Тревога подо льдом

Тревога подо льдом

Этот рассказ посвящён одному из первых командиров профессионального экипажа ПЛА проекта 705: атомной подводной лодки-истребителя, класса «Alfa» по западной классификации.

Поход

Пересечение семьдесят пятой параллели – известного всем подводникам рубежа – было отмечено только скромным «боевым листком» возле прохода к кают-компании. Так же мерно гудели приборы, горело освещение, свистела турбина; и акустик сквозь этот свист пытался услышать «супостата» – подводную лодку вероятного противника. Других шумов в этом районе уже быть не могло: субмарина двигалась подо льдом.


Что при последнем всплытии лодка ломала лёд, интересовало не всех членов экипажа, но то, что поход будет проходить подо льдом в течение какого-то времени, знали все.

Экипаж ПЛА состоял из 30 человек, в основном офицеров: единственным моряком срочной службы был помощник кока.

В подразделения, обеспечивающие техническую готовность ПЛА, подбирались лучшие выпускники сильнейших вузов страны. Первоначальное соотношение плавающих членов экипажа к напрямую обслуживающему персоналу было 1:32, что давало возможность минимизировать экипаж.

На предшествующих дальнему походу тренировочных выходах весь экипаж по боевой готовности № 1 в течение 2–3-х часов по четыре раза в сутки учился всплывать по правилам подлёдного всплытия – без хода и с очень небольшим изменением глубины, с использованием специальной аудио- и видеотехники наружного наблюдения. Люди падали от усталости: за сутки урвать час сна было мечтой. Во время отдыха смене, прикоснувшись головой к подушке на освободившемся месте для спанья, через 15–20 минут приходилось подниматься под звуки учебной тревоги и бежать на свой боевой пост. Тренировочные выходы были тренировочными во всём: в том числе и в умении за эти 15 минут отдохнуть на ближайшие 6–8 часов.

Тревога подо льдом

Это на базе просто заниматься ремонтом, а не в море...


Тревога подо льдом

У пирса – ПЛА пр.705: атомные подводные лодки-истребители класса «Alfa»


Кино на «Украине»

После контрольно-тренировочных выходов, в которых отрабатывались различнейшие ситуации аварий в отсеках – от возгорания турбины, реактора, электрощитов, масляных систем и до поступления воды в любой отсек, от разгерметизации трубопровода воздуха высокого давления до аварии боезапаса – дальний поход виделся санаторием.

Можно было целых четыре часа из 12-часового цикла спать, было время для просмотра кино, тогда ещё (1983 год) через киноаппарат «Украина», удавалось спокойно съесть обед и даже физически размяться.

Поэтому факт нахождения ПЛА подо льдом мало кого волновал – слишком надёжной казалась техника, спокойным и уверенным был командир, объявивший, что с такого-то времени ПЛА приступила к выполнению нового этапа похода, во время которого необходимо повысить внимание к надежности работающей техники и в случае появления каких-либо сомнений немедленно докладывать на главный командный пункт (ГКП).

Из дневника офицера электромеханической службы Ожигина «15.01.83 г. Сегодня в 07.32 пересекли 75 параллель по долготе 49 градусов 12.7, позади осталась неделя плавания, а таких еще 6 штук и ещё 2 дня. Сегодня суббота – банный день, я, правда, помылся в среду при испытании душа, но свою очередь не упущу».

В понедельник, найдя поле с дроблёным льдом, всплыли под перископ для сеанса связи. Все, кто хотел, мог с разрешения командира полюбоваться величественной картиной ледяного царства в свете телевизионных прожекторов, работающих из-под воды. Голубые и черные глыбы медленно покачивались, переливаясь.

Тогда никто еще не предполагал, что идиллии скоро конец.

Неприятности начинаются

Все началось с мелочи. После заступления на вахту подвижный вахтенный при осмотре центрального отсека обнаружил посторонние звуки в главном кондиционере. Вроде мелочь – надо разобрать и заменить отдельные части вентилятора, но это на базе просто, а не в море, когда рядом находится главный распределитель всей электроэнергетики корабля под нагрузкой, в проходе лежит дополнительное имущество и продукты. По приказу командира БЧ-5 Леонида Жука с разрешения командира начался ремонт кондиционера.

Но беда не приходит одна. Загрузкой ДУКа (аппарата для выстреливания мусора) вопреки правилам разрешили заняться коку, и при очередной стрельбе какая-то дрянь попала под наружную крышку. Необходимо срочно проводить специальные мероприятия по ликвидации и этих последствий. Шли только девятые сутки, что будет дальше?

Во время инструктажа очередной смены вахтенный офицер Смирнов сообщил офицерам, что наверху лёд, по показаниям приборов – 4 метра и более, подводных целей быть не может. Слышны только звуки торошения ледяных полей.

Механикам задали режим реактора, турбины, схему электроснабжения.

Всё как всегда. После напряженной подготовки к походу, отоспавшись и отдохнув, мы, «люксы» (все не механики, по терминологии экипажа), заскучали, а вот механикам было не до скуки…

Тревога подо льдом

Так выглядел центральный пост ПЛА пр.705. Сидит гидроакустик, видны места штурмана и командира лодки


Тревога подо льдом

Вид торпедной палубы. Открыт торпедный люк, в который по направляющим уходят торпеды при пуске


Взрыв

Взрыв в кормовой части центрального отсека разбудил весь экипаж в 05.20. Густой дым сплошной стеной расползался по отсеку, заползая в каюты, поднимаясь и опускаясь по палубам и трюмам. Остановилась вся вентиляция, потухло нормальное освещение, включилось аварийное, пропал привычный «писк» приборов и шум выходящего из вентиляторных лючков воздуха. Воцарилась гробовая тишина, из кормы доносилось непонятное шипение и жужжание.

Отыграв звонком аварийную тревогу, командир БЧ-5 Леонид Жук объявил аварийную тревогу: «Пожар в III отсеке, горит ГРЩ (главный распределительный щит) правого борта, личному составу включиться в индивидуальные средства защиты. Подается ЛОХ (лодочная объемно-химическая противопожарная защита) в III отсек. Осмотреться, доложить, что происходит на месте аварии».

Первая мысль: «Наконец-то не учебная!» Затем, одев изолирующий противогаз, включая пусковой механизм для начала дыхания, – «А все ли успели?». Ведь одного вдоха у отсека при пожаре достаточно для гибели.

Из дневника офицера Ожигина. «17.01.83. 14.00. Оказывается, всё, что я описывал до этого, были цветочки, сегодняшняя ночь с 16 на 17 января надолго запомнится всем, кто сейчас на борту нашего «парохода». Утром, в 05.00, тех, кто спал, разбудил страшный грохот и аварийный голос Жука: «Горит ГРЩ – правый борт». Первая мысль – это же в трёх метрах от твоей головы! Вторая – скорее включиться в дыхание через ПДУ. Свесив голову и ноги с койки 20-го яруса, увидел двоих, через 5–6 секунд они выскакивают из каюты. Привычно соскакиваю вниз – рука тянется в угол, где после вахты оставил свой ПДУ… его нет. В голову лезут мысли: один-два вдоха – и тебя нет. Добраться бы до своего боевого поста, там спасительный изолирующий противогаз, всего-то из каюты налево, 5–6 шагов, потом через люк вниз – и на месте, но… Люк находится как раз между ГРЩ левым-правым, а там пожар. Рванул дверь каюты. На средней палубе темно-коричневый дым, и, о чудо, напротив стоит чей-то ПДУ. Как включился и оказался на своем боевом посту – уже не помню. Всё случилось на автомате. Но ядовитой гадости вдохнуть успел-таки».

Каждый на своем месте

В центральном, как горох, сыпались доклады с пультов: «Сработала аварийная защита (A3) реактора», «Сработала A3 турбины, потерян ход», «В главной энергетической сети по правому борту сопротивление изоляции «0». «Лодка медленно всплывает без хода, дифферент 0,3 корма, крен 0. До поверхности льда 65 метров».

Через мембрану переговорного устройства противогаза получение информации командиром затруднено – и видимость ноль.

Начало аварии намного серьезнее, чем на погибшем «Комсомольце». В учебных центрах при откровенных разговорах преподаватели признавались, что пожар ГРЩ на ПЛА проекта 705 вероятнее всего обещает гибель субмарины. Это знали многие. А здесь ещё лед, потерян ход. Роль командира ПЛА безмерна в такой ситуации. Ни суетливый замполит, ни наш исполнительный техник, ни замшелый старший помощник не смогли бы более эффективно, без паники, трезво и грамотно принимать решения и добиваться их выполнения. Командир на подводной лодке всегда остается первым посланием от бога, никто никогда кроме него не способен со всей ответственностью, полнотой знаний, волей, спасти людей собранных в экипаж, боевой корабль, честь и достоинство военного порядка.

Всезнающий замполит, готовый по приказу партии расстрелять любого на кормовой надстройке, не смог нормально использовать даже индивидуальные средства защиты, перепутав впопыхах и схватив противогаз старпома, разорвав его от суетности, лишив средств защиты помощника и наконец добрался до своего противогаза (благо были запасные, и люди не пострадали от его усердия). О руководстве или какой-то помощи от него в организации борьбы за живучесть и речи быть не могло. Потому что через некоторое время замполит ходил уже в индивидуальном снаряжении подводника для покидания корабля из-под воды.

Механик всё внимание уделил главной энергетической установке (ГЭУ), и это было необходимо в той ситуации. Возможности ввести реактор в действие были ограничены ресурсом аккумуляторной батареи, и лишних попыток быть не могло: в противном случае – вечный плен подо льдом.

Все на РКП понимали значение того, что делают механик с командиром энергетического подразделения, но никто лишний раз не лез в их работу. Как бы ни закончилось дело, в том, что они сделают максимум возможного, не сомневался никто.

Старпом, поняв, что его противогаз ему не достанется, быстро нашел запасной и как на учениях скрупулёзно выполнял все приказания командира: держал связь с отсеками по основной и запасной линии связи, вёл планшет обстановки и без паники сообщал по отсекам, что до кромки льда осталось 40 метров, лодка медленно всплывает (хорошо, что не погружается), осмотреться в отсеках, таким-то членам экипажа покинуть аварийный отсек и перейти в носовые отсеки, таким-то перейти в корму.

Аварийная партия к этому времени, оценив обстановку в районе аварии сообщила, что огонь локализован, открытый огонь погашен в зоне видимости, пострадали приборы. Выгорела медная шина толщиной с руку, через которую проходила вся электроэнергия правого борта.

Спасение

Наконец, у самой кромки льда была собрана резервная система электропитания, заработал стабилизатор глубины без хода.

Потом введён на мощность реактор, пущена турбина, турбогенератор левого борта, начали выходить из-подо льда, расчетное время выхода – 8 часов. В центральном могли оставаться лишь минимум экипажа, так как запас регенеративных патронов для противогазов и время их работы было ограничено.

В то же время необходимо было срочно восстанавливать работоспособность жизненно необходимой аппаратуры, выяснить причины возгорания для предупреждения рецидивов, решать вопросы жизнеобеспечения в «необитаемых» отсеках, и так далее.

В том походе, выйдя из-подо льда, залечив «раны», не имея потерь среди экипажа, даже не всплывая на поверхность, подводная лодка продолжала выполнение боевой задачи. Об аварии, как о смертельной опасности, забыли уже на следующие сутки.

Из дневника офицера Ожигина: «…сегодня получили радио, где в числе прочего: …в семьях экипажа всё благополучно. Интересно, действительно ли кто-то обошёл наши семьи или это очередной формальный трюк начальника политотдела Бурдина? Сегодня моему сыну исполнилось 8 месяцев, а когда мы вернёмся, будет 9 с половиной».

Горим на мелочах

Несмотря на отработку на берегу и на тренировочных выходах всех мыслимых мероприятий по локализации и уменьшению последствий аварии в любом отсеке, в том числе при отсутствии освещения и неработающих гидроприводах, некоторые мелочи, соблюдение которых обязательно, все же не были отработаны до безусловного автоматизма. Например нахождение ПДУ в пределах досягаемости, пользование только своими средствами защиты и т. п. А наличие на борту активного замполита, не прошедшего курс полной подготовки со всем экипажем, имеющего большие полномочия, но ни за что не отвечающего, может только усугубить ситуацию, вызвать недоверие ко всей группе командования.

Всё началось с ремонта кондиционера в районе аварии, что не имело жизненно важного значения для лодки в тот период. Риск, связанный с его ремонтом (предположительно, какие-то части разобранного механизма попали через вентиляционные окна ГРЩ на токоведущую шину) при нахождении лодки на боевой службе подо льдом, был неоправданно высок.

Торпедная атака

С этим же командиром наш экипаж, выполняя длительный поход, в районе острова Медвежьего был атакован неизвестным противником. Я стоял вахтенным гидроакустиком в центральном, была обычная мирная обстановка после отработки учебных задач, командир читал что-то, время было вечернее. Вдруг на экране гидроакустического комплекса появилась отметка от цели, которую однозначно классифицировать в первые несколько секунд было невозможно. Звук от цели начал резко нарастать, и никаких сомнений по классификационным признакам, что это – торпеда, у меня не осталось. Пеленг на цель не менялся, а это недвусмысленно значило, что она приближается к нам. Во время учебной отработки такие атаки продолжались от 1 до 5 минут, но это на полигонах, у своих берегов.

Я доложил: «Торпеда справа 15». Вначале реакции никакой, слишком большая разница между «мирной жизнью» и докладом о «начале войны». Кто-то у центрального в шутку успел заметить: «Акустику за обедом больше не наливать».

Только командир мгновенно дал команду: «Поднять мощность ГЭУ до ста процентов». Включение звука торпеды на громкоговорящую связь мгновенно отрезвило всех, но время-то прошло! Подскочил командир, вахтенный офицер, посыпались команды: «Лево на борт, турбине самый полный». Без выведенной на 100 процентов мощности реактора это было бы невозможно.

Из воспоминаний подвижного вахтенного Костюка: «Я как раз зашёл в центральный – доложить об осмотре отсека, и тут слышу звук торпеды по динамику, и доклад «торпеда», ну думаю, приплыли, сразу всю свою жизнь вспомнил».

Тогда мы убежали, скорость сумасшедшую могли развивать. (советские ПЛА проекта 705 являлись самыми быстрыми серийными субмаринами в мире – прим. «Отваги») Но если бы не командир, не его готовность в любой ситуации реагировать единственно правильным решением, могли бы не успеть. Что там было, кто атаковал, чем, разбираться было некогда.

Командир и его экипаж

У меня было много походов и со своим экипажем, и с другими, но не всегда кораблями управляли командиры от бога. Были и те, кто в сложной обстановке хватались за бока, садились в кресло и рыдали: «Ой, ой, ой, что же мне теперь будет при возвращении», натурально, как баба. Тогда им на смену тут же приходили настоящие мужчины, своей волей, знанием, умением вытаскивали корабль и экипаж из беды.

Сейчас многое уже изменилось. Почти все профессионалы из моего и соседних экипажей уволены по сокращению штатов. Старший инженер ГЭУ (в том походе) Некрасов убит при исполнении служебных обязанностей, замполит – уволен за садизм с личным составом срочной службы уже в другом экипаже, старший помощник Сыргин – в Гомеле военкомом. Разбросанными оказались все, кроме командира. Он по-прежнему выполняет свой воинский долг. Я сознательно не называю его имя: те, кто хоть раз встречался с ним на службе, всегда узнают его или вспомнят.
Автор: Дмитрий Амелин, Александр Ожигин, журнал «Солдат удачи» №3 за 1996 г.
Первоисточник: http://otvaga2004.ru/


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 25
  1. андрей юрьевич 2 декабря 2013 08:24
    Из воспоминаний подвижного вахтенного Костюка: «Я как раз зашёл в центральный – доложить об осмотре отсека, и тут слышу звук торпеды по динамику, и доклад «торпеда», ну думаю, приплыли, сразу всю свою жизнь вспомнил».

    Тогда мы убежали, скорость сумасшедшую могли развивать. (советские ПЛА проекта 705 являлись самыми быстрыми серийными субмаринами в мире – прим. «Отваги») Но если бы не командир, не его готовность в любой ситуации реагировать единственно правильным решением, могли бы не успеть. Что там было, кто атаковал, чем, разбираться было некогда.ВОТ КРАСАВЦЫ !!! good а ведь наверняка некоторые "пропавшие" корабли и субмарины,"словили" такие неизвестные торпеды или ракеты...
    1. Арберес 2 декабря 2013 11:49
      Долго не мог придумать название для этих строк и все таки нашел!

      Возвращение.

      Под темной водой хищной тенью скользя
      Крадется неслышно подлодка
      Над ней двести метров и ход три узла
      Подходит к концу автономка.

      Усталая "Щука" ты знаешь свой курс
      Тебе снится база родная
      На вахте стоит экипаж корабля
      О солнечном небе мечтая!

      Подводного братства-магический сплав
      Вы корпусом лодки отлиты!
      Спокойствием дышит родная земля
      Пока вы морями укрыты!

      Морской экипаж, как вторая семья
      Подводников крепкая дружба!
      Вы можете все в океанах седых
      И так не легка ваша служба!

      И шепчут молитвы под шелест дождя
      Любимые женские губы
      Свет окон родных греет ваши сердца
      Вселяя спокойные думы!

      Как мантру хочу повторить я слова
      Незыблимой цепью событий
      "Что бы только число погружений всегда
      ровнялось количеству всплытий"!!!

      Скажу честно эти строки дались мне не просто! Всегда с большим удовольствием читаю статьи о нашем флоте и особенно о подводном. Вот под такими впечатлениями родилось это стихотворение. Особо хочу отметить, что в создании этих строк меня консультировал профессионал офицер-подводник(жаль не могу его Вам представить, он очень скромный человек) и еще не известно решился бы я на публикацию этого стихотворения, согласитесь со мной уважаемые друзья и коллеги-надо иметь представление о чем пишешь!
      Морякам-подводникам я посвящаю эти строки! Здоровья Вам и долгих лет жизни, уважаемые моряки!
      1. Ток 72 2 декабря 2013 22:53
        Я не моряк,но всё равно Огромное СПАСИБО,за отличные строки !!! Морякам подводникам всех благ и удачи,в их не лёгком труде.
        Ток 72
    2. Ингвар 72 2 декабря 2013 15:49
      Цитата: андрей юрьевич
      а ведь наверняка некоторые "пропавшие" корабли и субмарины,"словили" такие неизвестные торпеды или ракеты...

      Вполне возможно, что и Курск такую словил.
      1. Чёный 2 декабря 2013 16:08
        Цитата: Ингвар 72
        Вполне возможно, что и Курск такую словил.

        А вот это вряд ли. Поднят. Характер повреждений однозначно говорит о внутреннем взрыве.
        1. Ингвар 72 2 декабря 2013 18:25
          Цитата: Чёный
          Характер повреждений однозначно говорит о внутреннем взрыве.

          Неоднозначно. Вы помните заключение экспертизы? Чушь полная. К тому же на фото есть непонятное круглое отверстие по правому борту.
          1. Sirocco 3 декабря 2013 04:09
            Цитата: Ингвар 72
            К тому же на фото есть непонятное круглое отверстие по правому борту.

            Только это отверстие не сквозное, под ним даже пусковые установки не повреждены.
        2. негоро 4 декабря 2013 13:37
          ЭТО официальная версия,а первопричина на дне.
          негоро
  2. Володя Сибиряк 2 декабря 2013 08:34
    Отважные люди подводники, всегда ими восхищался, вот уж воистину- одна судьба на всех.
    Володя Сибиряк
  3. a.s.zzz888 2 декабря 2013 08:58
    Подводники всегда славились своими подвигами. И служба у них геройская.
  4. сашка 2 декабря 2013 09:05
    Я живу на берегу Волги. Мне страшно даже купаться. Сколько Мужества надо что-бы погрузиться на пол километра..Или более. Слава Морякам !!!
    Почему комментарии двояться ?
    сашка
    1. Ингвар 72 2 декабря 2013 15:51
      Цитата: сашка
      Я живу на берегу Волги. Мне страшно даже купаться

      ????? belay
  5. сашка 2 декабря 2013 09:05
    Я живу на берегу Волги. Мне страшно даже купаться. Сколько Мужества надо что-бы погрузиться на пол километра..Или более. Слава Морякам !!!
    сашка
  6. Комментарий был удален.
  7. govoruha-otrok 2 декабря 2013 09:26
    смешно-на первом снимке лицо закрыто, а на втором тот же моряк во всей красе)))
    1. Andreitas 2 декабря 2013 19:06
      Тоже самое хотел написать.
  8. govoruha-otrok 2 декабря 2013 09:28
    таких историй(кроме торпеды, если она была, конечно) может рассказать любой подводник тех лет, что не умаляет, безусловно. Только может сложиться мнение, что непонятно куда и зачем ходили. критерием эффективности применения таких кораблей является количество обнаруженных АПЛ противника и время слежения за ними, жаль, что ничего об этом нет.
    1. Apollon 2 декабря 2013 09:45
      цитата-Этот рассказ посвящён одному из первых командиров профессионального экипажа ПЛА проекта 705: атомной подводной лодки-истребителя, класса «Alfa» по западной классификации
    2. vostok68 2 декабря 2013 13:13
      Так по-до льдами ходили! Написал человек про непонятную торпеду! Дай бог каждому такого командира! У меня командир тоже был очень хороший, на 675 проекте!
  9. karal 2 декабря 2013 11:58
    Снимаю шляпу перед Вами, товарищи подводники! hi
    Спасибо за службу Родине во имя мира на Земле!
  10. ДимычДВ 2 декабря 2013 15:47
    Вполне возможно, что и наши кое по кому торпеды выпускали. Почти уверен, что только в ответном порядке. Может, в кого и попали. Да разве ж кто сознАется? Шуму не оберёшься - лодок в мире хоть и много, а всё же в то время и в том районе - по пальцам одной руки можно перечесть. Дознаются родственники не вернувшихся - вот и докладывай потом, с кем и когда торпеду пускали...
    Дай Бог Вам, братцы, чтобы количество всплытий всегда равнялось количеству погружений!
    ДимычДВ
  11. luta 2 декабря 2013 15:55
    "О руководстве или какой-то помощи от него в организации борьбы за живучесть и речи быть не могло. Потому что через некоторое время замполит ходил уже в индивидуальном снаряжении подводника для покидания корабля из-под воды."- как же часто я сталкивался с такими помощниками))))))))))))))))
    luta
  12. xomaNN 2 декабря 2013 17:24
    По роду работы приходилось бывать на наших системах и на надводных БПК и на АПЛ. И несомненно у подводников, сравнивания их с мореманами на НК - опасностей службы в разы больше.Этот сухой рассказ еще одно тому подтверждение.
  13. xomaNN 2 декабря 2013 17:24
    По роду работы приходилось бывать на наших системах и на надводных БПК и на АПЛ. И несомненно у подводников, сравнивания их с мореманами на НК - опасностей службы в разы больше.Этот сухой рассказ еще одно тому подтверждение.
  14. Des10 2 декабря 2013 17:40
    "Роль командира ПЛА безмерна в такой ситуации. Ни суетливый замполит, ни наш исполнительный техник, ни замшелый старший помощник не смогли бы более эффективно, без паники, трезво и грамотно принимать решения и добиваться их выполнения. Командир на подводной лодке всегда остается первым посланием от бога, никто никогда кроме него не способен со всей ответственностью, полнотой знаний, волей, спасти людей собранных в экипаж, боевой корабль, честь и достоинство военного порядка.
    В том походе, выйдя из-подо льда, залечив «раны», не имея потерь среди экипажа, даже не всплывая на поверхность, подводная лодка продолжала выполнение боевой задачи. Об аварии, как о смертельной опасности, забыли уже на следующие сутки.
    Но если бы не командир, не его готовность в любой ситуации реагировать единственно правильным решением, могли бы не успеть. "

    спасибо.
  15. Dan Slav 2 декабря 2013 23:59
    Опытный лидер-профессионал - мечта любого дела!
  16. BOB48 3 декабря 2013 13:28
    интересно, а сейчас на лодках есть кто-то вроде "инвалидов"?
  17. _Кречет_ 3 декабря 2013 19:25
    Цитата: сашка
    Сколько Мужества надо что-бы погрузиться на пол километра..Или более!!!

    Насколько я понимаю, максимальная глубина погружения 300м или немного больше. 500м+ - это о батискафах. Хотя сути это не меняет.
  18. rocketman 8 декабря 2013 00:07
    Начал читать статью, вспомнил - читал что-то подобное в журнале солдат удачи ещё курсантом. Дочитал - и точно, была такая статья! статье плюс.
    rocketman

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня