Рубрика "Мнения" : Здесь выкладываются абсолютно различные мнения-статьи посетителей сайта, а также статьи с других сайтов для обсуждения. Администрация сайта по поводу этих новостей может иметь мнение, отличное от мнения авторов материалов.

О революции в военном деле

Статья "Понимание современной революции в военном деле сквозь призму военной истории" опубликована Ассоциацией СВ США относительно недавно – в марте 2012 года. Я её прочёл, когда у меня уже сложилось отношение к этой теме, сформировались основные контуры собственного видения её содержания. Эта работа – одна из точек зрения наших "партнёров", она явилась очередным подтверждением того, что РВД – это объективный процесс и мы с коллегами на правильном пути. Этот путь мы пытаемся обозначить в разделе "Генеральная линия" моей странички в Живом журнале. У меня нет сомнений, что кто не сможет оседлать очередной виток революции в военном деле, того ждёт перспектива предыдущих реформаторов, ибо "игнорирование закона ведёт не к его исчезновению, а к исчезновению игнорирующего закон".

О революции в военном деле

Греческая фаланга известна многим. Но кто из нас задумывался, что величие государств Древней Греции, в том числе и империи Александра Македонского - Древней Македонии, во многом покоилось на качественно новом боевом порядке пехоты - на той самой фаланге?

Обращаю внимание читателей, что наши заокеанские "коллегии" признают следующее: "Концепция, в рамках которой были выявлены и раскрыты закономерности появления качественных, коренных изменений в способах ведения войны и военных действий, была разработана советскими военными теоретиками и получила название революция в военном деле (РВД). Данный термин впервые был употреблён на официальном уровне в докладе Управления общих оценок МО США в начале 1980-х годов…».


В статье "Понимание современной революции в военном деле сквозь призму военной истории" автор использует определение, которое было сформулировано в научном труде "Движущие силы революции в военном деле: 1300 – 2050", написанном Вильямсом Мюрреем (Williamson Murray). По мнению автора книги, "революция в военном деле подразумевает наличие качественных изменений в тактике, оперативном искусстве и стратегии, организационно-штатных структурах, доктринальных и руководящих документах, а также появление инновационных технико-технологических решений, которые в своей совокупности позволяют говорить о появлении новых концептуальных подходов ведения войны и военных действий, новых форм и способов". Более ёмко, точно и изысканно, на мой взгляд, не скажешь.

Кроме того, автор статьи уделяет особое внимание вопросам подготовки и ведения "партизанской войны" – ассиметричных действий. Народная мудрость очень точно подметила, что мышление, породившее проблему, неспособно решить эту проблему. К сожалению, у нас преобладают приверженцы старого – традиционного военного искусства, поэтому разговор о развитии теории этого способа ведения боевых действий, как и о РВД, вызывает ужас даже у продвинутых собеседников. Они, как правило, предлагают не пугать лиц принимающих решения (ЛПР), а говорить более нежно: "эволюция военного дела", "антитеррористические действия" и тому подобное. В настоящее время я не слышал ни одного прогноза, который бы обосновывал возможность начала мировой или ядерной войны. А если вспомнить способы ведения вооружённых конфликтов современности, то можно проследить закономерность. Практически все они начинались проведением информационных, а затем воздушных операций (действий), которые должны были:
– продемонстрировать решимость достижения политических целей посредством вооружённой борьбы;
– снизить оборонный потенциал жертвы, в том числе и сломить её волю к сопротивлению.

После этого, те, кто устоял, начинали огрызаться, способами далеко не похожими на классику военного искусства. В Китайской Народной Республике и Белоруссии этот способ ведения войны оценили и понимают! Мы же, активно применявшие партизанские формирования со времён Отечественной войны 1812 года, "обжигались сами", участвуя непосредственно в большом количестве конфликтов, в том числе в Афганистане и Чечне. И в отличие от американцев, мы или не можем, или не хотим понять, осмыслить этот опыт и способ ведения войны. Это очень интересная тема, к ней я ещё вернусь в разделе "Генеральная линия".

В данной статье достаточно много внимания уделено также разработке роботизированных систем. Это сейчас в наших Вооружённых Силах и оборонно-промышленном комплексе России (ОПК), одна из самых модных тем. Я уделю ей достаточно много внимания, так как у меня есть ощущение, что при их разработке повторится история создания АСУ ВС РФ, со всеми вытекающими последствиями для нас – налогоплательщиков. Поэтому прошу на этот момент обратить внимание, особенно на тезис: "… процесс создания и внедрения (роботизированных систем – примеч. С. Скоков) может быть эффективным только при наличии обратной связи между потребителем и производителем". Когда мы дойдём до ответа на вопрос "что делать?", то мнение заокеанских коллег подтвердит правоту наших предложений.

Во всех моих размышлениях о необходимости РВД в Вооружённых Силах России красной линией проходит мысль, что современная техника и технологии кардинально изменили наш мир: ничего не менять в теории и практике военного дела – это значит игнорировать закон зависимости форм и способов вооружённой борьбы от средств её ведения. Что будет с теми, кто игнорирует Законы, я писал выше. Раскрывая одиннадцать принципов этой зависимости, автор помогает мне в работе. В последующих публикациях я буду приводить свои собственные примеры, но эти принципы, сформулированные американским военным теоретиком, также весомо усилят мою аргументацию.

В своей работе автор подтверждает наличие ряда факторов, которые предполагают формирование условий для проведения РВД. По существу, они не являются новыми и постоянно обсуждаются специалистами. На мой взгляд, к основным из них можно отнести:

"…Ускоряющееся сращивание, интеграция автоматизированных технических средств и военной техники обеспечивают производителям беспрецедентную степень свободы при разработке и усовершенствовании сложных систем".

"Чтобы совершенствовать вооружения и военную технику, которыми оснащены подразделения сухопутных войск, действующие в пешем порядке, необходимо, прежде всего, определить современное состояние военной науки и техники".
"Одной из характеристик революции в военном деле является асимметричный характер ведения военных действий, проистекающий из симметричного противоборства сторон".

"Цикл развития революции в военном деле начинается тогда, когда одна из воюющих сторон или коалиция разрабатывает качественно новые технологии".

"Появление новых технологий или тактики требует, чтобы противоборствующая сторона, которая не имеет преимуществ этих технологий или тактики, в предельно сжатые сроки изменила способы ведения боевых действий. Здесь возможны только два варианта – либо предпринимается попытка скопировать успешные модели (технические, доктринальные или организационные), либо разрабатываются контрмеры…"

"Современная революция в военном деле основана на интеграции системы оружия и технологий автоматизации…"

"Степень автономности, способы применения и количество решаемых задач будут увеличиваться, усложняться в ходе совершенствования технологий, а также в ходе эволюции способов боевого применения, разрабатываемых противоборствующими сторонами или вероятными противниками".

"Кроме того, требуется с научной точки зрения подойти к проблеме оптимизации организационно-штатной структуры подразделений, изучить возможные сочетания систем оружия, необходимых для наиболее эффективного выполнения боевых задач".

"Успехи в области информационных технологий и автоматизации процессов управления поразительно изменили многие аспекты гражданского общества за последние два десятка лет".

Остаётся добавить только, что сама статья "Понимание современной революции в военном деле сквозь призму военной истории" будет выкладываться на моей страничке по частям, начиная с завтрашнего дня – уж очень она велика для формата Живого журнала.

Понимание РВД сквозь призму военной истории

Вступление

Последние десять лет ВС США вели преимущественно контрпартизанскую борьбу, а вооружение и военная техника, доступные сухопутным войскам, за указанный период практически не изменились или вообще остались прежними. И ведь при этом вооружённые силы успешно подошли к началу очередной революции в военном деле. Успехи в области информационных технологий и автоматизации процессов управления поразительно изменили многие аспекты гражданского общества за последние два десятка лет. В гражданском секторе экономики технико-технологическое развитие стало сверхбыстрым (особенно, когда речь идёт о массовом распространении бытовой электроники), тогда как военные технологии развивались и внедрялись в учебно-боевую практику войск постепенно и шаг за шагом.

О революции в военном деле

Караваджо "Давид с головой Голиафа" (1607 – 1610 гг.)


Сегодня совершенно не понятно, кто победит в будущей войне. Тот ли, кто сможет до предела обеспечить тотальную информатизацию и автоматизацию всех процессов в ходе подготовки и ведения боевых действий? Или же тот, кто сможет вовремя распознать угрозу и противопоставить асимметричные способы и методы ведения военных действий?

"И опустил Давид руку свою в сумку и взял оттуда камень, и бросил из пращи и поразил Филистимлянина в лоб, так что камень вонзился в лоб его, и он упал лицом на землю. Так одолел Давид Филистимлянина пращою и камнем, и поразил Филистимлянина и убил его; меча же не было в руках Давида" (Ветхий Завет, Первая книга Царств).

Так сложилось, что западная и американская военная теория исходили из того, что подготовка и ведение войны (военных действий) требует колоссальных финансовых и материальных затрат. Такие системы оружия, как основной боевой танк или самолёт истребительной авиации, позволили достичь определённого уровня технологического превосходства над вероятными противниками. Военно-политическое руководство США традиционно рассматривало технико-технологическое превосходство собственных систем вооружений в качестве гарантии защиты национальных интересов. Исходя из характера боевых потерь в последних войнах и вооружённых конфликтах, следует признать, что важнейшей задачей на сегодня является модернизация систем оружия, которые состоят на вооружении подразделений, действующих пешим порядком. Это стратегическая задача для ВС США в затянувшемся противоборстве с незаконными вооружённы-ми формированиями и террористическим группами. В настоящее время вполне очевидно, что вероятный противник, осознав технико-технологическое и организационное превосходство США, поняв асимметричный характер возможных будущих военных действий, сам будет прибегать к асимметричным формам и методам ведения войны, а также нестандартным технологиям, чтобы достигнуть своих целей.

Единственный способ локализации асимметричных угроз, с которыми вооружённые силы столкнулись в последних военных кампаниях, – это жестокое и реши-тельное подавление противника, действующего асимметрично и применяющего нестандартные технологии. Если создать такие условия, при которых повстанцы и террористические группы не смогут действовать открыто, то это постепенно раз-моет их материальную базу, а также веру местного населения в то, что повстанцы представляют собой реальную и эффективную военную силу. Безусловно, по сравнению с американским гражданским обществом противник может быть не на-столько чувствителен к потерям среди мирного населения и военных, но после преодоления определённого порога поддержка местным мирным населением террористических актов и прямых силовых акций существенно снижается, что неизбежно будет подталкивать противника к применению иной тактики действий и уменьшению активности. Однако стратегия контрпартизанской борьбы не являет-ся предметом исследования в данной статье; более подробная информация со-держится в соответствующих руководящих документах (например, в полевом уставе ВС США FM 3-24 "Контрпартизанская борьба" от декабря 2006 года). Здесь же отметим только, что стратегия контрпартизанской борьбы будет сводиться к полному подавлению и уничтожению боевиков за счёт применения всех имеющихся технико-технологических преимуществ. Овладеть инициативой на поле боя и затем удерживать её в условиях, когда противник использует асимметричные методы ведения боевых действий, весьма непросто, а иногда даже и невозможно. Если сухопутные войска не овладели инициативой на поле боя, то противник в отдельных случаях получает возможность задавать темп ведения боевых действий. Нивелировать данное положение можно за счёт резкого увеличения численности войск на театре военных действий, т. е. за счёт сосредоточения войск. Однако увеличение контингента неизбежно влечёт за собой резкое, иногда неприемлемое возрастание расходов на его содержание, обслуживание, материально-техническое обеспечение и так далее. Кроме того, увеличение плотности боевых порядков повышает вероятность поражения войск огнём систем, предназначенных для уничтожения групповых целей (артиллерийский огонь, подрывы на минных полях и самодельных взрывных устройствах). Для обеспечения господства подразделений СВ США на поле боя требуется согласованность их действий, а также технико-технологическое превосходство, равное превосходству ВС США в авиационной и боевой бронированной технике, которое и обеспечивает вооружённым силам господство в воздухе и на земле в оперативном и стратегическом масштабе.

Чтобы совершенствовать вооружения и военную технику, которой оснащены под-разделения сухопутных войск, действующие в пешем порядке, необходимо, прежде всего, определить современное состояние военной науки и техники. Доказательством того, что стрелковое оружие достигло пределов совершенства, может служить тот факт, что современные образцы американского стрелкового оружия лишь незначительно превосходят образцы, которые использовались около 100 лет назад. Среди некоторых афганских племён предпочтением пользуются, например, не автоматы АК-47, а совсем древние винтовки "Ли-Энфилд", созданные ещё в 1902 году. Так получается, что солдаты, которые участвовали в испано-американской войне 1898 года, использовали в бою стрелковое оружие, которое по некоторым своим характеристикам (дальность стрельбы и начальная скорость пули) не сильно уступает современным образцам. Однако по сравнению со свои-ми предшественниками американские военные имеют преимущество над противником, которое заключается в уровне боевой подготовки, в наличии надёжной связи между подразделениями, а также в возможности наносить высокоточные огневые удары, подавляя тем самым противника. Прямые финансовые вложения в совершенствование характеристик и расширение возможностей, которыми обладают военнослужащие, действующие пешим порядком, направляются по боль-шей части в сферу боевой подготовки. Качество и боевая эффективность войск достигаются за счёт резкой интенсификации оперативно-боевой подготовки войск. Хотя интенсивная боевая подготовка способна существенно увеличить боевую эффективность войск, но она никогда не принесёт того же морально-психологического превосходства над противником, как более совершенные и мощные системы оружия. Способность в боевых условиях поражать цели на рас-стоянии свыше 100 метров, осуществлять передвижение под огнём противника и сближаться с ним в любых погодных условиях (даже ночью и при минимальной видимости), может стать решающей в деле овладения инициативы на поле боя. Но чаще всего противник прекрасно понимает, что военнослужащие СВ США, действующие пешим порядком, имеют вооружение, сопоставимое по своему качеству и боевой эффективности с вооружением повстанцев. С точки зрения боевиков это означает, что существует определённый паритет, а возможности выравниваются именно в тактическом звене.

Концепция, в рамках которой были выявлены и раскрыты закономерности появления качественных, коренных изменений в способах ведения войны и военных действий, была разработана советскими военными теоретиками и получила название революция в военном деле (РВД). Данный термин впервые был употреблён в США на официальном уровне в докладе Управления общих оценок МО США в начале 1980-х годов. Он употреблялся с целью описать, охарактеризовать качественные изменения в системе связи, тактике, материально-техническом обеспечении, а также в общественной организации. В данной статье автор использует определение, которое было сформулировано в научном труде "Движущие силы революции в военном деле: 1300 – 2050", написанном Вильямсом Мюрреем (Williamson Murray). По мнению авторов книги, "революция в военном деле подразумевает наличие качественных изменений в тактике, оперативном искусстве и стратегии, организационно-штатных структурах, доктринальных и руководящих документах, а также появление инновационных технико-технологических решений, которые в своей совокупности позволяют говорить о появлении новых концептуальных подходов ведения войны и военных действий, новых форм и способов".

Одной из характеристик революции в военном деле является асимметричный ха-рактер ведения военных действий, проистекающий из симметричного противоборства сторон. В качестве такого примера, когда революция в военном деле порождает асимметричный характер военных действий, можно привести фашистское вторжение во Францию в 1940 году или войну между США и Ираком в 1991 году. При подготовке и отражении фашистского вторжения во Францию союзники целиком полагались на своё техническое и численное превосходство над ВС Германии. Однако последние оказались способными нанести союзникам сокрушающее поражение, понеся при этом относительно небольшие потери личного состава и техники. Такая эффективность объясняется наличием хорошо проработанной, инновационной теории ведения агрессивной и скоротечной войны, что получила название "блицкриг" (молниеносная война). Данная теория предусматривала интеграцию и взаимное увязывание действий авиации и артиллерии с действиями бронетанковых и механизированных войск, а также мощный первый удар бронетанковыми соединениями и частями. Сегодня эта теория во многом воплощена в "тактике общевойскового боя". В ходе первой иракской кампании быстрой победы над противником вооружённым силам США удалось достигнуть благодаря технико-технологическому превосходству, высокому качеству боевой подготовки личного состава, а также наличию хорошо проработанной доктрины ведения войны. Именно благодаря этому после успешного завершения первого этапа операции (достижение полного господства в воздухе) сухопутным войскам удалось добиться и победы на земле.

Цикл развития революции в военном деле начинается тогда, когда одна из воюющих сторон или коалиция разрабатывает качественно новые технологии. Сторона, которая первой осваивает и овладевает технологиями, составляющими основу революции в военном деле, получает существенное превосходство над противником. Если преимущества, которые несут в себе новые технологии, являются очевидными, то другие участники конфликта стремятся в максимально сжатые сроки разработать собственные технологии-аналоги и освоить их массовое производство и внедрение. Так в интересах повышения боевой эффективности войск постоянно совершенствуются системы оружия. На современном этапе развития лишь немногие наиболее благополучные в экономическом плане державы или их коалиции могут позволить себе развёртывать невероятно дорогие и сложные в техническом плане системы оружия. Стоимость ведения современных войн постоянно возрастает. Однако данный тезис не является аксиоматичным, т. к. невероятно быстрое распространение недорогой и высококачественной вычислительной техники и средств автоматизации обеспечивает высокую вероятность того, что принципиально новые системы оружия станут доступными странам или негосударственным организациям, которые обладают весьма скудными финансовыми и материальными ресурсами. Особенно вероятность возрастает, когда процесс разработки и создания качественно новых изделий основывается на информации, содержащейся в открытых источниках, а также на основе широко распространённых на глобальном рынке технологий двойного назначения.

Постепенное и эволюционное увеличение возможностей по огневому поражению, технических характеристик систем оружия нельзя считать революцией в военном деле. Например, если какой-то отдельный истребитель обладает большим запасом хода, что обеспечивает ему небольшое превосходство над противником в воздушном бою, то это ещё совершенно не обозначает революции в военном деле. Но с другой стороны, если новый истребитель смог принудить противоборствующую сторону к концентрации авиации на удалённых аэродромах, а задачу защиты воздушного пространства выполняют сухопутные части противовоздушной обороны, то можно говорить, что появление качественно нового истребителя в корне изменило способы ведения войны, стало элементом революции в военном деле. Любопытно, что революционные изменения в тактике (оперативном искусстве или стратегии) и в организационно-штатных структурах чаще всего происходят быстрее, чем появляются технико-технологические новации. Так, тактика фашистской войск, реализованная в ходе военных кампаний против Польши, Франции и Советского Союза на первоначальном этапе Второй мировой войны, была быстро адаптирована союзниками – фактически сразу после того, как она доказала свою действенность и эффективность.

РВД может рассматриваться в качестве технологического или организационного (доктринального) эквивалента инициативы одной из сторон конфликта. Революция в военном деле неумолимо подталкивает одну из противоборствующих сторон, которая не овладела ещё технологическими или организационными инновациями, к противодействию. Появление новых технологий или тактики требует, чтобы противоборствующая сторона, которая не имеет преимуществ этих технологий или тактики, в предельно сжатые сроки изменила способы ведения боевых действий. Здесь возможны только два варианта – либо предпринимается попытка скопировать успешные модели (технические, доктринальные или организационные), либо разрабатываются контрмеры, чтобы максимально снизить эффективность инноваций противника. Необходимо понимать, что без адаптации революционных технологий или тактики, созданных противником, или без разработки эффективных инструментов противодействия им, отстающая сторона неизбежно обречена на скорое поражение.

Современная революция в военном деле основана на интеграции системы оружия и технологий автоматизации, которые функционируют благодаря полупроводниковым интегральным микросхемам. Кроме того, улучшение тактико-технических характеристик систем оружия вследствие появления качественно новых материалов, а также усиление степени интеграции современных сложных систем обеспечили достижение синергетического эффекта, который, в сущности, и составляет революцию в военном деле. Среди технико-технологических решений, которые составляют основу современной революции в военном деле, можно назвать системы высокоточного управляемого оружия, а также системы оружия, оснащённые автоматизированными (компьютеризированными) системами целеуказания, которые интегрированы с оптико-электронными системами наведения. Высокоточные боеприпасы, система наведения которых оснащена приёмником системы глобального позиционирования GPS, позволяют наводить снаряд на цель на конечном участке траектории полёта, что одновременно сокращает количество боеприпасов, необходимых для уничтожения цели, а также резко снижает сопутствующие потери. Полностью автоматизированные системы, в том числе и беспилотные летательные аппараты (БЛА), используются для ведения разведки и для нанесения ракетных ударов по наземным объектам противника, у которого нет современных и качественных систем противовоздушной обороны. Сложнее и медленнее всего процесс автоматизации идёт в тактическом звене сухопутных войск, автоматизация процессов управления и ведения боя в группах, непосредственно осуществляющих маневр в бою, идёт крайне медленно. Некоторые дистанционно управляемые наземные роботизированные системы уже позволили существенно расширить возможности военнослужащих, действующих пешим по-рядком. Однако по сравнению с беспилотными летательными аппаратами их боевая эффективность и полезность значительно меньше. Наземные роботизированные системы применялись преимущественно для выполнения задач удалённого осмотра местности, оценки обстановки (разведки), которые в той или иной степе-ни могли угрожать личному составу. На некоторых роботизированных системах было установлено вооружение, что позволяло использовать их в качестве средств огневого поражения (хотя и в очень ограниченных, стеснённых условиях).

Отличительной особенностью следующей РВД станет предельная насыщенность поля боя системами, функционирующими на интегральных микросхемах, что обеспечит тотальную информатизацию и автоматизацию всех процессов в ходе подготовки и ведения боевых действий. Логично предположить, что положительный опыт применения автоматизированных систем в воздушном пространстве (беспилотные летательные аппараты), должен быть перенесён и масштабирован в боевую практику подразделений, действующих на земле. Степень автономности, способы применения и количество решаемых задач будут увеличиваться, усложняться в ходе совершенствования технологий, а также в ходе эволюции способов боевого применения, разрабатываемых противоборствующими сторонами или вероятными противниками. Сложность, комплексность боевых действий на суше в полной мере объясняет, почему в боевую практику сухопутных войск так медленно внедряются автоматизированные, дистанционно управляемые системы. Сложности создания полностью наземных автономных автоматизированных систем становятся очевидными, когда наземный бой сравнивается с воздушным сражением. Воздушное боевое пространство, в котором действуют беспилотные аппараты, безусловно, содержит в себе как цели (объекты противника), так препятствия – другие летательные аппараты своих войск. Однако по большей части воздушное пространство – это абсолютно пустое пространство, в котором нет никаких препятствий. К первым автоматизированным (дистанционно управляемым или полностью автономным) летательным аппаратам можно отнести ракеты – простая крылатая ракета, по существу, и была первым беспилотником. Прототипы первых беспилотных летательных систем разрабатывались в ходе Второй мировой войны в качестве оружия устрашения, они представляли собой обычные самолёты, оснащённые самыми примитивными по нынешним временам системами автопилотирования, несущие на своём борту боезаряд, а также обладающие точностью, достаточной только для поражения площадных целей (например, городов). Алгоритмы, по которым работали автоматизированные системы, применявшиеся в морском бою, учитывали явления, возникающие в области раздела водной и воздушной сред. Большинство морских систем оружия могут достигать цели только либо по воздуху, либо под водой, либо на стыке двух сред. Таким образом, создание автоматизированных боевых систем для действий в водном пространстве осложняется особенностями этого пространства, т. е. такие системы уже сложнее в разработке, чем беспилотные летательные аппараты. Противокорабельные дистанционно управляемые самолёты-снаряды (прототипы крылатых ракет) впервые были применены немецкими войсками, а несколько позднее и американскими войскам в ходе Второй мировой войны. В воздушном и морском пространствах дистанционно управляемые или автономные системы могут действовать, маневрировать относительно свободно, т. к. им мешает двигаться минимальное количество естественных или искусственных препятствий. Однако для наземных роботизированных систем всё несколько иначе. Естественные или искусственные препятствия являются нормой, а пространство, пригодное для осуществления маневра, зачастую слишком мало, сжато и является скорее исключением. При анализе маршрутов передвижения роботизированных систем становится совершенно очевидно, что им приходится преодолевать все препятствия на своём пути, чтобы достигнуть цели. Кроме того, проблема отсутствия пространства для маневра – это проблема восприятия и осмысления сложившейся ситуации. Для наземных роботизированных систем характерно, что элементы маскировки существенно уменьшают видимое пространство, в котором можно маневрировать.

История является своеобразной лабораторией для общественных наук, она также является лабораторией войн и вооружённых конфликтов. Успех или несостоятельность военной философии или стратегии доказывается временем, ходом истории. Подобные правила применимы и по отношению к урокам, которые извлекаются из войн и конфликтов, а также по отношению к синергетическим взаимосвязям, которые устанавливаются между способами ведения войн и средствами вооружённой борьбы. По мере приближения к очередному витку революции в военном деле, который будет основан на появлении качественно новых технологий, следует самым тщательным образом изучить конкретные исторические примеры, связанные с эволюцией представлений о ведении огня, маневрировании и применении оружия массового поражения. Это позволит извлечь некоторые уроки, которые могут быть применимы и на современном этапе развития.

Часть I. Артиллерия

Бог на стороне тех, у кого лучше артиллерия.
Наполеон Бонапарт


В самом начале XIX столетия артиллерийские орудия отливали из бронзы и чугуна. Бронза была относительно лёгким, износоустойчивым, прочным, но при этом весьма дорогим материалом, тогда как чугун был тяжёлым и относительно дешёвым. В этот период большинство полевых орудий исполнялось из бронзы, что обеспечивало высокую маневренность войск. Тогда как осадные орудия и орудия береговой артиллерии отливались из чугуна.

О революции в военном деле

Роже де ла Френе "Артиллерия" (1911 г.)


Автор статьи "Понимание современной революции в военном деле сквозь призму военной истории" совершенно справедливо проводит прямую аналогию между технологической и биологической эволюцией, которую можно представить в виде S-образной кривой, носящей общесистемный характер. Последний участок такой кривой (зона насыщения) может представлять собой как резкое падение, так и выход на асимптоту, то есть или вымирание системы, или окончательное занятие ею собственной ниши с последующими незначительными изменениями.
В конце XIX столетия были созданы все основные элементы, свойственные современным орудиям полевой артиллерии (исключения составляют сегодня миномёты, а также управляемое и неуправляемое ракетное оружие). Возможно, что с применением информационно-коммуникационных технологий и средств автоматизации мы действительно вышли в развитии артиллерии на асимптоту. Но какие невероятные возможности эти технологии могут дать!

В ходе Гражданской войны в США 1861–1865 годов технологии в металлургии существенно усовершенствовались, что позволило производить чугун принципиально иного качества. Вследствие этого большинство артиллерийских орудий стали производить из чугуна. Хотя бронзовые 12-фунтовые пушки в ходе гражданской войны имели самое большое распространение, тем не менее ВС США после этого никогда больше не применяли бронзовые орудия в ходе войн или вооружённых конфликтов. Металлургическая технология, получившая название бессемеровский процесс, т.е. процесс передела жидкого чугуна в литую сталь путём продувки сквозь него сжатого воздуха, позволила, в конце концов, не только повысить качество стали, но и снизить издержки производства, что привело к массовому использованию стали в производстве артиллерийских орудий и других систем оружия.

Совершенствование качества материалов и технологий производства позволили значительно усложнить конструкцию новых систем оружия. Столетиями нарезы в канале ствола позволяли решать задачу повышения точности стрельбы, стабилизации полёта пули. В середине XIX столетия технология нарезания канала ствола получила массовое распространение. Нарезы в канале ствола обеспечивают передачу части кинетической энергии пули во вращательный момент. В результате повышается точность, пуля стабилизируется в полёте, но это несколько снижает начальную скорость полёта пули, а также дальность эффективной стрельбы. Именно по этой причине артиллерийские орудия с нарезным каналом ствола отставали в массовом распространении от нарезного стрелкового оружия на несколько десятков лет. Наряду с этим были и серьёзные сложностями, связанные непосредственно с технологией производства. В ходе Гражданской войны 1861–1865 годов трёхдюймовые нарезные орудия активно применялись наряду с крупнокалиберной гладкоствольной артиллерией.

О революции в военном деле

Уильям Трего "Конная артиллерия, 1865" (1893 г.)


Точная обработка на станке крупных по габаритам изделий, осуществляемая в промышленном масштабе, обеспечила появление следующей волны инноваций. Первые прототипы малокалиберных нарезных артиллерийских орудий, заряжающихся с казённой части, были созданы в небольшом количестве в самом конце гражданской войны. Однако вплоть до битвы при Седане, состоявшейся в 1870 году, преимущество нового типа орудий не было подтверждено и признано. Четырёхфунтовые полевые орудия калибра 80 мм, произведённые на немецких металлургических предприятиях Круппа и применённые прусской армией, имели большую дальность стрельбы и скорострельность по сравнению с французскими пушками, заряжавшимися с дула. Ещё одной инновацией стало изобретение механизма поглощения отдачи: теперь орудие могло вести огонь, оставаясь при этом на батареи, на исходной позиции, т.е. отныне не нужно было возвращать орудие на исходную позицию после отката, неизбежно следовавшим за выстрелом. Первым артиллерийским орудием, в котором был применён гидропневматический противооткатный механизм (механизм поглощения отдачи), стало французское полевое орудие калибра 75 мм, впервые применённое в 1898 году. Эта система была настолько совершенной, что сохранялась на вооружении более 40 лет. Кроме того, взрывчатое вещество, которое применялось в боеприпасах к этому орудию, принадлежало к новому типу веществ, получивших общее название бездымный порох.

В конце XIX столетия были созданы все основные элементы, свойственные современным орудиям полевой артиллерии. За исключением миномётов, а также неуправляемых и управляемых ракет, вся полевая артиллерия начала XX века имела отличительные особенности, впервые применённые во французской пушке калибра 75 мм. Это и все последующие орудия имели высококачественный нарезной стальной ствол, сопряжённый с механизмом поглощения отдачи; также в боеприпасах использовались пороха принципиально нового типа (бризантные взрывчатые вещества). Нельзя сказать, что артиллерийские орудия остановились в своём развитии и больше не модифицировались. Вернее будет сказать, что все элементы этой системы оружия стали непреложными, постоянными, а инженерное искусство, нацеленное на совершенствование артиллерийских орудий, началось именно после этого. Можно провести аналогию между этим периодом развития артиллерии и эволюционным биологическим взрывом в кембрийский период, который ознаменовался появлением огромного количества биологических типов и форм животных, колоссальным распространением жизни и заполнением биологических ниш. Это был период, когда в большом количестве появлялись новые биологические виды, но при этом огромное их множество просто вымирало. К концу кембрийского периода только некоторые, совсем немногие виды смогли успешно эволюционировать и захватить большую часть биосферы.

Проводя аналогию между появлением и развитием новых биологических видов, а также развитием артиллерии, можно утверждать, что изначально выделилось две основных линии артиллерийских систем – это орудия полевой артиллерии и гаубицы. Полевые орудия отличала высокая точность и возможность прямого наведения на цель; они вели огонь по настильной траектории, а начальная скорость полёта снаряда была значительно больше, чем у гаубиц. Высокая точность и начальная скорость полёта снаряда позволяли использовать орудия полевой артиллерии в качестве систем кинетического оружия. И это помимо того, что снаряды, выпушенные из пушек, доставляли взрывчатое вещество (фугас) непосредственно к цели. И всё же гаубичная артиллерия обладала преимуществами, которые перекрывали по некоторым направлениям достоинства полевой артиллерии. Гаубицы ведут огонь по высотной баллистической траектории с закрытых огневых позиций, чаще всего орудийный расчёт не видит цели. Таким образом, пространство, по которому гаубицы способны вести огонь, ограничиваются дальностью стрельбы, тогда как у полевой артиллерии оно определяется полем зрения (оптического прицельного устройства). Преимущества гаубиц умножается, когда предполагается ведение массированного огня. Все гаубицы, в зоне действия которых находится цель, могут нанести по ней согласованный удар. Чтобы вести сосредоточенный, массированный огонь из орудий полевой артиллерии, их необходимо расположить в одну линию и чтобы каждое орудие при этом видело цель. Полевая артиллерия была эффективна в XIX веке, когда преобладала линейная тактика, а поле боя было предельно сжатым, относительно небольшим по своим размерам. С увеличением дальности действия систем оружия и поражающей способности боеприпасов увеличивались и расстояния между противоборствующими сторонами, размеры поля боя. При этом полевая артиллерия становилась менее эффективной и более уязвимой по сравнению с гаубицами. Современная ствольная артиллерия чаще всего подпадает под определение "пушка-гаубица", т.к. способна вести огонь прямой наводкой. Однако применение гаубиц для ведения огня прямой наводкой стало возможно только с внедрением новых инноваций.

Помимо преодоления чисто технологических ограничений при производстве подобных артиллерийских систем для быстрого развёртывания производства требовались значительные материальные ресурсы и мощная мотивация. В качестве главного стимула выступили потребности войск, сражавшихся на фронтах Первой мировой войны. В начале войны французская артиллерия состояла преимущественно из 75 мм орудий; тяжёлые гаубицы же находились в подчинении командующих армейских корпусов, но это было недостаточно для того, чтобы оказывать решающее действие на поле боя. Немецкая артиллерия состояла преимущественно из лёгких скорострельных орудий калибра 77 мм, средних гаубиц калибра 105 мм, а также тяжёлых гаубиц калибра 150 мм. С точки зрения штатного расписания, артиллерийские части имели дивизионное и корпусное подчинение. В реальности же они подчинялись командирам дивизий и их подчинённым. Также надо отметить, что понятия "лёгкие", "средние", "тяжёлые" гаубицы меняли своё содержание в ходе войны, в ходе эволюции артиллерийских систем. До мировой войны считалось, что орудие калибра 105 мм является "средним", а калибра 150 мм – "тяжёлым". После же войны орудия этих же калибров стали называться "лёгкие" и "средние". Увеличение размеров орудий повлекло за собой и изменения в их классификации.

Первые же сражения показали все преимущества гаубиц по сравнению с орудиями полевой артиллерии. Немецкая артиллерия была способна вести массированный огонь из-за естественных укрытий и складок местности, подавляя французские батареи и позиции. При этом французская артиллерия не могла ничем, по существу, ответить. После завершения первого этапа вторжения на территорию Франции и перехода от маневренной войны к войне позиционной командование начало искать возможные варианты технологического совершенствования артиллерийских систем и способов их применения. Гаубичная артиллерия оказалась способной достигать цели и уничтожать живую силу противника, находящиеся в фортификационных сооружениях и окопах. Орудий полевой артиллерии, ведя огонь по настильной траектории, обладали высокой точностью при поражении вертикальных целей, но для поражения горизонтальных целей (например, личный состав в окопах) они были малоэффективными. В самом начале войны защитные сооружения, укрытия от навесного огня, а также закрытые оборонительные сооружения обеспечивали личному составу достаточно высокий уровень защиты от снарядов большинства типов артиллерийских орудий. Единственным техническим решением этой проблемы было создание и массовое использование артиллерии с большей мощностью боеприпасов, а также большей дальностью стрельбы. Гаубицы стали очень быстро вытеснять орудия полевой артиллерии. Всё большую распространённость начали получать тяжёлые орудия, которые раньше были в подчинении исключительно у высшего военного командования. Изначально немецкие войска находились по сравнению с французскими войсками в преимущественном положении, т.к. их доктринальные документы предусматривали массовое применение гаубиц. Осадная артиллерия применялась для перемалывания оборонительных позиций противника. Иногда чрезмерное увеличение калибра орудий приводило к столь же стремительному снижению их эффективности. В качестве примеров могут служить два орудия – "Большая берта" и "Парижская пушка", оба орудия были произведены в Германии. Однако гигантоманией страдали не только немцы – англичане, французы и австрийцы также создавали орудия, калибр которых превышал 300 мм. В начале войны немцы располагали всего двумя орудиями типа "Большая берта" калибра 420 мм, всего же было построено десять орудий. В снарядах, дальность полёта которых составляла до 12 км, использовался детонатор замедленного действия; орудие было крайне эффективным при осаде крепостей, фортификационных сооружений. Однако имеется слишком мало примеров успешного применения этого сверхтяжёлого орудия. Низкая скорострельность орудия (всего около десяти выстрелов в час) не позволяло эффективно использовать его при проведении огневой подготовки. А для поражения целей в глубоком тылу противника эти орудия также не подходили, т.к. обладали малой дальностью стрельбы.

Постепенно обе стороны перешли к позиционной войне, когда развёртывается глубоко эшелонированная оборона. При этом силы и средства обороняющейся стороны разбросаны на больших площадях, материальные ресурсы поставляются непосредственно на передовую из глубокого тыла, что снижает вероятность точной идентификации целей – для сверхтяжёлой артиллерии становится всё труднее выявить цели и поразить её. Кроме того, сверхтяжёлая артиллерия обладает большей разрушительной способностью, чем остальные гаубицы, что делает их для противника наиболее желанной целью и снижает их живучесть. Ещё одним недостатком сверхтяжёлых артиллерийских систем является сложность в материально-техническом обслуживании, а также в подготовке огневой позиции. Всё это в совокупности говорит о том, что в контрбатарейной борьбе сверхтяжёлые орудия уступают тяжёлым гаубицам (по скорострельности, обслуживанию и т.д.) Кроме того, для создания сверхтяжёлых систем требовалось значительно больше ресурсов. Если орудия типа "Большая Берта" были самыми крупными по калибру, то "Парижская пушка" калибра в 211 мм обладала фантастической дальностью стрельбы – до 120 км. Однако максимальная скорострельность достигала всего 20 выстрелов в сутки. Такое название получила, т.к. использовалась немецкой стороной для обстрела Парижа; служила в качестве оружия устрашения и имела крайне низкую боевую эффективность, оттягивая на себя при этом значительную часть ресурсов.

На завершающем этапе войны союзники были в целом удовлетворены положением дел, качеством и проработанностью своих доктринальных документов, выработанными формами и способами ведения войны. В это же время немецкая сторона, потерпевшая поражение, ясно осознавала необходимость проведения реформ. Обе противоборствующие стороны понимали всё значение артиллерии в бою. После подписания мирного договора на Германию были возложены жёсткие ограничения, в том числе и на количество орудий (разрешалось иметь незначительное число полевых орудий, а также гаубиц калибром менее 200 мм). Из-за необходимости соблюдать данные ограничения к началу Второй мировой войны фашистская Германия имела орудий меньше, чем предусматривала разработанная к тому времени концепция ведения войн. Когда перед самой войной и на начальном её этапе Германия стала активно наращивать численность сухопутных войск, то производственные мощности не успевали выполнять планы по поставкам артиллерийских орудий. В результате немецкие дивизии испытывали недостаток в артиллерии на протяжении всей войны. Франция оказывала сильное влияние на развитие ВС США, т.к. в ходе Первой мировой войны ВС США были значительно меньше европейских армий по численности, а также находились в худшем положении в плане вооружений и технической оснащённости. Так, классификация орудий, применявшаяся во французской артиллерии в ходе Первой мировой войны, была перенята и унаследована полевой артиллерией ВС США. В соответствие с ней к лёгким и средним орудиям относятся системы калибра 105 мм и 155 мм соответственно, эта классификация используется в полевой артиллерии ВС США до сих пор.

В ходе Второй мировой войны основные изменения в артиллерии связаны в первую очередь с изменением способов её применения, с изменением тактики. Безусловно, произошли и технические изменения – значительно усилилась роль самоходной артиллерии, в том числе и защищённой бронёй, увеличилось общее количество самоходных орудий. Однако базовые формы и калибры были определены, установлены в ходе предыдущей мировой войны, именно тогда они достигли своего совершенства. Значительные потери на начальных этапах Первой мировой войны можно объяснить ещё и тем, что планы сражений рассматривались как нечто раз и навсегда данное, незыблемое. Действия артиллерии и пехоты были согласованными, но согласованность достигалась за счёт заблаговременного планирования. При этом атака пехоты могла начаться ранее запланированного срока и без учёта того, способна ли артиллерия подавить противника. Залпы артиллерии и сигнальные ракеты могли использоваться для обозначения изменений планов командования; телефонная связь существовала между различными штабами, но она была слишком ненадёжной. Посыльные рассматривались в Первую мировую войну в качестве самого надёжного средства связи в ходе сражения. Первые радиостанции появились лишь в конце войны, но они не получили массового распространения и применения вплоть до начала Второй мировой войны.

Беспроводная связь кардинальным образом изменила способы применения артиллерии. Командование получило возможность осуществлять контроль над ситуацией, понимать динамику боя (операции), а также распределять имеющиеся ресурсы исходя из оперативной необходимости. В тактическом звене линейным частям и подразделениям, выполняющим маневрирование, придавались передовые наблюдатели, которые могли напрямую связываться с артиллерийскими частями и подразделениями. Благодаря беспроводной связи атакующие войска могли своевременно запросить огневую поддержку, обнаруживать цели и корректировать огонь артиллерии по ним, получать огневую поддержку с закрытых огневых позиций (при этом точность ведения огня была просто фантастической по сравнению предыдущей эпохой). Радиосвязь позволила вести массированный огонь с распределённых (разнесённых в пространстве) огневых позиций, осуществлять перенос огня по запросу. Сверхтяжёлые осадные орудия прошлой войны были слишком неповоротливыми, мало мобильными, также как и артиллерийские подразделения, сконцентрированные в большом количестве в одном месте. Мобильность артиллерии осложнила контрбатарейную борьбу, повысила живучесть подразделений. Радиосвязь коренным образом изменила представления о принципах ведения войны – произошёл отказ от планов операции, сражения или боя, которые рассматривались до этого как нечто незыблемое, хотя их последовательно выполнение порой и приводило к катастрофическим последствиям.

В ходе Второй мировой войны инженерам удалось незначительно увеличить дальность ведения огня, но проблема кардинального увеличения дальности ведения огня так и не была решена с момента окончания предыдущей войны. Конструкторы для решения этой задачи пытались подбирать различные сочетания длины ствола, конструкционных материалов, массогабаритных характеристик. Однако предельные возможности были уже фактически определены и установлены. С увеличение дальности ведения огня терялась, ухудшалась точность, что связано со статистической изменчивостью каждого отдельного боеприпаса, которая в свою очередь связана с проблемами стандартизации боеприпасов, с качеством порохов, качеством стали, из которой выполнен ствол, а также с метеорологическими условиями. Что уж тут говорить – только самые совершенные современные артиллерийские боеприпасы, которые способны отслеживать собственное движение и изменять, корректировать траекторию полёта, способны преодолеть отклонение снаряда после каждого выстрела. Совершенствование материалов приводило лишь к незначительным усовершенствованиям системы оружия – снижались массогабаритные характеристики, увеличивалась начальная скорость полёта снаряда. Но самые большие изменения были связаны с повышением скорости и точности ведения огня. Первая специализированная электронно-вычислительная машина была создана для нужд артиллерии, чтобы высчитывать баллистические параметры для орудий. Вычисления заносились в таблицу и помогали при ведении артиллерийской стрельбы. Экспоненциальный рост количества применяемой вычислительной техники позволил перейти от лабораторных исследований к практике создания и применения компьютеризированных пунктов управления огнём артиллерийских батарей, а затем и к внедрению вычислительной техники на каждое орудие. Процесс автоматизации артиллерийских систем (заряжание, наведение и т.д.) совпал с процессом автоматизации артиллерийской стрельбы как таковой, оба процесса шли нога в ногу.

Гидравлическая система, которая позволяет изменять положение ствола гаубицы, эволюционировала в полностью автоматизированную артиллерийскую систему. В настоящее время созданы две такие системы, которые можно считать верхом совершенства, если смотреть с точки зрения применения средств автоматизации и компьютеризации, и если смотреть с высоты очередного витка революции в военном деле. Это немецкая самоходная артиллерийская установка PzH2000 и шведская "Арчер" ("Archer")– полностью автоматизированные системы оружия калибра 155 мм, которые способны без участия человека получать огневые задачи, осуществлять заряжание, наведение на цель и ведение огня. Установка PzH2000 имеет скорострельность до десяти выстрелов в минуту – это максимально возможный в настоящее время показатель. Кроме того, благодаря усовершенствованному механизму корректировки положения ствола и специальным порохам, применяемым в снарядах, система способна работать по целям в режиме "шквал огня", при котором несколько снарядов, выпущенных по разным траекториям из одного орудия, одновременно поражают площадную цель. Одно орудие такого типа способно выполнять задачи, которые ранее возлагались на целую артиллерийскую батарею. Дальнейшее развитие гаубицы будет происходить именно в этом направлении – будут совершенствоваться конструкции полностью автоматизированных орудий. Что же касается артиллерии в целом, то логично предположить, что очередной виток её развития будет связан исключительно с резким усложнением конструкции боеприпасов, с повышением их точности за счёт интеграции с системами распознавания целей и наведения, увеличения дальности и скорости полёта и так далее.

Часть II. Семь принципов, которые определяют технологическую составляющую революции в военном деле.

Обратная или диалектическая связь. На первый взгляд данный принцип лежит на поверхности и чрезвычайно прост, но его необходимо чётко и однозначно сформулировать: между системами оружия и тактикой применения существует обратная связь (диалектическая связь). Так как системы оружия создаются для того, чтобы удовлетворять прогнозируемым потребностям войск, то способы применения систем оружия совершенствуются по мере внедрения новых систем в боевую практику войск. Одним из возможных следствий данного тезиса является то, что противоборствующие стороны находятся в постоянном поиске более совершенных способов подготовки и ведения войны (военных действий), они конкурируют друг с другом. Главная задача сторон при этом – сохранение баланса сил, паритета.

О революции в военном деле

Основным диалектическим принципом развития в немецком классическом идеализме Гегеля является так называемая диалектическая триада – "тезис – антитезис – синтез". С точки зрения диалектического материализма данная схема позволяет истолковывать развитие как процесс противоречивый, осуществляющийся через снятие противоречий на высшей ступени этого развития.

Полагаю, что здесь уместно провести прямую аналогию с законом зависимости форм и способов вооружённой борьбы от средств её ведения – он отлично вписывается в рамки диалектической триады и многократно подтверждён на практике. Появление новых систем оружия вынуждает разрабатывать новые формы и способы вооружённой борьбы, и наоборот, разработка новых концепций и теорий на основании прогноза развития технологий заставляет производителей делать усилия и создавать качественно новую технику, удовлетворяющую потребностям войск. Эту же аналогию проводит и автор статьи "Понимание современной революции в военном деле сквозь призму военной истории".

Другой логичный вывод заключается в том, что такое положение дел неизбежно приводит к разбалансировке сложившейся системы отношений, когда одна из сторон достигает по некоторым показателям очевидного преимущества. Тогда остальные участники конфликта стремятся в максимально сжатые сроки перенять эти организационные, технико-технологические или тактические преимущества, чтобы восстановить баланс сил и уйти от асимметричного характера противоборства. Следует подчеркнуть, что на начальном этапе работ по созданию перспективных образцов вооружений очень сложно отчётливо представить, как будет выглядеть серийный образец, готовое изделие.

[Полагаю, что в настоящее время в российской армии закон зависимости форм и способов вооружённой борьбы от средств её ведения полностью игнорируется: мы пытаемся опередить всех в развитии теории ведения боевых действий – теории "Центрально-сетевых операций", но при этом у нас отсутствует материальная основа для реализации этой теории. Читайте статью Оценка обстановки в военном деле - часть первая – С. Скоков]

Разработка новых конструкционных материалов и веществ. Существуют физические ограничения, налагаемые возможности систем оружия и предопределяющие их. В основе этих ограничений лежат физические свойства материалов. Без разработки, синтеза новых материалов улучшение технических характеристик систем оружия будет предельно медленным. Кроме того, зачастую эти улучшения будут достигаться за счёт ухудшения других параметров. В качестве примера можно привести компромисс, который приходится искать разработчикам между массой изделий и дальность действия. Чтобы орудие имело большую дальность стрельбы, необходимо либо увеличивать период ускорения снаряда за счёт резкого удлинения ствола, либо за счёт увеличения объёмов каморы увеличивать мощность порохового заряда, выталкивающего сам снаряд.

Полевая буксируемая гаубица М777 калибра 155 мм имеет массу на 40 процентов меньшую, чем у её предшественницы – гаубицы М198 калибра 155 мм. При этом новая гаубица имеет равные или превосходящие тактико-технические характеристики. Снижение массы изделия при сохранении или даже некотором улучшении характеристик стало возможным благодаря тому, что инженеры решили использовать титан вместо стали при производстве отдельных агрегатов и узлов. Точно также существуют ограничения по запасам химической энергии взрывчатого вещества осколочно-фугасного боеприпаса или по горючести материалов, основанных на углеводородных соединениях.

Усложнение конструкции систем оружия. Улучшение тактико-технических характеристик систем оружия можно за счёт усложнения их конструкции. Так, именно за счёт усложнения конструкции были созданы кассетные боеприпасы. Применение кассетного боеприпаса с боевыми элементами кумулятивно-осколочного действия DPICM позволило одновременно увеличить площадь эффективного поражения и сконцентрировать ударную волну. Однако усложнение конструкции изделия неизбежно приводит к его удорожанию. Стоимость более сложной системы оружия будет всегда значительно больше, чем у простого комплекса.

Кроме того, сложные системы обычно требуют больше ресурсов для обслуживания, высока вероятность отказа таких систем. Применение сложных систем оружия может давать также неожиданные результаты. Неразорвавшиеся кассетные боеприпасы, например, могут поражать мирное население уже после завершения конфликта. А в ходе применения в условиях боевых действий кассетный боеприпас поражает площадные цели и может также поражать мирное население и транспортные средства, оказавшиеся (двигавшиеся) в районе обстрела. Разрешить эти проблемы возможно только за счёт ещё большего усложнения систем. В свою очередь это может привести к появлению побочных эффектов второго порядка.

Оптимизация. Со временем все системы оружия сходятся к одной наиболее оптимальной конструкции. Такая своеобразная конвергенция приводит к тому, что государства-участники коалиций вырабатывают единые стандарты и требования к системам оружия, применительно к артиллерийским системам можно говорить, что появляются единые калибры. Более того, конструкция систем оружия оптимизируется исходя из требований к их баллистике и к могуществу снаряда (поражающей способности). Для уничтожения определённого типа целей необходим соответствующий тип боеприпаса. Лобовое сопротивление снаряда есть функция от формы и площади поперечного сечения. Кинетическая энергия снаряда есть функция от массы и скорости. К этим фактам можно добавить также необходимость размещения орудия на мобильной платформе и необходимость ведения огня на дальности до нескольких десятков километров.

Кроме того, вносятся соответствующие ограничения, связанные с возможностями транспортной инфраструктуры. Именно на этой стадии создания систем оружия происходит определение основных технических показателей и характеристик. Российские артиллеристы предпочли самоходные орудия калибра 152 мм, тогда как страны-участники Североатлантического альянса – орудия калибра 155 мм. Однако для обывателя эти системы практически одинаковы, их почти невозможно различить – ни сами установки, ни боеприпасы к ним.

Скорость и точность систем оружия. Именно за счёт высокой скорости и точности систем оружия достигается эффективное подавление целей. Современные высокоавтоматизированные артиллерийские орудия, оснащённые вычислительными комплексами, могут высчитывать данные для огневой стрельбы с точностью, которая ограничивается статистической погрешностью. Автоматизация артиллерийской стрельбы последовала сразу после автоматизации процесса подачи боеприпасов и заряжания, а также после автоматизации процесса регулировки орудия. Так появились первые в мире полностью автоматизированные гаубицы – немецкая установка PzH2000.

Появление таких автоматизированных систем было предсказуемо, более того – их появление предопределялось всей логикой развития артиллерийских систем. Можно предположить, что подобный положительный опыт глубокой модернизации систем будет применён для совершенствования других артиллерийских систем. В конечном счёте, по этому пути пойдёт вся остальная артиллерия.

Недопущение крайностей при создании систем оружия. Если оптимизация представляет собой поиск баланса между различными желаемыми тактико-техническими характеристиками, то при создании нестандартных систем оружия, в которых отдельная характеристика чрезмерно усиливается, в жертву приносится большинство остальных технических характеристик. Самым ярким тому примером, пожалуй, может служить "Парижская пушка" – орудие, которое было с точки зрения достижения практических целей абсолютно неэффективным. Орудие было малоподвижным, скорострельность – предельно низкой (в среднем она составляла около одно выстрела в сутки), хотя и могло вести огонь по целям, расположенным на удалении до 130 км. Однако обслуживание орудия требовало значительных ресурсов, тогда как его эффективность была крайне низкой – при обстреле Парижа от его снарядов погибло всего около 300 человек, т.е. даже в качестве оружия устрашения оно было неэффективным. Кроме того, французское население под воздействием пропаганды рассматривало немецкое орудие как проявление чрезвычайной жестокости противника: сетевой эффект при применении "Парижской пушки" только усиливал мотивацию французского населения к борьбе, а морально-психологическое состояние их не подрывалось.

Применение коммерческих технологий. Самые совершенные компьютерные и коммуникационные технологии, начиная с середины XX века, изобретались в интересах и применялись военными. Но уже со второй половины 1970-х годов вычислительные системы и системы связи, созданные коммерческими компаниями, не уступали по качеству продукции оборонно-промышленного комплекса, предназначенной для ВС США. Технологии, которые обеспечили внедрение вычислительных систем в каждую гаубицу, были созданы именно в гражданском секторе экономики. Очевидно, что гражданский человек, оснащённый смартфоном, имеет более надёжный доступ к сети связи и возможность получать спутниковые изображения земной поверхности, чем современный американский военнослужащий, оснащённый штатными средствами связи. И так как не видны усилия по сокращению данного технологического разрыва, то можно предположить, что он будет только увеличиваться.

[Данная проблема – проблема технологического разрыва между гражданским и военным секторами – рассматривается в публикации Оценка обстановки в военном деле - трансформация системы управления в схемах – С. Скоков]

Анализ развития полевой артиллерии был сделан ранее (смотрите Понимание РВД сквозь призму военной истории - часть I ), чтобы продемонстрировать влияние качественно новых технико-технологических решений на способы подготовки и ведения войны (военных действий). Были выявлены и последовательно раскрыты семь принципов, определяющих технологическую составляющую революции в военном деле. В двух следующих примерах содержится ещё четыре принципа, которые также определяют РВД. В исторической концепции ведения общевойскового боя были впервые сформулированы первые два принципа – поражающее действие и информация. Об этом и пойдёт речь в следующей части статьи.

Часть III. Танки и маневренная война.

Танковый двигатель – это такое же оружие
танка, как и его главное орудие.
Хайнц Гудериан


В качестве второго исторического примера рассмотрим концепцию ведения маневренных войн, которая со временем эволюционировала в концепцию ведения общевойскового боя и является основополагающей, базовой концепцией на сегодняшний день. Технологическим воплощением данной концепции следует считать всего лишь одну систему оружия – основной боевой танк, – сплав брони, высочайшей мобильности и огневой мощи. Эволюция артиллерии была рассмотрена в первой части статьи, а основные принципы, которые определяют технологическую составляющую революции в военном деле, были описаны во второй части работы. Здесь же будет раскрыта эволюция танков, без которых сложно себе представить современный общевойсковой бой, а на примере данной эволюции раскрыты ещё два принципа, определяющих технологическую составляющую РВД, – поражающая способность и информация.

О революции в военном деле

Мариуш Козик "Танк"


"В ходе Второй мировой войны фашистская Германия наладила производство сверхтяжёлых танков, масса которых достигала 70 тонн. Эти машины были невероятно эффективными в противоборстве с лёгкими, средними и даже другими тяжёлыми танками, однако они были перенасыщены новейшими технологиями и выходили из строя по причине несовершенства техники и поломок чаще, чем от повреждений, нанесённых противником".

Отказ от индивидуальной броневой защиты произошёл с появлением больших луков, а затем и стрелкового оружия. Усилия, затрачиваемые на ношение столь тяжёлых доспехов, больше не оправдывались их защитными свойствами, – просто не стало смысла их носить. Так, металлическая броня, достаточно прочная, чтобы защитить от попадания пули, была пригодна только для ношения на короткие дистанции. Но время всё расставило на свои места: в XX веке индивидуальная броневая защита стала массовым явлением и распространилась сначала у военнослужащих механизированных частей и подразделений, хотя подавляющее большинство генералов в целом были против этого, так как резко увеличивалась стоимость массовых мобилизационных армий, которые по определению должны обходиться как можно дешевле. [Должен отметить, что один из моих коллег, занимавшийся в молодости поисковыми работами и перезахоронением павших советских воинов, рассказывал, что ему неоднократно доводилось подымать останки наших солдат, у которых были кирасы или по терминологии военных лет – стальные нагрудники. Вероятно, ношение кирас было весьма распространённым явлением при взятии мощных укреплений противника или при ведении боёв в городских условиях – С. Скоков]. Кроме того, ещё в ходе Первой мировой войны появились орудийные щиты, предназначенные для защиты артиллерийских расчётов. Так началась новая эра создания и массового внедрения броневой защиты. До начала мировой войны военные теоретики были уверены, что защита личного состава от постоянно возрастающей мощности и плотности огня может быть достигнута за счёт возведения бетонных защитных сооружений, земляных работ. Снижение стоимости производства главного конструкционного материала большинства систем оружия – стали, а также тот факт, что полевая артиллерия работала на самой передовой, заставили конструкторов пересмотреть свои взгляды и разработать хотя бы минимально необходимые защитные экраны, способные выдержать попадание из стрелкового оружия.

Как отмечалось ранее, технологическая эволюция систем оружия в ходе Первой мировой войны отчётливо видна на примере развития гаубичной артиллерии, которая претерпевала постоянные изменения. Тогда шёл активный поиск наиболее эффективных, оптимальных технико-технологических решений. В качестве другого примера может служить танк. Эта система оружия впервые была использована британскими войсками в 1916 году; танки доказали свою эффективность, хотя и обладали большим количеством технических недостатков и имели серьёзные сложности с преодолением естественных препятствий на поле боя. Данная технология была эмулирована, скопирована союзниками по коалиции и немецкой стороной: во Франции отнеслись к этому направлению с очень большим энтузиазмом, тогда как в Германии было создано всего лишь несколько машин. В самом конце Первой мировой войны союзники в своих концепциях и руководящих документах окончательно закрепили за танками роль клина, при помощи которого в ходе операции (боя) предполагалось вскрывать, взламывать оборонительные порядки противника. Согласно этим концепциям, пехотные части и подразделения должны были следовать за танками, проникать в образовавшиеся бреши и развивать успех, расширяя провалы в обороне противника, проникая в глубину его позиций. По существу, в современном бою при проведении спланированной атаки танки используются точно также и с этой же целью.

В ходе Второй мировой войны произошёл своеобразный "кембрийский период", связанный с невероятно быстрой эволюцией представлений о ведении маневренной войны: на поле боя в массовом количестве появилась бронированная и частично бронированная боевая техника. На фронт поставлялись танки с несколькими башнями; танки, вооружённые только станковыми пулемётами, – они применялись исключительно для борьбы с живой силой противника; появились также самоходные орудия, защищённые бронёй только по бокам машины и с открытым верхом. Бронеавтомобили, пехотные танки, плавающие танки, самоходные орудия – всё это использовалось в ходе Второй мировой с разными степенями интенсивности, эффективности и массовости. Вооружённые силы фашисткой Германии в ходе войны создали и использовали больше 20 различных типов бронированной техники, не считая артиллерийских систем и комплексов зенитной артиллерии. Британия и СССР производили по 15 типов бронетехники, тогда как США – 14. Это число включает независимые системы, а не модификации. Такое большое количество систем оружия стало возможным благодаря бурному развитию технологий. Как только одна модель танка принималась на вооружение, а страна приступала к его массовому производству, так сразу же конструкторские бюро приступали к разработке следующей машины. Но другой причиной такого многообразия было то, что тактика применения танков была в то время ещё плохо проработана. На тот момент ещё не удалось найти оптимальное соотношение между толщиной броневой защиты, калибром орудия и двигателем.

На первом этапе Холодной войны стороны использовали танки, оставшиеся в большом количестве после Второй мировой войны. В ходе войны в Корее северяне использовали советские средние танки Т-34, войска союзников – лёгкие танки М24 "Чаффи", которые уступали первым по своим характеристикам. Превосходство в броневой защите и огневой мощи танковые войска ВС США добились только тогда, когда в частях были развёрнуты тяжёлые танки М46 "Паттон". Интересно сравнить массы машин: М24 – 20,2 тонны, Т-34/85 – 35 тонн, М46 – 48 тонн. С точки зрения теории ведения боевых действий бронетанковыми войсками, более крупные танки имели конкурентные преимущества: они могли нести орудие большего калибра, имели более толстую броневую защиту и более мощную силовую установку. Но и здесь были определённые ограничения: после определённого предела размер и масса машины становились её недостатками. Конечно, танки, применявшиеся в ходе войны в Корее, не были самыми крупными. В ходе Второй мировой войны фашистская Германия наладила производство сверхтяжёлых танков, масса которых достигала 70 тонн. Эти танки были невероятно эффективными в противоборстве с лёгкими, средними и даже другими тяжёлыми танками, однако они были перенасыщены новейшими технологиями и выходили из строя по причине несовершенства техники и поломок чаще, чем от повреждений, нанесённых противником. Танк М41 – более лёгкий и современный по сравнению с М46 – также применялся в ходе Корейской войны и по окончанию конфликта получил название "Уокер бульдог" (назван в честь одного из американских генералов, погибших во время войны). Эта машина потом ещё долгие годы состояла на вооружении многих стран; некоторые вооружённые силы эксплуатировали её вплоть до 1980-х годов.

Во время Холодной войны было два основных типа танков – лёгкие и тяжёлые. Чтобы сделать танк подвижным, мобильным и лёгким приходилось жертвовать защищённостью (уменьшалась толщина брони) и начальной скоростью полёта снаряда – она также уменьшалась. Конструкторы американского лёгкого танка М551 "Шеридан" попытались нивелировать низкую начальную скорость за счёт резкого увеличения калибра (обычно на машинах этого типа такие большие орудия не ставили). Калибр орудия составлял 152 мм. При этом цели поражались за счёт химической энергии, содержащейся в осколочно-фугасном снаряде. Но с другой стороны, пришлось жертвовать скорострельностью, ведь она снижается с увеличением калибра. Низкая начальная скорость полёта снаряда снижает радиус эффективного действия танка, что в совокупности с низкой скорострельностью создаёт определённые сложности с поражением подвижных целей. В ходе Вьетнамской войны танки М551 "Шеридан" показали свою высокую эффективность в качестве средства огневой поддержки пехоты, но слабая броневая защищённость делала их слишком уязвимыми перед минами и ручными противотанковыми гранатомётами. Эта машина эксплуатировалась вплоть до 1990-х годов.

Для танка одновременно важными являются скорость, защищённость и вооружённость. Новый и более мощный двигатель позволил танкам М1 "Абрамс" нести на себе более прочную и тяжёлую броню и более мощное орудие с большей скоростью, чем когда-либо прежде. Технологии, созданные на очередном витке революции в военном деле, позволили создать и массово внедрить компьютеризированное устройство, обеспечивающее и управляющее стабилизацией ствола, автоматизированную систему наведения. Благодаря этому был создан танк, способный поражать на ходу высокоподвижные цели, при этом на расстояниях, когда эти цели не могли наносить ответные удары. Танки М1 "Абрамс" самым решительным образом применялись в ходе первой и второй иракских кампаний 1991 и 2003 годов против иракских танков Т-72 советского производства; они в полной мере использовали своё технико-технологическое превосходство над противником. По сообщениям командира одного из танковых подразделений 24 механизированной дивизии, одному танку М1 "Абрамс" удалось в одном бою уничтожить три Т-72, хотя американский танк при этом был лишён подвижности, так как застрял в грязи. При этом также его броневая защита смогла выдержать точные попадания от каждого из танков противника. Скорость системы оружия (танка) непосредственно влияет на её подвижность, мобильность. Но и чрезвычайно большие потребности в материально-техническом обслуживании, в снабжении горюче-смазочными материалами также могут негативно сказываться на мобильности систем оружия. Для обеспечения топливом танковых соединений и частей в ходе обеих иракских кампаний требовалось огромное количество топлива, доставляемого на передовую при помощи целого флота автоколонн. В ходе кампании 1991 года отмечались случаи, когда части и подразделения не могли выполнить поставленные боевые задачи из-за недостатка топлива.

[Здесь я позволю себе не согласиться с автором. Несколько лет назад мне в составе нашей военной делегации довелось побывать на одном весьма интересном международном мероприятии, которое было организовано по инициативе командования НАТО и проходило на территории одной из линейных частей сухопутных войск ФРГ.

По существу, эту встречу можно было бы окрестить "слётом танкистов" и, конечно, наибольший интерес у меня вызвали американские офицеры, имевшие боевой опыт первой и второй иракских кампаний. Они охотно шли на контакт и высказывали свои суждения по самому широкому кругу проблем, отвечали на наши вопросы, спорили. Так, офицеры, принимавшие участие в первой кампании утверждали, что Т-72 – на тот момент был одним из лучших в мире: танк, по их мнению, был идеально приспособлен для действий в пустынной местности, выдерживал экстремальные условия эксплуатации, обладал хорошей живучестью, а с точки зрения эффективности вооружения – не уступал их машинам и вполне мог вести равный бой.

Именно после анализа боевого опыта, накопленного в первую войну в Персидском заливе, американское командование приняло решение провести глубокую модернизацию основного боевого танка M1 "Абрамс". Оказалось, что машина не была приспособлена к действиям в условиях пустынной местности, обладала рядом существенных технических недостатков, часто выходили из строя отдельные агрегаты и узлы. Следует отметить также, что, по мнению всё тех же американских танкистов, во вторую кампанию СВ США имели на вооружении качественно иной танк.

Коротко говоря, вполне допустимо, что M1 "Абрамс", лишённый подвижности по причине поломки, смог устоять в бою с тремя Т-72. Но это не следует, на мой взгляд, объяснять техническим превосходством одной из сторон, скорее всего, виной в этом случае был пресловутый человеческий фактор – крайне низкая подготовка иракских танкистов, низкий моральный дух и полное отсутствие воли к победе.

Кстати, о живучести наших замечательных танков Т-72 – а их многие знатоки военного дела уже давно списали на свалку истории – можно прочитать публикацию Алексея Хлопотова Сирийский танк Т-72 выдержал попадание. – С. Скоков]

Ещё одним существенным недостатком тяжёлых танков М1 "Абрамс" является их транспортабельность, готовность к переброске. После завершения Холодной войны и до конца 1990-х годов ВС США смогли существенно повысить темп проведения военных операций. Так как требования к личному составу резко возросли, то разница между количеством ресурсов, необходимых для развёртывания личного состава, и ресурсов, необходимых для развёртывания танков, стала одной из важных проблем военных плановиков. Обладание лучшим в мире тяжёлым танком М1 "Абрамс" ещё не гарантирует того, что его удастся применить в бою, ведь существуют определённые сложности с доставкой этих систем оружия на удалённые театры военных действий. В соответствии с руководящими документами, ВС США должны обеспечить развёртывание войск на удалённом театре в течение двух суток. Но вот в реальности с переброской танков могут возникнуть проблемы – они могут "нарисоваться" на поле боя в течение месяца, если вообще будут доставлены. Начальник штаба сухопутных войск США генерал Эрик Шинсёки (Eric Shinseki) в 1999 году сформулировал дополнительные требования по готовности войск к переброске (для бронированной техники). В конечном итоге это привело к тому, что СВ США стали внедрять и адаптировать боевые бронированные машины "Страйкер" в качестве основных боевых машин сухопутных войск.

О революции в военном деле

Чейз Стоун "Страйкер"


Изменение внешнеполитической обстановки и баланса сил в мире стали причинами глобальной трансформации ВС США: в новых условиях, когда блоковое противостояние потеряло актуальность, нужно было с максимальной степенью эффективности решать задачи экспедиционных войн, следовательно, искать для этого наиболее подходящие организационно-штатные структуры и новые образцы вооружений и военной техники. В короткие сроки был осуществлён переход соединений, частей и органов управления СВ США на бригадную структуру с одновременным оснащением их новыми видами вооружения и военной техники.
Вероятно, что свой весомый вклад в эти радикальные преобразования внесли сложности, связанные с переброской танков – тяжёлых и требующих серьёзного технического обслуживания машин – на удалённые театры в ходе ведения экспедиционных войн. Тогда командованию СВ США казалось, что целая линейка боевых бронированных машин "Страйкер" позволит качественно повысить боевую эффективность частей и подразделений. Однако вполне допустимо, что это одновременно была и попытка создать принципиально новую машину для ведения боевых действий в городских условиях: с одной стороны, мобильную, а с другой – обладающую достаточной огневой мощью и защищённостью.


Эволюция артиллерийских систем прослеживается в изменениях, связанных с оптимизацией данных систем оружия, созданием новых конструкционных материалов, конструкционным усложнением систем, появлением отклонений от нормы, применением коммерческих технологий, а также с повышением маневренности систем. Исчезновение большого количества моделей танков, которые не показывали высокой боевой эффективности, наглядно иллюстрирует процессы поиска оптимальных решений. После Второй мировой войны танки приобрели свой конечный вид, обрели свою оптимальную форму; разработчики и военные учёные стремились выработать различные комбинации, соотношения между защищённостью, вооружением и подвижностью. По мере совершенствования качества конструкционных материалов совершенствовалась и сама техника. Защищённость и вооружённость немецких тяжёлых танков, выпускавшихся на завершающем этапе Второй мировой войны, делали эти машины совершенными для уничтожения танков противника, но очень большие размеры делали их ненадежными и сложными в обслуживании. Таким образом, ещё одним важным принципом, который был выявлен при изучении опыта массового применения танков в ходе мировой войны и подтверждён практикой других войн и вооружённых конфликтов, является принцип достаточности поражающего действия (поражающей способности) системы оружия.

Достаточность поражающего действия системы оружия.

Одной из важнейших характеристик, обеспечивающих превосходство одной системы оружия на другой, является способность уничтожить противоборствующую систему оружия. В ходе арабо-израильской войны 1973 года израильским войскам удалось удержать Голанские высоты при помощи двух бронетанковых бригад и приданных частей артиллерии, тогда как сирийские войска противопоставили им целых пять дивизий: соотношение числа танков в начале конфликта было 180 израильских против 800 сирийских. На один уничтоженный израильский танк приходилось до шести сирийских. Безусловно, есть такое понятие, как оперативная и боевая подготовка войск. Безусловно, подготовка израильских войск была лучше. Но причина такого успеха заключается в том, что израильские тяжёлые танки "Центурион" (британского производства) были надёжней защищены, чем более лёгкие сирийские танки Т-55 и Т-62 (советского производства). Это не означает, что "Центурионы" были неуязвимы перед советскими машинами, но они были более защищёнными и обладали большим поражающим действием. Израильские танки могли вести огонь с больших дистанций, а попадание снаряда почти всегда приводило к уничтожению цели. Если же противнику удавалось подбить "Центурион", то была высокая вероятность, что танк сохранит свою функциональность и подлежит быстрому ремонту. Недостаточное поражающее действие советских танков Т-55 и Т-62 не позволило им поразить необходимое количество танков противника, чтобы сломить его оборону. Поражающая способность – это ключевой фактор, который никогда нельзя игнорировать. Броневая защита повышает живучесть системы оружия, но ведь и высокая мобильность системы обеспечивает повышение её живучести. Маскировка и тактические приёмы также способствуют повышению живучести. В конце концов, поражающее действие, поражающая способность влияет на живучесть, но если у машины недостаточное поражающее воздействие, то ничто не способно компенсировать данный недостаток – ни бронирование, ни маскировка, ни мобильность.

Военная кампания фашисткой Германии против Франции 1940 года наглядно иллюстрирует всю важность достаточности поражающего действия системы оружия, а также взаимосвязь между поражающим действием и гибкостью применения систем оружия. После раздела Польши между фашисткой Германией и СССР немецкая сторона осуществила переброску соединений и частей ВВС и СВ на западное стратегическое направление. Задача удержания и обороны территорий Восточной Европы, которые были завоёваны Германией, на тот момент фактически не стояла. Вооружённые силы Германии насчитывали более 3,3 млн. человек (столько же в совокупности было у западных стран, которые сформировали потом антигитлеровскую коалицию). Но при этом число танков у союзников достигало 3 300 единиц, тогда как немецкая сторона могла выдвинуть не более 2 400 машин. Кроме того, союзники значительно превосходили противника по количеству орудий (как упоминалось выше, немцы до конца войны так и не смогли выйти на запланированные показатели количества орудий): соотношение было 2:1 в пользу союзников (14 000 орудий против 7 400). Паритет был достигнут в количестве истребителей, предназначенных для завоевания господства в воздухе, но здесь необходимо признать, что качество немецких самолётов было выше. Численное превосходство сухопутных войск, помноженное на самое тесное взаимодействие с соединениями и частями военно-воздушных сил, позволило преодолеть дефицит артиллерии, а также общее отставание от союзников по численности танков. Немцы с высокой эффективностью использовали непосредственную авиационную поддержку своих частей и соединений, немецкая авиация эффективно подавляла артиллерийские позиции союзников, которые не прикрывались тогда зенитной артиллерией.

Подготовка немецких войск осуществлялась исходя из положений военной доктрины, которая предусматривала необходимость ведения децентрализованных, адаптивных, маневренных действий. Французское и британское командования использовали более централизованную систему управления войсками, что и предопределяло предпочтения в способах ведения военных действий: союзники считали более целесообразным наносить массированные огневые удары в наиболее важных точках. Фашистская Германия обладала определённым преимуществом, так как начала войну первой, – она могла сразу навязать условия военных операций. Это обстоятельство подтолкнуло союзников к тому, чтобы попытаться в максимально сжатые сроки адаптировать немецкие организационные и технологические преимущества к собственной боевой практике. Однако эти же обстоятельства позволили Германии овладеть стратегической инициативой с самых первых дней войны и оккупировать большую часть территории Франции и удерживать её до самого конца войны. Союзники использовали свои танки в качестве средства поддержки пехотных частей и подразделений; и хотя союзники имели большее число танков, они не могли сконцентрировать их на одном направлении. Подавляющее большинство французских танков организационно входили в состав танковых батальонов, которые придавались пехотным дивизиям. Следовательно, они могли быть распределены между соответствующими подразделениями этой пехотной дивизии.

В ходе войны за Францию несколько миллионов военнослужащих было сосредоточено вдоль линии фронта, протянувшейся всего на несколько сотен километров. Французское командование приняло решение сконцентрироваться на создании глубокоэшелонированной обороны, причём на всём протяжении фронта. Немецкое командование в ответ на это приняло решение проломить оборону противника в нескольких местах, сконцентрировав на них основные усилия. Им удалось сделать это на территории Бельгии и северной части Франции. Первый ошеломительный успех немецкий войск дезориентировал командование союзников и заставил их переоценить возможности, численно-боевой состав войск противника. Самым очевидным преимуществом, которое позволило немецким войскам преодолеть оборону союзников, стало качество двигателей внутреннего сгорания, которое обеспечивало большую скорость и маневренность. В ходе этой войны фиксировались случаи, когда немецкие механизированные соединения и части значительно опережали собственные пехотные соединения и части, составлявшие подавляющую часть всей группировки войск. Это происходило сразу после прорыва обороны союзников и в ходе развития успеха. Пространственные разрывы между передовыми механизированными соединениями и частями немцев, ушедшими далеко вперёд, и их пехотой, могли бы быть использованы союзниками, окажись он более гибкими, динамичными. Ещё одним преимуществом немецкой группировки было то, что они смогли в самые короткие сроки добиться господства в воздухе (оно было обеспечено в течение всей кампании, длившейся всего четыре недели).

Немецкие войска победили не за счёт более качественной и совершенной техники (хотя по отношению к авиации это утверждение вполне справедливо), не за счёт более совершенных танков, машин и пушек. Они оказались сильнее союзников в организационном, умственном и тактическом планах. К тому моменту, когда союзники приняли решение прекратить сопротивление, французские вооружённые силы имели большее число самых современных на тот момент танков, которые не уступали немецким по качеству и даже превосходили их по большинству параметров. Немецкое командование обладало большей гибкостью, было способно к более динамичным действиям, так как в основе всего лежала доктрина о маневренном общевойсковом бое. Единственная область, в которой немцы обладали качественным и решительным превосходством над союзниками, была связь. На каждой бронированной машине ВС Германии устанавливались радиостанции, что позволяло командованию более эффективно управлять силами и средствами, быстрее адаптироваться к изменяющимся условиям на поле боя. Радиостанции позволяли оперативно информировать командование и штабы о положении дел на передовой, о месте расположения противника и своих войск, а также о направлениях удара со стороны противника. Кроме того, радиостанции позволили командирам наземных соединений и частей запрашивать непосредственную авиационную поддержку войск. Беспроводная радиосвязь позволила синхронизировать все элементы общевойскового боя. Радиостанции позволили сократить временной интервал между сбором разведывательной информации и принятии по этой информации решения на бой. Обладая таким превосходством в средствах связи, немцы опережали в тактическом звене союзников в цикле боевого управления. За счёт этого обеспечивалась скорость и гибкость адаптации немецких планов на бой применительно к тактической ситуации, чего не могли себе позволить союзники.

Обладание информацией – один из ключевых принципов, определяющих технологическую составляющую РВД.

Война за Францию 1940 года является историческим примером того, как информационное превосходство над противником оказывается решающим фактором. Сила и мощь армии заключается в её единстве, способности действовать как единое целое. В условиях отсутствия надёжной связи любая армия превращается в совокупность индивидуумов. На всём протяжении истории темп проведения операции только возрастал. Отделение или взвод, которые не обладают надёжной связью с вышестоящими звеньями управления, имеют в запасе только план на бой, а также приказ синхронизировать, согласовывать по месту и времени свои действия с действиями других подразделений. Вот именно потому обеспечение связи является одной из самых сложных технических задач, когда мы говорим о применении в тактическом звене автономных роботизированных систем. Дистанционно управляемые системы прекращают функционировать в условиях отсутствия связи. Повысить боевую эффективность подразделений в сложившихся условиях можно только за счёт улучшения качества ситуационной осведомлённости личного состава и обеспечения прямого доступа к удалённой огневой поддержке. Одной из основных задач войск в прогнозируемых конфликтах будет обеспечение надёжной связи между своими соединениями, частями и подразделениями, а также нарушение или полное уничтожение системы связи противника.


Автор статьи – майор Бенджамин Хюбшман (Benjamin Huebschman) – начальник одного из оперативных управлений Командования разведки и безопасности СВ США, которое отвечает за разработку перспективных организационно-штатных структур сухопутных войск (научный сотрудник). Участвовал в военных операциях против Югославии и Ирака. Во время второй иракской кампании среди прочих старших офицеров штаба Объединённого центрального командования ВС США осуществлял общее руководство психологическими операциями.
Автор: general-skokov
Первоисточник: http://general-skokov.livejournal.com/


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 9
  1. одинокий 25 сентября 2013 21:37
    Война за Францию 1940 года является историческим примером того, как информационное превосходство над противником оказывается решающим фактором.


    нынешние военные конфликты как раз таки выигрываются прежде всего информационном плане.тем больше информационных средств на службы,чем быстро достигаеш успеха.
  2. marat1000 25 сентября 2013 21:50
    России нужно больше ядерного оружия и выход из СНВ, тогда будет весомый аргумент.
    marat1000
  3. marat1000 25 сентября 2013 21:53
    Я был бы спокоен только тогда, когда Россия бы обладала таким количеством ядерного вооружения, что на случай мировой войны, хватило бы на весь мир и еще бы осталось про запас.
    marat1000
  4. Chicot 1 25 сентября 2013 22:25
    Собственно после изобретения и массового принятия на вооружение армий пулемета больше значительных революций в военном деле не было и в обозримом будущем пока что не предвидится...

    Но почему именно пулемет?.. Нет ничего проще. Именно пулемет окончательно угробил линейную тактику, которая господствовала на полях сражений в течении тысячелетий. Он же низвел кавалерию как главную ударную силу сухопутных армий. Загнал пехоту в окопы и блиндажи, сделав войну позиционной. Все это так или иначе способствовало появлению на поле боя новых образцов и типов боевой техники и вооружения...

    Так что, все то, что мы на сегодняшний день имеем в военном деле (в том числе и в области тактики) мы по большей части обязаны именно пулемету...
    1. Russkiy_Prapor 26 сентября 2013 01:23
      А потом танки совершили вторую революцию смешав с грязью и кишками пулемётные расчёты. И появилась тактика маневренной войны,которая угробила позиционную. Произошло это в 1940 году когда фашисты Францию нагнули. Далее тактика маневренной войны только совершенствовалась. И переход в нашей армии от дивизий к бригадам есть ни что иное, как понимание: мобильность подразделения решает...
  5. КПА 25 сентября 2013 22:27
    Паритет не должен быть самоцелью.Наоборот,главная цель - неповторимое преимущество.Так американцы запрещают продавать передовые технологии странам вероятного противника.В случае отставания в какой-то сфере нужно не догонять,а применить простое,нестандартное решение.Самой большой глупостью является погоня за чужими стандартами и требованиями к ВС.Отсутствие стратегического мышления - причина поиска гегелевской диалектики для революционных изменений в армии.
  6. Ботановед 25 сентября 2013 22:32
    Честно дочитал до конца belay
    . Революция в Военном Деле - это парадигма крутизны, если верить автору, только статья состоит из набора банальностей.
  7. saw486 25 сентября 2013 22:38
    Хорошая статья. Неплохо иметь ядерное оружие, но и к примеру такие системы, как немецкая САУ с орудием L52 и многое другое.
    saw486
  8. Avenger711 26 сентября 2013 00:49
    Столько словесного поноса ни о чем. Жирнейший минус.
    Avenger711
  9. ВадимЛ 26 сентября 2013 06:27
    Непонятен смысл написания данной статьи. И зачем тратить столько времени и сил на изложение нескольких простых и очевидных истин?
  10. бездельник 26 сентября 2013 09:20
    Не статья, а набор банальностей.
    бездельник
  11. pahom54 26 сентября 2013 12:06
    Слов много, но я уловил одну, как мне кажется, главную сущность... Информатизация, роботизация и т.д. - это в условиях ведения так называемых "классических" войн - государство на государствл, - немсомненно, имеют весомое значение. ОДНАКО речь идет о ПАРТИЗАНСКОЙ и КОНТРТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ борьбе, вот тут то и суть. Кадровые войска в сегодняшнем понимании этого слова НЕ ПРИСПОСОБЛЕНЫ к борьбе против мелких групп боевиков-террористов, особенно если этот террорист утром пасет ишаков, а в обед подкладывает куда-то фугас, и так далее. В этом свете опять хотелось бы обратиться к деятельности непотопляемого Сердюка, в бытность которого расформировали спецподразделения ГРУ, по моему мнению, единственно приспособленными к борьбе с мелкими бандами. Согласе со статьей тольк в том, что необходимо искать методы борьбы с мелкими бандами, что для России (особенно в преддверии олимпиады - что-то у меня нехорошие предчувствия, особенно после намеков Саудовско-аравийского принца Путину) сегодня очень важно. Думаю, воинствующий сепаратизм и борьба с ним как раз и диктуют изменение, или поиск новых форм борьбы с бандформированиями. А в остальном статья - обо всем и ни о чем.
    pahom54
    1. Чёрный Полковник 26 сентября 2013 15:11
      Ещё в Афганистане Советские войска применяли в противовес масштабным армейским операциям, и весьма успешно, тактику небольших диверсионных групп (клин клином) против моджахедов. Т.н. точечное применение. С появлением беспилотников, спутниковой навигации, высокоточного оружия, новых типов боеприпасов полем боя может быть ВСЯ территория какого либо подвергшегося интервенции ("восстановлению демократии") государства. Причём этой жертвой будет государство с относительно сильной ПВО, ВВС, ВМФ, т.к. против такой армии "обычные" армейские операции проводить - смерти подобно. А партизанские операции, да с использованием неистребимого пушечного мяса, с использованием современных систем вооружений, навигации, целеуказания - самое то. Но такие "партизаны" будут сильны только при условии внешней материально-ресурсной поддержки.
      Поэтому при наших необъятных территориях нашим руководителям, стратегам необходимо просчитывать наперёд возможные виды угроз и методы их предупреждения и устранения.
  12. mirag2 26 сентября 2013 14:19
    Очень грамотная,интересная статья.Очень интересно!
  13. skipper57 26 сентября 2013 17:24
    Интересная статья, кто-бы что не говорил, как говорят "у каждого свои тараканы". Статья даёт повод задуматься и каждому, кому это интересно, развить "идею" дальше и глубже. В современной войне "государство на государство", по подобию последней мировой, не будет не отдельных государств, ни протяженных фронтов, даже "Курской дуги" не будет. Тем более на нашей протяжённой территории. Цель войны - сбить экономику, лучше к нулю и делай с этим государством что хошь. Локальные участки территории, десант после точной обработки, разрушение центров экономики этого государства и быстро опять в норку. Частота и скорость повторения привекдут к полной дезориентации и дальше просто колапс. На вопрос как быть, я бы сказал "дайте мне автомат и пусть он лежит у меня дома". Мне проще отбиться со своим соседом, я его знаю.
    skipper57

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня