земель.

Конфликт подошел к своему апогею, когда команды двух враждующих соседей сошлись по результатам жеребьевки в отборочном этапе мирового футбольного первенства. Особая любовь, своеобразная религия, с которой каждый житель Латинской Америки от дворовой шпаны до политических лидеров относится к футболу, способствовало тому, что настроение болельщиков в любой момент могло перерасти как в бурное празднование, так и в опасную потасовку. Кроме того, в преддверии начала отборочных игр чемпионата мира печатные издания обеих стран всячески разжигали разрастающийся политический конфликт, не стесняясь в выражениях и подливая масла в раскаленную до предела обстановку между правящими кругами и населением Сальвадора и Гондураса.

Когда 8 июня 1969-го года в Тегусигальпе (столице и одновременно крупнейшем городе Гондураса) в ходе первого отборочного матча сборная Гондураса одержала победу благодаря единственному мячу, поразившему ворота сальвадорцев в назначенное судьей дополнительное время, ярость болельщиков проигравшей команды вылилась в серьезное столкновение. В результате возникшего конфликта, захватившего трибуны и игровое поле, чуть было не сгорела местная достопримечательность – центральный стадион столицы Гондураса.

После первого матча 15 июня состоялся ответный поединок на стадионе соперника в Сан-Сальвадоре (соответственно столица Сальвадора). И хотя хозяева одержали убедительную победу, разгромив сборную Гондураса и забив в ее ворота три безответных гола, данный реванш нельзя было назвать чистым. Накануне матча гондурасские спортсмены, по их собственным рассказам, не спали из-за шума и беспорядков на улице. Более того, в эту ночь им практически в одном нижнем белье пришлось покинуть собственные номера и выйти на улицу. Гостиница оказалась с одной стороны объята пламенем. Неудивительно, что утром невыспавшиеся спортсмены совершенно не были готовы сражаться на поле.

Сточасовая "футбольная" война


Начавшиеся после матча беспорядки заставили проигравшую команду Гондураса, вполне справедливо опасавшуюся за свои жизни, под усиленной охраной военных на бронетранспортерах спешно уносить ноги. По Сан-Сальвадору прокатилась целая волна погромов и поджогов, а в больницы столицы в те дни обратились сотни пострадавших. Нападению подверглись не только простые граждане Сальвадора, но даже два вице-консула страны. Число погибших в тот день точно установить так и не удалось. Разумеется, произошедшие события еще больше усложнили отношения между странами. Уже спустя несколько часов после окончания матча в Сан-Сальвадоре президент Гондураса подал официальную ноту протеста, а граница между государствами была закрыта. 24 июня 1969-го года в Сальвадоре было объявлено о мобилизации резервистов, а 26-го числа был издан указ о введении в стране чрезвычайного положения.

Однако с футболом еще не было покончено. Образовавшаяся после двух первых матчей «ничья» по существовавшим правилам требовала дополнительного третьего поединка, который было решено провести на нейтральной территории, а именно, в Мексике. Стоит добавить, что печатные издания обеих стран на тот момент уже открыто призывали своих соотечественников к военным действиям. Вполне логично, что самый большой стадион Мехико 27 июня, в день проведения последнего и решающего матча, превратился в настоящее поле совсем не спортивной битвы. Многие надеялись, что данный футбольный поединок сможет поставить точку в многолетнем конфликте соседей. Но, увы, вышло все совсем наоборот. После окончания первого тайма лидировала команда Гондураса со счетом 2:1, но в течение вторых сорока пяти минут сальвадорцам удалось догнать соперников. В итоге судьбу поединка вновь решало дополнительное время.

Эмоции болельщиков на тот момент достигли крайнего эмоционального напряжения, и, когда нападающий Сальвадора забил решающий гол, в результате которого его команда выходила в следующий отборочный этап чемпионата, оставив гондурасцев за бортом, события на стадионе и за его пределами стали развиваться стремительно и напоминали прорванную плотину. Везде царил невообразимый хаос, били все и всех. Вместо надежд на мирное разрешение конфликта, матч полностью ликвидировал подобную возможность. В тот же день страны-соперники состязания разорвали дипломатические отношения, взаимно обвинив друг друга. Политики в очередной раз умело использовали футбольные баталии в своих собственных интересах.

После объявленной в Сальвадоре мобилизации за кратчайший срок из крестьян, обученных и вооруженных антикоммунистической организацией под названием ORDEN, под ружье было поставлено около шестидесяти тысяч человек. Их возглавляли одиннадцать тысяч человек (вместе с Национальной гвардией) регулярной армии Сальвадора. Стоит отметить, что эти войска были неплохо оснащены и обучены. Подготовкой их занимались инструкторы из ЦРУ с целью борьбы с мятежниками левого толка. На фоне реально мощной «матушки-пехоты» авиация Сальвадора – FAS (Fuerza Aегеа Salvadorena) выглядела слабо. Самолетов, которые Гондурас получил от США, было всего тридцать семь штук, а обученных пилотов и того меньше – тридцать четыре человека. Проблему нехватки летчиков попытались решить вербовкой наемников, но таких сыскалось всего пять человек. Огромные проблемы были с матчастью, поскольку все летательные аппараты были довольно устаревшими.

14 июля 1969-го года в 5:50 утра начались настоящие боевые действия, в ходе которых сальвадорская авиация, состоящая из одиннадцати винтовых самолетов и пяти двухмоторных бомбардировщиков, совершила нападение сразу по нескольким целям, расположенным вдоль границы с Гондурасом. В стране началась паника: массово закрывались магазины, а жители, собрав необходимые пожитки, искали бомбоубежища и любые подвалы, опасаясь попасть под обстрелы. Сальвадорская армия с успехом наступала вдоль главных дорог, соединяющих страны, и в направлении принадлежащих Гондурасу островов в заливе Фонсека. В 23:00 военные силы гондурасцев получили приказ о нанесении ответного удара.

Интересен тот факт, что к моменту начала боевых действий авиация обеих сторон состояла из американских самолетов времен Второй мировой войны, половина из которых давно вышла из строя по техническим причинам. «Футбольная война» стала последним сражением, в котором участвовали винтовые самолёты с поршневыми движками. Авиавылеты совершали F4U «Корсар», P-51 «Мустанг», T-28 «Троян» и даже переделанные в бомбардировщики Дуглас DC-3. Состояние летательных аппаратов было весьма плачевным, данные модели не имели механизмов для сброса бомб и их выбрасывали вручную прямо из иллюминаторов. О меткости не могло идти и речи, снаряды редко попадали по намеченным целям.


Командование Гондураса прекрасно осознавало, что стремительно начатое наступление Сальвадора, блокирование основных магистралей и быстрое продвижение вражеских войск в глубь страны может привести к их полному разгрому. И тогда было принято решение об организации серии авианалетов на главные нефтяные терминалы и нефтеперерабатывающий завод противника. Расчет был правильным, углубившись на восемь километров вглубь территории соседа и захватив к вечеру 15 июля столицы двух департаментов, сальвадорским войскам пришлось остановить наступление, ибо у них попросту закончилось топливо, а новые поставки вследствие продуманных бомбардировок стали невозможны.

По некоторым сведениям конечной целью продвижения сальвадорских войск был обозначен тот самый стадион в Тегусигальпе, на котором проходил первый отборочный матч между командами враждующих стран.


Уже на следующий день после начала боевых действий в конфликт попыталась вмешаться Организация Американских Государств, призвав воюющие стороны к примирению, прекращению войны и выводу сальвадорских войск с территории Гондураса. Сальвадор сначала ответил категорическим отказом, потребовав от противоположной стороны извинений и репараций за причиненный его гражданам ущерб, а также дальнейших гарантий безопасности для сальвадорцев, проживающих на соседней, теперь уже враждебной, территории. Однако 18 июля вследствие невозможности дальнейшего продвижения сальвадорских войск и создания патовой ситуации перемирие все же было достигнуто, стороны под угрозой экономических санкций пошли на уступки, а через два дня огонь был полностью прекращен. До 29 числа Сальвадор упрямился и отказывался выводить войска. Вывод войск состоялся лишь после серьезных угроз Организации Американских Государств по введению экономических санкций и принятия решения разместить в Гондурасе особых представителей, контролирующих безопасность сальвадорских граждан. С наступлением августа сальвадорцы начали отводить свои войска с территории соседнего государства, что продолжалось почти до середины месяца. А напряженность в отношениях между странами сохранялась до 1979-го года, когда, наконец, главами Сальвадора и Гондураса было подписано мирное соглашение.

Решение спора за пограничные земли было передано международному суду, однако процесс шел крайне медленно с периодическими недружелюбными жестами с обеих сторон. Международный суд вынес решение только через тринадцать лет после войны. Две трети наземных спорных земель были присуждены Гондурасу. Территории же в заливе Фонсека закончили распределять лишь в 1992-ом году: остров Эль Тигре отошел к гондурасцам, а Меангерита и Меангера – к Сальвадору.

Несмотря на достигнутые договоренности о том, что дальнейшее пребывание сальвадорцев на гондурасской территории будет проходить во избежание репрессий под неусыпным контролем международных наблюдателей, говорить о победе Сальвадора в этой непонятной и бессмысленной войне не приходится. Фактически война была проиграна обеими сторонами. Число погибших граждан обеих сторон составило по разных источникам от двух до шести тысяч человек, но при этом сотни тысяч жителей остались под открытым небом и без каких-либо средств к существованию. Последствия, невзирая на скоротечность и непродолжительность военного противостояния, оказались крайне тяжелыми не только для этих стран, но и для всей Центральной Америки. Граница стала закрытой, двусторонняя торговая деятельность прекратилась, а Центральноамериканский общий рынок превратился в организацию, наличествующую лишь на бумаге. Ясно, что это еще больше обострило и без того тяжелое экономическое положение Гондураса и Сальвадора. И без того аховая экономика обеих стран была практически полностью разрушена.

Тем не менее, окончание сражений послужило началом гонки вооружений во всем регионе. В частности сальвадорцы в 1975-ом году приобрели в Израиле партию реактивных «Ураганов», а Гондурас встал на путь стратегического партнерства с США, получив от последнего огромную военную помощь. В числе прочего их ВВС обзавелись реактивными истребителями F-86 «Сейбр» и штурмовиками Т-37 «Дрэгонфлай».

31 мая 1970-го года, когда в Мексике стартовал мировой чемпионат по футболу, команду Сальвадора, вышедшую победительницей игр плей-офф, сопровождала многочисленная толпа болельщиков, среди которых были и участники сточасовой войны. Сальвадорская команда попала в одну группу с СССР и, по иронии судьбы, выступила крайне неудачно. Они потерпели три разгромных поражения, не смогли забить ни одного гола, зато пропустили девять мячей, два из которых вколотил Анатолий Федорович Бышовец. Уже вскоре после начала чемпионата команда Сальвадора ехала домой - в новую горячую точку планеты.


Последствия собственных агрессивных действий, вызвавших прекращение торговых отношений с Гондурасом, развал экономики, увеличение расходов на реформирование армии, а также возвращение тысяч беженцев с соседней территории, аукнулись для Сальвадора широкомасштабной гражданской войной, разразившейся в стране в восьмидесятых годах. Гондурас миновала подобная участь, однако страна по-прежнему остается одной из самых нищих во всем регионе, например, в 1993-ем году свыше семидесяти процентов населения находилось за официальным уровнем бедности. В восьмидесятые годы в стране на полную катушку «заработали» несколько групп «левого» направления, совершивших множество терактов против американцев и одиозных фигур режима.

Источники информации:
http://forexaw.com/TERMs/State/South_America/
http://www.airwar.ru/history/locwar/lamerica/football/football.html
http://www.militarists.ru/?p=6539
http://www.sports.ru/tribuna/blogs/sixflags/48226.html
Автор: Игорь Сулимов


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

Видео в тему

Читайте также
Комментарии 2
  1. solomon 27 августа 2013 17:57
    Можно процитировать Клаузевица на "футбольный" лад.
    "Футбольная" война есть продолжение "футбольной" политики насильственными средствами.
    solomon
  2. svp67 9 января 2014 15:50
    Лишнее доказательство того, что если хочешь подраться повод всегда найдешь...

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня